1.

Майк Холл не привык к трудностям в личной жизни. Как правило, ему не стоило труда завести интрижку или снять девушку на одну ночь. Природа и родительские гены одарили его цепляющей внешностью. Пусть он не был классическим высоким красавцем с копной шикарных волос, волевым подбородком и голубыми глазами цвета неба, а больше пугал с первого взгляда, заставляя чувство тревожности полыхать, а не привлекал кого-то. Темные, почти черные, волосы, карие глаза, острые черты лица, следы от старых шрамов, рост немного выше среднего и ленивая хищная грация, когда наблюдая за его движениями, невольно начинаешь ждать нападения. Но женского внимания Майку всегда было достаточно, а знакомства шли просто. Он знал, что в чертовски хорошей физической форме, которую подчеркивало обмундирование командира боевой группы, замечал, что на него глядели с постыдном желанием, когда он просто шел куда-то с тренировок, и давно понял, что не надо даже прикладывать каких-либо усилий для такого эффекта, а достаточно лишь быть самим собой. Но прошлая ночь удивила даже Майка. Удачно завершенная операция. Бар. Девушка, работающая на Агентство. Быстрое развитие действий: поцелуи, квартира. Майк слегка удивился, что она начала сразу снимать с себя платье, жадно целуя его, но быстро подхватил волну. Мягкие волосы, нежная кожа. Утонченные ученые из научного отдела явно отличались от грубоватых немногочисленных девушек в силовой структуре. Майк не тот человек, от которого бы ждали красивых ухаживаний или вежливости. Обычный грубый солдафон, конфликтов с которым хотелось избежать из чувства самосохранения. Тупой, неотёсанный бойцовый пес, готовый убить по приказу. Или почти. Майк понимал многие вещи, пусть часто и не подавал виду. Как и отдавал себе отчет, что с девушками, вроде той, которая расстегивала его ремень, всегда приходиться хотя бы ужинать в приличном месте. Но почему-то не в этот раз. Она спустила его джинсы с трусами и опустилась на колени, без каких-либо просьб или команд. Затем обхватила ладонью член у основания, облизнула головку, старательно обсосав, и сомкнула губы на ней. Майк почувствовал, как она взяла в рот до середины, как постепенно начала брать глубже. Он запрокинул голову, чувствуя, как его плоть трется, как девушка берет почти до горла, и попытался вспомнить, как ее зовут. Но думать не было никакого желания. Особенно о таком пустяке. Движение губами вверх-вниз, влажный след по всей длине, непонятное Майку старание так угодить ему. Он опустил голову вниз, но в полумраке квартиры видел лишь движущуюся макушку темных волос, продолжающую надраивать его член. Приятная пульсация, расслабление всех мышц. Майк просто отдался моменту, не сдерживая стоны от удовольствия и забыл о времени. Кажется, он кончил ей в рот. Кажется, она проглотила. Подобные мысли уходили так же быстро, как и появлялись. Майк, восстанавливая дыхание, смотрел на девушку сверху вниз, продолжающую сидеть на коленях, и понимал, что его ожидала очень многообещающая ночь. Она даже не стала мучить его разговорами или лежанием после секса, лишь лениво завернулась в одеяло, когда он одевался, проговорив, чтобы захлопнул за собой дверь. Майк тоже не стал ничего говорить, молча выполнил просьбу и поехал на работу. У него был обеденный перерыв на работе. Майк спокойно пил кофе, наслаждался видом Округа Колумбия сквозь панорамное окно и думал, что может позволить себе расслабляться еще несколько дней после успешно проведенной операции, как вдруг увидел того, кого видеть совсем не хотел. Помощник директора их правительственного агентства — низкорослый, лысоватый мужчина средних лет, всегда напоминавший Майку чем-то крысу, шел прямо к нему, игнорируя всех остальных людей вокруг. Майк хотел встать и пойти, но понимал, что в этом смысла не будет. Если Директор прислал этого ручного пса к нему, значит, все уже решено. — Агент Холл, директор Кейн хочет вас видеть, — коротко сказал он. Майк знал, что крысеныш тоже вел двойную игру в агентстве, занимающимся шпионажем, охраной правопорядка и борьбой с терроризмом, не веря в светлые идеалы, которые пропагандировало правительство, превознося демократию до небес. Почти за пятнадцать лет службы, Майк уже не знал, сколько миссий было саботировано во славу идеи Герро — мирового господства и новому порядку посредством террористических и подрывных методов, чтобы запугать народ так сильно, что они сами были бы готовы отдать свободу ради безопасности. Знал, что крысеныш играл не последнюю роль в обсуждении саботажей или получения нужных данных именно в их руки. Совершенно не сомневался, что встреча как-то связана с их неофициальной работой, и прекрасно понимал, что хвалить за успешно проведенную операцию его никто не собирался. У Майка моментально пропало настроение. Пропало желание пить кофе. Он угрюмо посмотрел в окно и сделал глоток скорее на автомате, чем желая продолжать пить. Когда Майк поднялся к директору, то постарался придать себе безразлично повседневный вид. Пусть ему до одури было интересно. Пусть он и прекрасно понимал, что мог просто не вернуться, если чем-то перестал угождать агентству. Или того хуже — сделал что-то, что ставит его секретность под угрозу. — Агент Холл, проходите. Садитесь. Виктор Кейн стоял около окна и смотрел на город, но немного обернулся, когда Майк дошел до стула. Сидеть ему особо не хотелось, но, не зная еще ситуацию, Майк решил подчиниться. Строгий вид Кейна в костюме-тройке серого цвета вообще невольно внушал если не страх, то желание не наделать себе проблем. Он — яркая иллюстрация того, что внешний вид обманчив. Одно его слово — и тебя не существует. Это усвоено уже давно. — Чем могу быть полезен? — поинтересовался Майк, откинувшись на спинку стула. Полностью лицо Кейна он так и не видел, но это было и не нужно. Морщины на лбу, вокруг серых, слегка потускневших глаз придавали ему еще более обманчиво безобидный вид. Такому человеку веришь, когда он говорит про защиту страны и демократию, и точно не поверишь, что самые мрачные страницы в истории США последних десятилетий писались не без его участия. — Нас беспокоит один из наших людей, — без вступлений начал Кейн. Майк сразу понял, что под нашими подразумевалась их вторая организация — Герро, названной в честь ее основателя, воплощающего все идеалы Герро — силу, решительность, целеустремленность. — Она — глава отдела, занимающегося нашим самым лучшим оружием, и постепенно теряет контроль. Психотерапевт, таблетки, алкоголь. Она слаба. Мы опасаемся срыва. Майк почувствовал, что выдохнул, что тело, пребывающее в напряжении, расслабилось. Просто убрать угрозу — ничего сложного для него. Обычная карательная операция, которую можно провести за пару часов, а потом немного продлить отдых. — Мне избавиться от нее? — буднично уточнил он. — Нет. В этом и проблема. Нам нужна достойная замена. А пока этой замены нет — я хочу знать, чем этот доктор занят в свободное время, как низко она упала, сломавшись. Майк нахмурился, задумавшись над словами. Кейн хотел, чтобы он следил за каким-то доктором из научки? Мягко говоря, не его компетенция. Вот убрать ее: тихо, громко, инсценируя самоубийство или «внезапный отъезд по семейным обстоятельствам» — это легко. Это он устроит без каких-либо лишних мыслей и дилемм. — И что я должен сделать? Майк не дурак, раз он здесь, то это придется делать именно ему. Иллюзией, что у него есть выбор, он уже не страдает, хотя время от времени все еще может показать свой характер и послать на веселые буквы. Почему? Банальная уверенность, что он лучший. Что замену ему придется искать долго. Как и в случае с доктором, о котором они говорят. Но если говенный характер стерпеть еще можно, зная, что работа будет выполнена без сюрпризов, то потерю контроля допустить не дадут. — Вы уже сделали часть дела. Перед Майком на столешницу упала папка с личным делом. Он спокойно взял ее и стал всматриваться в фотографию женщины. Майк определенно уже видел ее в тайных лабораториях Герро, где проводились работы с их лучшим оружием. Майк определенно видел ее в баре прошлым вечером. Майк определенно точно провел с ней ночь. Он пропустил слова о ее работе, должности, научной степени. Сосредоточил взгляд лишь на имени — Тесса Фоер, подумав, что узнал его самым неожиданным для себя способом. — Следите за тем, с кем я трахаюсь после работы? — усмехнулся Майк, закрывая папку. Кейн одарил его холодным взглядом, давая понять, что комментировать что-то такое ниже его достоинства. — Нам нужно, чтобы вы, агент, втерлись в доверие доктора Фоер, и докладывали о ней, своевременно сообщили, когда она станет отработанным материалом. — И подкладываете меня под доктора, — хмыкнул Майк, снова открыл дело, посмотрел на фото: симпатичное лицо, каштановые волосы, зеленые глаза. Прошлой ночью он и сам не имел ничего против, но зачем Кейну это знать? — Секс с ней на ваше усмотрение. Мне нужен результат, — безразлично произнес Кейн. Майк усмехнулся, понимая, что раз уже ему придется проявлять интерес к женщине и завязывать с ней подобие отношений, то грех было бы не уложить ее в койку. Тем более, что в койке с ней ему очень понравилось. — Так точно. — Мне нужен отчет каждый вечер. Любая мелочь. — Понял, — серьезно сказал Майк. — Можете быть свободны, агент. Все остальные нужные данные получите позже. Виво ла Герро. — Виво ла Герро. Майк не стал больше ничего говорить, забрал дело и направился к выходу. Он начал вспоминать ночь в баре и усмехнулся. Ему в коем-то веке попалась женщина с работы, которую не интересовали отношения, с которой, возможно, можно было бы переспать еще пару раз, имея подходящее настроение, но нет. Он сам примерит на себя роль, которая его искренне бесила. И от этого Майку Холлу стало немного смешно.