Глава 9. Тени прошлого

Мужчина остановился в нескольких шагах от нее. Медленно, словно в замедленной съемке, он снял капюшон. Агата в ужасе узнала его. -Саске? – выдохнула она, сердце бешено колотилось в груди. – Ты меня напугал! Ты же сказал, напишешь... Саске ухмыльнулся, его темные глаза блеснули в полумраке.  -Прости, не хотел пугать. Я писал, ты не ответила. Агата удивилась и полезла в карман за телефоном. Он оказался разряженным.  -Ох, он разрядился... Пойдем, зайдем ко мне, – предложила Агата. – Родители ещё на работе, а Наруто писал, что будет поздно. -Ну, пойдем, – согласился Саске. Они зашли в подъезд, поднимаясь по лестнице.  -Как дела у Сакуры? – решила поинтересоваться Агата, пытаясь разрядить напряжение. Саске взглянул на нее.  -Все хорошо. Привет тебе передала. Совсем забыла о нас со своей работой. Агата тяжело вздохнула.  -Там все очень сложно, сейчас объясню. Саске кивнул. Они дошли до двери. Агата открыла ее ключом, в моменте подумав: "Интересно, Итачи дома?" Отмахнув эти мысли, она вошла в квартиру. Агата щелкнула выключателем, и теплый свет лампы залил прихожую, рассеивая остатки вечерних сумерек. Они разулись одновременно, их шаги по мягкому ковру были почти бесшумны. Сняв верхнюю одежду – Агата повесила свое легкое пальто на крючок, а Саске аккуратно сложил темную куртку на спинку стула – они оказались в уютной тишине квартиры. -Проходи на кухню, пожалуйста,– Агата жестом пригласила его следовать за собой, ее голос звучал мягко и немного робко. Саске кивнул, его взгляд скользнул по Агате, задержавшись на мгновение на ее лице, освещенном мягким светом. Он не произнес ни слова, но в его глазах читалось согласие. Он последовал за ней в кухню. Агата подошла к чайнику, который уже успел закипеть, и быстро налила горячую воду в две изящные чашки. Пар поднимался над ними, создавая ощущение тепла и уюта. -Чай? – спросила Агата, ставя одну из чашек перед Саске. Она знала, что он предпочитает именно такой чай, и этот маленький жест заботы казался ей важным. Саске снова кивнул, его взгляд был приспокойнен. Он провел пальцем по краю чашки, ощущая ее тепло.  -Да, спасибо, Агата, – его голос был низким и ровным, но в нем прозвучала нотка благодарности. Агата села напротив него, ее руки легли на стол. Она чувствовала легкое волнение, но старалась держать себя в руках, и Саске начал:  -Что случилось? Агата замялась.  -Мне нужна твоя помощь. Ты говорил, что был с Суйгецу одногруппниками. Так вот, мне нужно всё, что ты про него знаешь. Саске нахмурился.  -С чего ты решила про него узнать? Агата вздохнула и рассказала.  -У меня проблемы. Мне кажется, что Суйгецу и Карин хотят меня слить. -Слить? Что ты имеешь в виду?- спросил Саске. -Я не знаю точно, – призналась Агата, нервно теребя край своей футболки. – Но они как-то странно себя ведут. Суйгецу стал слишком часто появляться рядом. А Карин... она как будто наблюдает за мной, иногда я чувствую ее взгляд, когда она думает, что я не смотрю. И они постоянно перешептываются, когда я рядом. Саске поставил чашку на стол.  -Ты уверена, что это не просто паранойя? Иногда, когда мы чувствуем давление, мы начинаем видеть угрозы там, где их нет. -Нет – ответила Агата, и рассказала она про всё, что они нарыли с Конан за сегодня, и про все случаи происходящие с ней. Саске внимательно слушал, его взгляд стал более сосредоточенным. Он отпил чай, обдумывая слова Агаты, откинувшись на спинку стула, начал рассказывать: -Сугейцу — не самый простой человек. Он может показаться безобидным, но у него есть связи, о которых ты даже не догадываешься. Он не просто наркоторговец, он работает с людьми, которые могут сделать много плохого. Агата почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. -Но почему он вдруг заинтересовался мной? — спросила она, стараясь не выдать своего страха. -Возможно, ты слишком близко подошла к чему-то, что ему не нравится, — предположил Саске. - Или, может быть, он просто видит в тебе угрозу. Агата задумалась. Она вспомнила, как в последнее время её работа стала более рискованной, как она начала копать глубже, чем когда-либо. -Угроза? - повторила она, пытаясь осмыслить это. — Но я всего лишь аналитик данных. Я не представляю никакой угрозы для такого человека, как он. -Ты аналитик данных, который находит то, что другие не видят, - возразил Саске, его глаза сверкнули в полумраке. — Ты можешь раскрыть то, что он тщательно скрывает. И это делает тебя опасной. Он сделал еще один глоток чая, его взгляд скользнул по ее лицу, словно пытаясь прочитать ее мысли. -Ты говорила о следе ботинка в серверной. Какой размер? Какой тип подошвы? -Я не уверена насчет размера, но подошва была с характерным рисунком, - -Агата попыталась вспомнить. — Что-то вроде... как у военных ботинок, но более изношенная. И показала ему фотку сделанного следа. Саске взял телефон Агаты, его пальцы ловко скользнули по экрану, приближая изображение. Он внимательно изучал фотографию, его брови слегка нахмурились. -Военные ботинки, говоришь? — пробормотал он, его голос был низким и задумчивым. — Это может быть что угодно. Но если они изношены… это значит, что их носили часто. И, возможно, в специфических условиях. Он откинулся назад, его взгляд устремился куда-то вдаль, словно он видел не стены комнаты, а карты и схемы. -А устройство для перехвата данных? Ты можешь его описать? — спросил Саске, его голос стал еще более напряженным. -Оно было небольшим, черным, с несколькими светодиодами, — начала Агата. — Никаких опознавательных знаков. Но я успела сделать несколько снимков, прежде чем его отключить. Я думаю, это был какой-то кастомный аппарат, сделанный на заказ. -Кастомный, - Саске кивнул, словно подтверждая свои догадки. Он снова взял телефон, пролистывая другие фотографии, которые Агата сделала в серверной. Его взгляд остановился на царапинах на панели доступа. -Эти царапины... — проговорил он. - Они не случайны. Кто-то пытался открыть ее чем-то металлическим. И, судя по глубине, это было сделано с силой. -Но почему? — Агата чувствовала, как ее охватывает беспокойство. — Если они могли подключить устройство, зачем им было пытаться открыть панель? -Возможно, они не смогли получить доступ к серверу напрямую, — предположил Саске. — Или им нужно было что-то еще. Что-то, что находилось внутри. Он поднял глаза на Агату, и в его взгляде читалось что-то новое - не только сосредоточенность, но и предчувствие опасности. -Агата, ты должна быть очень осторожна. Если эти люди готовы идти на такие меры, чтобы получить информацию, они не остановятся ни перед чем. -Но что я могу сделать? — спросила она, чувствуя себя беспомощной. — Я не боец. Я просто аналитик. -Ты аналитик, который видит то, что другие упускают, - повторил Саске, его голос стал мягче, но в нем звучала сталь. -И ты нашла то, что они пытались скрыть. Это делает тебя ценной. И опасной. Он поставил телефон на стол, его взгляд снова стал пронзительным. -Нужно выяснить, кто эти люди. И почему они охотятся за тобой. Агата кивнула. -Ты думаешь, это кто-то другой? — спросила она, ее голос дрогнул. -Я думаю, Сугейцу мог быть лишь пешкой, — ответил Саске. — Или, возможно, он сам стал жертвой обстоятельств. Если кто-то смог внедрить такое устройство в вашу сеть, они обладают серьезными возможностями. И они знают, что ты делаешь. Он снова взял телефон, пролистывая другие фотографии, которые Агата сделала в серверной. Его взгляд остановился на царапинах на панели доступа. -Эти царапины… — проговорил он. — Они не случайны. Кто-то пытался открыть ее чем-то металлическим. И, судя по глубине, это было сделано с силой. -Но почему? — Агата чувствовала, как ее охватывает беспокойство. — Если они могли подключить устройство, зачем им было пытаться открыть панель? -Возможно, они не смогли получить доступ к серверу напрямую, — предположил Саске. — Или им нужно было что-то еще. Что-то, что находилось внутри. Он поднял глаза на Агату, и в его взгляде читалось что-то новое – не только сосредоточенность, но и предчувствие опасности. -Агата, ты должна быть очень осторожна. Если эти люди готовы идти на такие меры, чтобы получить информацию, они не остановятся ни перед чем. -Но что я могу сделать? — спросила она, чувствуя себя беспомощной. — Я не боец. Я просто аналитик. -Ты аналитик, который видит то, что другие упускают, — повторил Саске, его голос стал мягче, но в нем звучала сталь. — И ты нашла то, что они пытались скрыть. Это делает тебя ценной. И опасной. Он положил телефон на стол, его взгляд снова стал пронзительным. -Нужно выяснить, кто эти люди. И почему они охотятся за тобой. И вообще, старайся не оставаться одна. Агата кивнула, чувствуя, как напряжение в ее теле немного ослабло. Присутствие Саске, его спокойная уверенность, давали ей ощущение безопасности, которого ей так не хватало.

***

Саске, наконец, разъяснив всю ситуацию, собрался домой. Агата стояла, выпрямившись, словно статуя, наблюдая, как Саске, с привычной грацией, зашнуровывает свои черные ботинки. -Спасибо тебе, Саске, – произнесла она, ее голос был тихим, но отчетливым. - За все. За помощь, за то, что выслушал. Саске поднял голову, и на его губах появилась легкая, едва заметная улыбка. Это была не та холодная, отстраненная улыбка, которую Агата иногда видела на его лице, а что-то более искреннее, теплое. -Обращайся, – сказал он, его голос был низким и ровным. - Мы же друзья. Саске встал, готовый уйти. Агата инстинктивно придержала дверь, стоя на пороге. -Передавай Сакуре привет, – сказала она, чувствуя, как в груди разливается легкая грусть. - Надеюсь, что скоро встретимся. Саске кивнул, его взгляд задержался на ней на мгновение дольше, чем обычно. — Хорошо, — ответил он, спускаясь по лестнице. — Увидимся. Она смотрела ему вслед, пока его силуэт не скрылся за поворотом лестницы. Коридор снова стал тихим.  Агата закрыла дверь и выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает её тело. Она сходила в душ, смывая с себя остатки тревоги и пыли, и переоделась в чистые, мягкие вещи. Налив себе стакан сока и взяв с холодильника шоколадный батончик, она направилась в свою комнату. Удобно усевшись на кровати, Агата открыла ноутбук. Её мысли были заняты недавними событиями, и она решила углубиться в них. Первым делом она начала искать информацию о неком Орочимару и его исследовательской лаборатории. Она пыталась понять, что могло связывать этого человека с её нынешней ситуацией, что ему было нужно. В поисковой строке Агата набрала имя, которое её интересовало: «Орочимару». Этот человек был известен своими странными экспериментами и загадочной лабораторией, о которой ходили слухи. Она вводила запросы, просматривала статьи, но информация была скудной и обрывочной. Орочимару был окутан завесой тайны, его исследования казались чем-то из области фантастики. Агата уже начала терять интерес, когда вдруг наткнулась на статью, которая заставила ее сердце замереть. Заголовок гласил: Нераскрытое Дело Минато Намикадзе и Исчезновение артефакта. Автор: Кушина Узумаки, журналист. Минато Намикадзе. Её отец. Следователь, известный своей дотошностью и неподкупностью. Статья была написана её матерью, Кушиной. Агата знала, что её мама, будучи журналистом, часто работала в паре с отцом, освещая самые громкие дела. Она всегда была его глазами и ушами, когда дело касалось общественности. И вот, эта статья, написанная ее матерью, казалось, была ключом к разгадке. Она кликнула на ссылку и начала читать. В тишине залов Национального музея, где пыль веков оседает на бесценных реликвиях, однажды прозвучал тревожный звонок. Это было не просто ограбление, а дерзкое похищение, которое оставило после себя лишь вопросы и тень неуловимого преступника. Дело, которое вел один из самых блестящих умов правоохранительных органов нашего времени, Минато Намикадзе, до сих пор остается нераскрытым, а его главный фигурант, Орочимару, бесследно исчез, оставив за собой шлейф загадок и страха. Следователь, чье имя стало синонимом справедливости. Эти слова заставили ее сердце сжаться. Да, отец был именно таким. Он всегда стремился к истине, даже если она была неудобной или опасной. Агата вспомнила, как он учил ее различать правду от лжи, как он говорил, что даже самая маленькая деталь правды может осветить самую темную комнату. И вот теперь, читая о его борьбе с неуловимым Орочимару, она чувствовала гордость, смешанную с тревогой. Он был так молод, но уже так близок к разгадке, и все же... К расследованию был привлечен Минато Намикадзе, тогда еще молодой, но уже зарекомендовавший себя как следователь с невероятной интуицией и острым умом. Его методы были нестандартны, а способность видеть детали, которые ускользали от других, вызывала восхищение. Минато погрузился в дело с головой, изучая каждый сантиметр места преступления, анализируя мельчайшие улики и выстраивая картину произошедшего. -Он был одержим этим делом, – вспоминает один из коллег Минато, пожелавший остаться неизвестным. - Я никогда не видел его таким сосредоточенным. Он чувствовал, что это не просто кража, а нечто большее. Орочимару был везде и нигде одновременно, – говорил Минато на одной из своих редких пресс-конференций.  Агата почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это описание было пугающе точным. -Он действовал с невероятной точностью, предвидя каждый наш шаг. Это было похоже на игру в шахматы, где каждая моя попытка приблизиться к нему лишь отдаляла меня от цели. Агата представила себе отца, напряженно склонившегося над картами и уликами, его ум, работающий на пределе. Она знала, как он любил шахматы, как наслаждался интеллектуальной дуэлью. Но эта «игра» была слишком реальной, слишком опасной. Улики, ведущие в никуда. Минато собрал множество косвенных улик: следы редких химических веществ, микроскопические волокна, не принадлежащие ни одному из сотрудников музея, и даже странные записи, написанные на неизвестном языке. Но ни одна из них не привела к прямому доказательству личности или местонахождения Орочимару. Были проведены десятки допросов, обыски в самых неожиданных местах, но все было тщетно. Орочимару словно играл с Минато, оставляя ему лишь крохи информации, которые лишь усиливали его одержимость. Агата вздохнула. Это было самое болезненное. Столько усилий, столько гениальности, и все же... пустота. Она чувствовала разочарование отца, его бессилие, которое, вероятно, было для него невыносимым. Но в то же время, она видела в этом и его силу - он не сдался. Он продолжал искать, даже когда все остальные потеряли надежду. Цена одержимости. Расследование похищения артефакта стало для Минато Намикадзе не просто профессиональным вызовом, а личной битвой. Он жертвовал сном, личной жизнью, полностью погрузившись в поиск неуловимого преступника.  Агата почувствовала укол узнавания. Это было так похоже на... на нее саму. На ее собственную одержимость. Она тоже жертвовала сном, личной жизнью, всем, что могло бы отвлечь ее от работы. Его жена, Кушина Узумаки, журналист, видела, как это дело поглощает ее мужа, но понимала его стремление к справедливости. Агата усмехнулась. Понимала. Как же часто это слово звучало в ее жизни, как пустой звук. Неоконченная глава. Несмотря на все усилия Минато, дело так и осталось нераскрытым. Орочимару исчез, и оставив после себя лишь легенду о неуловимом гении. Агата почувствовала, как внутри нее что-то сжалось. Неоконченная глава. Это было самое страшное. Когда дело остается нераскрытым, когда преступник уходит безнаказанным, это оставляет рану, которая никогда не заживает. Это как постоянное напоминание о собственной беспомощности. Минато Намикадзе, несмотря на свой блестящий послужной список, так и не смог закрыть эту главу. Агата закрыла глаза. Она знала это чувство. Чувство незавершенности, которое преследует тебя, как тень. Чувство, что ты не сделал достаточно, что ты мог бы сделать больше. -Это дело оставило шрам на его карьере, но и закалило его, – признается Кушина. - Он научился тому, что не все битвы можно выиграть, но важно никогда не переставать бороться за правду. А имя Орочимару стало синонимом неуловимого преступника, чья тень до сих пор бродит по темным уголкам мира, напоминая о том, что даже самые блестящие умы могут столкнуться с противником, который превосходит их во всем.  Агата почувствовала холодок по спине. Орочимару. Неуловимый гений. Это было так... пугающе. Как будто где-то там, в тени, скрывается нечто, что невозможно понять, невозможно поймать. И это нечто может быть гораздо опаснее, чем кажется. Дело Минато Намикадзе – это не просто история о краже, а напоминание о том, что некоторые тайны остаются нераскрытыми, а некоторые тени – вечными. И, возможно, где-то там, вдали, Орочимару все еще продолжает свою игру, ожидая следующего вызова. Агата ощутила, как в ее груди закипает злость. "Почему он так легко ускользнул от правосудия? Почему мой отец не смог его поймать?" — эти мысли терзали ее. Она понимала, что это не просто дело, а личная трагедия для Минато. "Он не просто не закрыл дело, он потерял часть себя," - осознала она, и это открытие заставило ее сердце сжаться. "Но мама права," - подумала Агата, - "он научился чему-то важному. Не все битвы можно выиграть, но важно продолжать бороться." Она закрыла статью на ноутбуке, но образы и факты, которые она только что прочитала, никак не хотели укладываться в голове. Это было слишком невероятно. Она закрыла крышку ноутбука с глухим стуком, который эхом отразился в тишине комнаты, и положила его на стол. Мир вокруг словно замедлился, а ее собственные мысли метались в хаосе. В этот момент послышался звук открывающей двери. Агата, словно очнувшись от кошмара, вышла из комнаты. На пороге стояли ее родители, разувающиеся после долгого рабочего дня, и Наруто. Он, как обычно, что-то оживленно рассказывал родителям, жестикулируя. Заметив Агату, он тут же переключил свое внимание на нее. -Агата! – весело поприветствовал он ее, быстро сняв кроссовки и подойдя к ней. В следующее мгновение он обнял ее. Агата, все еще находясь под впечатлением от прочитанного, невольно улыбнулась ему и ответила на приветствие. Родители, выпрямившись, также поприветствовали дочь. Агата ответила им тем же, стоя с Наруто в полу объятиях. Ее рука покоилась на его плече, а его рука обнимала ее за талию. Это было привычное, теплое объятие, но сегодня оно ощущалось иначе. Родители, заметив обеспокоенное лицо дочери, поинтересовались:  -Агата, все хорошо? Тебя что-то беспокоит? Агата быстро отмахнулась, стараясь придать своему голосу как можно более беззаботный тон:  -Все хорошо, мам, пап. Просто устала немного. Она не могла же спросить их о статье, которую только что прочитала. Это было бы слишком подозрительно. Да и с чего бы ей вдруг интересоваться делом, которое так и осталось нераскрытым двадцать лет назад? Это было бы полным бредом. Они прошли все вместе на кухню. Мама поставила греться чайник, чтобы им с папой попить чай. Это был их вечерний ритуал – обсуждение дел, которые они расследуют, за чашкой чая. -Дети, у меня новость, – сказала мама, когда чайник начал тихонько свистеть. - Завтра с папой утром уезжаем в командировку. Наруто, который уже устроился на стуле, тут же добавил:  -А я завтра ночую у Шикамару. Мы с ним договорились. Агата кивнула им всем, чувствуя, как веки тяжелеют.  -Хорошо, – сказала она, зевая. - Я, пожалуй, пойду спать. Хочу наконец-то выспаться за последние два дня. Завтра как раз выходной. Она покинула кухню, оставив родителей и Наруто одних. Родители обеспокоенно переглянулись. Наруто тоже смотрел на дверь, за которой скрылась Агата. Все трое, каждый по-своему, крутили в голове одну и ту же мысль: что-то с Агатой не так. Ее обычная жизнерадостность куда-то исчезла, сменившись какой-то странной отрешенностью и скрытой тревогой. И никто из них не мог понять, что же стало причиной этой перемены.

***

Агата проснулась от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь неплотно задернутые шторы. Часы на прикроватной тумбочке показывали половину второго.  -Наконец-то, – пробормотала она, потягиваясь. Два дня напряженной работы вымотали ее до предела, и сегодня она решила позволить себе выспаться. Дома царила тишина – родители уехали, а Наруто, скорее всего, уже отправился к Шикамару, оставив ее в полном одиночестве. Первым делом Агата решила принять душ. Теплая вода смыла остатки усталости, и она почувствовала себя бодрее. Переодевшись в удобную домашнюю одежду, она заварила себе крепкий чай и взяла с кухни любимый батончик. Вернувшись в свою комнату, Агата устроилась на стуле за столом. В голове уже зрела мысль позвонить Конан. Она открыла ноутбук и, найдя Конан в контактах, инициировала видеозвонок. Спустя несколько гудков на экране появилось знакомое лицо. -Привет, Агата! – улыбнулась Конан. -Привет, Конан. Как дела? – ответила Агата, откусывая кусочек батончика. -Все хорошо, а у тебя? Агата сделала глоток чая и, собравшись с мыслями, начала рассказывать: — Да тоже ничего. Слушай, я вчера наткнулась на статью о моих родителях и Орочимару. Там говорилось о том, как мой отец вел дело, в котором Орочимару украл артефакт. А после бесследно скрылся. Конан удивленно приподняла брови.  -Серьезно? Если Карин и Суйгетсу действительно работают на Орочимару, то это очень плохо. -Да, – подтвердила Агата.  -Может, поэтому он так настроен против тебя? Из-за твоего отца? Но ведь ему удалось от него скрыться, – задумчиво произнесла Конан. - Тогда зачем он вернулся? Блин, как сложно... -Я не знаю, Конан, – вздохнула Агата. - Это действительно очень сложно. Столько вопросов, но так мало ответов. Я все-таки думаю поговорить с Итачи. Я не знаю, в каком направлении двигаться дальше. -Да, ты права, стоит с ним поговорить,  – согласилась Конан. - Правда, я не знаю, когда он будет на работе. -А где он вообще пропадает? – спросила Агата. -Какие-то свои проблемы решает, – пожала плечами Конан. - В такие вещи он меня не посвящает.  Они еще немного поговорили, обсуждая сложившуюся ситуацию, пытаясь найти хоть какие-то зацепки. Но чем больше они размышляли, тем больше вопросов возникало. Наконец, попрощавшись, они отключились. Закрыв ноутбук, Агата приняла поистине странное для себя решение. Она решила попробовать сходить на этаж выше к Итачи. Все хорошенько обдумав, она решила, что всё-таки стоит всё ему рассказать.  Все хорошенько обдумав, взвесив все "за" и "против", она пришла к выводу, что все-таки стоит все ему рассказать. Нельзя больше держать это в себе, нельзя больше избегать. С этой мыслью она встала из-за стола, чувствуя легкое волнение, смешанное с решимостью. Пошла переодеваться, выбирая одежду, которая казалась ей достаточно нейтральной, но в то же время не слишком небрежной. Когда она собралась, вышла из своей квартиры и, сделав глубокий вдох, поднялась на этаж выше. Стоя перед его дверью, Агата почувствовала, как страх начинает сковывать ее. Мысли о том, чтобы вернуться обратно, вернуться в свою привычную зону комфорта, стали навязчивыми. Но пути назад нет. Она уже здесь. С дрожащей рукой она постучалась. Звук казался оглушительным в тишине коридора. Мысленно она надеялась, что его нет дома, что он не откроет, что этот визит так и останется нереализованным намерением. Но щелчок замка, такой резкий и окончательный, развеял ее надежды. Дверь открылась, и перед ней предстал Итачи, одетый только в одни шорты, стоял на пороге, его обнажённый торс привлёк её внимание. Она невольно задержала взгляд, но быстро отвела глаза. На лице Итачи отразилось удивление — он явно не ожидал её здесь увидеть. — Агата? — произнёс он, и в его голосе звучала искренность. — Привет, — почти отстранённо ответила она. — Нужно поговорить. Итачи пропустил её в квартиру. Агата оглядела пространство, пытаясь понять, как лучше всего донести до него свои мысли. Итачи, опершись на столешницу, внимательно наблюдал за ней. — Так что случилось, Агата? — спросил он, и в его голосе звучала забота. Агата невольно дрогнула, тяжело вздохнув, она присела на стул, находившийся на кухне. Итачи остался стоять, его внимание было сосредоточено на ней. Она начала рассказывать, стараясь не смотреть на него. Агата начала рассказывать о том, как кто-то постоянно её подставлял, о том, как Карин с Сугейцу постоянно трутся возле неё, отвлекая от работы. Она говорила о постоянной слежке, о том, как во всём офисе вырубились пробки, и ей пришлось переписывать отчёты всю ночь. Она упомянула охранника, который рассказал о шагах, ведущих в серверную, о том, как сама туда ходила и нашла устройство, передающее IP-адрес, и след от ботинка. Имя Орочимару вырвалось из её уст, и она заметила, как Итачи внимательно слушал её, не перебивая, давая возможность высказаться. Когда она закончила, он немного помолчал, обдумывая услышанное. — Это всё, конечно, очень интересно и смело, — сказал он наконец, — но Агата, всё будет хорошо. Я со всем разберусь, хорошо? Агата готова была уже готова расплакаться, но сдерживалась, стараясь не показать свою уязвимость. Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоить дрожь в голосе. — И ещё кое-что, — произнесла она, собираясь с мыслями. Итачи удивленно посмотрел на неё, его брови слегка приподнялись. — По офису пошёл слух, что мы с тобой спим, — эти слова дались Агате тяжело, как будто она произнесла что-то неприемлемое. Итачи усмехнулся, его реакция была неожиданной. — Ты не должна обращать на это внимание, — произнёс он, его голос, обычно сдержанный и ровный, сейчас звучал тише обычного, но в нем чувствовалась твердая уверенность. — Слухи — это всего лишь слова. Агата резко встала со стула, словно отброшенная невидимой силой. Она подняла взгляд на Итачи. — Но это не просто слухи, Итачи. Это касается нас. Я не хочу, чтобы кто-то думал, что между нами что-то есть, если это не так, — её голос дрожал, выдавая внутреннее напряжение. Итачи усмехнулся, его губы изогнулись в лёгкой, почти незаметной улыбке, которая, казалось, была предназначена только для неё. Он оттолкнулся от столешницы и медленно, словно хищник, подкрадывающийся к добыче, подошел к Агате. Расстояние между ними сократилось до критического минимума, так что она чувствовала тепло его тела и ощущала легкий аромат его одеколона. — А что, если между нами действительно что-то есть? — спросил он, его голос прозвучал хрипло и интимно. Агата замерла, словно олененок, попавший в свет фар. Она смотрела на Итачи, пытаясь прочитать в его глазах правду, но видела лишь отражение собственного смятения. Что это? Игра? Жестокая шутка? Или... что-то большее? Итачи, не отрывая от неё взгляда, нежно коснулся её подбородка, чуть приподнимая её лицо. Его пальцы были теплыми и сильными, и от этого прикосновения по телу Агаты пробежала легкая дрожь. — Ты понравилась мне с первой встречи, Агата, — прошептал он, его дыхание опаляло её губы. — И уже тогда я понял, что влюблен в тебя по уши. Агата была ошарашена. Слова Итачи обрушились на неё, словно лавина, погребая под собой все сомнения и страхи. Она не знала, что ответить, что сказать. Её сердце бешено колотилось в груди, а в голове царил полный хаос. Прежде чем она успела что-либо произнести, Итачи наклонился и накрыл её губы своими. Это был нежный, робкий поцелуй, в котором чувствовалась забота и трепет. Он словно спрашивал разрешения, предлагал ей выбор. Итачи отстранился, внимательно изучая её лицо. В его глазах читалось ожидание и легкая тревога. Но Агате этого было мало. Ей хотелось большего, ей хотелось утонуть в его объятиях, забыть обо всем на свете. Поэтому в этот раз она поцеловала его первая. Этот поцелуй был совсем другим – дерзким, страстным, наполненным накопившимся желанием и невысказанными чувствами. Её руки обвились вокруг его шеи, притягивая ближе, и она почувствовала, как его тело напряглось в ответ. Его губы стали более требовательными, отвечая на её напор с той же силой. Мир вокруг перестал существовать. Остались только они двое, их дыхание, сливающееся в одно, и жар, охватывающий их обоих. Агата чувствовала, как её тело откликается на каждое его движение, как страсть, которую она так долго подавляла, вырывается наружу. В этот момент существовал только Итачи, его губы, его руки, обнимающие её талию, и это всепоглощающее чувство, которое они оба, похоже, испытывали. Итачи, сначала удивленный её смелостью, быстро поддался её напору. Его руки скользнули ниже, прижимая её к себе еще крепче. Он ответил на её поцелуй с такой же страстью, его язык сплетался с её, исследуя, пробуя, словно пытаясь наверстать упущенное время. В этом поцелуе была и нежность, и сила, и обещание чего-то нового, чего-то, что могло изменить их жизни навсегда. Итачи подхватил её на руки, её ноги обвили его талию, пока он нёс её из кухни в спальню. Его дыхание было горячим, а руки твёрдыми, но нежными. Он опустил её на кровать, его пальцы скользнули под футболку, снимая её с лёгким движением. Её кожа загорелась под его прикосновениями, шея, плечи, грудь — каждое место, где его губы оставляли след, словно растворялось в нём. Лифчик упал на пол, и её грудь оказалась открыта для его ласк. Его поцелуи опускались ниже, к кромке джинс, которые он расстегнул одним резким движением. Джинсы и трусики исчезли, и его губы теперь касались внутренней стороны её бедра, заставляя её трепетать. Итачи сбросил свои шорты и трусы, и его член, уже твёрдый и готовый. Он надел презерватив и приставил его к ее клитору, чувствуя, как её тело напряглось. -Расслабься, - прошептал он, его голос был как бархат, обволакивающий её сознание. Его губы снова встретились с её, пока он медленно входил в неё, её тело напряглось, но его ласки и поцелуи помогали ей расслабиться. Он двигался с такой нежностью, будто боялся причинить ей малейшую боль, но с каждым движением страсть накалялась. Его темп ускорялся, и они двигались в унисон, их тела сливались в едином ритме. Итачи чувствовал, как каждый мускул в теле Агаты отвечает на его движения, словно они были двумя частями одного механизма, идеально подогнанными друг к другу. Его руки скользили по её бокам, ощущая дрожь, пробегавшую по её коже, когда он углублялся в неё всё сильнее. Он слышал её прерывистое дыхание, смешанное с тихими стонами, которые звучали как мелодия, заставляющая его сердце биться чаще. Агата выгнула спину, её грудь приблизилась к его лицу, и Итачи не упустил возможности, охватив губами её сосок, лаская его языком, пока она не застонала громче. Её пальцы впились в его волосы, притягивая его ближе, словно она боялась, что он исчезнет, если отпустит. Итачи не мог отказать ей в этом, он хотел быть ближе, хотел чувствовать её всю, до последнего вздоха. Он ускорил ритм, его бёдра двигались в такт её стонам, каждый толчок приближал их к чему-то большему, чему-то, что они оба чувствовали, но не могли выразить словами. Агата подняла ноги, обхватив ими его талию, позволяя ему проникнуть глубже, чувствовать её ещё сильнее. Итачи почувствовал, как её внутренние мышцы напряглись вокруг него, сигнализируя о приближении её пика. -Не останавливайся, - прошептала она, её голос дрожал, но в нём была уверенность, которая заставила Итачи улыбнуться. Он наклонился, чтобы поцеловать её, их губы слились в поцелуе, который был таким же интенсивным, как их соединение. Он чувствовал, как её тело начинает трепетать, её стон перерос в крик, который он заглушил своим ртом, продолжая двигаться, пока не почувствовал, как его собственное тело охватывает волна наслаждения. Обессиленный Итачи рухнул рядом с Агатой на постель. Оба тяжело дышали, их тела еще хранили отголоски недавней близости. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, словно пытаясь осознать, что только что произошло. В комнате повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь их сбивчивым дыханием.   Но если Агата чувствовала, как на щеки приливает жар стеснения, то Итачи казался абсолютно спокойным. Словно для него это было чем-то естественным, привычным. Он неторопливо поднялся, собрал с пола свои вещи и, бросив на нее быстрый взгляд, негромко сказал:   -Я пойду в душ, — произнес он, оборачиваясь к ней с легкой ухмылкой. — Хочешь составить компанию? Он улыбнулся едва заметной, лукавой ухмылкой.   Агата же вжалась в кровать, торопливо натянув на себя плед, словно это могло скрыть её смущение и обнаженность. Щеки её горели, взгляд упорно не поднимался выше пола.   -Нет, спасибо.— поспешно отрезала она, стараясь, чтобы голос звучал твердо.   Итачи лишь коротко хмыкнул и ушёл в ванную. Дверь за ним захлопнулась, послышался шум воды.   Агата осталась одна. Она сидела на краю кровати, крепко прижимая плед к груди, и пыталась прийти в себя. Но её взгляд упал на тумбочку. На ней стоял закрытый ноутбук. Черный, ничем не примечательный, и в то же время притягивающий взгляд.   *Не смей… Это не твоё. Нельзя.*   Но какое-то странное, почти навязчивое чувство заставило её протянуть руку. Пальцы дрожали, когда она поставила ноутбук себе на колени и открыла крышку. Экран вспыхнул. Пароля не было.   Агата моргнула, не сразу поверив. На рабочем столе — всего одна папка. Подписанная её именем.   Сердце заколотилось. Она кликнула. Экран заполонили фотографии. Её фотографии. Сотни ее фотографий, документы, записи - все, что она считала своей личной жизнью, оказалось здесь, в этой холодной, бездушной папке. Она чувствовала, как мир вокруг нее рушится, словно стекло, разбитое на тысячи осколков. «Как он мог?» — мысль пронеслась в ее голове, оставляя после себя горький привкус предательства. Итачи, человек, которому она только что доверилась, оказался... кем? Преследователем? Шпионом? Она не могла найти слов, чтобы описать это чувство. В груди клубилась смесь страха, гнева и какой-то непонятной, гнетущей пустоты. Ее взгляд упал на дверь в ванную, откуда доносился шум воды. Итачи был там, всего в нескольких шагах, но сейчас он казался ей совершенно чужим. Ей хотелось встать, убежать, забыть все, что произошло, но ноги словно приросли к полу. Она чувствовала, как слезы подступают к глазам, но сжала зубы, стараясь держать себя в руках. Он следил за ней. Или кто-то из его людей? В голове Агаты закружились мысли. Все их встречи были не случайны, он знал о ней всё. Но зачем? Она ли ему нужна? Агата судорожно отложила ноутбук, будто тот обжег.  Мир перед глазами пошатнулся. Мысли путались. Воспоминания о каждом их разговоре, каждом случайном "совпадении" — вдруг сложились в одну ужасающую картину.   Он всё знал. С самого начала. А она… сама поверила. Сама пустила его в свою жизнь.   Агата вскочила, плед соскользнул на пол. Она дрожащими руками стала собирать одежду, торопливо натягивая вещи на себя, будто от этого могла защититься.   И в этот момент дверь в ванную открылась.   Итачи вышел, лениво вытирая волосы полотенцем. На его бедрах держалось другое полотенце, мокрые капли скатывались по коже. Он хотел что-то сказать, но заметил ноутбук. Экран все еще был включен. Её лицо на фотографии.   Итачи замер.   -Агата?.. - в его голосе впервые проскользнула тень тревоги.   Она резко обернулась. В глазах — смесь ужаса и предательства.   -Ты! - её голос сорвался, руки дрожали, когда она указала на него. - Всё это время ты следил за мной… а я… я как дура тебе верила!   Он сделал шаг к ней.   -Подожди. Это не так, как ты думаешь…   -Не так?! - перебила она, сдавленно всхлипнув. - Ты собирал информацию обо мне, следил за каждым моим шагом, а потом... потом ты просто появился, как ни в чем не бывало? Как ты мог? На секунду повисла пауза. Его взгляд был спокойным, но слишком пристальным, слишком пронизывающим.   -Я никогда не хотел причинить тебе вреда, - Итачи протянул руку, но Агата отшатнулась. - Я просто... я не знал, как иначе. -Ты знал, - прошептала Агата, её голос стал тише, но от этого не менее пронзительным. - Ты знал, что делаешь. И ты получил то, что хотел. Агата, не дождавшись ответа, оттолкнула его рукой, обошла и бросилась к двери.   — Агата! — позвал он, но она уже не слушала.   Выскочив из квартиры, она почти слетела по лестнице вниз, срываясь на бег. Добравшись до своей двери, дрожащими руками захлопнула её, провернула замок и сползла вниз по дереву, прижимая колени к груди.   Слёзы жгли глаза. В груди сжималось чувство ужаса и разочарования.   А если всё это время… он только играл? Агата сидела у двери, свернувшись калачиком, слезы текли по щекам, оставляя мокрые дорожки на бледной коже. Мир вокруг казался серым и безрадостным, каждый звук – лишь эхом ее собственной боли. Она не знала, сколько времени прошло, сколько слез было пролито, но ощущение безысходности не отпускало. Внезапно, тишину комнаты прорезал мелодичный звон телефона. Агата вздрогнула, но не сразу подняла его. На экране высветилось уведомление: "Новое сообщение от неизвестного номера". Сердце забилось быстрее, предчувствуя что-то важное. С дрожащими пальцами она открыла сообщение. "Если ты хочешь знать ответы на свои вопросы, приходи к зданию (адрес) в 8 вечера. Не опаздывай." Вопросы. Они роились в ее голове, как стая назойливых мух, не давая покоя ни днем, ни ночью. Кто этот человек? Как он узнал о ее мучительных сомнениях? И что он может ей рассказать? Агата задумалась. Страх боролся с отчаянным желанием узнать правду. Что ей терять? Все, что она знала, казалось ложью, все, во что верила, рассыпалось в прах. Этот неизвестный, возможно, был ее единственным шансом обрести ясность. Взгляд упал на часы. Почти семь вечера. Время неумолимо. Решение было принято. Она встала, чувствуя, как в теле появляется новая, хоть и хрупкая, сила. В зеркале отразилась заплаканная, но решительная девушка. Она быстро привела себя в порядок, смыла следы слез, надела простую, но элегантную одежду, которая не привлекала бы лишнего внимания. Вызвав такси, Агата села в машину, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой минутой. Дорога казалась бесконечной. В голове проносились обрывки мыслей: кто этот таинственный незнакомец? Что он знает о ее жизни, о ее прошлом? И какие ответы он готов ей дать? Она представляла себе разные сценарии: от дружелюбного собеседника, готового помочь, до коварного манипулятора, играющего на ее слабостях. Но одно было ясно: эта встреча изменит все. Когда такси подъехало к указанному зданию, Агата глубоко вздохнула. Высокое, темное здание возвышалось над ней, словно молчаливый страж тайны. Время было ровно восемь. Она вышла из машины, чувствуя, как холодный вечерний воздух обжигает кожу. Внутри нее боролись страх и надежда, но решимость узнать правду была сильнее. Она шагнула вперед, навстречу неизвестности. Агата стояла у того самого здания, где должна была встретиться с этим таинственным человеком. Её тело напряженно двигалось из стороны в сторону, как будто пытаясь выбежать от самой себя. Тревога сжала её сердце, но она не могла отойти. Вдруг, среди ночной тишины, раздался звук приближающейся машины. Это был Volkswagen минивэн, и его колеса скользили по асфальту, как будто подталкивая её к неизбежному.  Машина затормозила прямо перед ней, и из неё вышел статный мужчина в чёрном костюме. Он был высоким и уверенным в себе. Легким жестом он открыл заднюю дверь и пригласил её войти. Внутри было четыре кресла, два с одной стороны, два с другой. Агата, слегка колеблясь, села на кресло рядом с выходом. Напротив неё оказался мужчина, его лицо было бледным, а волосы длинными и черными. Он смотрел в окно, словно не замечая ее, и тишина между ними казалась даже угрожающей. Как только машина двинулась, мужчина вдруг повернулся и встретился с её взглядом. В его глазах было что-то невыносимо холодное, что-то опасное. Агату окутал страх. Его глаза были как у змеи — безжалостные, глубокие и пустые. -Кто вы? — её голос едва слышно дрожал от страха. -Моё имя Орочимару, — ответил он с необыкновенной спокойностью. В момент, когда эти слова прозвучали, Агату охватил настоящий ужас. Он. Орочимару. Тот, кто исчез двадцать лет назад, после того как украл артефакт, оставив за собой только туманные следы. Она едва могла поверить своим ушам. -О... Орочимару? — её голос звучал потрясённо. Это имя было связано с её отцом, с его нераскрытым делом. -Видимо, тебе уже знакомо моё имя, — он говорил так, как будто его слова не имели для него особого значения. -Да... вы тот, кто двадцать лет назад украл артефакт, а после бесследно скрылся, - сказала Агата, пытаясь придать своему голосу хоть какую-то твердость. -Верно, - подтвердил Орочимару. - И если я не ошибаюсь, твой отец вел это дело. Агата не смогла ответить. Она лишь кивнула, осознавая, что перед ней стоял тот самый человек, с которым её отец боролся. И его преследование оказалось бесконечным. -Минато... поистине гениальный человек. Но он всё же подпортил мои планы. А я очень не люблю когда портят мои планы, — продолжил Орочимару. Его лицо не выражало ни гнева, ни злости, только холодную расчётливость. Агата ощущала, как её тело сжимается от страха. В его словах было что-то угрожающее, неясное, но очевидное. -Ты не понимаешь, о чём я, да? — Орочимару продолжал без всякого волнения, будто рассказывая что-то совершенно обычное. -Ещё во время расследования я знал, что у Минато и Кушины есть маленькие дети. Ты и твой брат. Но ты всегда привлекала меня больше. Через тебя было проще добраться до Минато. Когда я скрылся, я продолжал наблюдать за тобой из тени. Но потом я потерял твой след. Долго искал, и когда уже отчаялся, думая, что никогда тебя не найду, ты сама попала ко мне в руки, придя в «Акацуки». Мои подчиненные, Карин и Суйгетсу, очень помогли мне, мешая тебе. Ведь именно это и привело тебя ко мне, не так ли? - он усмехнулся. Агата вдруг осознала. Всё было именно так. Если бы Карин и Суйгетсу не пытались ее подставить, она бы никогда не начала это расследование, никогда бы не узнала об Орочимару и о том, что это дело вел её отец, оставшись нераскрытым. Она хотела узнать ответы, но боялась спрашивать родителей. А он был готов дать ей все ответы. И он действительно дал их, но, кажется, Агата не была готова их услышать. -И что теперь? — наконец, спросила она, её голос был почти шёпотом. Орочимару внимательно осмотрел её, его взгляд был холодным и бесстрастным. -Твой отец, Минато, был умен. Он почти смог остановить меня тогда. Но он не учёл одного... Я могу вернуться. И пострадать может уже его дочь, ведь ты – часть его наследия, которое он так старательно скрывал, — произнёс он зловещим тоном и ухмыльнулся. Это было как удар молнии — Агата замерла, не зная, как реагировать на такие слова. Машина остановилась, и мужчина в чёрном костюме снова открыл дверь. Агата посмотрела на Орочимару. Тот едва кивнул ей на выход, и она послушно вышла. Пока Орочимару выходил следом, она осматривала местность, на которой оказалась.  Было темно, и она практически ничего не видела. Впереди было какое-то здание, в одном из окон которого горел приглушенный свет. Агата уже хотела было развернуться, чтобы спросить, зачем они здесь, как к её рту прижали салфетку, а дальше она погрузилась в темноту. Мир вокруг нее померк, звуки стихли, и она провалилась в беспамятство, не зная, что ждет ее впереди. Последнее, что она почувствовала, был запах чего-то едкого и удушающего, прежде чем сознание окончательно покинуло её.