XII. Разрушенная тайна.

Весь вчерашний вечер я обзванивала потенциальных спонсоров, которые могли бы выступить на вечере. Раз за разом я слышала отказ. Никто не был готов делиться своим сокровенным. Кроме одной женщины. Как только она услышала о предстоящем благотворительном вечере, сразу предложила рассказать свою историю. Я даже не успела ничего толком ей рассказать. Я несколько раз спрашивала о твердости ее решения, но каждый раз Дарлин убеждала меня, что она понимает всю серьезность этого шага. Поэтому, утром я шла в университет в прекрасном настроении. Довольная своим достижением, я почти влетела в библиотеку, где Марк уже ждал меня на нашем месте. Нашем месте. Я определенно схожу с ума. — Доброе утро, - ласково и задорно сказала я. Марк поднял на меня удивленный взгляд. Это то, что он явно не ожидал услышать от меня в 9 часов утра. Особенно с такой интонацией. — Доброе утро, ты явно что-то натворила и пытаешься отвлечь меня своей радостью - подозрительным тоном сказал он. — Нет, - я рассмеялась и широко улыбнулась. — Я рад, что заставил тебя улыбаться, - тихо и нежно шепнул Марк. В этот момент я оцепенела. Факты в моей голове судорожно сопоставлялись. «Просто хотел вызвать твою улыбку», в памяти появилась та самая записка. И пазл сложился. Энтони даже не пытался исправить свои косяки. Этот букет прислал Марк. Он заметил, что вчера утром что-то полностью испортило мне настроение, и хотел как-то порадовать меня. Но как он узнал про конфеты? У меня довольно специфические вкусы на сладкое и просто так было не догадаться. Может быть это все-таки был Энтони? Нет, я почти уверена, что цветы прислал Марк. Тони всегда дарил мне небольшие букеты в основном из пионов, этот же был огромным и наполненным маленькими розочками. Решив рискнуть, я сквозь улыбку проговорила: — Спасибо за цветы, они прекрасны. — Это самое малое, что я могу для тебя сделать, - посмотрев мне прямо в глаза, ответил Марк. Да! Попадание в десять из десяти. Как я только могла подумать, что эти цветы от Энтони? Внутри мне было ужасно стыдно за такой вывод. Мы стояли несколько минут не двигаясь и не отводя взгляд. Я сдалась первой и, опустившись на стул напротив Марка, достала свой ноутбук. Мне не терпелось рассказать ему о моем достижении. — У меня есть хорошая новость, - радостно сказала я. — Неплохое начало разговора, - оторвав взгляд от бумаг, сказал Марк. — Я нашла женщину, готовую поделиться своей историей. А еще, я уверенна, она отстегнет умопомрачительную сумму в фонд. — Отлично, ты хорошо поработала. Я засмущалась, и щеки мгновенно залились краской. Резко мне стало не хватать воздуха, таким пронзительным был лукавый взгляд Марка. — Да, - это единственные слова, которые я смогла выдавить из себя, добавляя к ним медленные, словно в слоумо, покачивания головой. Марк резко хлопнул в ладоши и быстро проговорил: — Тогда сегодня мы можем заняться планом рассадки. Вчера я отослал приглашения и уже получил несколько подтверждений. В этот момент его телефон зазвонил. — Извини, это перезванивают по поводу вечера, - быстро проговорил он и ответил на звонок. — Да. Здравствуйте, мистер Бофорт, это Маркус Беккет беспокоит. В этот момент из моих уст вырвался смешок. Такой солидный тон Марка я слышала впервые, но главным фактором веселья было его имя. Он кинул в мою сторону строгий взгляд и отошел к стеллажам, где мне было его не услышать. Через несколько минут он вернулся, но смех не успокоился. — Что такого смешного ты услышала? - раздраженно бросил Марк. — Имя, твое полное имя, - сквозь смех протараторила я, — Маркус, - растянула я. — Кто дал тебе такое имя и почему ты его скрываешь? — Я его не скрываю. Просто сокращенная версия нравится мне куда больше, - он снял свой пиджак и закатал рукава рубашки. В его тоне я уловила … раздражение? Да, это определенно было именно оно, но почему. Что-то мне подсказывало, что пора закончить этот разговор, но любопытство взяло верх. — И так тебя назвал… - протянула я, делая самый безобидный вид. — Отец, - сурово бросил Марк. — Мы можем продолжить работать? Ну уж нет. Мне было слишком интересно. — Ты немец? - не унималась я. — Я - уже нет, он - еще да, — будто не обращая на меня никакого внимания, отвечал Марк. Точнее Маркус. — Как ты догадалась? - он перевел на меня взгляд своих синих глаз. В этот момент они были темнее чем обычно, и я поняла, что их отношения с отцом далеко не простые. — Имя, оно немецкое, - выдавила я. Было сложно здраво мыслить, когда в тебя впечатывался взгляд этих сапфировых глаз. Я опустила глаза в бумаги. — Martius, - протянула я, вспоминая недавние пары латинского. — Вероятно, родился ты в марте, - я постукивала ручкой по столу. — Это что допрос? - с еще большим раздражением бросил Марк. — Нет, просто… — Да, я родился в чертовом марте, а мою сестру звали Мая. Как ты догадалась фантазия у нашего отца так себе. Все? Теперь мы можем продолжить работать? - строгим тоном проговорил Марк, пронзая меня устрашающим взглядом. Я медленно кивнула и вновь опустила взгляд. Но…звали? Что же произошло в его прошлом? Почему он так реагирует на упоминание его отца и происхождения и при этом ничего не говорит про мать? Как же мне было интересно! Но меня это не касалось. Марк - лишь мой преподаватель, ничего большего. Я постаралась взять себя в руки и сфокусироваться на бумажках, которые судорожно перебирал Марк. На мгновение у меня это даже получилось. Но затем, найдя нужный листок, Марк подвинул его на середину стола и развернул так, что я спокойно могла прочитать надписи. Это был листок с планом зала и квадратиками, в которые мы должны были вписать гостей, чтобы на мероприятии на столах их ждали таблички с именами. Через секунду Марк обхватил двумя пальцами карандаш и буквально навис над листком. Его руки расположились по обе стороны плана, а глаза блуждали по моему лицу. — Смотри не на меня, а в листок, - шепотом сказал он и начал водить карандашом по бумаге, что-то попутно объясняя, но я не слышала его слов. Мой взгляд устремился на его руки. Белая рубашка была закатана по локти, и оголяла сильные руки. В момент резкого росчерка карандашом рукав на правой руке чуть приподнялся, и моему взору показалась часть татуировки. Фрагмент был слишком мал, чтобы понять, что там изображено. Он представлял собой сборище линий, заканчивающихся точками, и странный угол, возможно он был частью треугольника. Я уже почти предположила какой рисунок там находится, когда мои рассуждения прервал бархатный голос. — Ты меня слушаешь? — А? Да, конечно. Последний вариант действительно хорош, - медленно переведя взгляд на Марка, сказала я. Надеюсь, он действительно предлагал какие-то схемы рассадки, потому что я вообще его не слушала. — Никаких вариантов я не предлагал, - сквозь легкий, но звонкий смех сказал он. Вот черт. Пора записать эту ситуацию в воображаемый блокнотик историй стыда. — Извини, я просто засмотрелась на татуировку, - проговорила я и машинально протянула руку вперед, прикоснувшись к виднеющемуся фрагменту. Марк усмехнулся лишь одним уголком рта и оторвался от стола. Затем он левой рукой закатил рубашку так, что мне открылась вся его татуировка. Это был рисунок состоящий из множества линий и фигур. В широко выведенном центральном квадрате красовалась половина лица, мне показалось, что оно женское. Я плавно провела пальцами по его предплечью, оставляя за своим касанием сеть мурашек. — Не знала, что у тебя есть тату. Она очень красивая, - заворожённая рисунком, медленно проговорила я. — Я набил ее четыре года назад. Это был… сложный период в моей жизни, - резко помрачнев, сказал Марк, но, видимо, отогнав от себя дурные мысли, добавил более весёлым тоном. — А у тебя есть татуировки? — Есть одна, но ты ее никогда не увидишь, - подмигнула ему я. — Ты хочешь поспорить? - сказал Марк, делая шаг ко мне. — Я говорю факты, - от его напора мне пришлось отойти назад, уперевшись в стол за моей спиной. — Ммм, все еще уверена? Марк подошел максимально близко. Его горячее дыхание обжигало мое лицо, а сверкающие глаза бросались искрами желания. У меня перехватило дыхание. В эту секунду я не была ни в чем уверена. Он положил свои руки по обе стороны от меня. Снова. Через секунду его правая рука обхватила мое бедро и медленно приближалась к изгибу талии. Я судорожно схватила ртом воздух и закрыла глаза. Рука Марка поднималась все выше, пока не достигла моего подбородка. — Скажи мне остановиться, и я это сделаю, - прохрипел он. — Не останавливайся, - еще тише сказала я. Все мое тело просто переполняло желание коснуться его губ. Я облокотила руки за своей спиной и не шевелилась, ожидая следующих действий Марка. Он медленно приблизился к моему уху, и по моей шее пробежались мурашки. Его рука все еще обхватывала мой подбородок. — Не здесь, и не сейчас, - прошептал он. Меня захлестнула волна негодования. Как он может останавливаться в такой момент? Видимо на моем лице были написаны все эмоции, потому что отстранившись Марк томно проговорил: — Вот так же я ощущал себя вчера и вечером в клубе. Затем он как ни в чем не бывало развернулся, сел на свое место и, открыв ноутбук, начал что-то печатать. Пару минут я не двигалась с места, пытаясь осознать произошедшее. В эту секунду я наконец призналась сама себе, что неведомая химия притягивает меня к моему преподавателю. Из ступора меня вывел зазвонивший телефон. Я потянулась к нему, через лежащую на столе руку Марка. Он даже не поднял на меня взгляд. На экране высветилось «Эллиот Скотт», что повергло меня в полный шок. Зачем мне звонил друг Арсения и бывший ухожен Валери? Взяв телефон, я с опаской ответила на звонок: — Ало. «Китти, привет, мы можем встретиться и поговорить?» — Кэтрин, - машинально поправила я. Китти меня могли называть только самые близкие люди. Скотт явно таким не являлся, особенно после того, как его друг выставил меня из квартиры. — Если это на счет Валери, то она кажется ясно дала тебе понять, что … «Нет, это на счет тебя» - резко перебил меня Эллиот. — Ладно, - настороженно протянула я. — Сейчас я занята, так что давай встретимся где нибудь вечером. «В пять подойдет?» — Да. Адрес я скину тебе смской. «Хорошо, до встречи» — До встречи, - сухо ответила я. Этот телефонный разговор довольно сильно напряг меня. Зачем Скотту со мной встречаться? Произошло что-то явно не очень хорошее - подумала я. После звонка мы с Марком наконец начали работать над рассадкой. Просидев за этим делом около часа, я пошла на пары, после которых поехала в агентство. Отпросившись с работы на час раньше, я поехала в назначенное место нашей встречи с Эллиотом. Это было небольшое кафе в 5 минутах езды от офиса, где подавали отличную пасту. До того как я переехала в Беркли, это место было моим самым любимым. Но потом я нашла кафе, где паста была еще вкуснее, так что здесь я бывала уже реже. Как только я зашла внутрь, копна светлых волос сразу попалась мне на глаза. — Привет, - сказала я, присаживаясь за столик. — Привет, как ты? - спросил парень, пододвигая ко мне вторую чашку с кофе. — Да вполне нормально, учусь, работаю. — Я рад, мы с тобой так долго не виделись. Когда это было в последний раз? - Эллиот словно специально оттягивал разговор на «ту самую важную тему». Я глубоко вздохнула. — Давай оставим любезности и ты напрямую скажешь мне то, что хотел. У меня не так много времени. — Хорошо. В общем, я считаю, что ты заслуживаешь знать. - пробормотал он. Внутри меня все сжалось, я сразу поняла на какую тему будет этот разговор. Мое тело заполнило желание подскочить со стула и сбежать отсюда куда подальше, но любопытство было сильнее, так что я осталась на прежнем месте, лишь сильнее вжавшись в кресло. — Энтони выгнал тебя не просто так. Точнее он так думал. Из моих уст вырвался нервный смешок. Мне совершенно не хотелось возвращаться к этой теме. — В общем, когда ему было 16-лет, он встречался с девушкой на несколько лет старше его. На много лет, если быть точнее. Ей было за тридцать. — О боже, - засмеялась я. Эллиот заметно напрягся, и ему показалось, что, наверное, ему не стоит дальше об этом говорить. Но все же он продолжил. — Они встречались около года и Серена забеременела. Энтони тогда впал в полную панику. Ему было 17, и становится отцом совершенно не входило в его планы. Поэтому он сказал ей, что не собирается воспитывать этого ребенка и отвалил кругленькую сумму за аборт и даже накинул сверху, так скажем, за «моральный ущерб». Серена хотела оставить этого ребенка, но прекрасно понимала, что двоих детей она не потянет. — У нее уже был ребенок? - заинтересованно спросила я. Внутри меня создалось впечатление, будто я слушаю рассказ о каком-то сериале, весь мой разум отказывался воспринимать услышанное за действительность. — Да, у нее был трёхлетний сын, - Никита сделал глоток своего кофе, было видно, что этот разговор давался ему не менее тяжело, чем мне. — После всего произошедшего они естественно расстались, Энтони ходил просто сам не свой, пока, через пару месяцев, не встретил тебя. Он изменился на глазах. Он действительно полюбил тебя. На этих словах я нервно кашлянула. Ненароком нахлынули все наши теплые воспоминания, но я продолжила слушать дальше. — Когда он уехал в Сан-Франциско решать вопросы с акциями, ему позвонила Серена и сказала, что им необходимо встретиться. Энтони долго отнекивался, но спустя время он согласился. На встрече она сказала, что никакой аборт не делала и сейчас у Тони есть двухлетняя дочь. Я непроизвольно выдохнула и сжала в руках салфетку. Эллиот опустил взгляд на мою руку и накрыл ее своей ладонью. — Конечно, Росс не дурак и сразу в это не поверил, но, когда она показала ему фотографию девочки, он увидел в ней схожие с собой черты. Тогда Серена сказала, что не хочет, чтобы он принимал участие в жизни дочери и за кругленькую сумму была готова отказаться от иска на алименты. Энтони еще тогда винил себя в том, что отправил девушку на аборт, поэтому сейчас он решил не отказываться от своего ребенка. Но ему нужна была уверенность. Он сказал Серене, что он будет помогать им лишь в том случае, если она предоставит днк тест. Она согласилась. И когда Росс уже планировал уезжать в первый раз, ему пришла повестка в суд. Серена подала на алименты. Проблема в том, что Энтони со слов матери был записан отцом в свидетельстве о рождении, поэтому алименты возлагались на него в судебном порядке, но без сдачи днк теста. Поэтому ему и пришлось задержаться. Он ходил по юристам и адвокатом, пытался встретиться с Сереной, но все было тщетно. Тогда он стал подозревать, что это все-таки не его ребенок и в суде настаивал на тесте, но их внешняя схожесть пугала и сбивала с толку. Суд удовлетворил ходатайство его адвоката и материалы были собраны. Результаты должны были придти через две недели после его отъезда. — Значит, тогда к нам приходил все-таки адвокат? - спросила я. — Да, это был адвокат Серены, он принес результаты теста, где было прописано, что с вероятностью 99,9% Энтони является отцом Никки и, что он должен подписать какие-то бумаги, чтобы дело изъяли из суда. К счастью, он их не подписал. — Тогда он и слетел с катушек, - тихо сказала я. Эллиот подтверждающе кивнул и продолжить говорить. — Я не знаю почему он выгнал тебя, почему принял такое решение, но ему было чертовски погано. Несколько дней назад ему позвонил его адвокат и сообщил, что тест был сфальсифицирован, и сейчас пришли реальные результаты. Вероятность отцовства была 0%, но было уже поздно. Он уже сломал свою жизнь. В этот момент в моей голове сложился полный пазл. Отстранённость Энтони, его поведение, реакция на беременность Ханны, все вдруг обрело смысл. — Но ведь он мог бы поговорить со мной об этом, - со стеклянным взглядом прошептала я. — По-моему, он просто не знал, как это сделать. И он наверняка боялся потерять тебя, боялся твоей реакции на его поступок в прошлом. — Это действительно ужасно. Я серьезно. Но это не оправдывает того, что он сделал со мной, - я вернулась с небес на землю. — Люди совершают ошибки, - сказал Эллиот, глядя мне прямо в глаза. — Я твердо убежден, что он сожалеет об этом. Ему очень плохо, Кэтти. Он просто сидит в своей квартире и не разговаривает ни с кем, кроме Хейза. Конечно, то что я сейчас услышала во многом изменило мое отношение к произошедшей ситуации. Но мое разбитое сердце и растоптанное чувство собственного достоинства отказывалось давать Энтони хоть каплю прощения. Я несколько раз говорила ему, что он может мне открыться и довериться, что я не стану его осуждать, а лишь помогу тем, чем смогу, но он отказывался меня слушать. Мой разум был забит кучей мыслей. Поэтому я встала и быстро проговорив «Извини, мне пора» почти выбежала из кафе. Остановившись около машины, я трясущимися руками достала телефон и набрала номер Молли. На мои глаза подступили слезы, а в горле встал плотный ком. «Ало» - раздалось на том конце провода. Я ничего не могла сказать, вместо этого моя речь превратилась в сплошные всхлипы, а свободная рука крепко устроилась на лбу. «Китти? Что случилось? Где ты?» - обеспокоено говорила Молли. — Я… я… я встречалась с Эллиотом. В общем, кажется у Энтони есть ребенок, точнее это не его ребенок, просто, просто приезжайте ко мне. Я еду домой. «Хорошо. Тебя точно не надо забрать? Ты в состоянии садиться за руль?» — Да, все в порядке, я.. я сейчас возьму себя в руки и поеду домой, только приезжайте, пожалуйста, - уже более спокойным голосом сказала я. «Хорошо, я сейчас же всем позвоню, только будь аккуратна» Промычав что-то непонятное в ответ, я бросила трубку и залезла в машину, где просидела еще минут 10, прежде чем собраться с мыслями и нажать на педаль газа. Когда я поднялась в квартиру девочки были уже там. Я так и не забрала у Молли запасной ключ, наоборот, мы с ней договорились, что она может приезжать в любой момент, если ей нужно будет позаниматься или Моника приведет в общежитие очередного парня. Все подруги моментально материализовались около меня. Я со звоном сбросила на пол свою сумку с железным ремешком. За ней последовали ботинки и пиджак. Оставшись в рубашке и брюках, я повернула голову к зеркалу. Увиденное меня ужаснуло. От красивого текстурного хвоста с локонами не осталось и следа. Волосы торчали во все стороны так, словно я постояла под реактивной трубой. Помада смазалась, а под глазами красовались черные круги от туши, плавно перетекающие в линии, оставленные дорожкой слез. Я отвела взгляд от зеркала и, проходя мимо подруг, безэмоционально проговорила: — Ничего не говорите. Я знаю, что ужасно выгляжу. Пройдя на кухню, я с силой распахнула дверцу нижнего шкафа. Покопавшись там минуту, я достала бутылку виски, которую папа не допил на новоселье. Затем я взяла с сушилки пять стаканов, но, взглянув на девочек, которые все еще стояли в коридоре, убрала один назад на полку. — Я за рулем, - сказала Молли, первой сделав шаги в сторону кухни. — В холодильнике есть сок, - сказала я, указав на дверцу пальцем руки, обхватывающей бутылку. — А я буду. Наливай, - бодрым тоном проговорила Валери. Я попыталась натянуто улыбнуться, но это было бесполезно. Залпом осушив стакан, я повторила девочкам рассказ Эллиота, попутно делясь своими личными мыслями на этот счет. — Это, это совершенно ужасное оправдание, - возмущалась Ханна. — Конечно, он поступил как козел, заставив сделать ее аборт, но не думаю, что ты бы стала осуждать Энтони за его прошлое. — Мы могли бы решить этот вопрос вместе, но он решил пойти по легкому пути, - глотая четвёртую порцию виски, сказала я. — Ты ведь не думаешь его прощать? - спросила Молли. — Нет. - отрезала я. — Если честно, мне его жаль. Он ведь разрушил не только твою жизнь, но и свою, - заметив нашу реакцию, Фейт поняла, что сказала что-то не то, и быстро добавила. — Тем не менее он заслуживает этого. — Я представляю как он обосрался, когда увидел, как ты радуешься беременности Ханны, - сказала Вэл. — Да, его реакция еще тогда показалась мне странной, но я не придала этому никакого значения. — Он мудак и не зря я вчера вылила на него свой любимый кофе, - сказала Молли, смотря мне прямо в глаза. — Что ты сделала? - недоумевающе спросила Ханна. — Вылила на него кофе. Он еще и в белой футболке был. Вы не представляете какое удовлетворение я тогда почувствовала, - довольным тоном сказала Молли. — Ты просто красотка! - воскликнула Валери. — Вчера он написал мне сообщение, что хочет поговорить. Я ничего на это не ответила, а когда мы с Молли выходили из столовой после обеда, то столкнулись с ним. Я так впечаталась в ее спину, что лоб до сих болит, - я показательно приложила руку к голове. — После этого меня в офисе ждали цветы и я подумала, что Энтони пытается все вернуть. - я рукой указала на вазу, стоящую на кухонном столе. — Он совсем идиот, если подумал, что цветами может загладить все свои косяки, - строго проговорила Вэл. — Я тоже так подумала, но все же внутри меня что-то встрепенулось. Я даже была готова с ним поговорить, пока сегодня утром не узнала, что цветы мне прислал Марк. Квартира моментально погрузилась в гробовую тишину. — Кто прислал тебе цветы? - поперхнувшись соком, спросила Ханна. — Профессор Беккет. — Пахнет жаренным, - с лукавой ухмылкой сказала Валери. — Я хочу знать все подробности. И после этих слов я рассказала девочкам все. Абсолютно все. И про поцелуй в клубе, и про сцены в библиотеке, и про искры между нами. Впервые за долгое время я была как открытая книга. Я в первый раз проговорила эти слова в слух, и мне действительно стало легче. Я не услышала ни одного осуждающего возгласа, наоборот девочки, казалось, были искренне рады за меня. Правда, они так же как и я не имели ни малейшего понятия к чему это все приведет в итоге. Благодаря подругам, я смогла на время забыть про всю эту ситуацию с Энтони. Я действительно отвлеклась. Мы болтали обо всем на свете. Валери рассказывала про свой клуб, и сказала, что на днях уже сможет начать делать там ремонт. Все вопросы с бумагами улажены. Мы, конечно же, сразу сказали, что обязательно поможем ей в этом нелегком деле. Вечер был поистине прекрасный, даже несмотря на то, что пару часов назад я была в ужасном моральном состоянии. Когда я попрощалась с девочками в конце вечера, эйфория внутри начала угасать, и я точно не знала чего хочу - танцевать или плакать. Я чувствовала себя великолепно, потому что прекрасно провела время с подругами. Но в тоже время на душе почему-то скребли кошки. Поэтому я наконец решила дать волю своим чувствам. После этого я была так взбудоражена, что уже не могла ясно мыслить. Бутылка виски опустела, и я не придумала ничего лучше, чем открыть новую бутылку, на этот раз шампанского. Сделав пару глотков, я потянулась за телефоном. Я набросилась на него, как дикая, потом швырнула его на диван, снова взяла себя в руки, только чтобы сразу же отбросить как можно дальше от себя и не наделать ничего такого, о чем я потом пожалею. Но самообладание меня покинуло. Я вскочила, и снова схватила его и, прежде чем убедить себя в обратном, набрала номер Энтони. Когда ты остаешься один, у тебя появляется слишком много времени, а в голове возникают одна за одной странные идеи. На тот момент это показалось мне самым правильным и в то же время самым глупым поступком, что я когда-либо делала. Он ответил после первого же гудка. — Малыш?