Я уверена. Или ожидание.

Олимпийская деревня была окутана ночной тишиной, но в голове Александры Трусовой и Анны Щербаковой все было точно не так. Короткая программа уже позади — Камила Валиева откатала её безупречно, став неотъемлемой частью команды. Но вот кого выберут катать произвольную программу в командном турнире — оставалось неизвестно. Анна лежала на своей кровати, в темноте, с телефоном в руках. Она снова и снова обновляла страницы новостей в надежде увидеть заветное объявление. Но его всё не было. В памяти свежи были обиды и нападки после чемпионата России — ни одного чистого четверного прыжка, критика, хейт в адрес неё и её места в сборной. Как будто всё её прошлое, три титула Чемпионки России, титул Чемпионки Мира прошлого сезона — всё это перечеркнули из-за нескольких неудачных элементов. Казалось несправедливым, что люди судят так жёстко. И ещё больнее было думать, что из-за этого её могут не выбрать катать произвольную программу в командном турнире. Но в глубине души Анна была уверена — шанс есть. «Завтра это буду либо я, либо Саша», — повторяла она себе, пытаясь настроиться морально. В соседней комнате Александра лежала в таком же состоянии. Тревога, страх и неуверенность сжимали её сердце. Она понимала: ни одна из них не получила никакой информации лично, никто не удосужился сказать им напрямую — только новости, слухи и пустота. Почему в олимпийской деревне, в месте, где нужно собираться и настраиваться на борьбу, им приходится просто сидеть и ждать, обновляя страницы в телефонах? Трусова ценила, что вообще попала на Олимпиаду — многие мечтали о таком шансе. Она знала, что шанс катать произвольную программу есть, и он велик. Но недавняя травма ноги, хоть и почти полностью залечена, всё равно давала о себе знать. Психологически было страшно — ведь многие уже не верили в неё. В юниорах Александра была непобедима, а во взрослом катании всё оказалось сложнее — нестабильность, падения, критика. Но именно за пятёрку четверных она боролась и шла вперёд. Если она сможет исполнить их чисто — как на контрольных прокатах в Челябинске в начале сезона — она выиграет. Наконец-то обойдёт Щербакову, наконец-то станет не третьей, не второй, а чемпионкой. Не просто медалисткой, а настоящей королевой льда. Вдруг в коридоре раздался стук в дверь. Тихий голос из-за двери: — Вместе поплачем? Саша и Анна посмотрели друг на друга. В этот момент между ними не было ни соперничества, ни обиды — только понимание и возможно единство. Они не были близкими подругами, не были семьёй, но никто кроме них не мог понять, что происходит в их душах сейчас. — Вместе поплачем — ответили они почти одновременно и открыли дверь. Они не обнялись, не сказали традиционных слов поддержки. Они просто позволили слезам выйти, выплеснуть боль и усталость. Они выговаривались, молча, через слёзы и вздохи. На душе было легче когда они осозновали что находятся в одной и той же ситуации. Конечно, скорее всего изход будет разный, но пока что понять друг друга могут лишь они. И в этом есть что-то что.. Что наверное дарит надежду. — Мы обязательно пройдём через это, — тихо сказала Анна, не глядя в глаза Александры. — Точно. — ответила та. И в этот момент, в олимпийской тишине, между двумя сильными спортсменками родилась немая клятва — бороться и идти дальше, несмотря ни на что. Потому что на льду не остаются слёзы — там остаются только победители