Часть 12

Мальчишка успокоился, остатки слез ещё держались на его глазах, но он расслабился и перестал всхлипывать, он просто продолжал сидеть в объятьях своего шишу, уже откровенно наслаждаясь подаренными ему ласками. Как только Му Цинфан понял, что мальчик пришёл в себя, немного подождав, он решил продолжить разговор. - Бинхэ, я знаю, ты хороший ребёнок...., - он невольно прикусил губу, не особо желая продолжать свою мысль. - но я не могу не сказать об этом твоему учителю. Бинхэ вскинул голову и умоляюще посмотрел на лекаря. - Шишу, прошу... Слова давались Му Цинфану через силу, мальчик казался уж через чур уязвленным, его милым, щенячьим глазам едва ли можно было противостоять, но мужчина изо всех сил настаивал на своём. - Этот мастер не в праве выносить подобных решений, но я постараюсь смягчить и подготовить шисюна. Ло Бинхэ снова налетел на шишу с объятьями, со смерти его матушки этот мужчина был первым, кто проявил к нему подобную доброту и заботу, был готов вступиться за него, и он был безумно за это благодарен. Мингжу не спешила вмешиваться в это, она и так достаточно сделала. Бинхэ был в праве ненавидеть её - она раскрыла самый главный его секрет, но она нисколько об этом не жалела, она сделала правильный выбор, а потому просто продолжала сидеть на столе, рядом с ними и наслаждалась, развернувшейся перед ней, картиной. Она рассчитала правильно, Му Цинфан не сможет хранить от Шэнь Цинцю правду касательно его ученика, они слишком сблизились за это время, чтобы это могло восприниматься уже не просто как умалчивание интересной сплетни, а как полноценная ложь. Он не мог не рассказать. Они все направились в Бамбуковую хижину. Оставив Ло Бинхэ снаружи, Му Цинфан с Мингжу на руках, прошёл в обитель своего друга. Подобные действия для него уже были привычными, это место стало его вторым домом, где не осталось места формальности, где его были рады видеть в любое время, а излишнюю любезность расценивали как провинность. Шэнь Цинцю он как обычно застал за работой, и не будь мужчина так увлечён бумажками, легко бы заметил конфуз на лице дорогого брата. Тот стоял зажатый и немного нервозный, такое поведение вполне свойственно главе пика Андин, но никак не вечно расслабленному и излучающему спокойствие Му Цинфану. - Надо же, у шиди появилась свободная минутка. - эти слова были брошены по привычке, совершенно без эмоционально, Цинцю даже взгляда от бумаг не поднял, лишь обозначил, что заметил чужое присутствие. - Шисюн, может быть тебе тоже стоит прерваться. - он попытался сделать свой голос более обычным, раз Цинцю не придал значения его обеспокоенности, пожалуй стоит обговорить предстоящую тему как что-то совершенно обычное. - Я сделаю чай. Он развернулся в сторону кухни и чуть более быстрой походкой, чем это было обычно направился готовить чай. Шэнь Цинцю тем временем действительно оторвался от бумаг и запрокинув голову назад, просто решил посидеть в тишине, давая глазам отдохнуть. Уже зайдя в кухню Мингжу, что так и продолжала сидеть на руках Му Цинфана, подала голос. - Ох, прости, я совсем забыл о тебе. Это всё нервы. - он поставил её на кухонную тумбу, а сам пошёл искать травы для чая. - Я совсем не знаю, как рассказать Цинцю о Бинхэ. Точнее рассказать можно как угодно, итог всё равно будут один - он будет в ярости. Мингжу внимательно смотрела за действиями лекаря, она провела с ним достаточно времени, чтобы понять какой именно чай решил приготовить Му Цинфан - успокаивающий. И не понятно кому из них он понадобится больше. В любом случае решение было хорошим, а потому останавливать она его не собиралась. Когда он закончил, он поставил сервиз и сладости на поднос и направился к Цинцю. Кошка последовала за ним. Они расположились на своих привычных местах, всё казалось вполне обыденным, расходились лишь мелкие, но такие обыденные детали: на лице Цинфана не было его привычной улыбки, не той, которую он показывал на людях, а настоящей, искренней, лицо пронизывала обеспокоенность, а Мингжу пристально наблюдала за ними, вместо того, чтобы как обычно расслабленно заснуть на своей подушке. - Что с вами обоими происходит, опять случилось что-то, о чем я узнаю последний? - он недоуменно смотрел на их переглядки, попивая свой чай. - Я хотел спросить, как шисюн относится к демонам? - Что за глупый вопрос, как и ко всем остальным, ну кроме вас. "Ну да, это был действительно глупый вопрос, он всех ненавидит" - Эту мысль они разделили на двоих, вряд ли стоило ожидать какого-то другого ответа, хотя то, что он выделил их было очень приятно. - Тогда для шисюна нет особой разницы, кого рядом с собой терпеть? - это был проблеск надежды, который тут же разбился об серьёзный и уже более раздражённый тон Шэнь Цинцю. - В каком это смысле, о чем ты? - в его глазах заблестел то ли лёд, то ли начищенный до блеска металл, впрочем разницы особой не было, чем именно тебя разорвут на части. - Бинхэ.. - Му Цинфан пролепетал это имя едва слышно, но шисюну этого было достаточно. Он провёл в недоумении не больше секунды, как осознание брошенных шиди слов дошло до него. Его чашка грозилась разбиться дважды, сначала он того, настолько Шэнь Цинцю её сжал, а потом от того, с какой силой ударил ей по столу, чая там уже не было, а потому беспокоиться о том, что что-то прольётся на кого-то из них смысла не было. - Гадкий звереныш! - старое прозвище он буквально прошипел, сейчас оно так привычно ложилось на язык, словно он и вовсе не забывал его на несколько лет. - Так и знал, что надо было избавиться от него ещё тогда. Он поднялся с места, намереваясь воплотить свой план в жизнь, но вместе с ним с места подорвались и все остальные. Му Цинфан быстро встал перед Шэнь Цинцю, преграждая ему дорогу, а Мингжу схватила его сзади за одежды. - Шисюн, не стоит делать поспешных решений! - он поднял руки перед собой, не решаясь положить их на плечи дорогого брата. - А вы решили вступиться за это отродье?! - праведный гнев сейчас наполнял всё его естество, но он действительно остановился. Му Цинфан осторожно взял его за руку и повёл в сторону кровати, посадив его он сам сел рядом, так и не отпуская его руки из своей хватки. Мингжу уместилась на коленях своего человека, преграждая ему путь к отступлению. Шэнь Цинцю сидел как на иголках, ярость в нём нисколько не убавилась, но эти двое одним своим присутствием сглаживали любые углы, а потому гнев хоть и клубился глубоко внутри, но не спешил выходить наружу, не сейчас. - А-Цзю, - старое обращение сильно резало по ушам, он уже успел отвыкнуть. Му Цинфан говорил с ним тем же тоном, что и Юэ Цинъюань, но сейчас это не было противно, он не раздражал, а действительно успокаивал. - мы знаем Бинхэ с детства, он чудесный ребёнок. Разве он заслуживает смерти за то, на что даже не мог повлиять. Шэнь Цинцю оставалось лишь тяжело выдохнуть. - Будь это кто-то другой, ты бы так не говорил. - голос его звучал ниже и тише, чем обычно, но уже стал более спокойным. - Тащи его сюда, нечего скулить под моей дверью. - Му Цинфан поспешил к входной двери, за которой его ждал испуганный полукровка, а Шэнь Цинцю опустил руку на спину Мингжу и несколько раз провёл по шерсти. - Вот и за что вы его так любите? "Эх, ну вот какой же ты все таки временами глупый, даже не подумал, что мы переживаем не за него, а за тебя." Она встала и опиревшись на его плечи потерлась головой об его шею.