Туман

      Туман вязкой дымчатой пеленой накрыл весь город, не позволяя ничего разглядеть чуть дальше вытянутой руки. Он мягко окутывал, будто теплое зимнее одеяло, и одновременно давил на плечи неподъемным грузом, сдавливал грудную клетку, мешая свободно дышать.       Все люди в городе чувствовали это: как трудно становится передвигаться, как они застывают, будто мухи в янтаре. Даже те, кто в этот день решил остаться дома, ощущали дикую сонливость, что буквально пригвождала к постели и заставляла все мысли, возникающие в голове, лишь лениво перекатываться из одного угла черепной коробки в другой, не давая осознанию пробиться сквозь пелену спокойствия.       Город постепенно засыпал. Туман застилал глаза, слепляя веки и проникая в лёгкие, заменяя собой воздух.       Жители двигались уже по инерции: кто-то спал на ходу, а кто-то уже лежал на пути прохожих, которые, не замечая ничего странного, спокойно перешагивали через них и продолжали делать вид, что самим не хочется также.       Наконец белая пелена стала настолько густой, что невозможно было разглядеть ничего уже и у самого кончика носа. Люди, ещё не спавшие до этого момента, падали как подкошенные, но, что удивительно, не на голый асфальт: туман ловил их около самой земли и аккуратно укладывал в места посуше. Город уснул.       Вернее, люди в городе. Но что-то другое определенно проснулось от довольно долгого сна. Сна, длиной более тысячелетия. И оно очень голодно.       Вскоре о том, что всего лишь несколько часов назад происходило в городе, напоминал лишь медленно рассеивающийся туман и совершенно пустые улицы, да довольное урчание, слышимое повсюду.