Часть 35

      На всю ночь забыть об окружающем мире нам, конечно, не дали. Мы выползли из сладкого полузабытья от звука дверного звонка. Сперва не хотели открывать, но потом все-таки решили, что если кто-то так настойчиво ломится, то это ж неспроста. Санечка надел халат и пошел открывать. Вскоре я услышала его смех, а потом звук закрывающейся двери. Заглянула в прихожую и с удивлением увидела, как он… разворачивает упаковку картины! Да, Кирилл не обманул и прислал нам ее! — Ха! Ну наконец-то я это вижу своими глазами! — воскликнул он, вглядываясь в нарисованное. Да, Вика потрясающе красива. Художнику оставалось передать все как было, ничего не приукрашивая. Он и постарался на славу. Гармонично смотрелся даже полупрозрачный пеньюар, который мало что скрывал. — Вика, это шедевр… Но это нельзя никому показывать! По крайней мере, пока мы живы! — решительно заявил Саня, зачем-то вернув оболочку упаковки назад, закрывая обзор. Вздохнул и уточнил. — Пока здесь только одна спальня, а комнат нет, есть риск, что увидит кто-то, кто придет сюда. А я этого не хочу! — Ну и правильно, — согласилась я. — Нечего на меня всяким пялиться! — Именно так. Не позволю никому смотреть на мою жену! Это слишком интимно! — Ага, — я кивнула — А куда его тогда? В шкаф? Не влезет… — В загородный дом, однозначно. И я даже знаю, в какую комнату… туда никто никогда не заходит, кроме меня. Ну и у тебя теперь доступ будет… — его лицо приобрело мечтательное выражение. — О, у тебя там есть тайная комната? — я подошла ближе и обняла его. — Есть, а какой же дом без тайной комнаты? — Да, а теперь это будет не просто тайная комната, а особая тайная комната… — Уже не терпится попасть туда, а? — он усмехнулся, а его руки залезли под полы моего халата сзади. — У меня крышу сносит, когда я представляю, что там, в твоей тайной комнате… — промурлыкала я. Он поцеловал меня в шею, потом спустился ниже… — Ты наверняка представила что-то развратное, да? — прошептал Санечка. — А я не могу ни о чем другом думать, когда ты делаешь так… Саш! — А я буду всю ночь делать так, моя дорогая супруга, — он просто подхватил меня на руки и понес в спальню. Собственно, что от него и требовалось, потому что терпеть нам обоим было уже затруднительно.       Насчет всей ночи он погорячился. Мы вскоре уже уснули. Зато проснулись бодрыми и свежими, ровно в семь. Картина так и стояла в коридоре, закрытая упаковкой. Мы решили ее пока не трогать — и никого постороннего в дом не пускать. — Когда-нибудь эта картина будет продана за бешеные деньги, поверь. Нашими пра-пра-правнуками! — Кем-кем? — нарочито удивилась я. — Потом расскажу, откуда они берутся, — гордо заявил мне муж. Я с самым серьезным видом кивнула и поставила перед ним блюдо с сырниками. И сгущенку. И кружку какао с молоком. Так что пришлось отвлечься от дискуссии о потомках. — Пообедаем сегодня вместе? — спросил он уже перед самым выходом. — У меня никаких дел, а у тебя? — У меня в принципе тоже, — ответила я. — Разве что с Кирой… — Так давайте все вместе, — обрадовался он. — Тогда вообще никто ничего не заподозрит. — Отлично! А где будем обедать? — Давай в суши-баре? — Давай! — обрадовалась я. — Да, я помню, ты любительница японской еды, — улыбнулся он. — А ты пробовала индийскую кухню? — О, да! — сказала я с энтузиазмом, а потом спохватилась. — То есть не совсем я… — Понятно, главное, не спалиться, моя любимая ведьмочка, — он сразу полез обниматься и заодно щекотать меня. Я принялась щекотать его в ответ — за мной ведь не заржавеет, и мы провозились минут десять. — Опять целый день без тебя! — простонал Саня, уткнувшись мне в шевелюру. — В обед увидимся… — Ты знаешь, о чем я…       Он нехотя выпустил меня из своих рук. Мы привели себя в порядок и наконец покинули квартиру. Судя по тому, что между нами происходит, мы с Санечкой очень нескоро соберемся пойти вечером в театр. Конечно, ни о какой статистике продаж у нас тоже речи не зашло.       На работу я попала вовремя и в блаженном состоянии. Оказывается, Санечка велел водителю пригнать мою машину именно к Зималетто, а меня туда довез сам. Как же приятна такая забота! Кажется, я влюбляюсь в собственного мужа с каждым днем все сильнее…       Кира пришла немного позже меня, но мы обе — раньше всех, как и вчера. Выпили кофе в баре. — Как вчера с Никитой провели время? — спросила я. — Отлично, — улыбнулась Кира, — мы были в театре… — Класс! — вздохнула я и улыбнулась. — А мы пока, наверное, не готовы идти в театр вместе. — А о чем вы разговариваете? — спросила моя наивная подруга. Я видимо посмотрела на нее с таким выражением лица, что она прыснула в салфетку. — О чем это я?! Какие разговоры?!       И мы обе рассмеялись. — Пока не до разговоров, Кир, — кивнула я, когда мы успокоились. — Просто не успеваем сосредоточиться на какой-то теме, понимаешь? — О, да! — снова хихикнула подруга. — Как же я тебе завидую! А я вот не могу так. Даже если мне… очень хорошо, я все равно продолжаю о чем-то думать…       Я мысленно пожалела Никиту. Потом подумала и пожалела саму Киру. Но лезть с советами в ее сексуальную жизнь не стану. Пусть уж как-то сама огонька себе ищет. Возможно, тут дело в партнере? Не знаю…       Таблица была продолжена после выполнения необходимых утренних процедур: отправки писем, звонков с назначениями встреч и тому подобной рутины. Шурка пришла не раньше десяти, это точно. И была какая-то встрепанная. Хмуро поздоровалась со мной и плюхнулась на место, сразу погрузившись в работу. Жданов тоже был не в духе. Что это с ними всеми? Но меня не особо волновал этот вопрос. В половине одиннадцатого я напомнила Кире о посещении магазина, запланированного на двенадцать. И тут она неожиданно предложила: — А поехали вместе? А что? Мне же надо не только проверить состояние магазина, но и финансовые документы? Ты же финансист, Вика? — Как скажешь, поехали, — невозмутимо отозвалась я, хотя понимала, что Кира подшучивает: познания Вики в области финансов были так себе, не очень. — Только предупреди начальство. А в час поедем на обед в суши-бар. У нас есть приглашение от Саши. — Отлично, — обрадовалась Кира. — А после обеда — еще один магазин, да? — Хорошо, — согласилась я. И набрала номер приемной президента. — Маша, это Клочкова. Екатерина Валерьевна может сейчас поговорить с Кирой Юрьевной? Да, узнай, пожалуйста.       Через две минуты Пушкарева ответила, и Кира взяла трубку. — Катерина Валерьевна, я уезжаю проверить наши магазины. Вику забираю с собой — она мне там потребуется. Да, к трем вернусь, на совещание успею. Всего доброго. — Ну, можно ехать? — спросила я. — Да, сейчас поедем. Надо еще кое-что сделать. Иди пока.       Я обратила внимание на розы в вазе: им надо было обрезать стебли и листья, чтобы дольше простояли. Еще бы лучше на пару-тройку часов положить их в ванну с холодной водой, но такой возможности не было. И я просто взяла кувшин для поливки и отправилась в туалет за свежей водой. Пока время есть. И конечно, в туалете снова столкнулась с женсоветом. Дамочки были какие-то озабоченные. — Всем привет, чего такие хмурые? — спросила я чисто из вежливости, но в ответ получила полные ненависти взгляды. — Между прочим, нам из-за тебя вчера влетело! — Да ну? Прямо из-за меня? — удивилась я. — Да, из-за тебя! Если бы ты не орала, что Андрей Павлович пристает к Кире Юрьевне, Катя бы ничего не узнала! — Так а вам-то за что влетело? — не понимала я. — Да за то, что мы опять якобы сплетничаем! — выдала Пончева. — А? Ну так это за дело, — я пожала плечами. — Ничего, если твой шеф, Шура, действительно будет как можно меньше пересекаться с Кирой, все будут только в плюсе. И у вас проблем не будет. — Что нам, теперь уже и поболтать нельзя? — Можно! — я уже набрала воды и царственно махнула свободной рукой. — Я вам разрешаю!       И посмеиваясь вышла из туалета.       Мы с Кирой вышли в холл в половине двенадцатого и вызвали лифт. Пока ждали, из директорского крыла выполз Зорькин. Увидел меня, открыл рот и закрыл обратно. Подойти при Кире не решился. И мы спокойно уехали. Когда сели в машину к Кире, я рассказала о вчерашнем случае с Колей у «Ришелье». Но к моему удивлению подруга забеспокоилась: — Вика, так нельзя! Ты должна поговорить с Зорькиным. Кто знает, что у него там в голове? Нам в компании конфликты не нужны, тем более на почве ревности. — Кир, да я Саше предлагала все рассказать, чтобы снять все вопросы, а он решил поиграть в конспираторов. Наверное, на совете хочет подать новость и порадовать сразу всех. — Ну не знаю… — Кира покачала головой. — Мне это не нравится! — Да я как раз сегодня собиралась поговорить с Зорькиным, чтоб уже отстал, — вздохнула я. — Вот после магазина… — Вик, а там в три совещание у нас, — вспомнила Кира. — Ну после. Или завтра. — Лучше быстрее, Вик. — Слушай, а может, мне с Пушкаревой поговорить? — пришла мне в голову идея. — А она уже до своего приятеля как следует донесет? — Вряд ли Катя будет этим заниматься, — отозвалась подруга. — Лучше сразу с ним.       На том и порешили: сегодня-завтра поговорю с Колей.       Я отвлеклась, когда мы приехали в первый магазин. Там мы разделились. Кира осматривала витрины и торговый зал, а меня отправила проверять отчетность, финансовые документы… А что? Я это могла! Сколько я папиных магазинов в свое время осмотрела! В бухгалтерских бумагах всегда знала, что и как. Вот и сейчас — все было нормально. Только обратила внимание на то, что в последнем месяце стало больше возвратов. Процентов на десять. Это если не брать в расчет предыдущий месяц, когда вообще мало что покупали из-за низкого качества тканей и фурнитуры. И я запросила подробные данные. Мне их предоставили — вместе с копиями из заявлений, в которых девять покупателей написали причину возврата. Я планировала привлечь эту статистику тоже и попросила такие же данные за полгода назад. К счастью, сказали, что там слишком много информации, и они потом мне все скопируют. В пятницу можно было. Без пятнадцати час мне позвонил Саша. — Ника, вы там скоро? — Заканчиваем на Серпуховской, — отозвалась я. — Санечка, выезжаем. — Хорошо, тогда я делаю заказ на троих? — Конечно!       Кира результатами проверки осталась довольна. Мы отправились обедать. Вот тут Кира и рассказала брату, чем она занимается. К нашему удивлению, он равнодушно пожал плечами: — Этого следовало ожидать. Того Зималетто, что был раньше, уже не будет. Я вижу только один выход: разделить производство по принципу стандарт-нестандарт. — Это и так происходит — по размерам, — заметила Кира. — Кирюш, есть лекала нестандартные, — отозвалась я. — Тут надо как следует изучить особенности нестандартной фигуры. Но шить на такую разнообразную публику… это какие же затраты! — Вот-вот, — согласился Саша. — Так что лучше вывести капиталы из оборота и вложить куда-нибудь в оффшор. Хоть с деньгами будем! — Саша! Опять ты за свое! — возмутилась Кира. — Да я пошутил, сестренка, — он подмигнул ей. — Оставлю пока. Посмотрим, как там на совете все сложится. Ты намерена оспорить стратегию Пушкаревой? — Нет, я думаю, она как Андрей не будет упираться ради сохранения поста президента, правильно воспримет критику и сможет хотя бы что-то изменить. — А ты как думаешь, Вика? — спросил Саня. — Главное, чтобы она не стала комплексовать после критики и пытаться передать пост обратно Андрею, — заметила я. — А то она может, да еще и если он будет намекать. Она же и когда уходить собралась — она всерьез собралась оставить президентом Жданова, хорошо, он сам отказался… — Да ты что? — вскинулась Кира. Саша с усмешкой покачал головой. — Да, точно тебе говорю, — убежденно кивнула я. — У женсовета подслушала.       Да-да, я конечно ничего такого не слышала сама, зато сериал смотрела, но Воропаевым это знать не обязательно. Суть-то я верно передала! — Андрей — позер, и в отличие от Пушкаревой думает всегда только о себе, — покачал головой Саша. — Ему нельзя возвращаться на этот пост. — Тебе тоже, — ввернула Кира. Я уже было испугалась, что сейчас они поругаются, но нет, Санечка расслабленно улыбнулся и кивнул. — Вот именно. Пушкарева — идеальный вариант наемного кризис-менеджера. Это нормальная практика во всех развитых странах. Так что, Кира, если что — не голосуй за Андрея. — И не собиралась… — начала было она, но вдруг понимающе улыбнулась посмотрев на меня. — Вик, а не может так быть, что Жданов ко мне зачастил, потому что снова хочет моей поддержки?.. — Если они с Катей обсуждали возможное возвращение ему поста — то вполне себе нормальная версия. Укладывается в его стиль поведения. Приударить, оказать личное внимание и получить свой бонус. — Я сейчас не очень понял, — холодно уточнил Саша, — Жданов к тебе пристает? Вика, ты почему мне не сказала?! — Да пока я справляюсь с тем, чтобы держать его подальше от Киры, — успокаивающе сказала я. — Я донесла до женсовета тот факт, что Андрюша не дает Кире спокойно работать и так и норовит проникнуть к ней в кабинет, когда такой надобности нет. Ну вот, а они передали Кате. А она всем, включая Жданова, сделала втык. Теткам — чтобы не сплетничали, а ему — уж не знаю на какую тему, хотя догадываюсь. Так что теперь если Жданов продолжит в том же духе — будем считать, что Пушкарева в курсе и не возражает. — Так, беру это дело на свой контроль! — жестко сказал Саня. — Вика… — Да поняла я, поняла, — вздохнула я, — буду сигнализировать и анализировать. Или наоборот, посмотрю, как лучше будет. — Саша, я не вернусь к Андрею, — заверила Кира. — И голосовать за него не буду. Катя действительно лучший президент, чем он. — А если Пушкарева откажется наотрез? — спросила я. — Тогда президентом будешь ты! — усмехнулся мой ехидный муж. — С двумя-то курсами МГИМО за плечами? — хихикнула я. — Нет уж, остаешься только ты, Кира. Ну а я пойду личным помощником или вице-президентом. — Ну вот, заговор созрел, — рассмеялась Кира. — Давайте уже есть, нам с Викой еще в магазин ехать!       Мы, конечно, посмеялись тогда. Но шутки шутками, а то, что Санечка хотел бы видеть Киру президентом Зималетто — совершенно точно. Ну и я не против. У моей подруги есть для этого все необходимые знания и качества.       Второй магазин показывал примерно такую же статистику по возвратам. Что ж, к пятнице и они скопируют нужные мне данные из архива. Мы вернулись в Зималетто за пятнадцать минут до начала совещания. Я отправилась к кофе-машине: захотелось сделать нам с Кирой напиток самостоятельно. Уже с двумя чашками, по дороге обратно, наткнулась на Зорькина. Он от неожиданности выронил папки, я, к счастью, чашки в руках удержала. — Привет, Виктория! — выдал он. — Здравствуйте, Николай Антонович, — вздохнула я, осторожно обошла папки и двинулась дальше по коридору. Дверь открыла ногой и сумела проскользнуть в проем до того, как она закрылась. Опять разговора не вышло.       Выпив кофе, Кира отправилась на совещание. Я, конечно, подслушивала. Просто пошла опять к кофеварке: там тоже были стенки тоненькие, все слышно.       Хотя ничего интересного я не услышала, кроме завершающей фразы Андрея: — Кира, останься, пожалуйста, нам надо поговорить. — Да, конечно, — голос у Киры вроде бы был спокойным. Я превратилась в одно большое ухо, но из-за того, что сосредоточилась на подслушивании, пропустила момент, когда сзади подошла Пушкарева. Я уже было рыпнулась бежать, но она приложила палец к губам. И мы начали подслушивать вместе. Смешно, наверное, выглядело со стороны. — Кира, я прошу у тебя прощения за свою навязчивость. — Все в порядке, я рада, что ты все понял. — Но мне бы хотелось, чтобы мы остались друзьями… — Это невозможно. По крайней мере, сейчас. Может быть, через пару лет. — Но Кира! Я же всего лишь хотел… — В этом вся проблема. Ты хотел. И тебе никогда не было интересно, чего хочу я. А я хочу сохранять дистанцию. Ты мне мешаешь. Так что давай договоримся — общение только по рабочим вопросам. — То есть ты вообще не хочешь меня видеть? — В идеале — не хочу. — Тогда почему бы тебе не уволиться из компании? — Это моя компания, и я не уволюсь отсюда. А если ты сохранишь прежнее наплевательское отношение ко мне и окружающим… я приму другие меры. — Кира! Я честно поговорил с тобой, за что ты на меня злишься?! — Я не злюсь. Ты мне просто надоел и раздражаешь. Так понятнее? — А я в это не верю! Ты все еще любишь меня, поэтому и пытаешься избегать меня! — Какая же ты скотина, Жданов, — в голосе Киры, несмотря на горечь слов, был слышен смех. — Ты просто мерзавец и садист, Андрюша. И если бы я действительно любила тебя, твоя тактика морального насилия принесла бы свои плоды. Но увы. Ты неприятен мне. Это все, что тебе следует знать…       Голоса замолчали, и мы с Катей отпрянули от стены. Я быстро метнулась к кофе-машине. — Тебе сделать? — спросила Катю. — Да, спасибо, Вика.       Мы в полном молчании наблюдали, как пыхтит паром кофейный пресс, а чашка наполняется черной жижей. — Да забей, Кать, — прервала я молчание, понимая, о чем Пушкарева думает. — Он тебя любит, просто эгоист. И обидно ему, что не все его боготворят. — Кира абсолютно права, — тихо ответила Пушкарева. — Но он и правда меня любит. Передай Кире Юрьевне, что я приму меры. — Кать, ты только не уходи от нас, а? — Правда? — он слегка улыбнулась. Печально как-то. — Разве вы все не будете рады, если я уйду с этого поста? — Это будет величайшей трагедией, и это не только мое мнение, — совершенно искренне сказала я. — То есть? — Не только Кира так считает. — Поняла, — он несколько секунд сверлила меня взглядом, потом кивнула. — Это важно, спасибо.       Катерина всегда была понятливой. Я надеялась, что они с Андреем поговорят, и он успокоится насчет Киры. Хотя с другой стороны, в чем-то он и прав. Пока позиции Никиты в глазах Киры слабоваты. Походы в театр — немного не то, что требуется женщине, которая хочет забыть прежнюю любовь, принесшую ей столько страданий. Но вот уж тут пускай без меня разбираются.       Кира усмехнулась, увидев меня у кофеварки вместе с Катей. — Вика, пойдем. У нас еще есть дела на сегодня. Пошли, допьешь по дороге.       И мы двинулись по коридору. Уже когда вышли в холл, нас-таки нагнал Зорькин. — Прошу прощения, Виктория, мы можем с тобой поговорить?       Ну, слава тебе господи, наконец-то разродился. — Конечно, можем. Кира, когда у меня будет время? — Десяти минут хватит? — спросила она с улыбкой. — Думаю, да, — кивнула я и сказала Коле. — Пошли в бар. — А может лучше ко мне в кабинет? — с надеждой спросил он, и мы с Кирой переглянулись, прямо ошалев от такой наглости. — Однозначно не лучше, — фыркнула я. Он вздохнул.       В баре я взяла безалкогольный коктейль. Он не взял ничего. — Итак, о чем будем говорить? — спросила я. — Я хотел поговорить о нас… — А, ну давай, — бодро сказала я. — Это быстро, потому что никаких «нас» нет. — Я тогда обиделся, вот и вспылил. Прости. Но ты тогда с Воропаевым такое обо мне говорила… тебе ведь все равно, с кем, да? Лишь бы деньги были? Он же тебя унижает постоянно! А я тебя люблю! И у меня теперь деньги есть…       Он, конечно, хамил и нарывался, но я старалась быть терпеливой. В конце концов, насчет Вики он был во многом прав, но она — не я. — Нет, Коля, мне не все равно. Совсем не все равно. И деньги мне не нужны, ни от тебя, ни от кого другого. Мне жаль, если ты считаешь меня меркантильной. Я тебя не люблю и никогда не любила. И даже если у меня закончатся деньги, я не возьму их у тебя. — Ты просто не хочешь быть со мной, да? — В точку. Поначалу вроде казалось, что у нас может все получиться, но увы. Не получилось. — А кто дал тебе деньги на машину? Воропаев? — Нет, открою тебе секрет: никто мне денег не давал. Я их сама заработала. Ну, как заработала? Продала кое-что ненужное, помнишь, как в мультике про дядю Федора? И в отличие от этого мальчика, у меня этого ненужного довольно много. — Мне ты можешь не врать, Виктория. Нет такого ненужного, продав которое, можно купить машину… — Твое дело — верить мне или нет. Если ты хочешь думать, что деньги мне дал богатый любовник — можешь так думать. Но давай раз и навсегда проясним: я люблю другого человека. Я счастлива с ним, и деньги не играют тут никакой роли. И я прошу тебя отнестись к этому с пониманием и не искать со мной встреч. Разве что мы можем попробовать быть друзьями. — Друзьями? — он горько усмехнулся. — Это вряд ли. Но спасибо за откровенность, лучше так, чем… — Вот и я так думаю, — кивнула ему. Тут у меня зазвонил телефон: Санечка. — Ну все, я пойду. Всего хорошего, Коля.       По дороге к кабинету Киры ответила на вызов. — Сокровище, ты еще не закончила свой труд на благо нашей компании? — Нет еще, Санечка. Кира сказала, есть пара дел. — А я чего звоню? В шесть намечается корпоративный ужин с коллегами. Ты ведь составишь нам компанию? Остальные тоже будут с женами. — Конечно, с удовольствием, — ответила я. — Надо марафет навести, да? — Желательно. Вечернее платье там… — Поняла. Схожу к Милко — наверное, не откажет? — Это было бы идеально. Потом скажешь, что подобрали, я озабочусь аксессуаром. — Погоди! Или я успею до бутика сгонять? — Нет, будет уместно платье от Милко, — заверил Саша. — Он же должен нам свадебный подарок! — А, точно! Сейчас схожу к нему! — Давай, сходи и перезвони, ладно? — Конечно, мой хороший…       Развернувшись на ходу, я побежала к Милко. Надо было торопиться, и если он откажется, то успеть сгонять до бутика…       Повезло — Милко был один или все равно, что один, в обществе двух своих приятелей-стилистов. — Привет, Милко! — сказала я, немного запыхавшись. — Викусечка! — радостно завопил он, — как же я рад тебя видеть! Ты-то мне и нужна! — Правда? А ты нужен мне! Какое совпадение! — А я тебе зачем? — Ты не мог бы одолжить или даже продать мне одно из вечерних платьев? Срочно надо! — Ну, на ловца и зверь бежит! — Милко вскочил со своего диванчика и подошел ко мне. Повертел в разные стороны и выдал, — есть у меня платье. Оно как раз из новой коллекции и уже готово. Будет готово, если ты согласишься его примерить, в качестве модели. Тогда сразу подгоним — и можешь в нем идти куда ты там собиралась! — А это долго?       Он еще раз рассмотрел мою фигуру и задумчиво ответил: — Нет, думаю, нет. Ты отлично привела себя в форму, рыба моя! — Что ж, я согласна. Доверюсь профессионалу. Тем более гению…       Тут пришла Ольга Вячеславовна и обмерила меня. Оказалось — у меня идеальная фигура! — Это я на больничном похудела! — Бывает, — вздохнула Уютова и обернулась к дизайнеру. — Нам повезло — Милко, у тебя сегодня идеальная модель!       Платье оказалось действительно вечерним. Темно-синий шелк и оригинальный крой рукавов делал модель неповторимой. — Олечка! Ты только глянь! И ничего подправлять не надо! — Ну, я бы тут подхватила немного, — отозвалась женщина, — но если так посмотреть — да, сидит идеально. Как будто на тебя шили, Вика! — Спасибо, Милко! — обрадовалась я. — Так я возьму его? — Возьми, рыба, возьми! В нем ты будешь неотразима! — Слушай, а есть фото этой модели? Я бы отправила… кое-кому… — Увы, нет. — Сейчас будет, милая барышня! — засуетились стилисты. Один из них взял большой цифровой фотоаппарат и сделал несколько снимков. Признаюсь — я старалась и позировала. Глянула на экран фотоаппарата — супер! — А можно снимок мне на почту скинуть? — попросила я. — Для вас — все, что угодно! — заявил второй приятель Милко. — Напишите мне адрес, Виктория!       Я нацарапала на листочке, подсунутом Милко. Меня опять немного повертели и уговорили примерить еще пару платьев. Но первое я попросила отложить, его я собиралась надеть прямо перед выездом. — Готово, Виктория! — заявил стилист, который занимался электронной почтой. — О, спасибо! — сказала я и унеслась переодеваться в обычную одежду. А потом, еще раз поблагодарив Милко и захватив сверток с первым платьем, понеслась на рабочее место. — Вика! Ну что ты так долго?! — упрекнула меня Кира. — Ой, Кир, да вот, Милко помогала — моделью подрабатывала. — Да ты что? — Ну да. Он мне за это платье дал вечернее. А Саша как раз просил наряд для корпоратива на сегодня подобрать… — Ого! У него корпоратив? Это отлично. Вика, у тебя есть подходящее украшение? — Саша велел сообщить мне, какое платье, и он подберет. Хотя подошло бы мамино колье. Но оно в банке, ехать туда еще… Я села за компьютер и открыла свою почту: да, снимок мне прислали. Я показала Кире. — Прекрасно! Это что-то новенькое? — Да, это из новой коллекции. Апробация, так сказать. Да черт с ней! Я сейчас отправлю…       Письмо ушло, и я позвонила мужу. — Санечка, я отправила тебе снимок платья… — Да ты что? Вот это скорость! Так-так… открываю…       В трубке повисло молчание. — Саш? — осторожно спросила я. — Все нормально? Или мне подобрать что-то другое? — Не надо другое, — относительно спокойно сказал он. — Все отлично. Мне будут завидовать и, может быть, тебя даже попытаются выкрасть… — Ээээ! — возмутилась я. — Тогда не пойду! Я не хочу, чтобы меня крали! — Шутка, — он вздохнул, — но в ней есть доли правды. Завидовать мне точно будут. — Сань, я хотела спросить… может, мне надеть мамино колье? Оно авторское, думаю, сюда пойдет. Правда, очень дорогое… — А где оно? Дома? — Нет, вся коллекция в банке. Я успею! — Давай, я минут через двадцать за тобой заеду, потом отвезу тебя к твоим драгоценностям и оттуда сразу поедем в клуб, договорились? — Вообще отлично. То есть моя машина опять останется у Зималетто? — Ну да, получается, так. — Хорошо, я переодеваюсь и жду тебя внизу, да? — Скоро буду, сокровище!       Кира рассмеялась: — Викуся, давай, надевай платье прямо тут! Я хоть посмотрю вживую…       Ну, что? Ей понравилось. Я еще слегка подправила косметику и прическу. Как говорится, к корпоративу готова!