Глава 1 - Путь после войны

Белый песок. Вечность. Ни звуков, ни ветра, ни времени. Только бесконечная равнина под ногами и древо жизни, пронзающее небо. Эрен стоял среди Путей, не ощущая ни боли, ни страха. Только пустота. Последнее, что он помнил, — это лезвие Микасы. Её глаза, полные слёз. Её губы, коснувшиеся его в прощальном поцелуе. Он погиб. Это была правда. Но почему он… здесь? «Это не должно быть возможно…» — прошептал он, глядя на свои ладони. Тело целое. Сознание ясное. Но он… мёртв? — Ты снова здесь, — раздался голос. Он обернулся. И увидел Её. Ймир Фриц. Первая Титанка. Рабыня древней воли. Девочка с пустыми глазами и вечно опущенной головой. Но сейчас — она смотрела прямо на него. — Почему я здесь? — спросил Эрен, подходя к ней. — Потому что ты ещё не закончил, — ответила Ймир, её голос звучал как ветер, проходящий сквозь кости. — Я умер, — сказал он, медленно. Ймир кивнула. — Ты умер. Но смерть — не конец в этих местах. — Ты хочешь сказать… это рай? Или ад? — Это пути. Здесь нет ни добра, ни зла. Только то, что остаётся после выбора. Эрен замолчал. Он чувствовал тяжесть воспоминаний. Он видел Армина, стоящего над полем битвы. Он видел Рейнера, протягивающего руку. Он видел Микасу — последний раз. Последний взгляд. — Я заставил её убить меня, — прошептал он. — Я знал, что иначе человечество никогда не победит. Я стал чудовищем. Я принёс смерть миллиардам. Я разрушил почти весь мир. Ймир не осудила. Она молчала. — Зачем я тогда здесь? Разве не должен исчезнуть навсегда? Ймир медленно прошла мимо него и опустилась на колени перед корнями Древа. Её руки коснулись песка, словно она чувствовала в нём жизнь. — Потому что ты понял то, что не понял никто до тебя. — Что? — Любовь. Эрен вскинул взгляд. — Ты любил её. Даже больше, чем хотел сам себе признать. Даже когда становился Титаном Судного Дня. Даже когда шагал по костям детей, матерей, стариков… Твоё сердце оставалось с ней. Ты хотел быть с Микасой — просто быть. Навсегда. Даже если для этого придётся уничтожить весь мир. Ймир подняла глаза. В них впервые за всё существование появилась… грусть. — Я наблюдала за людьми тысячу лет. Все мои наследники стремились к силе. К мести. К справедливости. Но никто… никогда… не отдал себя ради любви. Кроме тебя. Эрен опустился рядом с ней. Песок казался живым. В нём пульсировала память поколений. — Почему ты позволила мне всё это сделать? — спросил он. — Ты могла остановить меня. Ймир улыбнулась — впервые. — Потому что ты был свободен. А я — нет. Я была рабыней. Рабыней Карла Фрица. Рабыней крови. Рабыней воли других. Но когда я увидела тебя — с твоей яростью, твоей болью, твоей решимостью… Я поверила, что ты сломаешь цепи. — Но ты не остановила цикл. Микаса это сделала, — сказал Эрен тихо. Ймир кивнула. — Именно. Она — та, кто выбрала любовь превыше страха. Она освободила меня. Эрен не сразу понял. — Подожди… ты ведь… ты любила Фрица? Тишина. Потом — кивок. — Да. Даже когда он пытал меня. Даже когда бросил на смерть. Я любила его. Не потому, что он был добр. А потому, что я была… сломана. — И ты хотела увидеть, выберет ли Микаса любовь… несмотря на всё? — Да. И она выбрала. Она убила тебя — не из мести, не из страха. А потому что любила тебя до последнего. И знала, что ты хочешь, чтобы всё закончилось. Ймир встала. — Но теперь… ты можешь вернуться. Эрен застыл. — Что… что ты сказала? — Ты можешь вернуться. Я не могу изменить прошлое. Но могу подарить тебе жизнь вне круга Титанов. Без Титанов. Без Путей. Без войны. Эрен медленно поднялся. — Вернуться… к Микасе? — Да. Но только если ты готов жить обычной жизнью. Без силы. Без памяти о смерти. Без будущего героев. Просто — быть. — А она? — Она будет помнить всё. Но только если ты тоже будешь помнить. Эрен замер. — То есть, если я вернусь… я смогу выбрать — помнить или нет? Ймир кивнула. — Если ты забудешь — ты будешь просто человек. Если не забудешь — будешь жить с болью… и с ней. Эрен закрыл глаза. Он вспомнил их моменты: Микаса в детстве, стоящая перед бандитами. Микаса, стирающая ему шарф. Микаса, ловящая его взгляд, когда мир рушился. Он не мог забыть. Он не хотел забыть. Он открыл глаза. — Я хочу вернуться. И помнить. Ймир протянула руку. Пальцы её сияли песчаным светом. — Тогда иди. Последний раз. Последний шанс. Больше я не смогу позвать тебя обратно. Пути задрожали. Древо осветилось внутренним светом. В песке появились узоры — коды, корни, символы. Всё исчезало. Ймир шагнула назад. — Прощай, Эрен. Теперь ты свободен — по-настоящему. Последнее, что он увидел — её слёзы. Слёзы свободы. Конец главы 1.