Amor ch’a nullo amato amar perdona.

Пока машина ехала, Асмодей немного облокотился на стекло окна, и не заметно для себя начал засыпать. Но поспать, к сожалению, не удалось. Буквально мгновенно после телепортации на круг Похоти, кубик в кармане Асмодея издал противный писк, от которого принц аж вздрогнул. Принц похоти достал устройство и внимательно осмотрел. На глянцевом чёрном кубике, из неизвестного Асмодею материала, загорелась зеленая лампочка на одной из граней. На противоположной к ней грани появилась полоса загрузки, над которой на данный момент было написано “0,5556%”. Видимо процесс запущен.  “Осталось лишь пару часиков погулять по своему любимому кругу”, - подумал Асмодей, убирая кубик обратно в карман пиджака.  Минут через 20 автомобиль припарковался у дома принца Похоти. Водитель открыл господину дверь, после чего Асмодей вышел. Принц ада в очередной раз, окинул здание взглядом. Он и сам не до конца понимал, зачем так делает при каждом возвращении, но получал невероятное эстетическое наслаждение. Двухэтажный дом белый блочный особняк, с черными полукруглыми крышами. Угловые блоки особняка имели небольшое закругление и прямоугольные окна на чердаке, из-за чего здание напоминало замок с башенками. Ко входу вела белая мраморная лестница с резными перилами. Над лестницей на колоннах держался небольшой балкончик, на котором стоял столик и кресло. На этом балкончике Асмодей обычно завтракал, ну в тех случаях, когда его не будят в 8 утра на собрание. Около крыши центрального блока были встроены часы, рядом с которым на фасаде здания стояли две мраморные статуи в виде двух рыцарей, как бы кланяющихся всем проходящим.  На крыше центрального блока был рядочек маленьких металлических шпилей. Полноценные же шпили украшали крыши угловых блоков.  – “Ну красота же” - подумал Асмодей с улыбкой, испустив мягкий вздох. После традиционной порции эстетического удовольствия, Асмодей все же поднялся по ступенькам, протёр ноги об коврик, после чего открыл дверь особняка. Заходя в прихожую, он увидел Вильхарта несущего чашку в сторону гостиной. Заметив своего господина, Вильхарт остановился и кивнул ему, так как поклонится не мог в тот момент физически.  – С возвращением, Господин Асмодей. Прощу прощения, не могу в данный момент поклонится, у меня в руках горячий кофе. В период вашего отсутствия к Вам заглянула Ваш заместитель Ситри. Я сообщил ей, что Вы на собрании и что она может подождать в гостиной вашего возвращения, как вы велели делать в таких случаях. Она ожидает Вас около часа, пару минут назад попросила кофе, я приготовил из гостевых запасов, могу ли я продолжить его нести, пока он не остыл?  - произнёс дворецкий.  – Я сам отнесу, Вильхарт. Как раз были моменты, которые я хотел обсудить с заместителем. Пока, будь добр, подготовь мне перчатки, я планирую прогуляться по кругу, - сказал Асмодей, подойдя и взяв у Вильхарта чашку.  – Как Вам будет угодно, Господин, - произнёс дворецкий, после чего направился к гардеробной.  Асмодей же прошёл по коридору в сторону гостиной. Небольшое помещение с камином, было обставлено с фирменной внимательностью к деталям. Тёмный ковер лежал на полу, создавая контраст с чёрными стенами помещения, у окон стояли два небольших столика и мягкие стулья, перед камином были два кресла и кофейный столик. В углу комнаты стоял белый рояль, сам по себе играющий какую-то спокойную мелодию. За одним из столов сидела девушка, опираясь на руку, на самом столе лежала стопка каких-то бумаг в папке. У нее были длинные розовые волосы, собранные в два хвостика и очень миловидное лицо, с лёгким макияжем. Она также была крайне щедро одарена природой в плане фигуры. Одета девушка была в брюки, чёрную водолазку и белый пиджак. Асмодей поставил чашку на стол и сел на противоположный стул перед девушкой. У нее были прикрыты глаза, видимо дожидаясь Асмодея девушка задремала.  – Ситри, я принес тебе кофе… - мягко произнёс Асмодей.  Услышав голос начальника, Ситри резко дернулась. Быстро кинула взгляд на Асмодея, после чего поправила волосы и смутилась.  – Здравствуйте, мистер Асмодей… Кхм. Извините, мне мой не профессионализм, я правда долго Вас ждала, а у Вас тут так умиротворённо… В общем, еще раз извините, - произнесла Ситри, взяв папку со стола.  – Ничего страшного. Зачем ты пришла? Что-то срочное? Какие-то проблемы на кругу? - спросил Асмодей, все тем же мягким тоном.  – Нет-нет! Все отлично. Я просто закончила Ваш общий отчет за прошлый месяц. Хотела передать лично. Оформила, как Вы предпочитаете. Шрифт Arial, 14 размера, с отступами и всей красотой.  – Неплохо. Но не рано ты? Мне нужно обязательно его сдать мистеру Люциферу только на следующей неделе, - спросил Асмодей, открыв папку.  – Ну, чем раньше, тем лучше, так ведь? Может Люцифер оценит Ваше трудолюбие и… Выдаст финансирование на еще пару библиотек? А то их у нас мало, - с милой улыбкой, попыталась пошутить Ситри.  – Спасибо, трудяжка. Когда ты вообще всё успеваешь?  – Ну, есть свои методы, мистер Асмодей.  – Кстати, Ситри. Я сегодня собирался немного проехаться по кругу, оценить обстановку, а то я в целом давно не смотрел на то, как живут грешники. Я бы хотел, чтобы ты, как мой заместитель, поехала со мной. Так как ты больше коммуницируешь с людьми и о практическом исполнении проектов знаешь больше. Но так как ты уже отлично поработала, могу освободить тебя от этого и выдать тебе выходной, - говорил Асмодей, пока Ситри не сводила с него взгляда.  – С Вами? На Вашей машине? - с легким придыханием спросила Ситри.  – Да? Что за странный вопрос. Конечно на моей машине. Проедимся по аду, заедем в Литературный кружок и в архив к Вассаго.  – Конечно я с Вами, мистер Асмодей! В смысле, нужно же показать, как исполняются ваши приказы на практике… да…  – Тогда, допивай кофе, я пока решу пару вопросов с другим принцем ада и буду ждать у машины. Ситри кивнула и взяла чашку в руки. Асмодей покинул, гостиную и вновь отправился в сторону прихожей. В ней его уже ждал дворецкий с подушкой, на которой лежала пара черный перчаток с золотыми узорами и вышивкой “Lust”.  – Благодарю, Вильхарт. Будь добр, сходить на второй этаж за моим телефоном, а то я забыл его с утра. И да, я разрешаю в качестве исключения его взять. А знаю, что ты бы уточнил - сказал Асмодей, надевая перчатки, с лёгким наслаждением процессом. Дворецкий вновь кивнул, быстро поднялся по лестнице, и вернулся со смартфоном господина. Асмодей взял его, ввёл очень сложный пароль “Asmi49#”, после чего телефон разблокировался. Он набрал Вельзевула.  – Здравствуйте, я PRIDE, ии, созданный мистером Вельзевулом. Он сейчас занят и не может подойти к телефону. Надеюсь, я смогу решить Ваш вопрос или в случае крайней необходимости сообщу Вельзевулу о Вашем звонке, - послышался роботизированный голос из телефона.  – Это Асмодей, - всё, что успел сказать принц Похоти перед тем, как послышался звук обработки запроса.  – Зафиксирована крайняя необходимость. Сейчас сообщу мистеру Вельзевулу.  После этого из трубки пошла какая-то классическая музыка. Очень безвкусная, на слух Асмодея, можно было подобрать что-то в разы лучше. Буквально через минуту из трубки вновь послышался голос.  – PRIDE. Подержи дурацкий паяльник, - был слышен голос Вельзевула, откуда-то из далека. После чего послышалось пару шагов, звук взятия телефона и уже нормально было слышно принца Чревоугодия, - Ало? – Привет, Вул. Это Асмодей. У меня личное поручение от мистера Люцифера. Я могу завтра приехать к тебе на круг? Может экскурсию проведёшь? А то я у тебя давно не был. Как в старые добрые. Что думаешь? - спросил принц Похоти.  – На целый день завтра? В целом, я могу уделить тебе время. Но при одном условии.  – Условии?   – Ты привезёшь, что-нибудь вкусное с круга Похоти. Из-за закона круга Чревоугодия я не строю никаких заводов по пищевой промышленности. Ты не представляешь, как давно я хочу съесть что-нибудь сладкое к чаю. А то чай с чаем, хоть и идеально, но всё же жутко приедается.  – Неужели Принц Чревоугодия разменивается на пищу земную? - спросил с ухмылкой Асмодей.  – Ха. Ха. Ха. Очень смешно, - безэмоционально ответил ему Вельзевул, его механический голос лишь подчеркивал, насколько шутка была “хороша”.  – Ладно, Вул, привезу чего-нибудь. Буду завтра к 4. Договорись? – Договорись. Буду ждать у главной лаборатории. Она в центре круга, не проедешь.  После этого Вельзевул положил трубку. Асмодей убрал телефон в карман. После чего отправился к своему автомобилю, который уже стоял на парковке перед открытыми воротами, видимо Вильхарт опять уладил все моменты с персоналом за Асмодея. Принц Похоти, подходя ближе, начал слушать музыку из машины, которая ему всё больше не нравилась с каждым шагом. Из машины слышалось рок-радио Маммона.  – Is this the real wealth? Is this just a forgery?  Caught in a market crash, no escape from poverty.  Open your vaults, look up at the hoard and see,  I’m just a rich fool, seeking notoriety,  Because I’m easy gain, easy loss,  Little greed, little cross,  Anyway the stocks flow, doesn’t really matter to me, to me.  Mammon, just foreclosed a soul, - пел музыкант на радио.  Асмодей подошел к окну водителя и постучал. Музыка мгновенно затихла, после чего стекло опустилось.  – Тэн, будь добр объяснить, что за изнасилование музыки ты сейчас слушал? - спросил Асмодей у водителя.  – Ну..  Я… Первое, что на радио включилась, честно! - быстро тараторил Тэн.  – Я ничего не имею против твоего музыкального вкуса, слушай что хочешь, но будь добр не в моей машине. Я бы еще понял джаз или поп, но не рок, тем более от Маммона.  – Извините, господин. Такого больше не повторится.  В этот момент из дверей особняка вышла Ситри, переключив на себя внимание Асмодея. Водитель собирался уже выйти из машины, чтобы открыть дверь, но Асмодей жестом остановил его. Когда Ситри подошла, принц Похоти сам открыл ей дверь автомобиля, после чего обошёл его и сел с противоположной стороны. Когда пассажиры удобно устроились на задних сиденьях, водитель завел мотор.  – Куда едим, господин? - спросил Тэн.  – По центральному перекрёстку, потом в сторону Литературного клуба, по дороге останови у какого-нибудь ВкусХелла, а то я так нормально и не ел сегодня, а потом в центральный архив, - ответил Асмодей.  Автомобиль тронулся с места. Пока он подъезжал ко въезду в основную часть города Асмодей глянул на кубик. На его грани сейчас было написано “38%”.  – Ситри. Расскажи пока, что у нас там с проектами, - произнёс принц, кинув взгляд на девушку, которая всё это время лишь молча смотрела на него.  – Да, точно. Сейчас в процессе исполнения находятся три ваших проекта: “Малое писательство на благо круга”, “Автономия” и “Историческое наследие”. В рамках проекта “Малое писательство на благо круга” в вашем издательстве уже была запущена акция, по которой подписание контракта на пожертвование книг общественным библиотекам выдаёт сертификат на бесплатную печать 90 страниц книги. В последствии планируется подключение еще и частных издательств, а также борьба с подпольной печатью, перепродажей и наценкой на книги, - говорила взахлеб Ситри, как по заученному тексту.  Пока Асмодей ее слушал, он все смотрел в окно. Как же он все-таки любит свой круг. Домик к домику, все фасады в одном стиле, неоновые вывески, самые различные заведения, ровные дороги, знаки, разметка - и всё это заслуга Асмодея.  – В рамках проекта “Автономия”. Было запущено льготное кредитование для бизнеса, не основанного на сфере услуг. На круге появилось более 20 булочных, также 17 гипермаркетов, несколько магазинов дизайнерской одежды и парфюмерии, а также несколько производителей техники. И каждая из них полностью частная, не принадлежащая никому из принцев, - продолжала говорить Ситри.  Асмодей поймал себя на мысли, что ему очень нравится слушать Ситри, когда она что-то так заинтересовано рассказывает. Но от этих мыслей его прервало торможение автомобиля. Он припарковался у небольшого магазинчика ВкусХелл.  Асмодей открыл дверь.  – Пойду куплю что-нибудь. Хотите что-то? Вам тоже возьму. Не беспокойтесь, всё оплачу со своей карты, - спросил принц Похоти, выходя из машины.  – Будьте добры, бутылку воды, Господин. Холодной, пожалуйста, - попросил Тэн. – Мне не очень важно. Что выберете, мистер Асмодей, - произнесла Ситри с улыбкой.  Принц Похоти направился ко входу в магазин. Внутри всё было в красных тонах, на полу белая плитка, множество стеллажей с разной едой, две кассы самообслуживания у входа. Как только Асмодей вошёл в магазин охранник протёр глаза, после чего пару раз быстро моргнул, но всё-таки тактично промолчал. Ну либо всё еще пребывал в тихом шоке.  Асмодей взял себе два бутерброда с лососем, завёрнутых в бумагу, затем задумался.  – “А что может нравится Ситри?” - думал он про себя, сканируя глазами стеллажи.  В итоге немного потупив, он взял круассан, тоже положив его в бумажный пакет. Затем дошёл до холодильника с напитками и взял две бутылки воды. Взяв всё необходимое, он направился к кассам самообслуживания. Выбрав все товары в терминале и нажав “оплатить”, он достал из кармана кошелёк, а уже из кошелька карточку. Его всегда забавлял дизайн этих карточек. Так как общий банк ада принадлежит Маммону, он и создавал рисунки на кредитки. Видимо, слишком любя выделяться на фоне “остальных чертей” Маммон выдал каждому принцу “оригинальный” дизайн. На карточке Асмодея была напечатана одна из картин из его художественного музея, но вот вместо лиц оригинальных людей, на ней были очень криво нафотошопленные мордахи Маммона, показывающего язык. В углу карточки располагался логотип принца Жадности, который он, казалось, клеил везде где только можно. Выглядел он не особо оригинально: минималистичный красный лев в тёмный очках. А под ним подпись “Mammon's monetary monopoly”. Он приложил наконец-то карточку, и оплата прошла. Асмодей с едой вернулся в машину. Выдав Тэну, его воду, а Ситри круассан, он достал свой сэндвич и начал аккуратно есть прямо над пакетом.  – Мистер Асмодей… это правда очень мило с вашей стороны, - произнесла Ситри, и чуть наклонилась ближе к Асмодею.  Асмодей же, проглотив только что откусанный кусок сэндвича, бросил его обратно в пакет, и протянув руку, чуть отодвинул Ситри назад.  – Аккуратнее с дистанцией. А то, если бы сейчас хоть крошка с твоего круассана оказалась бы на моем костюме или в салоне машины, моя лояльность к тебе могла бы резко упасть, - сказал Асмодей, доедая сэндвич, взяв его второй.  – Извините… Мистер Асмодей, - виновато произнесла Ситри, протерев глаза.  В этот момент Асмодей внимательнее вгляделся в её лицо. Чтобы убедиться в своей догадке, он решил воспользоваться одной из своих способностей. Его глаза на пару секунд приобрели розовый цвет, затем вновь стали красными. Раскрытие маскировок - одна из способностей Асмодея, на удивление, работающая даже на макияж. После этого Асмодей щёлкнул пальцами и на лице Ситри из-под толстого слоя тональника проявились мешки под глазами.  – Ситри, что это? Почему? - больше обеспокоено, чем недовольно произнёс Асмодей.  – Это… ну… Я замазала чтобы… Чтобы соответствовать Вам… Вы всегда идеальный, красивый, вокруг Вас всё всегда великолепно… Я не могла, даже подумать… - говорила Ситри таким тоном, что складывалось ощущение, что она сейчас заплачет.  – Ситри. Я спросил “почему”, а не “зачем”. Почему ты, если не выспалась, согласилась поехать на осмотр круга? Почему не попросила выходной? Почему так не бережёшь своё здоровье? Завтра, у тебя выходной, отказ не принимается, узнаю, что работала - уволю.  – Вы… не злитесь? Еще раз извините… Асмодей провёл двумя пальцами по её щеке, после чего мешки под глазами пропали.  – И на будущее, от мешков под глазами отлично помогают патчи, свежий воздух и крепкий сон. Так что отоспись завтра, погуляй с друзьями. Не перерабатывай, прощу тебя, - своим фирменным мягким тоном попросил Асмодей.  – Знаете, у меня и друзей особо нет. Ну кроме Вас. Хотя звать начальника на прогулку… наверное странно? - произнесла Ситри, убрав волосы за ухо.  – Ну если, чётко разделять профессиональную часть и дружбу, то почему бы нет. Но для начала стоит закончить с работой сегодня. Ты так и не договорила про один из проектов. И да, Тэн можем ехать дальше.  Тэн аж дернулся от того, что про него вспомнили. До этого водитель сидел, стараясь не замечать сцену на задних сиденьях, играя на телефоне в пасьянс. Убрав телефон в карман, водитель нажал на педаль, и машина снова поехала.  – Так, на чём я остановилась? Ах да. Проект “Историческое наследие”. В его рамках, целый район города, построенный ещё при правлении Сатаны, был выделен под музейный комплекс. Прямо сейчас на его территории ведутся реставрационные работы. Завершение и полноценное открытие музея планируется примерно через полгода. Уже разрабатываются экскурсионные программы, - своим профессиональным тоном продолжила рассказывать Ситри.  Минут через 20 пути автомобиль прибыл к пункту назначения. Асмодей вышел из машины и открыл дверь Ситри. Перед ними здание Литературного клуба. Не смотря на название, находился в нём не только кружок литературы, но и самая большая сцена круга, филиал издательства Асмодея, и библиотека с одной из крупнейших коллекций книг. Само здание было 4 этажным, в готическом стиле. Фасад был выложен из светлого камня, украшенного множеством окон с заостренными арками и резными деталями. По всему периметру здания тянулись ряды зубчатых парапетов, а крыша, выложенная зеленой черепицей, была увенчана башенками и шпилями. В центре архитектурной композиции возвышалась высокая башня с часами и острым зелёным шпилем, на котором располагались часы. Вход же был представлен большой каменной аркой, напоминая портал вокруг массивных деревянных дверей, которые прямо сейчас были чуть приоткрыты. Асмодей и Ситри зашли внутрь. Входя в здание, сразу же попадаешь в главный зал. Интерьер помещения представлял собой просторное, многоуровневое помещение, заполненное книжными шкафами, уходящими под высокий потолок. Стены были украшены искусно выполненными деревянными панелями с резными узорами. В центре зала возвышалась монументальная круглая сцена, похожая на греческие амфитеатры. На этой самой сцене сейчас читал поэму высокий мужчина с темными волосами, лет 35 на вид. Одет он был в чёрную рубашку, поверх которой были белая жилетка и пиджак с манжетами. На нём были брюки в цвет пиджака, а на руках тонкие чёрные тканевые перчатки. Его поэма была весьма длинным и душевным описанием куста роз, с множеством аллегорий, сравнений и размышлений о вечности любви. Асмодей начал спускаться к сцене. Как только мужчина закончил, принц Похоти начал медленно хлопать.  – Браво, Гусион. Даже более чем средне. Думаю, твоя поэма называется “Если бы Лев Толстой писал стихи”. Я прав? - с немного нахальной ухмылкой произнёс Асмодей.  Гусион давно был подчинённым Асмодея, глава литературного кружка, управляющий Литературного клуба и второй по популярности писать круга, после самого принца конечно же.  – А может я и есть Толстой после смерти? Захотелось попробовать, что-то новенькое после смерти, - с такой же ухмылкой, шелковистым баритоном произнёс Гусион, спускаясь со сцены.  – Я понимаю, что ты комплексуешь из-за возраста, но мы, к сожалению, ровесники. Не думаю, что, между нами, будет даже 150 лет разницы, - сказал принц Похоти.  – Асмодей, не включай зануду. К тому же, роза пахнет розой, хоть назови её ты так, хоть нет. Или ты не признаёшь, моего литературного гения? – Ты все ещё номер два, не забывай об этом, к сожалению, популярнее у демонов проза.  – Фи. Сказал демон, пишущий эротику, - без негатива в интонации произнёс Гусион.  – Сказал демон, пишущий эротику в стихах, - произнес Асмодей, всё с той же ухмылкой.  Слова принца Похоти вызвали у писателя легкий смешок. Во время которого, он элегантно прикрыл рот рукой.  – Ладно, Асмодей. А если отбросить все колкости, какова твоя причина приезда? Ищешь вдохновение? Новые таланты, чтобы издать? Или просто соскучился по бесплатному чаю? Или может… Эта прекрасная леди рядом с тобой как-то связана с твоим приездом? - произнёс Гусион после небольшого молчания.  – Эта леди - мой заместитель. Я решил устроить небольшой осмотр круга. И она помогает мне, заодно сдавая отчет по недавним проектам, - холодным тоном объяснил Асмодей, понимая куда Гусион клонит.  – У тебя новый заместитель? Как давно? Я помню, ты приезжал со старым заместителем однажды, а этот юный цветок я вижу впервые.  – Ситри работает на меня последние пять лет, прошлый зам попросился уйти в отставку. Он и так проработал на меня больше 700 лет.  – Ясно… И как Вам, Ситри, нравится Литературный клуб? Раз уж вы впервые здесь, могу дать автограф, надеюсь, Вы уделили внимания моим книгам? – Извините, мистер Гусион, я слышала о Вас, но никогда не читала. Я видимо тоже из тех демонов, что предпочитают прозу, - немного виновато произнесла Ситри.  – Фи. Ну полагаю, навязывать литературный вкус бесполезно, если человек выбрал, что ему нравится. А спрашивать оставлял ли Вам, Асмодей свой автограф, думаю бессмысленно, - произнес Гусион с ухмылкой, зачем-то сначала посмотрев на руку Ситри, потом Асмодея. На это действие он получил лишь тяжёлый взгляд принца Похоти. И в этот же момент глаза Асмодея сверкнули розовым цветом.  – С чего такая физиономия, Асмодей, я же просто шучу. Прощу прощения, что задел твою тонкую натуру, - не замолкал Гусион.  – Думаю, на этом осмотр окончен. Рад, был повидаться, Гусион, - уже разворачиваясь к выходу сказал принц Похоти.  – Заходи еще.  Асмодей направился обратно к машине. Ситри последовала его примеру. И вскоре уже оба сидели в машине.  – В главный архив, - сказал Асмодей водителю.  Тэн нажал на газ, после чего машина тронулась.  – Мистер Асмодей, что случилось? Почему вы так поспешно решили закончить посещение? - с лёгким беспокойством, спросила Ситри.  – У Гусиона есть одна мерзкая привычка - пользоваться одной мерзкой способностью. Его демоническая сила в том, что он видит взаимоотношения между разумными существами в виде нитей, и очень любит с этими нитями играться. Как он говорит “создавая трагичные истории, которые потом будут переложены на стихи”. И особенно давно он хочет свести меня с кем-нибудь, чтобы написать свою лучшую поэму о любви. К счастью, “Раскрытие маскировки”, показывает мне вообще всё, что кто-либо пытается скрыть. И как только я заметил его попытку в магии, я поспешил оттуда удалиться, - объяснял Асмодей.  – Как же много у долго находящихся в аду демонов способностей…  – У тебя тоже скорее всего в будущем появятся. Демоническая сила раскрывается тем быстрее, чем больше ты осознаешь себя. Почему ты попал в ад, в чем твои ошибки, кто ты вообще такой. На это нужно время, и у нас его было предостаточно.  – Что это вообще значит “осознать себя”? Есть те, кто не понимают? - немного недоумевала Ситри.  – Сложный вопрос, ответ на который до сих пор не знаю и я. Даже из всех принцев самый “осознавший” это Бельфегор, и он не особо делится как он это сделал. Вельзевул же наоборот один из не многих кто практически не может в сильную магию. Я, что-то среднее, - даже немного апатично объяснял Асмодей.  – И как Вы тогда “осознаёте”? Я все еще мало понимаю.  – Тебе и не нужно. Ты не высокоранговый демон. Попала в ад не так давно. Возможно даже жизнь свою еще помнишь… – А Вы… не помните?  – Смутно. Очень смутно. Ты же тоже проходила через этот процесс. Во время попадания в ад твоя память ужасным образом редактируется. Ты уже не помнишь ни своего имени, ни характера, ни воспитания. Забываешь о своей жизни самое важное: взаимоотношения с близкими людьми, чувства, эмоции. Твоя память превращается лишь в сухую выжимку из прошлой жизни. Как будто это и не ты вовсе. И со временем этот “ненужный другой ты”, просто забывается так как не имеет ничего общего с твоей новой жизнью.  – Это… правда ужасно. Если так подумать то, что я знаю и вправду не дает мне ничего в понимании себя, ну кроме того, за что я сюда попала, - произнесла Ситри, смотря на Асмодея.  – Если хочешь, я бы послушал о твоей жизни. Могу потом постараться вспомнить свою, - произнес Асмодей, с лёгким намеком на улыбку, но всё тем же немного печальным взглядом. – У меня ничего особенного в жизни не было. Родилась в Оттаве в 1912 году. Отучилась на юриста и почти всю жизнь работала адвокатом. За что попала в ад, если честно, не поняла до сих пор.  – Как я и говорил, ты её ещё крайне подробно помнишь. Всё, что могу вспомнить я - это то, что родился, где-то на территории Италии, веке в 14-15, точнее не вспомню. Всю жизнь очень любил искусство, но вроде не был ни писателем, ни художником. В ад, как мне кажется, попал за свою чрезмерную любовь к эстетике, снобизм и педантичность.  – Зато здесь Вы стали любимым принцем целого круга и прекрасным писателем, - мягко произнесла Ситри, положив свою руку поверх руки Асмодея.  – В чём-то ты права, - сказал Асмодей, наконец-то улыбнувшись.  В этот момент машина остановилась. Асмодей вышел из машины и вновь открыл Ситри дверь. Они стояли у здания главного музея истории ада. Это было здание в 3 этажа, в таком же что и Литературный клуб готическом стиле. Оно представляло собой монументальное сооружение, построенное из светлого камня. Его симметричный фасад был разделен на несколько уровней с множеством окон, украшенных арками. Две массивных башни возвышались по обеим сторонам центральной части здания. Главный вход был оформлен в виде широкой арки, ведущей вглубь строения. Самая разнообразная резьба по камню предавала музею ещё более старинный вид. Но самое ироничное, что Асмодей собирался не в это красивое здание, а в его подвал, где как раз находился главный архив и практически жил один из его подчинённых. Спустившись по каменным ступенькам, принц Похоти открыл железную дверь, в нос резко ударил запах благовоний. Войдя, они с Ситри оказались в сером помещении, чем-то напоминающем склад. В нём стояли длинные картотеки, казалось, уходящие куда-то в бесконечность. Почти у самого входа за небольшой стойкой, на плетёном кресле сидел мужчина, лет 60 на вид. На нём был синий фрак. Его волосы были седыми и не очень длинными, на лице была небольшая бородка и усы. На переносице красовались очки в тонкой оправе. Как только посетители зашли, мужчина встал со своего кресла.  – Асмодей, удивлён вашему визиту. Чем могу быть полезен? - немного хрипло произнёс пожилой мужчина.  – Здравствуйте, Вассаго. Я просто провожу небольшой осмотр круга. Вижу, вы сменили свой имидж? С чего это вы решили изменить своему чёрному балахону? - спрашивал Асмодей.  – Я все же не только глава архивов, но еще и директор музея, отчего иногда приходится появляться на общественных мероприятиях. И как бы далека мне не было европейская мода, всё же лучше чтобы моя внешность не вызывала у общественности диссонанс. Хотя, судя по взгляду этой юной девушки, всё ещё вызываю.  – Извините, мистер Вассаго… Просто я видела в аду крайне мало… Вы не обидитесь на слово “стариков”? - сказала Ситри.  – Нет, не обижусь. Наша внешность зависит как от времени попадания в ад, так и от того, в какой момент в демоне стало достаточно силы, чтобы остановить старение. Я не занимался самокопанием долгое время. По причине того, что попал еще в анархичный ад, до прихода к власти Сатаны. Из-за чего и успел состариться, – спокойно объяснил Вассаго.  – Вассаго, раз уж я зашел к тебе лично, заодно спрошу. Ты давно устраивал перепись экспонатов музея? Просто я давно не видел от тебя отчётов по коллекции музея, - перевёл тему Асмодей.  – Из новых экспонатов в музей поступила лишь корона Сатаны, пожертвованная им после того, как он передал власть Люциферу. Больше ничего нового не приходило.  – Что же… Тогда извини, что побеспокоили. Вижу, у тебя всё стабильнее некуда, - сказал принц Похоти, собираясь уходить.  – Погодите, мистер Асмодей. Можно мне взять посмотреть кое-что из архива? Я очень давно искала такую возможность, - спросила Ситри.  – Вассаго выдай ей, что она попросит. Ситри, я подожду в машине.  Поднимаясь обратно по лестнице, Асмодей краем уха услышал неразборчивый шёпот Ситри, после чего недовольно кряхтение Вассаго и фразу “Это засекреченная информация, которую я не могу выдать даже с разрешения Асмодея”. Идя к машине, Асмодей задумался над тем, что услышал.  – “Что такого она могла попросить?..” - думал принц Похоти про себя.  Когда Асмодей дошел до шоссе перед музеем, Ситри успешно догнала его. Вид у неё был немного разочарованный, но не грустный.  Как вдруг, в этот момент из-за поворота выехал мужчина на велосипеде, на скорости он проехал по песку на дороге, чем поднял его в воздух. Песчинки, к несчастью для велосипедиста, стали оседать прямо на пиджак Асмодея. Буквально через мгновение цепь на велосипеде начала гореть розовым пламенем и плавится, из-за чего велосипедист быстро остановился. Мужчина спрыгнул с транспорта и практически упал на колени перед Асмодеем.  – Мистер Асмодей! Прошу меня простить, что так вышло! Я просто ехал с работы к жене. Умоляю простите! - извинился мужчина.  – Ничего страшного. Мистер, раз уж вы спешили с работы, не подскажите, а где место вашей работы? - с наигранной улыбкой говорил принц Похоти, но по его взгляду явно читалось, что он в ярости.  – Я… Я… У меня частная кондитерская… Торгую конфетами.  – О неужели? Надеюсь удачно. А не подскажите адрес этой кондитерской? – Север центрального перекрёстка, дом 90.  – Прекрасно. Ситри, прикажи снести это здание в ближайшие две недели за неподобающий кругу эстетичный вид. Без компенсации владельцам, - говорил Асмодей направляясь к машине на парковке.  Ситри еще раз кинула взгляд на мужчину у обочины и направилась вслед за начальником. Асмодей сел в машину, на этот раз водитель уже открыл дверь для заместителя принца.  – Тэн, в мой особняк, как можно быстрее, - недовольно произнёс принц Похоти.  Водитель, вдарил по педали газа, и машина на большой скорости поехала по дороге. Асмодей сидел, сжав кулаки, и делал глубокий вдох-выдох, пытаясь успокоить внутреннее желание кого-то убить.  – Мистер Асмодей, вы уверены, что снос жилья демону, подходящее наказание за такой проступок? - мягко спросила Ситри.  – Хм… Ладно. Думаю, ты права, сносить здания из-за таких вот идиотов, как минимум не рационально. Замени на штраф за моральный ущерб в 250 тысяч хеллритов, - произнёс Асмодей, после очередного вдох-выдоха. – 250?! Это крайне много. Демону, возможно, придётся продать душу, чтобы покрыть такой штраф.  – Сумма более чем соответствует… Стоп что? Продать душу? – Мистер Асмодей, неужели вы ни разу не слышали? Низкоранговый демон или грешник может заключить контракт с другим демоном на пожизненную службу, лишая себя возможности использовать демоническую силу, но получая возможность работать на любом кругу по указанию хозяина, не зависимо от греха, - пояснила Ситри.  – Я в курсе что значит продать душу! Я думал это пережиток анархического ада, и что такое осталось только на кругу Жадности, - всё ещё немного недоумевал принц Похоти.  – Ну, покупают души действительно в основном демоны круга Жадности, но иногда и Зависти и Гордыни. А вот покупают грешников с разных кругов. С круга Похоти очень популярны девушки… Ну из-за красивой внешности чаще всего… Мне пришлось в этом разбираться, так как я сама, как только попала в ад думала продать душу.  – Что?! Почему я об этом раньше не знал? Я обязан поднять этот вопрос на собрании или лично обсудить с Маммоном, Люцифером и Левиафаном. Я не позволю покупать моих грешников как товар… И еще Ситри… Обещай, что ни при каких обстоятельствах не продашь свою душу, - произнес Асмодей, положив свою руку поверх руки Ситри.  – Я… Я обещаю, мистер Асмодей, - чуть смутившись ответила Ситри.  – А о моей душе Вы так не беспокоитесь, Господин? - чуть с издевкой произнёс Тэн.  – Ты же слышал зачем покупают грешников моего круга. Думаешь, среди демонов круга Жадности так много фетишистов на усатых водителей? Крути давай руль, не отвлекайся, - произнес Асмодей с улыбкой, убрав руку с руки Ситри.  Водитель крайне быстро довез Асмодея домой, и тот практически пулей открыл дверь и вышел из машины.  – Довези Ситри домой. Адрес у неё спросишь, - произнес лишь напоследок водителю принц Похоти.  Асмодей быстро зашёл домой и поднялся в свою комнату. Он снял с себя грязный костюм и кинул его на стул. Затем открыл шкаф и достал из него глаженые белую рубашку и брюки. В этот момент послышался писк. Это было сканирующее устройство. Асмодей достал его из кармана пиджака. Лампочка на нём погасла, а полоса загрузки пропала. Видимо, сканирование круга Похоти закончено.