2. Хогвартс

Утро. 15 октября 1994 год Наконец-то! Можно просыпаться когда-угодно! Но встала я прям перед завтраком: (. Максимально быстро оделась, и пошла КУШАЦ. Моим завтраком сегодня служил кофе, бутерброды и омлет. Я недолго, не спеша ела. Я в карете, могу себе позволить. Дальше я пошла в смотровую часть. Внутри она казалась полностью прозрачной, а снаружи это просто стенка голубого оттенка. Там сидели из моих знакомых: Флер, Майкл, Эжен и Олаф. Остальные сидели в сторонке. Я села между Флер и Майклом. Они были не против. Тут мы стали смотреть вниз, над чем мы пролетаем. И я впервые увидела реку Ла-Манша. Она была просто гигантской! Впрочем, не больше чем неизвестная мне река «Амазонка». Спустя несколько минут мы уже летели над Англией. И тут ко мне в голову закралась мысль: " А что если я буду чемпионом Шармбатона?» И тут я поняла… Что это невозможно! Я, и чемпион школы? Да бред какой-то! Через ещё минуту на всю карету прозвучал голос Мадам Максим: — Через 30 минут мы будем в Хогвартсе. Начинайте одеваться и собираться. Никого ждать не будем. После этих слов я рванула в купе, ведь я была еще в пижаме. Быстренько надела голубую юбку, блузку, почистила зубы, причесалась, и собрала всё в чемодан. И как я всё это успела на 17 минут? Не понимаю! В общем, оделась я невероятно быстро. Тот же фиолетовый шарфик всё ещё болтался на моей шее. Тут карета немного накренилась. Мы шли на посадку. В окно виднелся замок. Он был ничуть не меньше чем наш. Даже казался немного больше чем наш. Впрочем, я думаю, на интерьер это не повлияет. Я стояла у двери и ждала когда мы приземлимся.

Тем временем в Хогвартсе

Рядами спустились по главной лестнице и выстрои­лись перед замком. Был ясный холодный вечер. Сгуща­лись сумерки. Бледная призрачная луна уже взошла над Запретным лесом. Гарри, стоявший в четвертом ряду меж­ду Роном и Гермионой, заметил среди первоклашек Дэн —ниса Криви, которого трясло в предчувствии чего-то не­обычного. — Скоро шесть, — взглянув на часы, Рон устремил взгляд на дорогу, ведущую к главным воротам. — На чем, по-твоему, они едут? На поезде? — Сомневаюсь, — сказала Гермиона. — А как тогда? На метлах? — предположил Гарри, гля­дя в небо, усеянное крупными звездами. — Не думаю. Путь-то неблизкий. — Может, портал? — терялся в догадках Рон. — А мо­жет, у них разрешается трансгрессироваться до семнад­цати лет? — На территории Хогвартса трансгрессироваться не­возможно, сколько раз тебе говорить, — осекла его Гер­миона. Друзья внимательно обшаривали взглядами небо. Ни малейшего признака летящего предмета. Как всегда, тишь и покой. Гарри стал замерзать. Скорей бы уж по­явились гости! Может, они придумали какое-то необыч­ное представление? Ему вспомнились слова мистера Уизли на стадионе перед матчем на Кубок мира: «Все­гда одно и то же. Любим на сборищах распускать пав­линьи перья». К счастью, Дамблдор, стоящий с другими учителями в последнем ряду, в эту минуту воскликнул: — Чует мое сердце — делегация Шармбатона недалеко! — Где? Где? — обрадовались ребята, вертя головами. — Вон! — указал шестикурсник на небо в стороне За­претного леса. Нечто огромное, куда больше метлы, нет, целой сот­ни метел, летело по иссиня-черному небу, быстро увели­чиваясь в размерах. — Дракон! — пискнул насмерть перепуганный пер­вокурсник. — Ты что, дурак? Это летучий дом! — уверенно заявил крошка Дэннис Криви. Его догадка оказалась близка к истине. Гигантская черная тень почти касалась верхушек деревьев. Льющий­ся из окон замка свет озарил приближающееся чудо — огромную синюю карету, подобную башне. Ее тянула по воздуху дюжина крылатых золотых коней с развевающи­мися белыми гривами, каждый величиной со слона. Первые три ряда учеников подались назад. Заходя на посадку-, карета снижалась с бешеной скоростью. И на­конец, с оглушительным громом, от которого Невилл, подпрыгнув, наступил на ногу пятикурснику-слизеринцу копыта золотых коней размером с хорошее блюдо коснулись земли на опушке Запретного леса. Следом при­землилась карета и покатила, подпрыгивая на гигантских колесах; кони кивали исполинскими головами, выпучив огромные огненно-красные глаза. Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещен­ные золотые палочки, из каждой вылетают по три крас­ные звезды; с облучка прыгнул мальчик в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась черная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумленным зри­телям явилась ее обладательница. Таких великанш Гарри никогда в жизни не видел. Неудивительно, что у кареты и лошадей столь впечатляющие габариты! — Здравствуйте профессор Дамблёдорр! — Рад приветствовать вас, Олимпия. Добро пожаловать в Хогвартс! Следом из карты вышли мы. И первым на глаза мне попался старичок, с длиннющей бородой. Он был высокий, с голубыми глазами. И запах его ауры мне не понравился. Она пахла ложью, хитростью, и постоянными отговорками «Для всеобщего блага». Мне казалось, что это гнилой человек. Гнилой с рождения Но сейчас не об этом. Как я и подозревала, с меня глаз не сводили, что доставляло мне немаленький такой дискомфорт. Я приметила аж 2-х абсолютно одинаковых мальчиков. Близнецов, как мне показалось. Однако аура у них была совершенно разная. Один был готов всю жизнь плясать под дудку своей матери, всю жизнь озорничать, и сидеть на шее. Неплохо играл в квиддич, хоть и не лучше своего брата. Второй жаждал учиться, но не показывал этого, ведь ему так сказал брат. Он играл лучше всех в команде, но всё доставалось его брату. И он просто смирился с этим. Теперь он просто повторяет за братом. Ведь они Близнецы. У них всё должно быть одинаково. Внезапно мне стало жаль его. Он просто хочет учиться, но брат не даёт ему этого сделать. Чтобы отвлечься, я посмотрела на черноволосого мальчика, в котором я признала Гарри Поттера. И действительно, это был Гарри Поттер. И я удивилась, насколько доброй была душа этого мальчика. Он потерял родителей, над ним издевались родственники, он не раз был на грани смерти. Тут я перестала смотреть, потому-что почувствовала сразу 2 взгляда. Это были двое тех близнецов. Один буквально пожирал меня взглядом, второй пытался, но не мог отвести от меня взгляда. Он как будто извинялся, и за себя и за брата. Я посмотрела на него и кивнула. Он сразу приободрился, и каким-то образом отвел от меня взгляд. А вот брат его не переставал пожирать меня взглядом. Я отвела взгляд. Вдруг этот старикашка говорит: — Заходите в Хогвартс, Олимпия. Пусть ученики согреются. А мы подождём Дурмстранг. Нас посадили за стол в красно-золотом оттенке. Кода пришел Дурмстранг, все вернулись. Ко мне потом подсели эти двое рыжих. И мне было не очень приятно. Потом они познакомились, одного звали Фред, а второго Джордж. Фред был тем. кто пожирал меня взглядом, и до сих пор пожирает. яа Джордж, старался не смотреть на меня, поэтому, к его удивлению, я больше разговаривала с ним. " Фред — с скрытой усмешкой подумала я — теперь возненавидит своего брата.» И я даже не представляла, насколько я была права.