1.

      Вечно холодная Страна, ушла в ночь, показывая свои ночные красоты под светом луны. Снег приятно переливался в прямых ликах, а жители выдыхали пар изо рта, совершенно не чувствуя холода. Усыпанный снегом дом, выделялся на фоне других. Высокие крыши здания, множество комнат, а так же сила, которая сочилась с территории этого клана, они были ограждены специальным куполом, который не позволял кому попало проходить. Территория клана Юки но, правящий клан, который скрывался во Льдах, защищал всю Страну. Они – обладатели голубой крови, которая протекала по их жилам, эта кровь была ледянее любой зимы, любого снега, она обжигала своим холодом.       Возле дома, на коленях сидела девочка, длинные белые волосы были убраны в слабый хвост, а на её коленях лежала голова старшей сестры. Юки но Юно, лила горькие слезы, которые пускались на лицо старшей сестры, её прекрасное белое одеяние окрасилось голубой кровью, а под ними стремительно разрасталась лужа. Юки но Юри, которая со слабой улыбкой смотрела на сестру, не могла выдавить и слова из себя, кровь попала в легкие, забилось в горле, и всё, что она могла сделать – это выплюнуть её.       — Нээ-сан, нээ-сан! — скулеж девочки, которая прижимала к себе тело своей сестры, голубая кровь сочилась из ран, а её золотые глаза медленно меркли. Маленькими ручками, девочка пыталась зажать рану, пыталась своей силой остановить кровотечение, — Я прошу тебя, нээ-сан, не закрывай глаза! Папа скоро придет, он поможет тебе! — её длинные белые волосы упали в точно такой же белый снег, который быстро окутал локоны. Девушка не чувствовала своих конечностей, она уже не жилец, и сколько бы младшая сестра не кричала и не лила слезы, ей уже не помочь, — Я не хотела, нээ-сан, не хотела... Прости меня!       — Теперь ты, Хранительница, используй эту силу с умом, Юки но Юно...

***

      Резко распахнув свои глаза, Юно принимает сидячее положение, опустив ладонь на часть лица, она нервно выпустила весь воздух, который в ней был. Поджав одно колено к себе, Юно прикрыла глаза, прокручивая в голове свой кошмар. Они мучают её вот уже семь лет. Смерть сестры, то, что так сильно отпечаталось в её памяти, она не помнила по какой именно причине Юри умерла. Как бы не пыталась вспомнить у неё не выходило, словно её психика убрала этот фрагмент из памяти, дабы она не сошла с ума. Юки но открывает свои яркие золотые глаза и смотрит перед собой: вся поляна, на которой они остановились, покрылась инеем, где-то виднелся снег. Стволы деревьев заледенели, а сами они спали в снегу.       — Нээ-сан, ты чего? Всё хорошо? — повернув голову на звук она столкнулась глазами со своим братом – Юки но Юсо, она родилась на одну секунду раньше него и считалась старшей сестрой. Его коротко стриженные белые волосы почти доходили до мочек ушей, небрежно раскинутые рукой, кристально белые локоны. Золотые глаза, обрамленные белыми ресницами, которые смотрели на неё с волнением, кажется, в них она видела свое отражение. Кипельно белая кожа, которая источала холод, он был виден невооруженным глазом, ведь Юсо сейчас был взволнован. Облаченным в черный костюм, который состоял из широкой черной кофты, длинные глубокие рукава закрывали руки. Пояс закрепленный на спине застежками, и глубокий капюшон, который полностью мог скрыть лицо в своей черноте. На правой стороне капюшоне и рукава был вышит красными нитями символ их клана. Черные штаны хакама, которые больше напоминали юбку, и тецу-гета, — Опять кошмары?       — Извини, — прошептала девушка, смотря в глаза брату, она поправила кофту, которая сползла с плеч. Тройняшки были одеты в одну и ту же одежду, и под кофтой они носили черную безрукавку с молнией по середине. Поджав к груди второе колено, Юно уткнулась в них лицом с равнодушным выражением, хотя внутри что-то происходило. Что-то странное, что она не могла вспомнить. Она не могла вспомнить какие именно эмоции сейчас испытывала.       — Нээ-сан, Юри не вернуть, она умерла... — вот и второй голос, который вынудил их дрогнуть и повернуть голову в сторону. Второй брат – Юки но Юмо, сейчас смотрел на сестру золотыми глазами, он был точной копией Юсо, только вот волосы лежали иначе: белые пряди были убраны назад, а маленькие локоны падали на лоб и белоснежные брови. От слов Юмо, девушка дрогнула и в ту же секунду вокруг неё закружился снег, — Как бы ты себя не уничтожала, Юри не вернуть к жизни...       Сидя обнимая себя за плечи, она стягивала зубы до боли в челюсти. Снег, который начал кружить вокруг Юно, стал охватывать и братьев, которые понимали её эмоции. Они понимали, что Юно тяжело, ведь они чувствовали то же самое, только столкнулись куда позже, чем она. Братья молча смотрели на старшую сестру, понимая, что им она не принесет вреда, не сможет. И вот, Юки но отрывает руку от колена, и наставив раскрытую ладонь на бушующий снег, она резко сжала пальцы в кулак. Снежинки замирают на месте, и в ту же секунду просто падают вниз, будто никогда и не поднимались.       — Отец говорил же...       — Он ничего сам не знает... — перебив Юсо, Юки но резко поднялась на ноги, а вместе с ней поднялся и снег. Сжав руки в кулаки, девушка двинулась прочь с поляны, дабы немного проветрить голову после ночного кошмара. Он вновь напомнил ей о том, что она так пытается забыть, — Мы сами во всем виноваты... — чуть тише прошептала Юно, оставляя за собой заснеженные следы на зеленой траве. Иней покрывал траву, замораживал цветы и землю.       Клан Юки но обладает снежными техниками, а Юно управляет им, как своими руками. Он для неё опора, защита, и покрывало. Но когда эмоции выходят за рамки спокойствия, они источают холод, который исходит от кожи клубами, любое касание к чему-либо тут же замораживается, покрывается снегом или инеем. Она уничтожала всё живое рядом с собой, и пока ничего не могла с этим сделать. Дабы держать всё в норме, и никому не вредить, ей нужно было для начала унять свои эмоции, которые сейчас играли с ней злую шутку. Укрывая всё холодом, она сама становилась им, закрываясь снегом, пропитывая себя морозной неприятной болью.       Остановившись возле дерева, Юно закинула на голову капюшон и прислонившись спиной к стволу дерева, медленно скатилась вниз. Вновь поджав ноги к груди, Юно прикусила нижнюю губу, вспоминая свою сестру. Воспоминания почти стерлись, кажется ещё немного и она совсем забудет, как она выглядела. Длинные белоснежные волосы, золотые глаза и такая добрая улыбка, которая всегда внушала силу, и заставляла двигаться вперед как бы тяжко не было. Её голос, такой нежный, где-то даже робкий, но каким он становился сильным, когда она защищала своих младших. Не давала в обиду, и всегда была рядом... А Юно даже не помнила, из-за чего она умерла, почему так случилось... Но она знала одно: Это она виновата в смерти старшей сестры.

***

      Юки но держали путь в Коноху, там пройдет экзамен на ранг Чуунина, в котором они вынуждены принять участие. Ранг Генина, ничуть не мешал троице, в деревне все знали их силу, и давали более сложные задания. Но сейчас дело было в другом: Узумаки Наруто – джинчурики Девятихвостого Лиса, так же сдавал экзамен в этом году, но помимо него в деревню прибывает Джинчурики Однохвостого. Поэтому их присутствие обязательно, как бы сильно они этого не хотели. Теперь Коноха их новый дом, а они становятся ниндзя деревни Листа. Юки но это не особо устраивало, а точнее сказать они были против такого резкого переезда в другую Страну. Но, у них не было выбора, ведь присутствовали риски. Девятихвостый мог взять контроль и вырваться на свободу.       Закрывая свои лица в темноте капюшона, тройняшки стояли в кабинете Хогаке, руки их были убраны в свободные карманы штанов. Ребята осматривали кабинет, кидая взгляды в окно: Просторная деревня, и знаменитая скала с лицами предыдущих Хокаге, которая бросалась в глаза. Юно вернулась уже к рассвету, и они тут же выдвинулись в Коноху. И сейчас стоя немного впереди, она смотрела точно на Хокаге, который ощущал её прямой взгляд золотых глаз. Мужчина подпирал переплетенными пальцами подбородок, рассматривая своих новых жителей в одинаковой клановой одежде. С их появлением температура резко упала, и было довольно холодно, но не это удивляло Хирузена, а их аура. Аура смерти, гнева и злобы.       — Я рад приветствовать вас в Деревне Листа, — Хокаге обратился ко всем троим, эти дети способны сдержать силу Биджу, а так же стабилизировать состояние Джинчурики. Эти трое детей были необходимы для Наруто, который уже вкусил чакру Лиса на задании в Скрытом Тумане, — Экзамен пройдет ровно через неделю, вы сразу узнаете Наруто Узумаки, — Юки но молчали, а Хирузен чувствовал, как температура опускалась всё ниже и ниже, и ему это не нравилось...       — Конечно мы узнаем его, — прошептал Юсо и вскинул подбородок вверх как бы показывая свое превосходство, — Надеюсь, Господин Хокаге, Вы подготовили нам достойные покои? — его голос исказился в какой-то издевке, а рука тут же ушла на талию. Юсо источал высокомерие, наглость и самолюбие, которое нужно было ещё поискать. Троица была недовольна тем, что им теперь придется жить тут и служить Хокаге, и именно поэтому источали невероятных холод, который расходился от них по полу.       — Конечно, вас проводят, — решив не поддаваться провокации со стороны Юсо, Хокаге кивнул рядом стоящему Анбу, и тот двинулся в сторону выхода, обходя троицу стороной. Не только они были недовольны тем, что будут теперь тут жить, но и сами жители, а некоторым только предстоит столкнуться со злобой Юки но, их высокомерием и спесью, — Вы должны защитить Наруто и нашу деревню от лиса, — как бы напомнив им об уговоре между Страной Ветра и Снега, а так же их прямыми обязанностями перед Биджу и Джинчурики, Хирузен откинулся на спинку кресла. Троица замерла на месте.       Юно поднимает свою руку и быстро скидывает капюшон с головы. Золотые глаза блеснули гневом, который отразился во взгляде Хирузена. Мужчина проследил за тем, как длинные белоснежные волосы посыпались по плечам девушки, передние пряди упали вперед, обрамляя милое личико. Брови свелись к переносице, а губы исказились в усмешке, такой злой, пропитанной ядом. Показалось, будто сам Лис сейчас стоял перед ним, такой злобы он давно не ощущал. Юно, оголила часть зубов, сверкая клычками, а холод исходящий от её кожи усилился. Защита Наруто? Деревни Листа? Нет... Они не будут этого делать, они пришли сюда за другим.       — А мы что, личная охрана Наруто Узумаки? — прошипела девушка, опуская брови все ниже и ниже, чувствуя, что гнев наполняет её изнутри, и ещё немного польется со всех дыр, — Мы – Хранители, в нас была помещена остаточная чакра Десятихвостого для контроля и стабилизации Биджу, но никак не Джинчурики, — прошипела девушка, стягивая свои руки в кулаки, ногти впились в кожу ладоней, а золотые глаза смотрели точно на Хирузена, — Наруто может быть при смерти, но я сдержу только печать, а так же возьму под контроль чакру Лиса, и плевать мне, что будет с мальчишкой, — девушка развернулась, двинувшись в сторону выхода из резиденции Хокаге, — Наша задача заключается только в сдерживании Биджу, защита Джинчурики и Вашей деревни в мои планы не входит.       — Мы не обязаны, — мама смотрела с лаской на Юно, которая только получила силу Хранителя, — Но с нашей помощью мы сможем сохранить мир во всех пяти великих Странах, благодаря твоей силе, ты можешь стабилизировать чакру Джинчурики, а так же успокоить Биджу, не позволив ему взять контроль над телом Джинчурики, — Мива гладила дочь по шелковистым волосам, с улыбкой смотря на это непонимающее лицо, — В тебе остаточная чакра Десятихвостого, который был разделен на девять хвостатых зверей, дабы предотвратить его буйство... Ты несешь в себе чакру хвостатых, и дабы не уничтожить мир, мы можем помогать Джинчурики, стабилизируя и успокаивая Биджу внутри них. Давай поможем Странам и став Хранителями будем оберегать Биджу?