Живая вода не лечит душевные раны.

      Задыхается. Она задыхается. Воздуха нет. Вокруг только вода, вода и вода. Варя рядом ничуть не помогает, она лично топит рыжеволосую в ней. Что случилось? Почему она это делает? От куда она вообще взялась? Разве она не в коме? Чужая рука с усилием толкает рыжую макушку всё глубже в воду, и прождав ещё несколько секунд вытягивает на воздух.       – Умереть вздумала?! Я тебе щас быстро мозги вправлю! – гневно причитает Ветрова, окуная девушку лицом обратно, даже не дав отдышаться.       Большие пузыри выходят на поверхность вместе с возможностью дышать. Алёнка барахтается, пытается всплыть, но не может. Паника захватывает в свои тиски. Боль от затягивающихся ожогов невыносимая. Это что, озеро с живой водой? Янтарными глазами девушка заметила ожоги на чужом теле. Варя кинулась прямо в пламя, чтобы спасти Алёнку. И опять она причиняет только вред... Рот наполняется водой, а лёгкие больно сжимаются, пытаясь глотнуть воздуха. Волшебница ветра с рывком поднимает Алёну за шиворот над водой.       – Пока меня не было тебе совсем голову отшибло?! Думаешь, раз ты не смогла победить самого сильного злодея без последствий, то всё – надо умирать?! Я тебя спрашиваю! – встряхнула девушку Ветрова, гневно крича возмущения ей прямо в лицо, заставляя жмуриться.       Алёнка кашляет водой и загнанно дышит, пытаясь сообразить, что вообще происходит. Всё случилось так быстро, что она даже не успела ничего понять.       – Мало тебе показалось жертв что-ли?! И так все искалеченные вышли из этой битвы, так ты хочешь всех подвергнуть опасности ещё раз?! Хочешь, чтобы все винили себя потом из-за твоей смерти?! – Рыжова со страхом смотрела в искаженное гневом лицо Вари, стараясь отдышаться. – Что с тобой, Алёнка? Я тебя не узнаю! Где твой боевой дух? Где вечное счастье на лице? Ты ведь всегда умела развеселить и поднять всем настрой! Так что с тобой теперь?! Где та, кого я так давно знаю?!       Живая вода стекала с лиц принцессы и Вари. Алёнка смотрит в лиловые глаза подруги, видя в них вопрос, отчаяние и гнев. А Ветрова, глядя в янтарные очи, видит сожаление, потерю и солёные дорожки слёз, которых не было на веснушчатых щеках уже давным-давно. Их можно различить даже через множество других стуй воды, стекающих с мокрых волос.       – Что с тобой случилось за время, пока я была в коме? Что со всеми вами случилось, пока меня не было рядом? Почему вы все так изменились? Что такого произошло, что вы стали такими? – потерянные вопросы сыплются изо рта Варвары бесконечным потоком, но ответа на них не следует. – Почему ты молчишь?! Скажи мне! Скажи хоть что-нибудь!!! – истерически требует она, тряся Рыжову за грудки.       – Алиса умерла... – надломленным голосом сказала Алёна, наблюдая, как резко поменялось выражение на лице подруги. – Из-за меня. Поэтому... – хныча, повысила голос девушка. – Поэтому я хочу покончить со всем этим! Я не хочу больше чувствовать эту боль, эту пустоту! Я не хочу больше никого терять!       Крупные слезы рекой лились из глаз, а крик выражал всю накопившуюся боль, которую Рыжова сдерживала в себе. Варвара смотрела на нее и плакала, видела всё, и хотела видеть больше. Она хотела, чтобы Алёна открылась ей, высказала наконец всё, что чувствовала всё это время.       – Если я умру, то мне больше не придется чувствовать это! Я буду свободна от эмоций! После битвы с Повелителем я не чувствовала ничего, кроме боли... Поэтому! Поэтому я хочу убить себя! Это легче, чем знать, что Алиса пожертвовала собой из-за моей ошибки! Она могла бы быть жива, если бы я только не теряла время! Она бы была сейчас рядом с нами, если бы я только сделала всё правильно! Но её нет!!! – жалобно крикнула Алёна в лицо Вари, и была мигом втянута в крепкие объятия. – Её больше нет...       – Дурочка, это не твоя вина... – прошептала ошарашенная Ветрова, гладя подругу по голове.       – Я устала...я так устала... – прохныкала в чужое плечо Алёнка. – Я не хочу больше ничего чувствовать...       – Молчи. Просто выплачь все свои чувства. Позволь им выйти наружу, и тебе станет легче.       И она разревелась. Алёнка ревела и ревела без остановки, задыхаясь, хлюпая и прижимаясь к Варе теснее, обхватив её спину руками.

–—·⊹·—–

      – Алёнка! – увидев впереди огонь, запыханно прокричал Саша. Но когда он добежал, то не увидел названную подругу. На поле были только Морок, стоящий к нему спиной, и Снежка с Машей, которые сидели в обнимку, успокаивая друг друга. – А где Алёнка? Только не говорите, что...       – Н-нет... Нет, – перебила Маша, оборачиваясь, после чего услышала облегченный выдох.       – Но тогда где она? – прибежал следом Вася, задыхаясь от бега.       – Мы не знаем.       – Нужно их найти, – решительно обернулся Влад, встречаясь глазами с факиром.       – Их? А, так Варя уже её забрала? – спросил Саша.       – Всмысле «уже»? – вставила Снежка.       – Ну, в то время когда Маша позвонила мне, мы с Васькой навещали Варю, и она всё слышала...       – Ага. А потом сказала «Ну Алёнка! Прибью!» и выгнала нас, – пародируя грозную интонацию Варвары, добавил Сидоров.       – Кароче. Вы как хотите, а я иду их искать. Мало ли куда Колючка могла после комы телепортироваться, – направляясь в город проворчал Влад.       – Влад, стой! У меня есть способ найти их намного быстрее! – позвала парня маг земли.

–—·⊹·—–

      – Э...мельница? – сказала за всех Снежка.       Путеводный артефакт привел компанию к дому патруля, чему в общем то не нужно удивляться, но ребята ожидали чего-то другого. Первой вошла Маша, остальные побежали следом. Буквально ворвавшись в помещение, маги увидели совершенно обычную и в то же время необычную картину: Варя и Алёнка сидят за столом, пьют чай.       – Привет, – спокойно отреагировала на ступор друзей Варя, остужая свою чашку. Алёнка рядом хихикнула, вызывая у присутствующих недоумение.       – Вы...? Всё в порядке? – спросила Маша.       – Да. Кому-нибудь налить чай?       Вперёд резко вышел Влад, гневно смотря на спокойную парочку.       – Что. Тут. Происходит.       Девушки переглянулись между собой, ничего не отвечая.       – Вы с ума посходили? Чё за представление вы тут устроили?!       – Что, даже никто меня встречать не будет? Я всё-таки из комы вышла, – проигнорировала Варя возмущения черноволосого.       – Меня больше волнуют ваши шрамы... А где ожоги? – спросил вдруг Вася, обращая на себя внимание.       – О. Варечка телепортировала нас в озеро с живой водой, – подала голос Алёна.       – Так. Стоп. – помотала головой озадаченная ситуацией Маша.– Расскажите нам всё с самого начала!       – Ну, Варя телепортировала нас в озеро, чтобы ожогов не осталось, а потом сюда, вот и всё... Ну а ещё мы решили попить чай.       – Какой ещё чай?! – взорвался князь, подходя ближе к столу. – Чё за бред ты несёшь, Рыжая?!       – Просто говорю как было, – спокойно пожала плечами Алёнка.       – Ничего не понимаю... – сказала себе под нос Снежка, усаживаясь на любимый диван.       – А может они это? Ну...успокоительного наглотались? – выдвинул свою теорию Александр.       – Или это действие живой воды такое? – предположил Сидоров.       – Сейчас посмотрю, – Маша набрала в телефоне запрос, но никакой информации о влиянии живой воды на эмоциональное состояние не нашла. – Нет, это не оно. Варь, Алён, признавайтесь, что произошло?       – Да всё нормально, – в унисон сказали подруги.       – Нет, они точно успокоительного наглотались, – не унимался Саша.

–—·⊹·—–

      Слезы не кончались, сколько бы обе не плакали. Холодная вода морозила кожу, поэтому Варя выплыла из озера, таща на себе Рыжову.       – Варечка-а-а, как же мне тебя не хватало! – взвыла Алёна, хватаясь за подругу и опрокидывая её на землю вместе с собой. Девушки взорвались в нервном хохоте, содрогаясь.       Смех перешёл в новую волну рыданий, из-за чего они снова обнялись, ища друг в друге поддержку. Через слёзы Варвара сказала:       – Т-так продолжаться не может... Нужно...       Не закончив мысль, маг ветра телепортировала себя и принцессу на мельницу. Повалявшись ещё немного на полу в слезах и соплях девушки поднялись, направляясь в душ прямо в одежде. Ледяная вода охладила разум обеих. Девушки в спешке переоделись в сухую одежду, побегали по комнатам, думая, что делать, и в итоге сели пить чай с непринуждённым видом, будто ничего и не было.

–—·⊹·—–

      – Ваше Величество, Алёнка на мельнице, с нами, – отчиталась Маша родителям подруги, что преспокойно лежала в своём гамаке, качаясь из стороны в сторону. – Да, с ней всё в порядке...почти.... Шрамы от ожогов... Мы пытались... Да, хорошо.       – Ну что? – нетерпеливо спросил Саша.       – Сказали, чтобы она у нас осталась, но нужно глаз с Алёнки не спускать.       – Я тоже останусь, могу хоть на полу спать!       – Я тоже! – добавил рядом стоящий Вася.       – А ты, Влад? – спросила Маша, глядя на чёрную макушку. Парень стоял у окна, спиной к остальным, только напряжённые плечи выдавали его беспокойство.       – А меня и спрашивать не надо. Но на полу я спать не буду.

–—·⊹·—–

      Ночью всё кажется иным, более громким, страшным, и иногда откровенным. Ночью легче говорить о чем-то личном, делиться ненужными мелочами жизни. Ночь – волшебное время суток. Она не ставит перед выбором, только разрешает. Разрешает открыться, разрешает говорить лишнего, разрешает всё, что угодно. Потому что ночью всё сокровенное вскрывается.       И ночь разрешает плакать без остановки, обниматься в тишине и холоде на балконе мельницы, ничего не говоря.       Варя прижимала Алёнку к себе. Её тело согревало от холодных потоков ветра, согревало душу. Они обе плакали, громко, не контролируя себя. Ночь разрешает.       А Влад не спал. Он лежал на мягком диване и слышал все рыдания сверху. Если выйдет к ним, то помешает? Он терзал себя раздумьями. Но ведь ночь разрешает? Так почему сердце стучит в ушах от одной мысли о том, чтобы подняться наверх? Рядом на полу сопел Абрикосов, путая мысли. Черт с ним. Голубоглазый поднялся, стараясь не разбудить никого скрипом дивана, и медленно, обходя спящего на полу в гамаке Васю, поднялся на балкон.       Неаккуратно отворившаяся дверь заставила девушек вздрогнуть. Кто-то пришёл. Панически глядя друг другу в глаза, они не знали что делать.       – Спокойно, это я, – вышел на свет луны Влад. – Теперь то вы расскажите, что случилось?       Утирая слёзы, Варя и Алёна не решались говорить.       – Я так и думал, что это ложь. Не может всё так по щелчку пальца измениться.       – Ничего особо не случилось...просто мы растерялись, – ответила Алёнка слабым голосом.       – И решили прикинуться, что всё в порядке? После твоих двух попыток убить себя? Серьезно? – посмотрел парень в янтарные глаза, что опухли от слёз.       – «Двух попыток»? – ошарашенно спросила Ветрова, глядя на растерявшуюся Рыжову.       – Я расскажу тебе потом, – шмыгнула та носом.       – Так может поговорим обо всём прямо сейчас? Все спят, никто не услышит, – предложил Влад.       Алёнка рассказала всё, что чувствовала, и как воспринимала произошедшие события. Влад объяснял ей те или иные поступки друзей, чтобы она понимала всё правильно. Варя же просто сидела рядом и слушала, вникая в пропущенные события. С каждым новым предложением её лицо менялось, отображая все эмоции. Пол ночи темный князь простоял, облокачиваясь о перила, но через время ушла Варя, освобождая своё место, на которое парень уселся сразу же. Разговор продолжился. Тихие голоса выдавали всё до капли. Все чувства, все эмоции. Между ними осталась только одна недосказанная вещь.       – Так ты...правда ненавидишь меня? – глядя перед собой, спросил Влад.       – Нет. С горяча ляпнула. Прости.       – А что на счёт моего призн...       Внизу раздался грохот, а за ним взволнованные голоса друзей. Морок и Рыжая переглянулись, одновременно вставая со своих мест и спускаясь к остальным.       – Другого времени для питья чая не нашлось? – возмущалась сонная Маша.       – Да я случайно! Извините! – стоя рядом с разбитой на осколки кружкой оправдывался Саша.       Алёнка пошла за совком и веником, а черноволосый раздражённо вздохнул, стоя за чужими спинами и глядя на провинившегося Абрикосова.       Для Влада эта ночь закончилась.