Защита или чьи руки разожмут хватку?

Тихий угол в казарме перед голосованием. Мун Хи сидит, скрючившись на матрасе, ковыряет заусенец на большом пальце. Кожа вокруг красная, уже чуть кровит. Она не замечает, как из тени выходит Нам Гю. Он резко хватает её за палец, вырывает заусенец ногтями — Вот и всё! Помог тебе. Мун Хи вздрагивает, зажимает палец. Больно. На глазах слёзы. Нам Гю садится рядом, широко улыбается, как будто сделал что-то доброе. Сзади подходит Танос, разваливается рядом — Yo, chill, малышка. Он же просто заботится. Right? Мун Хи молчит, сжимает кулаки. Нам Гю наклоняется ближе, голос тише, но жестче: — А помнишь, как мы тебя накормили, а как утешали, поддерживали? А теперь ты колеблешься? Его рука сжимает её плечо — не больно, но слишком крепко. Танос смеётся — Take it easy. Мы же friends? Мун Хи смотрит на таблетку, потом на них. Нам Гю гладит её по голове, как собаку, но пальцы слегка дёргают за волосы. — Ты ведь не предатель, да? Хи дрожит, прижимая колени к груди. Она шепчет: "Я хочу домой…" Нам Гю переглядывается с Таносом, усмехается — Конечно, конечно… Все хотят домой. Танос медленно присаживается перед ней на корточки, блокируя ей путь. Его лицо внезапно становится мягким, почти отцовским. — Слушай, сестренка… Ты же понимаешь, что если мы выберем кружок, то скоро всё закончится? Один последний рывок — и мы выиграем. Он рисует в воздухе широкий жест, будто показывает ей будущее. — Представь: горы денег. Ты купишь маме новый дом, брата вытащишь из долгов… И больше никаких игр. Никаких выстрелов. Мун Хи смотрит на него с робкой надеждой. Танос замечает что-то у неё на щеке — крошку? Пыль? — и аккуратно снимает её пальцами, смеётся. — Ой, что это? Ты вся в крошках.(Разглядывает на пальцах.).Наверное, от булочки… Мун Хи, растерянная, кивает. Его забота кажется такой настоящей — Вы… правда меня защитите? На мгновение в воздухе повисает тишина. Потом Нам Гю хлопает её по плечу, слишком сильно — она вздрагивает. — Ну конечно! Танос подмигивает ей, встаёт, протягивает руку, чтобы помочь подняться. Его лицо снова становится серьёзным. — Просто выбери кружок. И всё будет ок.. Голосование. Мун Хи замирает перед кнопками голосования, её рука дрожит. Она бросает взгляд на Нам Гю и Таноса — они оба смотрят на неё, улыбаются, но в их глазах что-то слишком напряжённое. Её рука медленно тянется к кнопке кружка и неуверенно нажимает. Она подходит к команде кружков. Нам Гю тут же оживляется, снова тянется к её щеке, будто хочет стереть невидимую пылинку — но она резко отстраняется. Его рука замирает в воздухе. Пауза. Нам Гю тихо щелкает языком, сжимает кулак, но улыбка не сходит с лица Танос видит это и громко смеётся, будто наблюдая за смешной сценкой. — Yo, man, she’s not your puppy. Потом резко притягивает Мун Хи к себе, обнимает одной рукой за плечи — жест слишком жёсткий, чтобы быть дружеским. Его пальцы впиваются ей в кожу, но он продолжает улыбаться. — Good girl. Мун Хи замирает. Нам Гю наблюдает за этим, его улыбка становится уже, глаза сужаются. Он не любит, когда его игнорируют.. Мун чувствует на плечах тяжесть рук Таноса. Он поворачивает её к себе, ласково трясёт, будто пытаясь "разбудить". — Всё хорошо, baby. Ты молодец. Пойдёшь умоешься? Освежишься? Она кивает, не поднимая глаз. Её шаги неуверенные, будто тело не слушается. Как только она скрывается за углом, атмосфера мгновенно меняется Нам Гю резко плюёт на пол, его лицо искажает ярость. Он шагает к Таносу, голос — шипящий шёпот, чтобы никто не услышал. — Ты видел, как эта стерва от меня дёрнулась? Как будто я прокажённый. Танос, под воздействием таблеток, несерьёзно закатывает глаза — Man, chill. Она же ребёнок. — Я придушу её. Вот увидишь. Этими руками. (Разжимает ладонь, смотрит на неё, будто уже представляет.) Маленькая шейка... хрустнет, как ветка. Танос смеётся, отталкивает его, но в глазах — намёк на интерес. — Окей, маньяк. Давай сначала деньги возьмём, а потом ты там... Что хочешь. Нам Гю резко выдыхает, проводит рукой по лицу. Он знает, что Танос не воспринимает его угрозы всерьёз — и это бесит ещё больше. Мун Хи возвращается, бледная, с мокрыми от умывания волосами. В комнате полумрак, на кровати развалился Нам Гю. Таноса нет — он исчез, оставив их наедине. Нам Гю приподнимается, увидев её, и лениво манит пальцем. — Иди сюда. Она замирает, но после паузы нерешительно подходит и садится на самый краешек кровати, готовая в любой момент сорваться. Нам Гю наблюдает за ней, потом вдруг резко подползает ближе, тихо, с притворным любопытством — Ты меня боишься? Она быстро качает головой. Он усмехается, но в его глазах — холодная ярость. Внезапно его рука впивается ей в шкирку, резко притягивая к себе. Она вздрагивает, но не кричит — слишком напугана. — Ш-ш… Если только попробуешь пикнуть… (Пауза. Его пальцы слегка сжимаются на её шее.) Ты чего тогда дёргаешься, а?Дрянь. Думаешь, можешь меня унизить? Она молчит, дыхание прерывистое. Он трясёт её чуть сильнее. Нам Гю сдавленно, будто искренне недоумевает — Чем я тебе не нравлюсь? Без меня ты бы давно лежала мёртвой тушкой.(Его голос становится сладким, почти ласковым.) Ещё раз дёрнешься от меня — сломаю руку. Поняла? Она кивает, едва заметно. Он задерживает взгляд на её лице, проверяя, усвоила ли урок, потом… отпускает. Даже аккуратно поправляет ей воротник, будто ничего не произошло. Мун Хи весь день держится подальше от Нам Гю, но не дрожит, не вздрагивает — просто осторожно выбирает места, где он не сидит. Она не смотрит в его сторону, но и не показывает страха. Он это замечает Вечером. Танос лениво — Yo, что ты там с ребёнком сделал? Она тебя, как чумного, обходит. Нам Гю равнодушно — Воспитывал. Раз этим не занимается её дорогой братик. Танос фыркает, покачивает головой, но в его смехе — одобрение — Man, ты больной.. Мун Хи сидит, сжав колени, когда замечает Мён Ги в дальнем углу столовой. Он ест, не поднимая глаз, будто ничего не чувствует. Её сердце бешено колотится — она хочет подойти, сделать хоть шаг к нему… Но тут сбоку возникает Танос. — Куда это, малышка? Она замирает, сжимает кулаки. Голос у неё предательски дрожит. — Я… хочу к брату… Танос прикрывает глаза, покачивает головой, будто слушает грустную историю. Потом резко указывает на Мён Ги. — Ну посмотри на него. Ест — и даже не давится. Зная, что его сестра с нами. Она опускает голову. Танос тут же меняет тактику — его лицо становится искренне обеспокоенным — Нет-нет, ну ты чего?.. Слушай, давай я с ним поговорю? Ок? Она пугается, но он тут же гладит её по плечу, как взрослый, утешающий ребёнка. — Ничего я не сделаю. Просто… напомню о твоём существовании. Всё хорошо будет. Он улыбается, отходит, но не к Мён Ги — а к столу, садится и начинает ждать. Он знает, что тот рано или поздно пойдёт в туалет. И тогда…