Часть 1

Они, на самом деле, с самого начала были связаны. Жизнью и смертью, ветром и временем. Она была тенью Фанета, а оттого той, что не любит общаться с другими, пока они живы и здравствуют. Поэтому она не лезла в политику Декарабиана, поэтому сидела в Селестии всё то время, когда в ужасающих битвах гибли люди, боги и архонты. Ей не надо было держаться за престол на Селестии - она уже тут навсегда... А потом она встретила барда. Точнее, его душу, последнее послесмертное воплощение, которое ей нужно было проводить в небытие. Бард говорил что-то о маленьком друге, просил его найти и утешить. Обычно Астарот таким не занималась, но в Тейвате происходило что-то странное - Декарабиан пал, и кто-то новый должен занять опустевший престол Селестии. И она бы соврала, если бы сказала о том, что ей не интересно. А утешение - это так, маленькое дополнение к прогулке, в которой она должна найти нового Архонта для тех земель. Всё равно кроме неё этим заняться некому. *** А потом она встретила... Барда. Точнее, не барда. Не того барда. От парнишки, что выглядел едва ли на пятнадцать, исходила какая-то сила. Сила Анемо. Её Сила. Он выглядел разбито, этот мальчик, но всё равно помогал людям в полуразрушенном революцией (так ей сказали) городе. - Мы с тобой нигде раньше не встречались? - спрашивает она, чтобы привлечь внимание. Мальчик, ещё даже не выбравший себе имя, резко оборачивается к женщине, и смотрит на неё до невозможности глубокими глазами. Кончики его косичек - в тон глазам, ещё и немного светятся от всей той силы, которая пылает внутри хрупкого тельца. - Вряд ли могли... - бормочет мальчик, собираясь уйти. Потому что женщина в странной, белоснежной одежде, с удивительным украшением на голове и, в самом деле, странной, пугающей аурой. Астарот кладёт ладонь на плечо парня, и он замирает, не в силах пошевелиться. От женщины исходит могущественная сила, больше, страшнее чем от Декарабиана. - Что вы хотите? - шипит парень, оглядываясь по сторонам, не пугает ли кого-то такая странная сцена и такая странная женщина. - Ты благословлён Селестией, мальчик. И мне надо поговорить с тобой. Парень позволяет женщине вести себя по полям, ещё пару дней назад усыпанном трупами, а сейчас просто перетоптаных и перерытых. Они идут - парень с ужасом понимает это только когда почти доходит - к логову Волчьего Лорда. Андриус. Лупус Бореалис. Его что, сюда привели как обед для волка?! Или что похуже?! - Слишком много думаешь, мальчик, не того. - вкрадчиво шепчет Астарот, и, подходя к Андриусу, вышедшему встречать гостей, склоняет голову в знак почтения. Потом давит ладонью на затылок парня, заставляя и его склониться. - Приветствую Лорда Северного Ветра. - Приветствую Богиню Времени. - отзывается почтенно громадный волк, и немигающе смотрит, как мальчишка возле богини переводит взгляд то на неё, то на самого Андриуса. - А это ты закуску привела? Разумеется, волк шутит. Шутливо скалится, и вот уже мальчик, наделённый странной силой, смотрит в ужасе на громадные белоснежные клыки. - Ну что ты, Андриус. Поверь, тебе с ним не тягаться - он прошёл революцию, которая свергла Декарабиана. - Смертные... - рокочет волк без всякого интереса. - Зачем ты пришла? - Этим землям и людям этих земель требуется архонт. Тот, кто будет их защищать и направлять. - без колебаний, почти как мантру говорит Астарот. - И ты, Волчий Лорд, должен решить, сможешь ли ты быть таковым. Андриус задумывается. Нет. Он не сможет. Так получается, что он абсолютно равнодушен к людям и их проблемам. Он - холодный ветер, жуткий мороз. Людям нужен кто-то "потеплее"... Поэтому волк качает головой, и тут без слов всё ясно. - А ты? - Астарот обращается к мальчику, и тот широко распахивает глаза и хмурится: "Точно ли она ко мне?". - Ты прошёл долгий путь вместе с людьми, привязался к ним. Хочешь ли ты стать тем, кто будет защищать людей? Мальчик охотно кивает, без раздумий. Он готов. Его друг боролся за Мондштадт, за людей, и мальчик искренне хочет продолжить это. - Тогда... - нараспев тянет Астарот, призывая силы Божественного Порядка, чтобы закрепить соглашение. - Отныне нарекаю тебя божественным именем Барбатос. Носи его с гордостью, дитя, ведь отныне ты - Анемо Архонт. Андриус, смотря на это, качает головой и отворачивается, чтобы свет Силы не слепил его. А потом уходит - он здесь больше ни к чему. - Барбатос... - словно пробуя на вкус, неспеша шепчет мальчик своё новое имя. - Мне нравится. Сейчас он укутан не в ту одежду, что осталась в воспоминаниях от друга, а во что-то совсем иное. Белоснежный саван, похожий на одеяние богини, капюшон на голове и маленькая фигурка в руках. - Сердце Бога, - указывает на фигурку, похожую на шахматного ферзя, Астарот: - Береги его, как зеницу ока, дитя. А потом, Барбатос уже не помнит как, но они поднялись на Селестию, и долго разговаривали. Очень долго. Так, что Венти успел устать и уснуть в чудесном саду Селестии, уложив голову на колени женщины. А уже утром он, в короткое отсутствие Астарот, выяснил что одежда - это ужасно неудобно. Барбатос хмуро смотрит на длинный подол одеяния, мечтая отрезать всё. И длинные рукава тоже. Потому что он путается в этой простыне, не в силах совладать с материальной одеждой, которую никогда не носил. Одеяния в облике друга - не в счёт. Астарот возвращается с едва уловимым колыханием ветра и звоном золотого нимба над головой. И не может сдержать улыбки, потому что юный архонт совсем дитя, и выглядит так, будто сейчас расплачется от вселенской несправедливости. Поэтому она помогает - одним взмахом руки и касанием силы обрезает его одежду до "приемлемой длины". Барбатоса это не устраивает, он дёргает женщину за рукав и просит ещё короче, чтобы ничего не сковывало движения. - Ты действительно можешь сделать это сам, дитя. Только молю, оставь хоть что-то из одежды на себе. И Барбатос тратит ещё около часа на то, чтобы пропустить энергию через себя и соткать из ветров себе абсолютно новое одеяние. И ещё два часа, чтобы создать крылья. Потому что он ужасно хочет парить в воздухе, как птица. Ради друга. Астарот лишь смотрит на это с мягкой улыбкой. Её ветер, её дитя, её сила, приобрёвшая собственный разум и облик, так вольна и сильна... А также Барбатос заботлив к народу, как выяснила женщина чуть погодя, наблюдая за новым Архонтом. Он для народа друг и помощник, а не командир. Свобода его народа - главное желание. Астарот считает, что Мондштадт, прошедший кровопролитный переворот, достоин этого, как никакой иной регион. В первый раз за последние тысячелетия - Энканомия не в счёт - она хочет быть тоже ближе к народу. Это развеет её скуку, она уверена. Сотни лет пролетают незаметно, но всё равно или поздно надоедает - она видела слишком много, она заскучала, а Барбатос, взявший простенькое человеческое имя Венти, совершенно точно справится здесь один. Астарот уходит ночью. За спиной - вспыхнувшая библиотека. Память людей не вечна. Они забудут её очень скоро, ведь Время неумолимо и беспощадно. А Барбатос запомнит. Навсегда.