Пробудить – не подчинить.

      – От куда мне было знать, что "Запомни всё!", значит запомнить...ну...способ использования новой способности, – жаловалась Алёнка на возмущенных подруг.       – Отлично, мы в пустую потратили один единственный шанс отмотать время! – Варя раздражённо крутила пальцем в воздухе, создавая маленькое торнадо. – Я же говорила, что ничего не выйдет!       – Варя, успокойся. У нас ещё есть кое-что, – волшебница земли открыла видео с театра на ноутбуке. – Идите сюда!       Девочки смотрели внимательно, теперь уже без оцепенения. Анализ способности могла сделать только Маша, но если вдруг кто-нибудь заметит важную деталь, то это поможет делу.       – Я вспомнила! – над ушами своих подруг закричала Алёнка.       Троица обернулась на девочку, поставив воспроизведение на паузу.       – Перед тем, как я ушла в себя, я подумала, что огонь всё поглотит. А потом вышло совсем наоборот!       Маша хмыкнула, оперевшись подбородком на сжатую в кулак ладонь.       – Возможно, это действительно повлияло на активацию способности. Но думаю, скорее не сама мысль, а ощущение отчаяния и высшей степени опасности. Хотя вполне возможно, что мысль играла не меньшую роль. Не могу говорить точно, когда все понятия размыты.       Варя, дослушав, включила видеозапись заново.       Наблюдения не дали ничего особого, кроме того факта, что при использовании «поглощения огня» – как прозвали эту способность девочки, – глаза Алёны забирают себе свет и жар пламени.       – Я ещё пару раз пересмотрю видео на всякий случай, вдруг замечу новые детали, а вы пока идите попробуйте узнать что-нибудь у Морока с Абрикосовым. Может они заметили со своего ракурса то, чего не могли видеть мы, – сказала Мария.       Варя кивнула, взяв за руки двух подруг и активировав телепортацию. Всего секунда, и девчонки оказались в лаборатории Друида.       Разговор с Сашей ничего не дал. Он, как и девочки, не заметил ничего, находясь под впечатлением.       – О! Не знаю, считается ли это, но когда Аленка выдохнула в конце – её дыхание было чем-то вроде пара и оно зажглось.       Волшебница ветра и льда переглянулись. С места возле лестницы, они не могли видеть материальзовавшийся «взрыв», для них произошла просто большая вспышка света, после чего погасли все его источники. Варвара кивнула шатену в благодарность и телепортировалась в театр.       – Я? Конечно видел. Только ничего сказать не успел, вы ж все убежали сразу, – недовольно хмыкнул Влад.       – Владик! Скажи-скажи пожалуйста, что ты заметил?       – Во первых, это была не обычная магия огня. Такую я видел только у бывших правителей сказочного мира, и это не может быть ошибкой. Я думал об этом весь сегодняшний день и пришел к выводу, что никто больше не мог укротить огонь таким образом. Я видел только двух магов, способных на такое. Короля и королеву.       – Короля и к-королеву? – пораженно вставила свое слово Снежка, губы ее от шока покрылись инеем.       – Но что это значит? Неужели я...потомок великих магов?       – Потомок великих магов королевской крови, Алёнка, – серьезно сказал Влад, глядя прямо в глаза взрывной девочки. – Ты королевская дочь.       Тишина разрезала воздух.       – Н-но этого не может быть! Как это я – к-королевская дочь? Да быть такого не может! – отрицала очевидное Рыжова, а сама нервно бегала глазами по помещению.       В комнату зашёл никем нежданный Александр. Удивление на его лице могло описать чувства всех окружающих. Бывший темный князь встретил гостя скептически поднятой бровью.       – Я не хотел подслушивать. Я просто пошёл в театр за одним артефактом, который попросил обменять Индюк, – начал объясняться Саша.       – Саша, замолчи! Не до тебя сейчас! – перебила Варя. – Что там со вторым наблюдением? – повернулась она к Мороку.       – А. Ну во вторых, это не последствия страха или отчаяния, как вы могли подумать. Дело в том, что критическая ситуация, связанная с огнём напрямую, заставила Алёнку пробудить свою прирожденную магию. Короче говоря: Рыжая прошла посвящение в королевского мага. Это посвящение проходили все правители, обладающие огненной магией...       – Но почему именно сейчас? Алёнка и раньше сталкивалась с такими ситуациями.       – Колючка, учись слушать. Я не договорил, – усмехнулся Влад. – Посвящение, как правило, должно проходить на специально подготовленной арене. Театр оказался похож по построению, поэтому и подошёл. Так же на арене обязательно подготавливают индивидуальное испытание связанное с огнем. Обязательно сильно влияющее на психику, чтобы вызвать сильный страх и чувство отчаяния – из-за чего и пробуждается внутренний огонь. Как я уже сказал, у каждого огненного мага королевской крови свое собственное испытание, которое обычно подготавливают родители мага – правители страны, – Влад помолчал минуту, переводя дыхание и собирая мысли в кучу. – Смею предположить, что родители Алёнки не в состоянии подготовить для нее испытание, поэтому потомственная магия решила отдать эту задачу самой Алёнке. Так как она достигла определенного возраста для посвящения и внутренний огонь уже не мог ждать, он решил, что театр вместо арены, и пожар в качестве испытания – это подходящие условия для момента освобождения.       – Что значит «не в состоянии подготовить для меня испытание»? – как будто ничего другого не имело значения, глухо спросила Алёнка.       – Это лишь мое предположение. Вполне возможно, что ты просто потерянная дочь, и из-за этого родители не знают, какое испытание тебе дать, но так как сейчас страной правят не огненные маги, а Сказочник, думаю, твои родители не могут подготовить испытание по другой причине.       – Не волнуйся Алёночка, мы обязательно найдем твоих родителей... – поддержала девочку Снежка. – Уверена, с ними всё хорошо.       – Да, – кивнула Варвара. – Просто у них нет возможности попасть во дворец, вот и не могут подготовить для тебя испытание, – она в успокаивающем жесте положила руку на рыжую макушку, поглаживая.       Алёнка опустила голову, закрывая тенью глаза.       – Алёнка... – решился вмешаться Абрикосов. Шмыг...       Шатен застыл на месте.       Капли врезаются в деревянный пол. Липкий страх стягивает лёгкие, мешая свободно дышать. Плечи дрожат в попытке сдержать отчаяние, что хлещет по сердцу словно кнут, оставляя после себя кровавые борозды. Огромная дыра появляется в душе, засасывает в себя все хорошие чувства, нагло оставляя только плохие.       Отчаяние. Страх. Грусть.. Печаль...       Ничего хорошего будто и не было в жизни, всё забрала с собой душевная дыра, где так отчаянно хранилось место для воспоминаний с родителями. Она должна была встретить их, должна была поселить их там, в подготовленном для них месте. Вечно ждавшем их месте...       Слёзы беспощадно питают доски, колют глаза, бегут под носом до подбородка, сушат солеными дорожками кожу. Но никак не приносят облегчение. Наоборот, девочке казалось, что они смывают собой все хорошее.       – Рыжая...       На смену грусти пришел гнев. Отчаянно яростный гнев. Сердечные дыры затягивает собой горячее, жгучее пламя. Алёна сжимает кулаки с такой силой, что кожа на ладонях горит. Она поднимает заплаканные глаза на звавшего ее Влада. Контраст их глаз обжигает обоих. Ярко алые, налитые кровью и яростью, и небесно голубые, леденящие душу. Только вот сейчас бесполезно пытаться остудить бушующий ураган внутри девочки. Она хмурит брови. Не может видеть со стороны, но все смотрят на неё и ее пламя, что сейчас было не только в омутах девичьих.       Снова то пожирающее пламя окружало фигуру, словно защитный купол. Оно пылает яростью. Оно готово убить.       Никто из присутствующих не смел больше говорить, даже дышать, казалось, было опасно.       Последние скопленные в глазах слезы падают на пол, но вместо того, чтобы вновь намочить его, они зажигаются словно две искры, поджигая половицы. Алёнка упрямо смотрит в глаза Морока. Тот физически не может отвести взгляд. Напряжение копится с каждой секундой, в комнате уже нечем дышать. Как будто дым от пожара блокирует легкие.       – Алёнка, тише. Уверена, с твоими родителями всё хорошо, не стоит так волноваться, – попыталась вразумить подругу маг ветра, стараясь ровно дышать.       Алёнка повернулась лицом к друзьям. Огонь, как по ветру, колышется за ее движением.       – А-алёночка, приди в себя. Прошу, усмири свой огонь, иначе театр опять...       – Она не в себе! Ничего не говорите, это может только усугубить ситуацию! – вмешался Влад, замечая, как Абрикосов незаметно уходит из комнаты, задыхаясь. Морок одобрительно кивнул, но Саша этого не видел.       Девочки посмотрели на тёмного владыку, как бы спрашивая «что тогда делать?». Морок лишь мотает головой в ответ.       Зрачки потерялись, дуг не видно, теперь на месте глаз лишь ярко красный цвет. Алёнка ушла в себя полностью. Она потерялась. В комнате вместо неё осталась только чистая ярость. Беспробудный гнев.       Она жмуриться, алые слезинки капают вниз. Сгибается пополам в длинном, оглушительно диком вопле. Влад зажимает уши, сильно хмурясь. Здание сотрясается, книги падают с полок, стеклянная кружка на столе разлетается на осколки, попадая в колено Алёнки, от чего вопль становится ещё более жутким. Голос уже даже не похож на человеческий. Словно вместо девочки кричит сам огонь, ещё не прирученный ею, свободный, опасный, разрушительный.       Варя в панике ищет руку Снежки, что уже не стоит на ногах, чтобы телепортироваться как можно дальше. Снежка, едва в силах поднять глаза, в слепую подаёт ладонь, мертвой хваткой сжимая кисть подруги. Ровно за секунду до взрыва девочки успевают телепортироваться.       Влад, у которого нет магии, роется в ящиках, в поиске защитного артефакта. Нашёл. Золотой оберег, который создал прочный купол, успел защитить парня.       Взрывной волной комнату разносит в щепки. Звон в ушах Влада не прекращается, заставляя биться в конвульсиях. Слезы неконтролируемо валят из глаз. Пустой звук, глушащий до разрыва ушных перепонок, бьёт словно тысяча игл. Благо Морок успел создать защитный купол до этого, но звон настолько сильный, что просачивается даже сквозь барьер.       Девчонку разрывает изнутри собственный огонь. Он не хочет подчинятся. Должно быть, пробудить его недостаточно, чтобы он стал твоим. Он дикий, не прирученный. Он не слушает, Алёнка не его хозяйка – она просто сосуд.       Девочка, находясь в себе, не может сопротивляться этой силе. Она слишком могущественна. Не заходя на ринг можно понять, кто победитель. Поэтому, даже не стараясь сопротивляться, Алёна отдает себя пламени.

–—·⊹·—–

      Варя и Снежка появляются на мельнице и сразу же падают на колени, прерывисто дыша. Пот, словно дождь льёт по телу.       Маша удивлённо оборачивается на стуле. Увидев состояние подруг, тут же бежит к ним.       – Девочки! Что случилось? Где Алёнка?       Варвара поднимает голову, что бы что-то сказать, но глаза её неестественно закатываются за веки, а тело падает на пол без сознания. Рядом сидящая Снежка обливается слезами. Давление было слишком сильное, чтобы сдерживать поток. Она испуганно дрожит.       Девочка в зелёной кофте растерянно смотрит на двух волшебниц. Паника нарастает с каждой секундой. Она с помощью магии земли поднимает и относит Варю на постель, тоже самое делает с магом льда. Не теряя времени мочит две тряпки и укладывает их на лбы своих подруг.       – Снежка, ты можешь говорить?       Девочка лишь прикрыла глаза. Маша тяжело вздохнула и пошла за ноутбук, искать местоположение Алёнки.       – ...Находимся на месте происшествия. Совсем недавно здесь произошел взрыв разрушающей силы, – монотонно говорила репортёрша, стоя прямо перед театром, что уже тушили маги и волшебники с силой воды. – Всех пострадавших исцелили маги-целители. В эпицентре взрыва находилось два человека: гражданка Алёна Рыжова и гражданин Владислав, ранее известный как Морок...       Маша в шоке прикрыла рот рукой. За спиной репортерши она заметила тела Морока и Алёнки, которые аккуратно несли в лазарет по воздуху два волшебника. Девочка собрала сумку и приказала мышонку с Цветиком присмотреть за двумя подругами, а сама побежала к месту происшествия.       – Ой-ойюшки...что сейчасушки буде-ет... – сказал напоследок кактус.

–—·⊹·—–

Алая кровь окрашивает черные волосы в красный. Защитный барьер разлетелся в щепки, стоило огню коснутся его. Насколько же разрушительная сила была заточена в маленькой девочке. Звон прекратился, уступая место грохоту и стреляющим звукам. Перед глазами плывёт, но Влад изо всех сил старается оставаться в сознании. Он смотрит за тем, как Рыжову начинает обжигать собственная магия. Кожа краснеет, сгорает под языками огня, оставляя за собой розоватые рубцы. Тело девочки не знает куда себя деть, врезается головой в стену и всё вдруг кончается. Тишина... В ушах бьётся сердце бешеным набатом. Тишина... Треск огня словно шум гудит в голове. Тишина... Тело Алёнки падает с грохотом на подожженный пол. Тишина... Вокруг всё сотрясается, мутит... Т... и... ш... и... н... а. . . Влад теряет сознание.