Глава 1: Проблемы.

- И как это понимать? – снова этот вопрос и снова недовольный голос. В этот раз ещё более уставший. - Офицер, я объясню, - Кот, симпатичный парень из семейства кошачьих с рыжей шерстью в тёмно-рыжих пятнах и глазами цвета изумрудов, миролюбиво поднял лапы, - Всё–всё объясню! - Уже тысячу с лишним раз я слышал это твоё «я всё объясню»! – офицер раздражённо потёр переносицу, - Иногда у меня такое чувство, что ты только и можешь, что объяснять. Но стоит твоему брату сказать, что он больше так не будет, ты как будто таешь! - Это неправда! – поспешно возразил Кот, - Вы даже не знаете… - Чего я не знаю? – перебил офицер. Кот помолчал. Разглагольствовать на всю главную улицу Нирбурга о методах воспитания инфантильного братца, которые не работают, и опозориться ещё больше? И так толпа зевак по-тихому ржёт в кулаки, смотря как его тут отчитывают! Надо ему это? - Я делаю всё, что могу, - сказал Кот после недолгого молчания, - Я разговариваю с ним, прошу держать себя в лапах, но он не может. В конце концов, мы животные. Это инстинкты, и не все способны их побороть! – он обернулся к младшему брату, злобно сверкнув глазами. Пёс, с такого же цвета шерстью, висячими ушками и голубыми глазами, стыдливо взглянул на поломанные палатки, где на день города должны были продаваться сладости и сувениры, опрокинутые мусорные баки и недовольную мину мэра города кролика Рэндсида и сразу же опустил глаза к тому место, где он срастался со своим сиамским близнецом. И угораздило же его погнаться за этой чёртовой белкой! - Может, может, - как раз начал Рэндсид надменным тоном, - Просто он видимо воспитывался в неподходящей обстановке. После таких слов старший брат чуть не задохнулся от возмущения. Как это, «в неподходящей обстановке»? Он намекает на то, что Кот – плохой старший брат?! Но усатый ведь и правда делает всё, что может: просит, кричит, наказывает, даже ударить может в особых случаях. Он пробовал все методы пряника и кнута, но всё было бесполезно. Прогулка, инцидент, штраф, воспитательная беседа или даже ссора – хотя бы раз в неделю такое точно должно произойти, что уже давно раздражало до ужаса. Мало того, что у них нет постоянной работы из-за того, что их гонят при любом удобном случае, так ещё и штрафы надо так часто платить! Но плохо было не только из-за колоссальной потери денег, но и из-за того, что всегда и за всё ответственность нёс именно Кот. Хотя бы один неверный шаг этого щенка (да, именно щенка!) – и вся вина будет на нём, старшем близнеце. При том, что они были ровесниками, Пёс был самым настоящим ребёнком. Вечно носился туда-сюда, воплощал в жизнь свои «идеи», одна бредовее другой, был чересчур наивным и добрым, да и вообще не особо умным. И при всём этом окружающие его холят и лелеют, никто ему и слова поперёк не скажет! Но самое страшное даже не это, а то, что они не могли существовать отдельно друг от друга. Потому что они гибрид, сиамские близнецы, мутант. Одним словом, потеха для всего этого сброда, которому лишь бы посмеяться над чужими проблемами. Мэр подозвал к себе офицера полиции и что-то шепнул ему на ухо. Тот недовольно поморщился, но затем, повернувшись к Коту, нехотя сказал: - Дружище, послушай. Я знаю, что ты пытаешься, но тебе неимоверно трудно. Но нужно сделать хоть что-то, что будет наиболее правильным в этой ситуации. - Например? – насторожился Кот. Офицер, косо посмотрев на Пса, который продолжал пристыженно глядеть вниз, тоже что-то прошептал усатому на ухо. Пёс тем временем перевёл взгляд на мэра, а затем на прохожих, наблюдавших со стороны. Среди них он заметил банду Грязнуль, смотревших на своих неизменных жертв с другой стороны улицы с коварными ухмылками на мордах. Было понятно, что ждёт Кота и Пса после беседы с офицером. - Вы же шутите, да? – тем временем произнёс Кот, когда офицер замолчал. Его глаза расширились то ли от удивления, то ли от шока, но было понятно, что ему сообщили кое-что не самое приятное. - Прости, но большего я посоветовать не могу, - развёл лапами офицер, выпрямляясь, - Дадим ему ещё один шанс. - А теперь платите штраф и убирайтесь! – рявкнул Рэндсид, угрожающе приближаясь, - А вы чего столпились? Своих дел нет? – обратился он к зевакам. Те стали неспешно расходиться. На мордочке старшего брата снова возникло недовольство. Он достал несколько пятидолларовых купюр и протянул их офицеру. Потом он обернулся к Псу, и его взгляд опустился к месту их срастания. - Как же бесит, - прошипел усатый, обходя его и направляясь к дому. - Куда? Я же сказал: убирайтесь! – насмешливо крикнул Рэндсид, указывая на опрокинутые баки. Кот встал, как вкопанный. Оставшиеся из толпы прыснули со смеху не в силах больше сдерживаться. - Ну всё, гиены, проваливайте! – взорвался офицер полиции, прогоняя их. - Завтра на день города мы ожидаем сверхважных гостей, и не дай Бог они увидят этот бедлам, оставленный вами, уродцами, - презрительно бросил мэр, - Так что будете помогать волонтёрам ставить палатки заново, и мне плевать, если у вас есть дела поважнее. И кстати, не забудьте извиниться перед этими самыми волонтёрами - он указал на группку парней и девушек разных возрастов в белых футболках с зелёным логотипом «Нирбург». Извиниться действительно надо было. Волонтёры спокойно занимались делом, никого не трогали, а Пёс, этот чёртов Пёс, пронёсся мимо них как вихрь и сделал все труды напрасными! Тогда пусть он и извиняется. - Извинись, Пёс, - приказал Кот, толкнув младшего вперёд. Последний же весь съёжился от стыда и обиды на самого себя. - Простите, - хрипло прошептал он. Некоторые волонтёры презрительно глянули на него сверху вниз, кто-то снисходительно кивнул, а кто-то даже улыбнулся и сказал, что всё в порядке. Братья принялись исправлять положение. С палатками они быстро справились, так как великодушные волонтёры помогли им, а вот мусор им уже пришлось убирать самим. Заняло всё это около получаса. Они бы справились быстрее, если бы один из волонтёров как бы случайно не опрокинул носком ботинка один из собранных баков. Объедки попали прямо в глаза Коту. - Вы здесь пропустили, - ядовито бросил он и поспешно отошёл к грузовику. На его губах было подобие улыбки. Видимо, его палатка пострадала больше всех. Увидев это, офицер хотел вмешаться, но Рэндсид остановил его, резко схватив за запястье. Его это зрелище явно забавляло. - Оу, кажется, кому-то подпортили утреннюю укладку, - хихикала единственная девушка-пуделиха в банде Грязнуль по прозвищу Пискля. - Как думаешь, этот умница пояснит нам состав мусора? – смеялся главарь банды барбос Клиффорд, - H2O? Или как там… H2SO4? Третий член банды, гончая Люб, который никогда не отличался умом, очень наигранно хохотал, будто ему рассказали анекдот, сути которого он не уловил. - Если бы это была H2SO4, я бы уже ослеп или бился в предсмертных конвульсиях от недостатка воздуха, идиоты! – выпалил Кот как можно тише, вытирая глаза и нос. Но судя по тому, как изменилась в мордах троица, они всё услышали. Пёс попытался ободряюще улыбнуться брату. Ему было жаль Кота. Волонтёрам может и обидно, но это не повод так себя вести, тем более с Котом, который ни в чём не виноват. - Спасибо за понимание, - кивнул офицер, когда уборка подходила к концу, - Если закончили, то можете идти. Всего доброго. Прошу тебя, Кот, не подведи больше. Кот снова стал каким-то напряжённым и продолжил убирать мусор. Офицер сел в машину и поехал на новый вызов, а кролик Рэндсид, одарив сиамских близнецов ещё одной порцией презрительных взглядов, отправился побеседовать с одним из организаторов завтрашнего мероприятия. Братья закончили с уборкой и собрались домой. Они как раз проходили мимо большого плаката с изображением Рэндсида. Этот хмырь любил пихать свою морду везде и всюду. Быстро оглядевшись по сторонам и поняв, что никого поблизости нет, даже Грязнули куда-то ушли, Пёс надорвал плакат как раз в месте самодовольной улыбки мэра. Он прекрасно понимал, как тот относится к ним, и не собирался оставлять это вот так. Тем более, он был твёрдо убеждён, что никто не имеет права называть их уродцами. Кот ничего не заметил. В полной задумчивости он шёл к дому «на хвосте» с Псом. Но не успели они далеко отойти от площади, как чья-то тяжёлая лапа легла усатому на плечо. - Ну что, котёнок, поговорим по-мужски? – со злобным оскалом произнёс Клифф.