Глава 10 "Финал"

Глава 10 Финал Мария сидела, упершись локтем в подлокотник, и скучающе вела взглядом очередную пару. -- «Удар. Защита. Ещё удар. Ошибка. Конец боя. Секунды три — и всё.» Она даже не потянулась к табло. Просто щёлкнула пальцами, объявив победителя. -- «Сколько я уже таких отсудила? Десять? Пятнадцать?» Её память тут же подкинула образы. — Эрида, играючи закрывшая бой, Мелани, завершившая его в два хода. Элис… да, она хотя бы сражалась по-настоящему. Остальные? Омерзительно слабы. Мария скользнула взглядом по ложам. Люция, развалилась в кресле, лениво щурился. Ей было скучно. Если уж она скучает — турнир мёртв. Она сжала зубы. -- Я привела сильнейших. Своих лучших. А меня… обманули? Это турнир сильнейших, а не ярмарка уличных дуэлей. -- Хватит. — сказала она, даже не заметив, как поднялась. Голос сорвался, холодом прошёл по арене. Ученики вышли на арену в полном составе — шестеро, крепкие, уверенные, кто-то ухмылялся, кто-то настраивал оружие, кто-то проверял затяжку ремней на доспехе. Мария стояла напротив, чуть расслабленная, будто вообще не принимала всё это всерьёз. Стоя без оружия. — Готовы? — её голос был спокоен, но в нём звенел металл. Толпа шумела. Для зрителей это было неожиданно — по регламенту сейчас должны были сражаться ученики между собой, а не с одним из судей. Но азарт взял своё, и выкрики «Давай!» и «Покажи им!» заглушали возмущённые возгласы учителей. — Не забывайте, — Мария чуть склонила голову, глядя им в глаза, — достаточно одной удачной атаки по мне. И победа ваша. Эдрик, самый рослый, шагнул вперёд. Посох в руках, взгляд жёсткий. — Держите её в центре, не давайте уйти! — крикнул он товарищам. Они двинулись синхронно, как учили. Мария не двигалась. Первый огненный шар сорвался с кончика посоха. Мария едва качнула плечом, и снаряд пронёсся мимо, взорвав каменную плиту. Второй заклинатель ударил ледяным копьём — Мария шагнула в сторону, не меняя темпа, и оно врезалось в барьер, защищающий зрителей. Сначала это было похоже на демонстрацию ловкости. Ученики улыбались, кто-то из них хмыкал, мол, «смотри, как уворачивается». Потом она двинулась, скользнула вперёд, в два прыжка оказавшись рядом с невысокой девушкой в кожаных доспехах. Поворот корпуса — и рука на её шее. Короткий, почти невидимый всплеск синего света, и девушка охнула, пошатнулась, ноги подломились. — Что она… — начал кто-то, но не успел договорить. Мария уже ушла от удара сзади, скользнув под клинок. Взмах руки — пальцы касаются запястья парня с мечом. Он вздрогнул, как от сильного холода, меч вывалился из руки. — Она забирает силу… — выдохнул Эдрик. Смех и азарт в их глазах начали гаснуть. Осталась сосредоточенность, потом напряжение. — Держитесь подальше! — выкрикнул маг воздуха, отбрасывая её порывом ветра. Мария перевернулась в воздухе и мягко приземлилась. — Боитесь? — спросила она тихо, но так, что слышали все. Двое бросились на неё одновременно. Один — с клинком, другой — с кулаками, покрытыми пламенем. Мария шагнула навстречу, пропустила удар мимо себя и, будто невзначай, коснулась плеча первого. Он споткнулся, теряя равновесие, и рухнул. Второго она встретила взглядом, и тот замер, не решившись атаковать. — Продолжайте, — Мария улыбнулась, — я ведь почти не начинаю первой. Они всё же рванулись в бой, но уже без уверенности. Каждый удар был либо слишком поспешным, либо осторожным, словно они опасались приблизиться. Толпа почувствовала перемену — шум стал тише, в нём появились удивлённые и тревожные нотки. Ещё один выпад — и Мария оказалась за спиной противника, ладонь на его шее. Силу она тянула медленно, словно наслаждаясь, как он постепенно оседает на колени. Последний из оставшихся — Эдрик — стоял, сжав посох обеими руками, и глядел на неё широко раскрытыми глазами. По капле пот стекал по виску. — Ты… чудовище, — выдохнул он. Мария подошла к нему, не спеша, и он сделал шаг назад, упёрся в край арены. Толпа затаила дыхание. Она наклонилась к нему, почти касаясь лицом. — Нет, — сказала она тихо, — просто сильнейшая. Рывок — и Эдрик рухнул рядом с остальными. На арене осталась только она. В глазах зрителей уже не было смеха — только шёпот, смешанный с непониманием и страхом. Ученики других академий переговаривались: — Это была не дуэль… — Она охотилась на них… — Она играла. Мария же стояла посреди арены, будто в центре тишины, и подняла взгляд на ложу, где сидела Люция. --- Мария медленно подняла голову, глаза сузились. На лице появилась лёгкая, почти насмешливая улыбка- — А сейчас… — она подняла руку и вытянула палец в сторону ложи, — я бы хотела отведать «кусочек от тебя». Толпа ахнула. Несколько учителей вскочили со своих мест. — Безумие… — прорычал кто-то. — Она что, бросает вызов самой Люции Доротеи? Люция сидела, слегка откинувшись назад, руки на подлокотниках, крылатая фигура в белоснежной рясе. Её лицо было спокойным, но глаза — цепкими, внимательными. Она медленно поднялась, словно нехотя, и шагнула вперёд. — Ты уверена? — тихо спросила она, но её голос прокатился по арене, будто отразившись от невидимых стен. — Более чем, — ответила Мария, сдерживая дыхание. Стража, стоявшая по краям, напряглась, двигаясь ближе к центру. — За нарушение регламента турнира ты идёшь под стражу! — выкрикнул командир. Но Люция подняла ладонь. Её подчинённые замерли. — Отойдите. — Госпожа… — начал один из них, но осёкся, встретившись с её взглядом. Люция шагнула на край балкона и, не сбавляя темпа, спрыгнула вниз. Казалось, падение должно было закончиться тяжёлым ударом, но она опустилась на землю так тихо, что даже песчинки не поднялись. Мария ухмыльнулась и сорвала подол своего платья, оставляя ноги свободными. В руках из воздуха появился клинок, пылающий синим огнём. Люция ответила едва заметной улыбкой. — Ну что ж… Возьми… кусочек, — её голос был почти ласковым. Они застыли, глядя друг на друга. Толпа перестала шуметь — сотни глаз наблюдали за двумя фигурами, будто мир вокруг перестал существовать. Первой двинулась Люция. Её движение было столь быстрым, что оно выглядело как вспышка света. Огненный удар обрушился на Марию с силой, способной разнести в клочья любого ученика, но Мария, отдав свой клинок на сожжение, успела отбить атаку. Металл расплавился и исчез. Она тут же создала багровый клинок во второй, и подняла свободную руку, подзывая Люцию к себе. Люция рванулась вновь — их столкновение отозвалось в каменных стенах, воздух загудел. Как только она ринулась, в руке Марии появился ещё один клинок. Первый клинок Марии рассыпался, но второй удержал натиск. В тот же миг Мария, будто в танце, свободной рукой ухватилась за шею Люции. Лёгкое шипение — ожог, и едва заметное свечение, вырывающееся из-под пальцев. — Что?.. — Люция резко отскочила назад, схватившись за шею. — Как? Это… Мария медленно выпрямилась, с улыбкой наблюдая, как противница держится за ожог. — И это всё? Толпа зашепталась, а капитан стражи, глядя на происходящее, произнёс: — Я никогда не видел, чтобы госпожа так реагировала… Люция сузила глаза. — Поглощение магии… Акаге… — она произнесла это едва слышно. Мария лишь слегка пожала плечами — «не знаю» или «не скажу». Люция ударила вновь, теперь мощнее, заклинаниями, каждое из которых могло бы обрушить стену. Мария стояла, а её тело, подсвеченное внутренним светом, пульсировало, словно насыщалось силой. После третьего удара за её спиной распахнулись крылья — не материальные, а сотканные из яркого потока маны, переливающейся синим и фиолетовым. Люция замерла. — Я читала о вас… Воины с небес… Я думала, это миф… Мария исчезла с места и появилась за спиной Люции. Одной рукой схватила её за копьё, другой — за шею, вновь вытягивая магию. Люция застонала, её магическая оболочка треснула в месте захвата. Стража ринулась к центру арены. Капитан выкрикнул: — Держать её! Мария отпустила Люцию, и та, тяжело дыша, отступила назад, глядя на противницу. Мария же стояла, выпрямившись, с чуть насмешливой улыбкой. Её окружили копья. — Измена государству. Покушение на Императрицу. Если бы моя воля… — капитан сжал зубы, — я бы прикончил тебя на месте. Ехидно улыбаясь, Мария молча коснулась пальцем своей шеи — немой намёк, что если он хочет то может попробовать. Но она ничего не обещает. Толпа взорвалась шумом. Одни кричали «Позор!», другие —«Браво!», кто-то стоял в полном оцепенении. Ученики, пережившие бой с ней, сидели бледные, избегая смотреть в её сторону. Люция же молчала, прижимая ладонь к ожогу и глядя Марии в глаза, словно обещая, что это ещё не конец. Марии надели магические кандалы и увели прочь. --- Турнир завершился уже к вечеру, а с утра площадь перед ареной превратилась в один огромный праздник. Ряды палаток, натянутые гирлянды фонариков, дым от жаровен, сладкий запах карамели и жареного мяса. Музыканты, рассевшись прямо на бочках, бренчали на лютнях и дудели в рожки, а между ними пробегали дети, ловя блестящие ленточки. Толпа была плотной — со всех сторон смех, звон монет, перекрикивающиеся торговцы. — Эй! Карамельные орехи! Только сегодня! — выкрикивал один. — Гадаю по руке и по глазам! — кричала старая цыганка, заманивая парочки. В центре этого шумного хаоса шли шестеро — Мелани, Дрим, Эрида, Ларек, Талия и высокий парень в светлом камзоле — ученик Люции по имени Сайлас. Он держался чуть в стороне, явно не привык к такому вольному веселью, но Мелани то и дело втягивала его в разговор, хлопая по плечу. — Всё-таки бой Марии… — начал Ларек, запихивая в рот половину куриного окорочка, — я думал, она просто покажет мастерство и всё. А она… — Она вышла за рамки, — тихо сказала Эрида, поправляя свой новый ярко-красный платок. — И это было… жутко. — Думаете, всё? — Талия усмехнулась, подцепляя деревянной палочкой кусочек засахаренной груши. — С Марией никогда не «всё». Дрим, лишь хмыкнула, таща на плече целую связку воздушных фонариков: — Законы, правила… эта ведьма на всё это плевать хотела. Уверен, уже сейчас она свободно разгуливает где-то. — Ну, её же увели… — начал Сайлас, но тут же замолчал, заметив, как остальные переглянулись. — Увели? — Ларек фыркнул. — Уверен, что да. И так же уверен, что не удержали. Толпа смеялась, музыка усилилась, и их разговоры растворились в шуме праздника. Они свернули к ряду аттракционов. В первом — стрельба по глиняным мишеням. Мелани попробовала — три попадания из трёх. Толпа захлопала, а хозяин лавки сунул ей маленький стеклянный амулет в виде птички. Чуть дальше — гадалка. Эрида и Талия пошли вдвоём, вернулись с загадочными улыбками и отказались рассказывать, что им нагадали. Дрим, Ларек и Сайлас застряли у стойки с пряными напитками. — Не так уж и крепко, — сказал Ларек, но через минуту сидел на скамейке и смеялся над какой-то старой шуткой, которую никто уже не помнил. Тем временем, в нескольких шагах от них, среди толпы, в тени палатки с вышивками, стояла Мария. Волосы убраны под тёмный капюшон, платье заменено на простое дорожное. В руках кружка медовухи. Она спокойно наблюдала, как их компания спорит у лотка с пирожками. Когда Дрим бросила взгляд в ту сторону, она уже отошла, растворяясь в людском потоке. — Что там? — спросила Мелани, заметив, как она нахмурилась. — Показалось, — ответил она и, взяв в руку горячий пирожок, добавила, — но вот увидите, эта «ведьма» ещё появится. И не на арене. Музыка стала громче, фейерверк раскрасил небо золотыми и синими росчерками. Люди кричали от восторга, а где-то в глубине толпы Мария улыбнулась и сделала глоток. Праздник на площади гудел и шумел, тянулся далеко за пределы арены. Смех, музыка, ароматы жареного и сладкого — всё это казалось частью другого мира, далёкого от тех мрачных событий, что недавно разыгрались. Герои отдыхали и веселились, сплетая между собой разговоры, шутки и догадки о будущем. Но где-то глубоко под городом, в забытых и запылённых коридорах древнего замка, что стоял уже много веков, тьма продолжала жить своей жизнью. Ни для кого из тех, кто праздновал на свету, там не было ни звука, ни движения — лишь давящее, холодное молчание. И в этом молчании, среди темных кристаллов и пыли, скрывался тот, кого давно уже забыли. Тот, кто готовит возвращение. И пока звёзды горят над Империей Заркан, тень растёт в глубинах подземелий, и скоро никто не сможет игнорировать её приближение. --- Подземелье замка Холдуна было местом, где он когда-то любил уединяться, но теперь здесь царила только гнетущая тишина. Ни звука, ни признака жизни — какой бы она ни была. Гиблое место, где властвовали тьма и одиночество. Для жителей Империи Заркан оно было слишком близким, чтобы о нём забыть, и слишком далёким, чтобы туда попасть. Когда-то именно здесь король изучал магию теней и оттачивал своё мастерство, становясь сильнее. Хоть Кристальное Сердце и озаряло всю империю, в этих залах его свет не ощущался — тьма была слишком плотной, а магия сердца скрыта глубоко под слоями кристальной защиты. Сейчас Холдун пребывал здесь — обессиленный, лишённый своего тела. Его тайная комната, спрятанная под троном, была одной из немногих, о которых не знал почти никто. Вдоль стен тянулись стеллажи, уставленные книгами. Тут лежали старинные свитки, перья, чернильницы, глобус, пара свечей и несколько портретов самого Холдуна. Но главное — книги, сотни и сотни томов. "Я ещё вернусь!" — думал он, будучи лишь сгустком тени, способным лишь перемещаться в полумраке. — "Они надеялись одолеть меня этим жалким Сердцем? Глупцы!" Время текло странно. Дни сменялись неделями, недели — месяцами. Более полугода он существовал в этой тьме, стены которой были сплошь покрыты чёрными кристаллами. Всё здесь было таким же, как тысячу лет назад. Лишь медитация позволяла ему сохранять рассудок, но заточение сделало своё дело: в его мыслях поселилось безумие, злоба стала глубже, а желание отомстить — сильнее. Он перебирал в голове прошлые битвы, пытаясь понять, где допустил ошибку. Но чаще всего его пожирала скука — вязкая, неотступная, давящая на разум. Сколько ещё он будет гнить в этой темнице? Месяц? Год? Век? Он уже начинал верить, что это навсегда… пока однажды в его убежище не появился незнакомец. Проснувшись из дремоты, Холдун увидел в дверях смутный силуэт. Голос, усиленный магией, разнёсся по залу: — Холдун! Покажись! У меня есть к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Тень затаилась. — Выходи сейчас, или оставайся здесь вечно, — продолжил незнакомец. — Кристальное Сердце сияет сильнее, чем когда-либо. Либо мы поговорим, либо ты окончательно исчезнешь. — Кто ты?! — тихо произнёс Холдун, всё ещё прячась в углу. — Пришёл добить меня? — Нет. Всё проще. Ты станешь орудием моего гнева. — И как же?! — рявкнул он, материализуясь в виде густого фиолетового дыма, в котором едва угадывались очертания лица. — Видишь это? Год ушёл на то, чтобы вернуть хотя бы такой облик. Мне потребуются десятилетия, чтобы восстановить прежнюю мощь! Он прекрасно понимал: сейчас он слаб и бесполезен. Тогда он не смог остановить врагов, едва не погиб от вспышки Кристального Сердца… и всё же выжил. Он всегда выживал. — Нет, ты мне нужен уже в ближайшем будущем. Держись, будет больно. Незнакомец сотворил купол, отрезавший их от внешнего мира. Магический луч ударил в Холдуна, заключив его в другой, внутренний купол, где из темноты начали собираться части его тела. Внутри вспыхнул ослепительный свет. Боль была невыносимой. Агония вырывала из него крики, но за пределы купола не просачивался ни звук. Постепенно из дыма и магии формировалось человеческое тело. Ещё миг — и ослепительная вспышка заполнила зал. Холдун встал на ноги. Его глаза сверкнули. — Да здравствует король! — злобно произнёс он. — Теперь я отомщу! Но едва он сделал шаг, незнакомец обрушил на него новый луч, прижав его к стене магией. — Ты будешь действовать только тогда и так, как скажу я, — холодно сказал маг. — Мне не нужно, чтобы ты бросался в атаку прямо сейчас. Теперь ты принадлежишь мне. Кто умеет ждать — дождётся величия. Он отпустил Холдуна, и тот рухнул на каменный пол. Из-под накидки мага вылетела сумка. Незнакомец достал оттуда свиток и передал его силой мысли. — Здесь материалы, которые тебе понадобятся. Разберёшься сам. Отправляйся в леса зебр и проведи ритуал. После этого я вновь найду тебя. Не растеряй элемент неожиданности. Вспышка синего света — и он исчез, оставив после себя лишь накидку. Холдун поднял свиток и развернул его. "Кто же он такой?.." — промелькнуло в мыслях. — "Ладно, пока он полезен. Сыграю по его правилам… но лишь пока. Без него я бы продолжал гнить здесь." Он аккуратно сложил свиток, положил его в сумку, накинул накидку и исчез, растворившись в темноте.