Часть 1

- Дорогой Томми, это правда, что... - хотела спросить мисс Риддл своего брата, о чем она узнала от возмущенной Вальбурги, но вдруг умолкла. Лицо Риддл-младшей стало очень смущенным. В отличии от своего брата она не могла сдерживать эмоции, она была очень читаемой. Кассиопея Риддл была сестрой-близнецом Тома. Младшей сестрой. Несмотря на то, что она родилась на несколько минут лишь позже, складывалось ощущение, что эти минуты на самом деле были парой лет. Детскость и инфантильность Кассиопеи докучали Тому. Но он все равно любил свою дорогую сестренку. И вот сейчас Кэс стоит и переминается с ноги на ногу и теребит свои волосы, ее голова опущена, а лицо скрыто за копной кудрявых черных волос. Девушке не хотелось, чтобы Том видел ее смущенное лицо, а уж тем более пытался прочитать ее мысли. С того момента, как Кассиопея узнала, что Том практикуется в легилименции, она старалась избегать с ним глазного контакта, ведь она не такая умная как ее брат. Учеба ей давалась гораздо сложнее, а с оценками "Удовлетворительно" и реже "Выше ожидаемого" вряд ли получилось бы хорошо освоить окклюменцию. - Ты что-то хотела спросить, Кэсси? - Том видел, что сестра смущена и избегает его глаз. Он понимал, что это неспроста, что вопрос, которой не был озвучен, связан с Томом. - Нет, ничего! Не бери в голову, Том! - воскликнула Кассиопея и убежала. "Подозрительная она," - подумал Риддл. *** До этого, ночью, Вальбурга поздно вернулась в гостиную Слизерина. Она была старостой факультета, ей было можно, даже когда была не ее очередь дежурить в коридорах. И сегодня был такой день. Дежурным сегодня был Риддл. Блэк пришла в общую спальню с некоторыми ее однокурсницами. Все спали, кроме Кассиопеи. Она как всегда весь день бездельничала, из-за чего приходилось делать домашнее задание ночью. И сегодня было то же самое. - Кэс, я тебе сейчас такое расскажу, - сказала Вальбурга, протягивая гласные в словах, но не как делают Малфои и некоторые другие семьи. Было ощущение, что Блэк немного выпила. - Вальбурга, с тобой все хорошо? - Кассиопея отложила задание и подбежала к Блэк, которая пошатывалась и могла упасть. Риддл помогла той дойти до кровати. - Кэс, между твоим братом и тобой что-то есть? - Ам...ну... Мы обычные брат и сестра, а что? - как же же девушке хотелось, чтобы это было не так. Она мечтала о том, чтобы Том был не просто ее братом, а... - Ну, мы сегодня с Томом уединились, надеюсь, ты поняла, в каком плане, - Кэс кивнула. - И он, пока мы "этим" занимались.. - Вал, зачем ты хочешь рассказать мне это?! - перебивает Кассиопея, не желая слышать это, ведь она так хочет быть на месте Блэк. Молчание. Но оно было недолгим. - Это с тобой связано, - опять молчание, но Риддл уже заинтересована в том, что ей хотят рассказать. - Говори, я слушаю! Мне дико интересно! - В общем, когда мы.. Ладно-ладно, я поняла, что ты не хочешь слышать эти слова. В общем, во время процесса он... стонал твое имя. Кассиопея была в шоке от услышанного, ее зеленые глаза стали слишком большими. Что это молго значить? Может он имя другой Кассиопеи стонал? Или может Вальбурге послышалось? Показалось? У Кэс в голове было много вопросов и так мало ответов. Точнее вообще ноль! И вообще интересно, как стонет ее братик. От таких мыслей и слов Вальбурги Кэс заалела. - Может тебе это послышалось? - Точно нет! - Может не мое имя, а..? - не успела договорить Риддл, как ее перебили. - Нет, твое! Он еще говорил "сестренка" и подобное, - Блэк закатила глаза и легла на кровать. - Я у него ничего не спросила об этом, не успела. Мне это неинтересно, как и твой брат. Я спать, и ты тоже ложись. Спокойной ночи. Блэк зашторила кровать, и Кэс поняла, что продолжать с ней говорить никто не собирается, и ушла к себе. Она ничерта не понимала. Единственное объяснение всему, которое она нашла, заключалось в том, что Вальбурге из-за алкоголя все показалось и послышалось. Том просто не мог стонать имя своей же сестренки! Ведь они всегда вели себя как обычные брат и сестра, и Кассиопея не замечала ничего странного за ним. Из-за мыслей Риддл не могла сосредоточиться над заданием. Она итак еле успевает не быть неучем, так еще и глупые мысли мешают! Кэс решила, что спросит обо всем Тома в ближайшее время, он скорее всего ответит, что не было ничего такого (к сожалению, сестрички), и ей будет спокойно. С такими размышлениями девушка уснула. *** Весь день Кассиопея пыталась узнать обо всем у Тома, но иногда не могла подойти, иногда подходила, но ничего не могла сказать, а иногда начинала говорить, но убегала. И все разы в смущении. Том начинал догадываться, что хотела спросить его сестренка. И понимал, кто все рассказал. Жаль, что ночью он просчитался, ведь он думал, что Вал как всегда напилась так, что забудет все, но нет. Видимо Блэк взрослеет и разумнее пьет. Кассиопея снова подошла к Тому, но уже в библиотеке, пока он изучал какую-то древнюю книгу. - Том, я хочу кое-что спросить у... - Я слушаю тебя, - перебил сестру тот. Его уже немного начинало раздражать поведение сестры. Конечно, он привык уже с годами к ее характеру, но иногда не мог сдерживать себя, что легкое раздражение становилось заметным на его обычно спокойном лице. - Ааа..что ты читаешь? - она опять не решилась спросить. - Ты не это спросить хотела, Кэсси. Молчание. Но Кэс все же решила кое-что сказать и не убежать от смущения. - Ты свободен сегодня после 6? - с румянцем на лице тихо сказала она. - Может поговорим? Риддл-старший понял, что его сестренка опять не может просто задать вопрос. Но он согласился с ней поговорить. Они договорились в 6 в гостиной факультета, но брат знал, что его сестра не сможет там поговорить и позовет его скорее всего в какой-то из пустующих классов. Кассиопея убежала, а Том продолжил чтение. Его особо не беспокоило, что он ответит сестре, ведь он понимал, что когда-нибудь он ошибется и... его одержимость своей сестрой вскроется. Он понимал, что держать маску на лице перед сестрой бессмысленно, поэтому скажет все, как есть. *** Ближе к гостиной факультета Кассиопея перешла на шаг. Ее сердце бешено билось, причем не только от бега. А что если он правда стонал ее имя? А что если он хочет ее? А что если он представляет ее, когда занимается "этим" с Вальбургой? Румянец не уходил с лица Риддл, внизу живота было странное чувство, а всему телу было жарко. "Это все от бега и только от него!" - думала Кэс. Она пыталась сопротивляться своим чувствам и убеждать себя в том, что не хочет его. - "Ну он ведь мой брат! Я не могу так!" Кассиопея уже несколько лет пыталась убедить себя, что ее не привлекает Том как парень. Ни в романтическом плане, ни в каком-либо еще! Но было безрезультатно. Ее все так же тянуло ее к Тому. Ей казались невозможными мысли о том, что когда-нибудь она поцелует как девушка и другие. Но после рассказа Вальбурги стало сложнее сдерживаться и непристойные мысли так и лезли в голову. Она хочет его. Как же сложно сдерживаться. Кассиопея сейчас бы полезла себе под юбку, да, прямо в коридоре Хогвартса. Но что-то останавливало ее. А что если он правда стонал ее имя? А что если он признается в этом и займется "этим" с ней? Эти мысли останавливали ее, ведь если все будет так, то лучше потерпеть. Если Кэс потерпит и будет права в своих предположениях, то как же приятно будет потом. Ну, а если она окажется не права, то она в душе, либо ночью, когда соседки будут спать, утолит свою потребность. Эх, как было бы просто, влюбись она в другого. Риддл в случае отказа просто сварила бы амортенцию. Да, так делать нехорошо, но разбивать сердце девушки тоже! Так считала Кассиопея. А опоить Тома невозможно, ведь на него просто не действуют любовные зелья. Максимум, от них Том будет лежать в больничном крыле. Уже было с ним такое. Ну и разумеется на его сестру тоже не действуют подобные зелья. Кассиопея зашла в гостиную, она увидела, как на одном из диванчиков, собрались все ее соседки по комнате. Значит, комната пустая. Вальбурга позвала Риддл посидеть рядом с ними, но Кэс отказалась, сославшись на плохое самочувствие. Девушки на диванчике продолжили разговор, а Риддл ушла в спальню. "Скоро 6, а я никак не могу успокоиться!" - думала Кассиопея. Ее возбуждение перемешивалось с паникой, и хотелось успокоить этот шторм эмоций. И девушка вспомнила, что у Вальбурги всегда есть что выпить (ну да, вчера же ее нетрезвой видела). В комнате пусто, никого кроме Риддл. Это ее шанс украсть алкоголь. "Прости меня, Вал," - думала девушка, пока искала среди вещей подруги выпивку. И она нашла. Огневиски. Проблема была в том, что Кэс до этого никакой алкоголь не пила (безалкогольное сливочное пиво не считается ведь, да?). И она не знала, сколько ей надо выпить. Она конечно слышала, что чем крепче алкоголь, тем меньше его надо, и что огневиски крепкий, но не более. Но она все же решилась. Кассиопея нашла какую-то одну из своих чашек и налила туда виски. Она уже хотела его выпить, но от запаха стало неприятно. Спирт.. Но она все же сделала глоток. Мерзко и горячо! Ей не понравилось, но надо еще. Потом еще и еще. Риддл решила, что хватит. Спрятала кружку куда подальше, вернула огневиски Блэк и применила какие-то заклинания для хорошего запаха в комнате. Риддл не хотела, чтобы ее спалили. А ведь еще наверно Вальбурга обидится, что ее элитный алкоголь без спроса пьют. Риддл посмотрела на часы, почти 6. Вскоре вернулись в комнату две однокурсницы, Кэс спросила, где Блэк. Те ответили, что болтает с Томом в гостиной. Это немного разозлило Кассиопею, но у нее удалось сдержать эмоции (а ведь такое очень и очень редко случается). Девушка пошла в гостиную Слизерина. Том и Вальбурга уже закончили разговор, Блэк направлялась к спальне. Кэс прошла мимо нее ничего не сказав. *** И вот Кассиопея перед своим братом. Под алкоголем ей спокойнее, но все ее лицо красное. Кэс улыбается. - Братик, пошли прогуляемся? - Том соглашается. Он так и знал, что в гостиной они говорить не будут. А еще что-то странное с сестрой, особенно запах странный и поведение. Возможно выпила, так решил Том. Как же ему хочется отругать ее. Они шли по коридору в молчании. Кассиопее было неприятно от этого, но в коридоре она боялась спросить что-либо. Ведь все, что ее интересовало, это ответы на ее нескромные вопросы. Как же она надеялась сейчас, что Том не прям идеально освоил легилименцию. Иначе, он бы и без зрительного контакта узнал бы все. Девушка решила поближе подойти к брату, а потом и вовсе прижалась, обнимая его руку. Поблизости не было кабинетов, которые идеально бы подошли им сейчас. Ни одного заброшенного кабинета, где не твориться полный хаос и разруха. - Кэсси, как тебе идея прогуляться по третьему этажу? - сестра не могла понять, на что Том намекает, он был уверен. И девушка согласилась. Они шли медленно по коридорам Хогвартса, а потом и по лестницам. Пару раз Кэс чуть не упала, но Том ее спас. Обычно Риддл-младшая не настолько неуклюжая (только иногда). Но все же они смогли добраться до третьего этажа. Они все так же шли в молчании. В голове Кассиопеи все так же были неприличные мысли. Все было сложнее и сложнее сдерживаться, быть спокойной. Она томно вздыхала, ее лицо оставалось все это время таким же смущенным, и она только крепче прижималась к руке брата. На такое поведение сестры он никак не реагировал. И вот они были почти у туалета на третьем этаже. Том предложил зайти туда. Кэс не понимала, почему бы не найти нормальный свободный кабинет, зачем в туалете обсуждать такое. Но не успела она возмутиться, как Том стал шептать на парселтанге. - Откройся, - после чего заработал какой-то механизм и раковины стали разъезжаться, а за ними виднелась какая-то дыра, очень глубокая. Потом Том что-то еще прошептал, что именно девушка не поняла, слишком была удивлена. И появились ступеньки. Кассиопея совсем ничего не понимала и застыла от шока. Том еле как смог обратить ее внимание на себя. После чего они стали спускаться вниз. Девушка снова была неуклюжей, а парень спасал ее. *** - Где мы, Том? - Это Тайная комната, моя дорогая сестренка, - Кассиопея от такого снова была в шоке, но могла еще слушать брата. - Видишь ли, мы с тобой не просто полукровки, мы наследники Салазара Слизерина. Именно поэтому, например, мы оба говорим на парселтанге, у меня огромный талант к магии, особенно темным искусствам... Далее девушка не слушала. Она не могла просто в это поверить. И когда вообще брат узнал об этом всем? Если он узнал это не сегодня, то почему раньше не сказал? Почему он искал Тайную комнату в одиночку, без нее, без сестры? Они же близнецы и такие важные открытия наверняка у них должны происходить вместе! Тем более это связано с их прошлым! Кассиопея стала плакать. А может он ничего не сказал, потому что она не нужна? Не искал комнату вместе, потому что Кэс только мешаться будет? Но она же дорогая ему сестренка... Самый близкий и единственный дорогой человек... Или появилась другая девочка, красивее, умнее, лучшее и нужнее, чем Кэс. Риддл все больше и больше плакала и не могла успокоиться. Она не заметила, как упала на холодные плиты и что ей очень холодно. Она не замечала, что ее сейчас пытается успокоить Том. Что он обнимает ее и гладит по волосам. - Империо, - произнес заклинание Риддл. В голове Кассиопеи голос Тома приятно ласкал уши и просил открыть глаза. Все было так приятно, что она подчинилась и не заметила, как после этого ее воспоминания и мысли начали быстро меняться в голове. Но когда Риддл почти добрался до ее самых сокровенных мыслей, Кассиопея каким-то чудом смогла разрушить действие Империуса и выгнать брата из своей головы. После этого она открыла глаза и вырвалась из объятий парня. Ее глаза и лицо были ужасно сырыми, все в слезах, которые продолжали и продолжали течь. Она посмотрела своими заплаканными глазами на него. Он сидел и по нему было видно, что он желал ей искренне помочь. "Он врет! Ты же знаешь, как он запросто надевает на себя маски! Он не любит тебя, дура," - звучал голос предатель в голове. Кассиопея снова падает на пол и ничего не замечает. *** Когда слезы утихли, но Кассиопея еще была в сознании Том кое-что резко предложил. - Давай покурим вместе, Кэсси. Девушка удивилась. Когда это Том стал курить? Она сама никогда не курила, но ей был приятен запах сигарет, поэтому согласилась. Том дал ей сигарету и себе взял тоже. Кэс видела, как их поджигают маглы, поэтому, взяв палочку в руки наколдовала маленький огонек (она же ведьма все-таки!). Втянув в себя дым она закашляла и не поняла совсем, зачем курят эту гадость. - Втяни в себя, и тебе станет спокойнее. Кэс так и сделала, было сложно дым все-таки не воздух. А потом... А потом ее настолько расслабило и было так приятно, что было абсолютно наплевать на все. Так приятно было... Ее ничего не заботило... Спокойствие... В таком состоянии она делала тягу за тягой, и приятное состояние ее не отпускало. Том тоже курил, но он не упал, как его сестра. Но по нему видно было, что ему стало на душе легче. - Томми, а когда ты успел пристраститься к магловским сигаретам? - спросила девушка, докурив и убрав пепел и окурок магией. - Расскажу позже. - Эээ! Почему это?! - воскликнула девушка. - У тебя от меня есть секреты? Том промолчал, но вскоре ответил. - Как и у тебя, моя дорогая сестричка. С тех пор, как мы стали меньше общаться, мы все стали меньше и меньше знать друг о друге. Прости меня, что часто стал избегать тебя в прошлом году. - Пока он говорил это, он сел поближе к Кассиопее и обнял ее. У девушки стали слезиться глаза. Может он все же дорожит ею? - И ты меня прости. Я тоже тебя стала избегать. - Она обняла его в ответ. Они долго молчали и просто обнимались. Так спокойно. От него пахнет не только сигаретами, хвоей, но и им. Она помнила его запах и могла различить, даже когда другие перебивали. И он - ее. А еще она очень сильно пахла огневиски. Точно пила. Такое поведение нисколько не удивительно. Они обнимались долго-долго, но Кассиопея была еще пьяна. *** - Дорогой Томми, это правда, что... - прервала тишину Кассиопея, но замолчала. Том не перебивал, ждал, когда она снова начнет говорить. - ты... когда занимался "этим" с Вальбургой... Она снова замолчала, а Том ждал, когда она договорит. Ее и так смущенное лицо, стало совсем красным. А дыханиме и сердцебиение участились. Снова странное ощущение внизу живота. "Да просто возьми и выеби меня!" - кричали мысли в ее голове. Возможно, Том и без легилименции догадывался, о чем Кассиопея думает и чего она хочет. Или же кого. - Ты, правда, стонал мое имя? - резко и громковато спросила Кэс, уходя немного из объятий и смотря в лицо Тому. Что же ей ответить? Может поиграться? А может сказать правду? Она же все-таки его сестра. - Да, это правда. - Спокойным голосом сказал он. И смотрел ей прямо в глаза, а она в его. Он не читал мысли, но понимал, чего хочет его милая сестренка. От таких слов Кэс еще только больше возбуждается. Ну как тут сдерживаться? Можно ли его слова считать взаимностью на ее любовь? В каком-то смысле да. Любовь ведь разная бывает. Кассиопея резко берет лицо Тома и притягивает к своему. Она хочет поцеловаться. Она хочет поцеловаться с ним. И он начинает поцелуй первым. Но неожиданно нежно. Без капли страсти. Его губы на ее губах. А она отвечает на поцелуй. И так же нежно как он. Они оба целуются неумело. Но им все равно на это. Главное, что их души сливаются сейчас. Кассиопея нежно проводит по щекам и скулам его, гладит. Том зарылся одной рукой в ее волосы и нежно перебирает их, а другой - держит за талию. Они не знали, сколько целовались. Но очень долго. И так приятно. Но в какой-то момент оба прекращают поцелуй, но только отстраняются губами. Они все так же близко и трогают друг друга. - Ты меня любишь? Скажи честно! - Конечно, люблю. Дорогая моя Кэсси. - нежно и шепотом отвечает Том на ее громкий вопрос. И задает ей такой же по смыслу. - Я не знаю когда, но... Меня стали мучать мысли о тебе. Разные мысли... Я старалась подавлять их. Избегала тебя. Но они никуда не исчезали... И сегодня я поняла, что люблю тебя... Девушка говорила тихо. Будто боялась это сказать. Том притянул ее к себе, положил ее голову на свое плечо. И рассказал ей примерно то же самое. Только Том, например, свой пыл вымещал на других. К сожалению тех девочек, они нисколько не интересовали его. Он всегда думал лишь о своей милой Кэсси. Но он не мог ее тронуть. Не мог причинить ей боль только из-за того, что одержим ей. Любовью к ней. Он умело это скрывал. Пока однажды не ошибся. - Все те разы, я хотел только тебя, - ах, почему для Кэс так сладки эти слова. Ее нежность снова переходит в похоть. - Ты всегда была моей и ею навсегда останешься. Он еще немного говорил, а от каждого слова возбуждение девушки только увеличивалось. Он говорил слова, которые так сладко было слышать, а его голос только делал своего обладателя желаннее и желаннее. - Выеби меня! - простонала девушка и начала страстно целовать Тома. Он понял, что она его действительно хочет. Она целовала его и кусала его губы. Она была очень ненасытна. То ли алкоголь, то ли то, что она так долго его хотела, были виноваты в этом. Но вкус крови мешался со вкусом сладких сигарет. А наслаждение сменялось наслаждением от боли. Том тоже стал кусать Кассиопею. Во время поцелуя, Том поднял ее на руки, но не разрывал поцелуй. Слишком уж сладок он был. Том посадил Кассиопею на стол и отстранился. Но в следующую секунду он прильнул к ее шее. Он жадно кусал и вместе с тем нежно целовал и облизывал. Кассиопея не выдерживала. Она томно и блаженно стонала. Ее ноги обнимали его, а руки обвили его тело. Она наслаждалась его ласками, но переместила свои руки с его спины на торс и стала расстегивать пуговицы рубашки (как же хорошо, что он в какой-то момент успел снять мантию) и развязывать галстук. Но Том помешал. - Всему свое время, Кэсси, - и после этих слов снял ее кофту. Кассиопея опять еще больше покраснела (а румянец с ее лица почти не уходил). Он так же быстро и элегантно расстегнул ее лифчик и снял. Губы Риддла опять легли на губы Кассиопеи. И опять такой же страстный поцелуй. Но в этот раз одна из рук парня играет с сиськой и соском. Кэс чертовски приятно, что она стонет сквозь поцелуй. А ее стоны только и манят парня, еще больше возбуждают. Он приближается к ней своим телом. Ее киска чувствует его член, что он стоит и как он пульсирует. Кассиопея не понимает, зачем Риддл ее дразнит всеми этими поцелуями и ласками. Она хочет одного. И с каждой минутой все больше и больше. Она хочет ощутить его в себе. Том отстраняется и переходит к груди. Он нежно своим языков ласкает один сосок, а с другим играет пальчиками. Все его действия они властные. Кассиопея только его и он может делать с ней все, что захочет (а она непротив). "Мой господин," - стонет она. А Риддлу это только и нравится. Он переходит языком у другому соску, облизывая тело своей сестры. Другой рукой он уже не проводит по соску, дразня его, а сжимает сиську. Кэсси наслаждается, но ей этого мало. Он очень хочет, чтобы он вошел в нее. Том шепчет: "Еще рано, милая". Игры с грудью заканчиваются. Девушка тянется губами к губами своего возлюбенного, а он разрешает ей поцеловаться. Она опять обнимает его ногами, притягивая к себе ближе. Он поддается ей, и он чувствует приятное тепло и пульсацию. Она зарывается руками в его волосы, портя идеальную прическу Тома (конечно она и до этого успела ее подпортить). Его волосы очень приятные. Как ему удается сохранять такую прическу без укладочных средств? Ах да, конечно, это же Том у него должно быть все идеально. Ну или практически идеально. Он ее милый Томми, только ее. А взамен она готова быть навечно его. Хотя она уже его. Его Кэсси. Том отстраняется. Он хотел бы еще поиграться с телом его милой сестрички, но продолжить можно в любой другой момент. Он расстегивает штаны и спускает их вместе с трусами. Непонятно откуда, но он достает презерватив и надевает на свой член. Кэсси стесняется такого, но с интересом смотрит за процессом. А у его братика весьма большой член. Интересно и желанно ощутить его внутри, но немного страшно. Том успокаивает девушку. "Все будет хорошо, не бойся. Я знаю, что это твой первый раз. Я буду нежен," - шепчет он ей на ушко. Кассиопея успокаивается, но вместе с тем все только больше возбуждается, а киска ее еще больше намокает. - Можно..поласкать твою шею? - смущенно и со вздохами спрашивает Кэс. Том ей разрешает и немного наклоняется для удобства. Она начинает нежно лизать ее, смешивая лизки с поцелуями. Том еле слышно стонет, он стонет ее имя, стонет слова любви. Кэсси приятно и она кусает неожидавшего этого Тома. Но потом снова возвращается к нежнейшим ласкам. Пара укусов, она зализывает их и останавливается. И смотрит в его глаза. Том читает по ним: "Войди в меня!" Он снимает с девушки ее трусики. И ждет, будто спрашивает, готова ли она. А она вслух говорит лишь "да". Том входит в Кэсси. Он такой большой у него, думает об этом Кэс. Немного болюче, но приятно. Девушка стонет очень громко, все равно их не услышат. Ей и больно и мегаприятно. Ей хочется, чтобы Том был быстрее и грубее, но он очень нежный и медленный. Они сливаются в поцелуе. Кассиопея постепенно привыкает, и Том ускоряется. Сквозь их поцелуй девушка стонет, а парень иногда разрывает поцелуй, чтобы простонать, что Кэсси только его, что он ее любит и много что еще. Сейчас он тихо стонет и нежно. Он не обращается с сестрой так грубо, как со своими любовницами (после чего кстати некоторые либо начинали выпивать перед встречами с ним, либо избегали его). Том будет с Кэсси так же груб, только если она этого захочет. Том еще больше ускоряется, а девушке это только и нравится. Она никогда не испытывала подобного. Она рада, что ее первым стал Том. Первым и единственным. Ее брат-близнец, который идеально ее знает. Который знает даже то, как она хочет заниматься сексом. - Томми..Я.. - ноги девушки трясутся, она стонет на всю Тайную комнату. Ее ноги сжимают Тома, который стал двигаться еще быстрее. Кассиопея кончает, она крепко сжимает Тома. Так приятно... А парень еще недолго продолжил в ней двигаться и остановился. Он тоже кончил. - Я люблю тебя, Томми... - прошептала Кэс и вырубилась. Она заснула сладким сном. *** Том аккуратно, стараясь не разбудить, одел девушку. Потом он взял ее на руки, пока трансфигурировал стол в большую кровать. Плевать, что там скажут учителя, он хочет поспать вместе с Кэс. Своей милой Кэсси. Они давно не спали вместе. Парень решил, что все же в школьной форме лучше не стоит спать, и уже вся их одежда была превращена в удобные пижамы, подушки и одеяла. Он лег рядом с Кассиопеей. Он давно не видел вблизи, как она спит. Он аккуратно обнял ее, а Кэсси обняла Томми в ответ сквозь сон. Он поцеловал ей макушку, обнимал ее и гладил ее волосы, пока не уснул. *** - Дорогой Томми, это правда, что... - Что было этой ночью, это правда. - ...ты любишь меня? - Конечно, люблю, милая Кэсси! - он поцеловал ее. тогда они проснулись и их не волновало ничего в Хогвартсе. Им просто хотелось быть рядом друг с другом.