Пролог

Она стояла. Стояла спиной к стене, посреди темного коридора. Она стояла, прожигая взглядом точку на полу. Никто не знал кто она такая, да и сейчас никто не знает. Никто ее не помнит. Да и сама она тоже. Не помнит, не знает себя. Никто не знает. Знает лишь старая колдунья Кармина и ее вороны. Больше никто, да и не узнает. Только если найдется “Достойный, чья корона удержит меч”. Кармина знала, что пророчество таково, но она, увы, не знала, что это значит. Не знала, что за достойный, что за корона, да и меч. Сама девушка вообще ничего не знала, а должна, ей всего шестнадцать. Вся жизнь впереди... Столько дел не сделано, столько слов не сказано. А родители? Как они? Ну, хотя, если они не помнят, что у них есть дочь, то... ладно. Щелчок пальцев, произошедший несколько минут назад и все. Никто ее не помнит, и она себя не помнит. Зачем это кому-то нужно – неизвестно. Ничего не известно. В сумерках девушка красива, ее пшеничные волосы мягко лежали на ее плечах, лишь изредка колышась от ветерка, проходившего сквозь дыру, называемую окном. Вот только без стекла. Здесь все окна без стекол. - А здесь, это где? – почти шепотом пролепетала девушка, вглядываясь в темноту. Она была спокойна, будто все так и должно быть. Но лишь пожала плечами, словно отвечая на свой вопрос и улыбнулась. Скорее от беспомощности. Она просто не знала, что делать. Она ничего не знала. Не знала, почему она стоит босыми ногами на холодном каменном полу. Не знала, почему ночь так красива, а главное: кто там? Что за силуэт в дали темного коридора? Почему он движется в ее сторону? Фигура приближалась и приближалась, а девушка отходила назад, пока не уперлась в стену. Судорожно выдохнув, она стала вглядываться в темноту, пытаясь сосредоточиться на силуэте. Внезапно взгляд стал яснее, а на губах появилась глупая улыбка от облегчения. Навстречу девушке шел высокий парень, на вид - безобидный. Копна рыжих волос была небрежно уложена, светло - зеленые глаза смотрели с любопытством и растерянностью, а милая родинка на щеке, похожая по форме на сердце говорила, что парень не обидит. Так чувствовала девушка. В придачу к этому лицо... оно было таким... знакомым. Будто где - то она его уже видела, но это чувство прошло спустя несколько секунд, будто просто дежавю. - Эй, ты чего тут делаешь? – спросил парень, заглядывая в голубые глаза девушки. Та лишь пожала плечами. Снова. – Я говорю, что ты здесь делаешь? – он потряс ее за плечи. Девушка вырвалась из некрепкой хватки рыжего и отошла от него, смотря с опаской. - Ну ты чего? – он неловко зачесал ладонью волосы, зарываясь пальцами в рыжие, а в сумерках – огненные волосы. – Я не сделаю ничего плохого. - После этих слов, он подошел на шаг ближе, к уже менее испуганной девушке. – Я Энтони Вестерли. Можно просто Тони. – Вестерли протянул руку в знак знакомства, но девушка смотрела на него с непониманием. - А тебя как зовут? - Я... я не знаю, - выдавила она из себя, смотря за реакцией парня. Тот опустил руку и подошел ближе. Лицо его стало серьезным. – Не помню. - Как не помнишь? – По голосу можно было понять, что Тони не поверил. – А если серьезно? – он скрестил руки на груди. - Я сейчас серьезно! - со злостью в голосе прошептала девушка и отвернулась. - Думаешь, это смешно? Я не помню, кто я! - Хм... - парень почесал затылок, задумавшись. - Ты... головой не ударялась? - А что? Похоже? - она яростно повернулась к Тони. - Спокойно! - Вестерли вытянул руки в защитном жесте. - Это первые признаки потери памяти. Сотрясение мозга называется. - Увидев, что девушка немного успокоилась, он, наконец, обратил внимание на ее внешний вид. Первыми в глаза бросились женские босые ноги, уверенно стоявшие на холодном каменном полу. Парень напрягся. В голову полезли мысли, что это пациентка из больницы, сбежавшая оттуда. Но одежда была на ней вовсе не больничная, а очень стильная, ухоженная, глаженная, будто бы только сегодня одетая. Модная блузка, с выглаженным воротником, сверху пиджак распространенного бренда и брюки, немного похожие на школьные. Сама девушка тоже не похожа на сбежавшую из больницы. Весьма привлекательная внешность, однако, характер кошмарный. Если у нее и правда, потеря памяти, то слишком уж она вспыльчивая для того, кому нужна помощь. - Погоди, - слегка прищурившись, Тони подошел к девушке. - Позволь... - парень засунул руку сначала в один карман пиджака, не обращая внимания на то, что девушке это не понравилось, и она даже не дала согласия. Не найдя ничего в первом кармане, он полез во второй. И вот, в его руке какая - то бумажка. Парень ее развернул. На клочке бумаги, словно вырванном в спешке и странно помятым, будто он в сложенном виде находился в плотно сжатой книге или чем-то еще, было выведено ровным почерком: "Это Вивиан Медолс. Большего знать не нужно. Но это пока". Прочитав, парень удостоверился, что это не шутка. Тут что - то не то. Но девушка, правда, потеряла память, значит ей нужно помочь. Но как?... - Эй, Энтони? - тихо окликнула Вивиан парня. - Что там? В ответ он развернул бумажку текстом к ней. - Поздравляю, Вивиан, - Вестерли особенно выделил имя, тем самым приводя девушку в замешательство. - Какая Вивиан? – прищурилась она. – Не знаю ни каких Вивиан. - Это твое имя, глупая. – Неожиданно для себя улыбнулся Тони. – Мы знаем теперь твое имя, Вивиан Медолс. Только вот... – протянул парень, почесав затылок. – Кто же это позаботился о тебе? Вряд ли тот, кто лишил тебя воспоминаний. - А если это неправда? – встрепенулась Вивиан. – А если я не Вивиан Медолс? - Ну, а смысл лишать тебя памяти, а потом совать тебе в карман бумажку с первым, пришедшим на ум, именем? – усмехнулся Энтони. – Не находишь это глупым? - Глупым было лишать невинную девушку памяти и бросать ее в каком – то непонятном здании без окон посреди ночи, да еще и без обуви! – выпалила Вивиан. Взгляд Тони переместился на ноги девушки, и он досадно цокнул языком. Парень вовсе забыл, что она без обуви. - Ну, слушай... – Энтони взглянул в глаза девушки. – Даже, если тебя зовут не Вивиан, какая разница? Тебя же по – любому нужно как – то называть, потому... – парень не успел договорить, потому что бумажка, с именем Медолс полетела в него, но увы, не долетела. - Вестерли! – голубоглазая скрестила руки на груди. – То есть, какая разница?! - Спокойно! – Тони нагнулся, чтобы поднять бумажку, ведь мало ли, что. Вдруг, это ценнейший артефакт, с помощью которого можно вычислить, как и почему Вивиан лишилась памяти. – И, да... – взгляд снова опустился на ноги девушки. – Хочешь, мы можем пойти ко мне... – смущенно пробубнил Тони. - Чего, чего? – усмехнувшись, Вивиан поднесла руку к уху, будто бы, чтобы получше расслышать фразу парня. – Я не расслышала. Мог бы ты повторить? - Слушай, Медолс, - улыбнулся Тони. – А не слишком ли ты наглая для той, кто потерял память? Обычно люди в замешательстве, а ты у нас навеселе. Люди, когда память теряют, в больнице лежат с сотрясением! Не может быть, что ты шла, шла, потеряла обувь, забрела в Карнуэль и резко потеряла память. Это невозможно! А еще у тебя в кармане отказалась записка с твоим именем. Минуту стояла тишина, лишь шелестели листья, от прохладного ветра. Внезапно лицо Вивиан снова стало озадаченным. - Какой Карнуэль? Тони фыркнул в ответ, ведь Вивиан, можно сказать, проигнорировала всю его фразу. Но рассказать тоже нужно. - Карнуэль – это то здание, в котором ты сейчас находишься. Как и в любом другом городе, это заброшенное здание, о котором есть страшная легенда. – Энтони замолчал, выжидая реакции девушки. Увидев, что той интересно, он продолжил. – Легенда гласит, что около двух веков назад здесь жил богатый граф Ренхаль Карнуэль со своей женой Маргерией. Жили, жили, все у них было хорошо, пока Маргерия не сказала, что ждет ребенка, тогда и начались все проблемы. Сначала все были рады, счастливы, но родилась у них дочь. Конечно, множество других богатых семей узнали, что появилась наследница семейства, имеющего в кармане приличное состояние и высокий статус в обществе. Поэтому те, у кого уже были сыновья, некоторые из которых еще ходить не умели, помчались к Карнуэлям, надеясь на помолвку с детства их детей. Маргерия была против этого, она мечтала, чтобы юная Сильвия вышла замуж по – любви, когда придет время, а сейчас она о помолвке и слышать не хотела. Ренхаль поддерживал жену, но помешать этому переполоху уже было невозможно, потому что на следующий день съехались семьи со всего континента, в надежде не теплый прием. Будь воля Ренхаля, он бы и за забор не пустил этих наглецов, но он не знал, что о нем подумают посторонние люди, если узнают о таком неприемлемом поведении. Поэтому Карнуэлям пришлось пустить в свое поместье непрошенных гостей и, возможно, попытаться выбрать жениха дочери. В принципе, это хорошая идея. Самые влиятельные были четыре семьи: Сатклиффы, Оверлорды, Мальборы и Кинселлы. У Юсефа и Мираджейн Сатклифф был трехлетний сын Александр, который с виду был приятным мальчуганом, но, к сожалению, по пути приболел, и Маргерия наотрез не принимала этих гостей, боясь, что их новорожденная дочь заразится. Сатклиффы отпали. Следующим претендентом был семилетний Брайан Оверлорд, сын Растабана и Вайолет. Тут – то все и пошло кувырком. Когда полугодовалую Сильвию на руках у ее матери оставили в одной комнате с Брайаном, тот мило пообщался с девочкой и даже спел ей колыбельную, но он так вел себя только из – за того, что Растабан строго наказал сына за то, что тот не собирался жениться вообще ни на ком. Растабану было все равно, что его сыну семь лет и ему только со сверстниками бегать, поэтому он первый раз в жизни ударил мальчика. В страхе, что наказание повторится, Оверлорд – младший стороил из себя паиньку и делал вид, что полугодовалый слюнявый ребенок ему хоть каплю интересен. Оверлорды пока были в претендентах на руку Сильвии, поэтому они остались в замке. Следующими были Мальборы. Сыну Карлоса и Марии – Корво, был один год. Но была проблема, он – один из близнецов. У малыша Корво, в придачу, была сестра – близнец Нисса. Вроде ничего такого в этом нет, но Маргерия, обсудив с Ренхалем, решила, что будет как – то неправильно, что у возможного жениха их дочери будет претендентка на поместье Карнуэлей. Поэтому, придумав историю о том, что по закону природы, если у отца или матери есть близнец, то вероятно, что дети родятся тоже не по – одному, а Карнуэли с древних времен должны были быть одни в семье, и неважно, что это неправда, главное, что это сработало. Мальборы уехали, даже не увидев Сильвию. Остался пятилетний Стефан Кинселл. Его родители, Нурари и Оникус были приятными и очень хорошими людьми, а Стефан воспитанным мальчиком, который даже не притворялся хорошим отношением к Сильвии, ведь у него была почти такого же возраста сестра Эрнеста, только на месяц постарше. Оникус и Нурари искренне любили своих детей, поэтому с радостью понянчились с Сильвией. Ренхалю и Маргерии было только в радость их общество, поэтому те, не задумываясь оставили их в замке, ведь и за сына таких хороших родителей дочь отдать не жалко. При чем, Стефан в пять лет уже был симпатичным юношей. Значит, есть вероятность, что те подружатся, и, может, привяжутся друг к другу. – Тони замолчал, чтобы выровнять дыхание, пока Вивиан усваивала всю информацию, сказанную парнем. - Ну, а дальше? – протянула Вивиан, заглядывая в глаза парня. - А дальше... – усмехнулся Энтони. – Потом расскажу. Хватит с тебя на сегодня. Пойдем, что – ли ко мне домой? – смущенно выдавил он из себя, отводя глаза. – Я вот так и не понял, как ты не замерзла, стоя голыми ногами на бетонном полу?! - Не знаю, - пожала плечами Вивиан. – Просто нужно представить, что ты не можешь замерзнуть и думать, что тебе тепло и, будто каждая клеточка наполняется теплом. И да... – Медолс заглянула в зеленые глаза парня. – Ты уверен, что мне стоит идти к тебе? Мы незнакомые люди, встретившиеся минут десять назад. - Ты чего? – улыбнулся Тони. – Как я тебя тут одну оставлю, без памяти, без ничего. На улице холодно, да и идти тебе некуда. Я не могу оставить человека в беде. - Почему же? – склонила голову на бок девушка. – Может быть, найдется кто - то другой, готовый мне помочь, а ты можешь идти своей дорогой, забыв обо мне. - Ой, не говори глупостей, Медолс. – Отмахнулся Тони. – Мне не позволяет совесть, да и папа мне постоянно твердил: прежде чем что – то сделать другому человеку, неважно, помочь или обидеть его, представь себя на его месте. Так вот, если бы я был на твоем месте, то конечно я не хотел бы остаться в такой ситуации. Поэтому пойдем. Но для начала... Энтони полез в карман брюк и достал оттуда свой телефон. Вивиан, увидев это, подошла ближе и лукаво улыбнулась. - Кому звонишь? – девушка попыталась заглянуть в телефон. - Погоди... – протянул парень. – Ты знаешь, что это? - Ну да... – усмехнулась Вивиан. – Это телефон, на который можно скачать кучу программ, социальных сетей, можно кидать фотки, видео, слушать музыку и так далее... Еще больше рассказать? - Нет, нет. – Тони почесал затылок. – Видимо... видимо тебе стерли память только о твоей жизни и том, что с ней связано. Но ты помнишь все вещи, все в этом мире, но не помнишь с кем и чем это связано... - Выходит, так. – Девушка, вспомнив о том, что потеряла память и не помнит родителей, не знает где они, да и кто они, тяжко вздохнула, напрочь забыв об улыбке. – Кстати, где мой телефон? – Вивиан машинально потянулась к карману в брюках. Не нащупав там ничего, кроме фантика от жвачки, она потерла руками закрытые глаза. – Все бесполезно! Как мы что - то узнаем? Я не знаю, где я, кто моя семья. Не факт даже, что я Вивиан Медолс! - Тише ты! – Энтони, засунув телефон обратно в карман, подошел к девушке и взял ее ладони в свои руки. На его удивление, они были теплые. – Послушай, как мы можем что - то узнать за несколько минут. Ты буквально пятнадцать минут назад потеряла память, а уже хочешь так быстро узнать все ответы на вопросы. Нужно время, пойми это. – Парень улыбнулся, увидев в глазах девушки каплю облегчения от сказанных слов. – Мы сейчас придем домой, я расскажу обо всем родителям. Папа поймет меня и захочет помочь. Он может покопаться в архивах, возможно по твоему имени, если оно настоящее, на что я очень надеюсь, он сможет найти твою семью или что - то еще. А может вообще твои родители уже завтра хватятся тебя и по новостям покажут тебя и сообщат, что тебя ищут. - Спасибо... – улыбнулась Медолс. – Правда, стало легче. Но знаешь, я думаю тот, кто стер мне память все продумал. И не только я не помню ничего, но скорее всего никто не помнит ничего обо мне и меня. Слишком непродуманный тогда план получится. Если кто - то меня помнит, то по - любому найдет, поэтому невыгодно. - Но слушай, а если ты правда ударилась головой? - Нет, точно нет. – Твердо ответила Вивиан. – Я будто бы это чувствую. Тут точно замешано что - то не чистое. - Ну, как знаешь. – Парень пожал плечами. – Просто можно тебя отвести в больницу... – парень осекся, увидев прожигающие его насквозь глаза Вивиан. – Ну, нет, так нет. – Он поднял руки в жесте, будто он сдается. – Пойдем уже ко мне, хватит на холоде торчать. - Ну, пойдем, - улыбнулась Вивиан, направляясь за парнем, который уже развернулся на сто восемьдесят градусов. Но, пройдя несколько шагов по камню, местами с неровностями, она остановилась. – Тони, я не могу так идти... Энтони развернулся и вздохнул. - Надо что - то придумать... – парень сделал лицо, словно размышляет над чем - то. – Время сейчас половина двенадцатого... Магазины уже не работают. Хотя... – Тони щелкнул пальцами. – Ты можешь пройти еще четыре метра? Вивиан покачала головой. Вестерли подошел к девушке и снял свои кроссовки. - Надевай, - парень отступил на шаг, проверяя, нормально ли будет идти в одних носках. Сделав несколько неуверенных шагов, он убедился, что даже сможет так дойти до дома. До его дома было всего две улицы. - А как же ты? – обеспокоенно спросила Вивиан. - Не беспокойся, я дойду в носках, одевай быстрее. Когда девушка залезла в кроссовки, Тони увидел облегчение в ее глазах и расслабленность. Затем он подошел к ней и, взяв за руку, быстрее повел через дорогу от Карнуэля. - Куда мы? – удивилась Вивиан. - Ко мне домой, конечно, - улыбнулся Энтони. - А если твои родители меня не пустят? – забеспокоилась Вивиан. - Не неси чепухи. – Отмахнулся Тони, даже не посмотрев на девушку, шагая вперед. – Почему они должны не пустить тебя? Говорю же, мой папа не оставит человека в беде, если ему очень нужна помощь. Ты же еще подросток! Они не изверги, чтобы оставлять тебя на улице, на произвол судьбы. - Ну, хорошо, допустим, – Вивиан еле поспевала за несущимся впереди Вестерли. – Ты думаешь, она поверят в то, что мне кто – то стер память и оставил посреди этого... Карнугеля? - Карнуэля. – Поправил ее парень. – А почему нет? Может ты, правда ушиблась головой, - развел руками Тони. – Сюда! – схватив девушку за руку, он перебежал с ней на другую сторону дороги. - Нет! Подумай сам! Как я могла получить сотрясение мозга и забыть только свою жизнь? Почему же я тогда помню что такое телефон, кто открыл Америку, кто обнаружил Тихий океан, что самая длинная река в мире – Амазонка? Я думаю, что если уж люди теряют память, то по полной программе, а не отрывками. - Ну, это зависит от серьезности травмы... – протянул Тони. - Эй ты, умник! – перебила его Медолс. – Ты у нас что, великий доктор Айболит? Давай выключай ученого и смотри на ситуацию логически. - То есть, ты хочешь сказать, что кто – то магическим способом лишил тебя воспоминаний? - А почему нет? – Вивиан пожала плечами. – Не нужно отрицать существования магии, и вообще, может это просто гипноз. - Ну, кстати, да. – Кивнул Энтони. – Все, мы почти пришли. – Парень кивнул на двухэтажный милый дом, стоящий неподалеку. – Вон там я живу. Когда Тони с Вивиан, наконец, подошли к двери, парень тут же запрыгнул на лестницу и обул домашние тапочки. Его губы расплылись в блаженной улыбке и, он в который раз удивился, как ноги Вивиан не замерзли, простояв больше двадцати минут на камне. А она была даже без носков! Энтони позвонил в дверной звонок и повернулся, чтобы взглянуть на девушку. Вивиан стояла неподалеку, но не осмеливалась подойти ближе. Тони подошел к ней и заглянул в глаза. - Эй, Вив, не бойся. - Я и не боюсь, - гордо подняла подбородок девушка. - Ага, конечно. – Усмехнулся парень. – А у кого сердце, как у бешенной стучится, и глазки бегают? Тони только успел договорить, как дверь открылась, и на пороге появилась не слишком высокого роста женщина, с короткими медно – золотистыми волосами и с облегченной улыбкой. В ее руке был крепко сжат белый платок, а глаза были слегка красными и опухшими, словно она плакала. При виде сына, женщина подбежала к нему и обняла, схватив за плечи. - Тони! – из глаз женщины брызнули слезы. – Где же ты был, сынок? Мы с папой так нервничали! Время уже половина двенадцатого ночи! Телефон тебе зачем? Почему он не доступен? Мы сотню раз тебе звонили! Уже полицию собирались вызвать! Парень все это время обнимал плачущую мать и успокаивающе гладил по спине. Вивиан же, неловко мялась в стороне, не зная как поступить. Внезапно на пороге появился высокий мужчина с огненно – рыжими волосами, как у его сына. В руке он зажимал телефон, а на плечах была накинута легкая куртка, будто бы он собирался уже пойти самостоятельно на поиски сына. Голубые глаза светились радостью, и он поспешно снял куртку и повесил ее на вешалку, стоящую в прихожей. - Боже, Эсми, ты сейчас его раздавишь! – мужчина улыбнулся теплой улыбкой и поспешил к жене. Взгляд упал на девушку и Вестерли – старший нахмурился. – Энтони, что за дама, стоящая возле тебя? Представишь? Эсми, наконец, оторвалась от сына и лишь сейчас заметила через пелену слез незнакомую девушку. Заметив, что она нервничает, женщина подошла к ней поближе и вытерла свои слезы платком, чтобы лучше разглядеть незнакомку. - В общем... – вздохнул Тони. – Это Вивиан, вроде как. Я встретил ее в Карнуэле, и она ничего не помнит из своей жизни. Потеряла память. - То есть как? – мистер Вестерли уставился на сына недоуменным взглядом. – Откуда ты тогда знаешь, что ее имя Вивиан? - Здравствуйте, мистер и миссис Вестерли. – Вивиан выступила вперед и решительно посмотрела на родителей Энтони. – Задавайте вопросы мне, я помню все на свете, кроме вещей, связанных с моей жизнью. Мы не знаем, как это возможно, а бумажка с моим именем лежала в кармане моего пиджака. - Мам, пап, - парень перевел внимание взрослых на себя. – Давайте пройдем в дом и там все обсудим. Вивиан правда потеряла память и ей некуда идти, а ты, папа, сам говорил, что нельзя оставлять человека в беде. Спустя несколько минут глава семейства потер руками лицо и кивнул. - Да ты прав, пойдемте в дом. Сейчас все выясним.