Том 4 Глава 16

Взгляды встретились. Для Равель Фенекс эта встреча была сродни столкновению с природным явлением, которое ты видел лишь однажды, но запомнил на всю жизнь. Вот он, Изаёя Джин — существо, стоявшее вне всяких правил, тот, кто спас её клан от позора, одновременно став его причиной. Он стоял здесь, в повседневной одежде, с лёгкой, почти ленивой усмешкой на губах, и рассматривал витрину с мороженым, словно они были старыми знакомыми, случайно столкнувшимися в парке. — Ты… — выдохнула она, и её аристократическая выдержка дала трещину. Джин медленно повернул голову, его фиолетовые глаза, казалось, заглядывали ей прямо в душу, лишая всякой защиты. Усмешка стала чуть шире. — Равель Фенекс, — произнёс он её имя ровным, спокойным тоном, в котором, однако, слышались бархатные, насмешливые нотки. — Какая неожиданная встреча. Тоже решила охладиться? Судя по выбору, день выдался жарким. Он говорил так, будто они расстались только вчера. Будто не было того поспешного, почти панического бегства с территории её клана, не было ни единого слова прощания. Эта небрежность одновременно злила и… притягивала. Вся та речь, которую она мысленно репетировала на случай их следующей встречи — полная благодарности, смешанной с упрёками, — мгновенно вылетела из головы. — Я… — Равель с трудом взяла себя в руки, гордо вздёрнув подбородок. Её щёки слегка порозовели. — Я здесь по делам клана! Не твоего ума дело, что я тут забыла! Джин тихо рассмеялся. — Разумеется. Дела клана всегда так важны. Его взгляд скользнул мимо неё, куда-то в сторону аллеи, где на скамейке застыли три фигуры, напряжённо наблюдавшие за их разговором. Джин, казалось, совершенно о них забыл, полностью переключив своё внимание на Равель. — Что ж, раз у тебя дела, не буду мешать, — он снова повернулся к витрине. — Посто-ой! — вырвалось у Равель громче, чем она планировала. Она тут же смутилась, но отступать было поздно. — Я… я просто хотела сказать… Я здесь по приглашению клана Гремори. Скоро состоится Собрание Молодых Демонов, и я прибыла немного заранее, чтобы… осмотреться. Вот. — Собрание Молодых Демонов, — задумчиво повторил Джин. — Звучит… официально. И, вероятно, ужасно скучно. — Вовсе нет! — тут же возразила она, уязвлённая его тоном. — Это важное событие! Мы обсуждаем будущее Преисподней, делимся мнениями… Она осеклась, поняв, что оправдывается. Она глубоко вздохнула и сменила тактику, переходя в наступление. — А вот что ты здесь делаешь, Изаёя Джин? Ты же, кажется, предпочитаешь мир людей? Или тебе уже наскучило прятаться, и ты решил снова ворваться туда, куда тебя не звали? Джин обернулся, его глаза опасно блеснули. Он сделал шаг к ней, заставив Равель невольно отступить. Он наклонился чуть ближе. — Гуляю, — просто ответил он, его голос прозвучал тихо, но от этого стал только весомее. — У меня были просто… восхитительные гиды. — Гиды? — Равель не поняла, о чём он. — О, точно. Я же совсем о них забыл. Пойдём, познакомлю. Не давая ей опомниться, он легко взял её за локоть и повёл в сторону скамейки. Равель позволила ему это, её сердце стучало от смеси возмущения и странного, необъяснимого волнения. Когда они подошли, три девушки на скамейке вскочили, как по команде. Их лица были бледными, а во взглядах застыл панический ужас. Равель замерла. Она узнала их. Вернее, она узнала ауру. — Падшие Ангелы?! — прошептала она, её глаза расширились от шока. — Джин, что это значит? Почему ты… с ними? Она смотрела на Рейнаре, Миттельт и Калаварнер — опозоренных, сломленных, тех, кого презирало всё демоническое общество. И они были с ним. — Они показывают мне город, — небрежно бросил Джин, отпуская локоть Равель. — Очень любезные дамы. Правда, немного пугливые. — Но они… падшие! — Равель не могла прийти в себя. Для неё, чистокровной демонессы из высшего сословия, это было немыслимо. — Якшаться с… с ними… Джин посмотрел на неё с той же холодной усмешкой — А что, у тебя проблемы с расовой сегрегацией, Фенекс? — его тон стал язвительным. — Мне, честно говоря, глубоко плевать, сколько у кого крыльев и какого они цвета. Меня интересует лишь то, насколько они могут быть полезны. Или забавны. А эти, — он кивнул на дрожащих девушек, — сегодня были и тем, и другим. Он повернулся к падшим. Его лицо мгновенно стало жёстким, вся недавняя расслабленность исчезла. — Что ж, экскурсия окончена. Вы свободны. Можете возвращаться домой. Миттельт и Калаварнер облегчённо выдохнули, их плечи опустились. Они уже начали было создавать магический круг телепортации, но Джин поднял руку. — Кроме тебя, — сказал он, глядя прямо на Рейнаре. Падшая замерла, её лицо снова стало пепельно-серым. — Мы ведь не закончили наш разговор, не так ли? — его голос прозвучал тихо, но в нём слышалась неприкрытая угроза. — Ты помнишь о моём… требовании? Рейнаре вздрогнула. Встреча с Иссэем. Он хотел, чтобы она встретилась с тем, кого она убила. Это было самое изощрённое унижение, которое только можно было придумать. Гордость, пусть и растоптанная, взяла верх над страхом. — Я… я подумаю, — фыркнула она, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Подумаешь? В следующее мгновение Джин оказался перед ней. Его рука молниеносно взметнулась и схватила её за лицо, пальцы впились в щёки и челюсть. Он с лёгкостью, словно она ничего не весила, оторвал её от земли и поднял вверх, держа на вытянутой руке. — А-а! — Рейнаре захрипела, её ноги беспомощно болтались в воздухе. — Ты, кажется, не поняла, — прошипел Джин, его фиолетовые глаза горели холодным огнём. — Это не было просьбой. Это было условие твоего дальнейшего существования. Ты сделаешь то, что я сказал. Ты встретишься с ним. И ты сделаешь это тогда, когда я скажу. Или я закончу то, что начал еще в церкви. Только на этот раз я не буду так милосерден. Он говорил тихо, но каждое слово впивалось в её сознание, как ледяной шип. Страх, чистый, животный ужас парализовал её. Она видела в его глазах не просто гнев — она видела пустоту, готовую поглотить её без следа. — П-по… поняла! — задыхаясь, выдавила она. — Я… я сделаю! Сделаю! Джин держал её ещё секунду, а затем разжал пальцы. Рейнаре рухнула на землю, кашляя и хватая ртом воздух. Миттельт и Калаварнер бросились к ней, помогая подняться. — Рад, что мы пришли к согласию, — невозмутимо сказал Джин, отряхивая руку. — А теперь — проваливайте. Три падшие, не говоря больше ни слова, в панике активировали магический круг и исчезли во вспышке тёмного света, оставив после себя лишь запах озона и страха. Джин повернулся к Равель. Она стояла бледная, её голубые глаза были широко раскрыты от шока. Она видела его силу в бою с её братом, но эта холодная, расчётливая жестокость, эта аура абсолютного доминирования… это было нечто иное. — Прогуляемся? — как ни в чём не бывало предложил Джин, словно только что не угрожал стереть в порошок живое существо. Равель молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и покорно пошла рядом с ним по аллее парка. ... Они шли в тишине несколько минут. Равель постепенно приходила в себя, пытаясь осмыслить увиденное. Этот парень был опасен. Опасен не только своей силой, но и своей непредсказуемостью. Но… он не тронул её. Он был с ней… вежлив? — Как твой брат? — неожиданно спросил Джин, нарушая молчание. Равель вздрогнула. Вопрос застал её врасплох. — Райзер?.. — она посмотрела на него, пытаясь понять причину его интереса. — Он… он поправляется. На удивление быстро. На её лице появилась гордая улыбка, когда она заговорила о брате. — Ваша… встреча , она… она изменила его. — Равель говорила сбивчиво, но с энтузиазмом. — Он перестал быть… таким, как раньше. Он стал серьёзнее. Он больше не кичится своим бессмертием. Он… он снова начал тренироваться! По-настоящему! Представляешь, он забросил тренировки давным-давно, решив, что регенерации достаточно. А теперь он пропадает в тренировочном зале часами! Она говорила всё быстрее, её щёки раскраснелись от волнения. — И он сказал, что будет участвовать в Собрании Молодых Демонов! Не просто присутствовать, а участвовать в показательных боях! Я… я так рада за него! Джин слушал внимательно. На его лице не отразилось ни единой эмоции, но внутри что-то щёлкнуло. Интерес. Чистый, незамутнённый интерес. Вот оно. Он ломал канон . ломал небрежно, почти случайно, и теперь этот канон начал отрастать заново, но уже совсем в другую, непредсказуемую сторону. Райзер Фенекс , каноничный злодей-неудачник, высокомерный павлин, превратился… в кого? В мотивированного бойца? Это было новое. Это было то, чего не знал даже он, со своими обрывками воспоминаний о сюжете. И это подогревало его желание действовать. — Он… он даже о вас спрашивал, — тише добавила Равель, заметив его странное, застывшее выражение лица.— Что-то не так? Джин моргнул, возвращаясь в реальность. — Нет-нет, всё в порядке, — он изобразил лёгкую усмешку. — Просто удивлён. Не думал, что мой метод окажется таким эффективным. Что ж, в таком случае, я с нетерпением жду нашей новой встречи с ним. Равель поджала губы, его ухмылка ей не понравилась. — Ты… ты ведь не собираешься его снова… — она сглотнула, — …калечить? — Зачем? — Джин искренне удивился. — Он уже усвоил урок. Теперь мне просто любопытно посмотреть, к чему он придет. Равель немного расслабилась. Она вспомнила, что и сам Райзер говорил о Джине без былой ненависти . В его словах сквозило упрямство, злость, но больше всего — странное, почти мальчишеское желание доказать, что он тоже чего-то стоит. Он хотел не мести. Он хотел реванша. Хотел догнать того, кто показал ему вершину. «Возможно, — подумала Равель, — этот Джин, при всей его жестокости, стал для Райзера тем самым толчком, который был ему нужен». Они дошли до конца аллеи. Равель остановилась, теребя в руках ленточку своего платья. — Слушай… Джин-сан… — начала она, её щёки снова залил румянец. — Я… я хотела поблагодарить тебя. За всё. За брата. И… — она подняла на него решительный, хоть и смущённый взгляд, — …если ты не против… не то чтобы мне этого очень хотелось, но… ты мог бы зайти к нам? В нашу временную резиденцию здесь? Я… я могла бы приготовить чай. Как… ну, в знак благодарности. Она выпалила это на одном дыхании, её цундере-натура отчаянно боролась с искренним порывом. Джин посмотрел на неё. На эту гордую, юную аристократку, пытающуюся быть вежливой. Приглашение на чай. Это было так… по-человечески. Он не нашёл причин для отказа. Это было новое взаимодействие, новые данные. — Я не против чая, — кивнул он. Равель просияла, но тут же попыталась скрыть свою радость за маской строгости. — От-лично! Тогда идём… — Но перед этим, — прервал её Джин, — нужно сделать одну вещь. Равель удивлённо моргнула, её энтузиазм мгновенно сменился настороженностью. — Что… что ещё? ... Комната утопала в полумраке, единственным источником света служил тусклый магический кристалл на потолке, отбрасывавший неровные, дёрганые тени. Курока лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и её два чёрных хвоста безвольно распластались по смятым простыням. Она не планировала этого. Ничего из этого. Её миссия была простой: пробраться в логово врага , оценить его силу, найти слабости, соблазнить, если потребуется, и уйти, оставив его в дураках. Но всё пошло не так. Она вскочила с кровати и начала мерить шагами комнату. Простыня соскользнула, обнажая её безупречное тело, прикрытое изящным черным кимоно. В голове царил хаос. Он не был похож на других. Он не был похож на Вали , одержимого силой, или на Бико, скрывающего свою неуверенность за маской весельчака. Джин был… другим. Проведя с ним эти дни, она увидела то, чего не ожидала. Она видела, как он с ледяной жестокостью разбирается с врагами , и в этом было что-то знакомое, что-то, что отзывалось в её собственной душе. Ярость. Неконтролируемая, чистая ярость, которую она сама когда-то испытала. Воспоминания, которые она годами держала под замком, нахлынули с новой силой. День, когда она, не в силах больше терпеть эксперименты своего хозяина, потеряла контроль. Кровь, крики, огонь… и маленькая, испуганная фигурка её сестры, Широнэ, смотрящей на неё с ужасом. Она сбежала, бросив её. Стала убийцей и предательницей. А потом была та ночь . Она не планировала спать с ним. Это должно было быть просто игрой, манипуляцией. Но когда он вошёл в неё, в его движениях была не похоть, а отчаяние. Та же ярость, то же желание заглушить боль . Он не брал её — он пытался стереть себя в ней. И в этот момент она, к своему ужасу, почувствовала не триумф, а… родство. Он был таким же, как она. Одиноким, сломленным, скрывающим свою боль за маской силы. — Нья-а, совсем раскисла, — пробормотала она, тряхнув головой, пытаясь отогнать непрошеные мысли. Дверь её комнаты со скрипом открылась. — Эй, Курока! Ты чего тут заперлась? Я уж думал, ты решила впасть в спячку! На пороге стоял Бико, потомок Короля Обезьян, с вечной ухмылкой на лице и посохом Ньёибо за спиной. Он был в своей обычной свободной одежде и, как всегда, излучал беззаботность. Он тайно был влюблён в неё, и это было так очевидно, что порой раздражало. — Как прогулка по миру людей? — подмигнул он. Курока медленно повернулась. Её обычная игривая маска дала трещину. Она посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом, в котором не было ни капли веселья. Ухмылка Бико медленно сползла с лица. — Э-эй… ты чего? Что-то случилось? — Не твоё дело, мартышка, — прошипела она. — Ладно-ладно, понял, не в настроении, — он примирительно поднял руки. — Но Вали тебя ищет. Он не в духе. Кажется, ты… — Она здесь. Новый голос, холодный и властный, заставил их обоих обернуться. В дверях стоял Вали Люцифер. Его белые волосы, казалось, потрескивали от статического электричества, а в серебряных глазах плескался холодный гнев. Он сразу понял, где она была и что сделала. Или, вернее, чего не сделала. — Повеселилась? — его голос был тихим, но от этого ещё более угрожающим. Курока мгновенно надела свою привычную маску. Она изящно потянулась, демонстрируя свои изгибы, и мурлыкнула: — Нья-а, Вали-тян, неужели ты ревнуешь? Девочки не любят, когда за ними так пристально следят. Это портит всё удовольствие. Вали проигнорировал её дешёвую провокацию. Он шагнул в комнату. — Что ты узнала о нём? — А что, тебе так не терпится снова получить по заднице? — огрызнулась Курока, её хвосты нервно дёрнулись. — Я ничего тебе не скажу. Это была моя миссия. — Твоя миссия?! — Вали резко сократил дистанцию, его аура вспыхнула. — Хорошо, и каков же результат? Ты провалилась! Бико, услышав это, мгновенно оказался между ними, его посох упёрся Вали в грудь. — Эй-эй, полегче, Белый Дракон! — прорычал он, его весёлость испарилась. — Не смей так разговаривать с Курокой! — Она не выполнила приказ! — рявкнул Вали, отталкивая посох. — А может, это ты облажался! — не унимался Бико. — Может, что то случилось?! Курока, он тебя обидел? Скажи, и я… — Заткнитесь! Оба! Воздух в комнате накалился до предела. Вали был готов активировать броню, Бико — ринуться в бой. Но внезапно они замерли. Они услышали новый голос. Тихий, бесцветный, почти детский. — Вы очень шумные. Они обернулись. В углу комнаты, в нескольких метрах от них, левитировала маленькая девочка в готическом платье. Офис. Бесконечный Дракон Уроборос, лидер Бригады Хаоса. Они даже не почувствовали, как она вошла. Она спокойно смотрела на Куроку, её глаза-пустоты, казалось, видели всё насквозь. — Нэкомата, — её голос был лишён эмоций. — Эта новая переменная. Я хочу знать.