Глава 6. Приоткрытая дверь

«Я ещё не могу умирать…» Отчаянный вопль младшего брата отдалённо звенел в ушах Итачи, будто с другого берега: «Почему ты не убил меня?...». Словно в попытках ухватиться за последний шанс на жизнь, он сжал окровавленные, обожжённые руки в кулаки. Гематомы и раны на запястьях резко саднили, но эта боль для Итачи сейчас меркла на фоне внутренних терзаний, посещавших его сейчас. В этот момент, когда судьба решила перевернуть всю ситуацию с ног на голову. Казалось, каждый приступ кровавого кашля всё больше приближал Итачи к концу. Однако что-то заставляло его неизменно браться за нить, соединяющую его с реальностью. «Отец, прости меня, – небо в глазах Итачи слилось в одно серо-белое пятно, – я заставил его страдать.» Учихе показалось, будто перед ним снова возникла та ночь, ровными тонкими линиями пробивающаяся сквозь перегородки его родного дома. Маленькие дрожащие ноги до смерти испуганного Саске беспомощно упали под воздействием Мангекë. Итачи так хотел прижать его к себе и успокоить. Нет. Это никогда не было возможным. Что-то застряло в его горле, не желая выйти наружу. Итачи с головой поглотила тьма. «Мы все уходим вместе с ним.» – надрывающийся голос Саске заставил выплыть Итачи из бессознательного состояния. Всё так же отдалённо звучали голоса других. Друзья? Учиха старший слегка улыбнулся, вдруг вспомнив одного громкого светловолосого парня, образ которого не мог не уложиться в памяти повстречавших его. «Я считаю его братом, в отличие от тебя!» Нет, размышлял Итачи, все-таки Саске в надёжных руках. И пусть его миссия не была завершена как следует, теперь брат будет в безопасности. Без его вмешательства. Не открывая глаз, Итачи почувствовал, как чьи-то мягкие руки легли на его грудь, наполняя его тело щекочущей, но целительной энергией. Медик? Кажется, куноичи. «Лечи его.» Его? Зачем? Итачи сдержал улыбку. Теперь голоса казались ближе, а чувства – ярче, от чего Учиха внутренне поежился. Он давно потерял счёт времени, однако интуитивно чувствовал: ему лучше не вмешиваться. В течении маленького ручья кто-то ловко поймал рыбу, схватив одной рукой беспомощное существо. «Итачи, я поймал!» – до боли знакомый голос прокричал уверенно и бодро. Перед ним возникло улыбающееся лицо Шисуи: «Это для тебя, Итачи!» Голоса из реальности возвращались к нему с новой силой. Теперь миссия Итачи обрела новую цель: наблюдать. «Итачи убил исключительно по приказу деревни…» Мадара?! На миг Итачи позабыл о том, что его задача – тихо лежать, и вздрогнул. Интересно, заметил ли это кто-то? Его пальцы, запачканные запекшейся кровью и впитавшейся грязью, дрогнули в такт глубокого баса вещавшего мужчины. Его ровный рассказ вливался в голову Учихи старшего, вызывая всё большее внутреннее беспокойство. В каждом слове Итачи чувствовал легко уловимое напряжение. «Мадара-сама, что вы задумали?» В попытках понять происходящее Итачи вслушивался в реакции Саске. Знакомый ему резкий тон сменялся на надрыв, а затем – на слепую уверенность. Учиха еле слышно вздохнул, снова сдержав улыбку. Нечто твёрдое и скрипящее обволакивало его тело. Теперь Итачи больше не силился прислушаться к диалогу, отдаваясь этому течению полностью. «Саске, я был так глуп… – с этими мыслями Учиха резко вошёл в тьму, не испытывая больше никаких страхов.»

***

Сумерки охватили бескрайнюю лесную территорию. На небе без единого облака отдавали свой скромный свет звëзды, маленькими белыми огоньками мерцая в тëмной синеве. Гул сверчков прерывали быстрые непрерывные шаги. – Мы пришли. Команда Хеби остановилась в небольшой опушке, густо окружённой высокими дубами. На середине поляны – череда невысоких скал, которые создавали завес. Джуго с обыкновенной аккуратностью положил тело Итачи под каменным навесом, оглядев остальных. – Здесь мы точно будем в безопасности, – констатировал он, кивнув. Саске серьёзным взглядом оглядел территорию, кивнув в ответ. Его тело ломало от боли, однако сейчас у него была только одна задача, перевешивающая собственное состояние… – Саске-кун, – Карин подошла к Учихе, оглядев его с явным беспокойством, – прежде чем вылечить твоего брата, мне нужно и с тобой разобраться! – с этими словами куноичи быстро вытащила бинт из небольшой походной сумки, ловко оторвав зубами лоскут. В ответ Саске посмотрел на неё, нахмурившись. – У нас нет времени меня перевязывать, – мрачно кинул он и посмотрел в сторону, где лежал его старший брат. – Иди и помоги ему. Карин протяжно вздохнула: «А ведь сначала он его всем сердцем хотел убить…» – Саске-кун, – поправив очки, Узумаки шагнула ближе, – ты наш лидер, а если тебе станет хуже… Учиха шикнул, опустив голову. – Ладно, – буркнул он, посмотрев на девушку и подставив ей раненую руку. На миг Карин замерла, взглянув в его холодные глубокие глаза, казалось, более не выражающие ничего. С содроганием она вспомнила, как Учиху охватывало и отчаяние, и истерика, и агрессивная решимость – всё это теперь бесследно утонуло во мраке его чёрных глаз. Помотав головой, куноичи принялась перевязывать раны и сломанные места Учихи, спрашивая на каждом движении: «Больно?», «Саске-кун, а здесь?», «Потерпи немного…». Суйгецу, всё это время стоящий под навесом, хмыкнул и посмотрел на Джуго, охранявший тело. – А нас даже не спросила, – с усмешкой протянул мечник и топнул ногой. «Оно и понятно, она трясëтся за него больше всех, – продолжил про себя он.» Джуго лишь молча стоял, наблюдая за картиной. Великан был занят мыслями о тех ветвях, что обвивали тело Итачи. Это явно было не просто так, подумал великан, нахмурившись. Вытерев со лба пот и поправив очки, Карин закончила бинтовать Саске и с готовностью села рядом с телом его старшего брата. Джуго молча стоял рядом, скрестив руки на груди, а поникший от усталости Суйгецу – уже сидел и пил воду, восполняя свой энергетический баланс. Он протяжно вздохнул, смотря вдаль. Долгое отсутствие воды для него как шиноби, состоящего из воды, очевидно сказалось на состоянии. Но возможности выйти к водоёму Суйгецу не светило: как и Джуго, ему просто необходимо быть здесь сейчас. Тем временем Узумаки рассматривала тело Итачи, обдумывая шаги и анализируя состояние. «Ожоги, раны, он весь в них… – озадаченно подметила про себя девушка и достала оставшуюся часть бинтов.» Однако раны беспокоили куноичи не так сильно, как кровавый кашель Итачи, судя по запекшейся крови изо рта. Девушка нахмурилась, забинтовывая раненые части тела. Что тогда, что в этот момент, рассуждала Карин, состояние Учихи старшего находится в пограничном состоянии, поддерживаемое еще на разрушенной резиденции лечебной чакрой. Это действие позволило остановить внешнее и частично – внутреннее кровотечение, но, судя по ощущениям куноичи, внутренние ткани были давно повреждены некой болезнью, которая заметно усложняет остановку кровотечения, что было понятно для Узумаки еще на месте битвы братьев. Карин «вслушалась» в поток энергии Итачи и вздрогнула. Его организм словно заморозился, и нечто дополнительно преграждающее жизнь в нем смешалось с чакрой брата Саске. Болезнь? Недолго думая, куноичи судорожно выпустила целебную чакру из рук и направила ее на грудную клетку, сосредоточившись на процессе. – Саске, – внезапно прервал повисшую в команде тишину Джуго, – ты можешь не посвящать нас в подробности, но нужно знать, что ты собираешься делать дальше, – он посмотрел на Итачи и лечащую её Карин, – после того, как твой брат проснётся. Всё это время стоящий напротив тела старшего брата Саске молчал, по-прежнему не выражая никаких эмоций. Он закрыл глаза, словно вслушиваясь в себя. – Если то, что говорил этот тип в маске – правда, – медленно проговорил Учиха, тихим, сухим голосом, – то я… – Чëрт! – Карин резко скорчилась, согнувшись перед телом. Ее руки покрылись ссадинами и ожогами и дрожали от резкой боли. В попытках пробраться во внутренние ткани при помощи чакры Узумаки неизменно сталкивалась с неким внутренним слоем клеток. Это была явно не болезнь, с тревогой подумала Карин, осмотрев свои руки, а затем – тело Учихи. Что это за сила?! Джуго и Суйгецу резко вскочили и подошли ближе, а за ними подошёл и Саске. Внезапно глаза куноичи округлились от удивления. Грудная клетка, в которую был направлен поток чакры, резко задергалась: «Сокращение мыщц?! Это реакция на вторжение?» - Эй, Карин, - Суйгецу устало шагнул из спины Джуго, - что случилось-то? Карин сложила свои зудящие от боли руки на колени и нахмурилась, не отрывая взгляд от тела Итачи. Это был не просто внутренний слой, а что-то живое, с содроганием подумала куноичи. А эти ожоги – вероятная реакция на само вторжение. - Это просто невероятно… - с явным удивлением в голосе проговорила Карин. – Я лечила десятки шиноби, однако это… - Карин на миг замолчала, словно настраиваясь, и продолжила. – Саске-кун, его чакра искажена и не поддается никакому контролю! Саске шагнул ближе, встав рядом с куноичи. Впервые за все время в его взгляде промелькнула обеспокоенность. Снова помолчав, Карин объяснила: - В тело твоего брата внедрили чужую чакру, - она посмотрела на Саске, поправив очки на переносице, - и это даже не проклятие. Это… - девушка перевела взгляд на тело, - что-то органическое. Растущее. Джуго почувствовал холод, прошедший по его телу. Он подошел к напарникам, скрестив руки на груди. - Те ветви, что захватили его тело, - голос великана напряжением лег на команду, - думаю, это они. Если бы мы отвязали его чуть позже, возможно, мы бы его уже окончательно потеряли. Джуго перевел взгляд на Саске, словно ожидая его команды. Вечерняя тьма сгущалась над лесом, и прохладный ветер прошелся еле слышным шелестом, огибая команду Хеби. - Карин, - голос Саске прозвучал будто издалека, - ты можешь что-то с этим сделать? В ответ Узумаки повернулась и обреченно опустила голову. При всем ее обширном опыте она понимала: здесь она вряд ли сможет помочь. Подавленная бессилием, она не смогла высказать свои мысли вслух. Сам Учиха, увидев реакцию куноичи, сник. Он сжал кулаки и снова закрыл глаза, словно внутренне выпав из реальности. При всем внешнем спокойствии, что он держал ради новой цели, внутри шиноби бушевал целый вихрь эмоций. Его тело сковало гудящей болью и чувством вины. Он мог предотвратить это влияние, пронеслось в его голове. - Да, Карин вряд ли сможет помочь, - в повисшую тишину спокойно вклинился Джуго, - нам нужен тот, кто может легко управлять живым внутри тела… Голос Джуго отдаленно, но отчетливо прозвучал в голове Саске. Что-то в нем резко щелкнуло, и шиноби поневоле потянулся рукой к шее, где все это время была проклятая метка. - Ты прав, - Учиха опустил руку, не отрывая взгляд от Итачи. – Джуго, мы и сами частично под властью этого человека. С этими словами Саске неприязненно сморщился. Перед ним возникло его лицо, хитрое и однако внушающее и страх, и отвращение, и воспоминания о двухлетнем заключении заполонили его сознание волной. В вечной темноте и с хладнокровными мыслями, оставив позади прошлое, он был заперт в четырех стенах. Равно как и сейчас. Джуго озадаченно глядел на Саске, а поняв, о чем тот говорит, медленно кивнул и вздохнул. - Саске, ты уверен?... – с явной обеспокоенностью спросил он. Не выдерживая клокочущего в Карин напряжения, куноичи злобно оглядела всех и показала пальцем на Саске. - Саске-кун! Ты хоть объясняй, о чем говоришь!! – с этими словами она поправила очки и резко сникла, увидев молчаливый горящий взгляд Суйгецу, обращенный к ней. Сам же мечник издал раздраженный звук, поняв происходящее, и выпалил: - Да вы, ребята, психи! - Выхода нет, - твердо огласил Саске, - нам нужна помощь Орочимару.