глава 10ая

Выйдя из здания администрации, он пошёл сразу на парковку. (Директор дал ему полчаса, чтобы уехать). Впрочем, американцы тоже не собирались задерживаться. Фургон стоял уже заведенный, Шэгги и Скуби-ду грузили что-то в багажник. —Давайте помогу. —Подошёл Семён. —А где все остальные ? —Пытаются отбиться от толпы. Ты бы видел что тут было, чувак,на нас весь лагерь набросился! —Пожаловался Шэгги. —Ещё, все эти журналисты и ФБР с полицией… —ЖУРНАЛИСТЫ-Ы-Ы! —Захныкал Скуби-ду. —КГБ с милицией. —Поправил Семён. —А? Вся парковка была в машинах. Милицейские «Жигули», КГБшные «Волги»и 613ые «Татры», парочка телевизионных «Газелей». Разукрашенный «Volkswagen» был совсем не к месту. —Мы со Скуби-ду поступили по умному… —ДА, ПО УМНОМУ! —Сказали, что подождём всех в машине, а по пути зашли в столовую и взяли немного еды в дорогу. —ДА! «Немного еды» представляли собой : 4 коробки бело-синей (по ГОСТу) сгущёнки, 2 коробки шоколадок «Алёнка», 2 коробки «Бабаевского» шоколада, ящик какао «Золотой ярлык», 3 ящика с лимонадом «Байкал» и 2 ящика «Дюшеса», а также коробку ирисок «Золотой ключик» и 2 коробки белого хлеба (чтобы было на что мазать сгущёнку). —По умному, что и говорить? —Семён ставил в багажник последнюю коробку. —Дай конфетку!—Внезапно окликнули его сзади. Обернувшись он увидел Ульянку. —Нет. —Жадина! —Надула губы девочка. —А вот разболится у тебя живот? —Не разболится, не разболится! «Ладно, в конце-концов, она столько пережила за последние 24 часа. Даже похуже, чем я. » Парень протянул девочке большую «Алёнку». Схватив шоколадку она тут же убежала. «Ну вот.»—Вздохнул Семён. Он повернулся чтобы закрыть багажник. —И мне! И мне! —Опять закричали сзади. Семён обернулся. Перед ним стояли уже 2 Ульянки. —Это же… —И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне! И мне!.. Ульян становилось всё больше и больше. Семён отодвинул коробки и запрыгнул в багажник . —Погнали, быстро! —Крикнул он Шэгги и Скуби-ду. —А ребята? —Вот они, бегут. К фургону, пробираясь сквозь толпу Ульянкиных копий, бежали Дафни с Велмой и Фред. —Давайте сюда! —Семён открыл раздвижную боковую дверь, фургон тронулся. Фред помог забраться девушкам и забрался сам. Стараясь не оторвать Ульянам руки, ребята закрыли дверь. Багажник закрыть было сложнее. Но Семён смог, в конце-концов —машина набирала скорость (уже не стараясь объезжать Ульян), кроме того, он не пожалел, и раскидал в толпу ящик сгущёнки и коробку шоколада. —А кто за рулём? —Спросила, опомнившись, Велма. Скуби-Ду держал передними лапами руль, задними давил на педали, а хвостом переключал передачи. —Ты умеешь водить машину Скуби-ду? —Изумился Шэгги. —НЕТ—НЕ УМЕЮ. Дорога впереди, наконец, очистилась. Утро сменилось днём, день —вечером, вечер плавно перешёл в ночь. Пытались настроить радио, но по всем каналам были только помехи. Обсудили каким образом Ульянкины копии оказались на свободе. Велма вспомнила, что в комнате с колбами был таймер, но она не предала этому значения. Чтобы отвлечь всех от неприятных мыслей, Семён сообщил, что вспомнил кто такой Егор Летов. Предложил сыграть что-нибудь из его стихов. Всем очень понравились стихи в исполнении Мику, и все были рады послушать их ещё. Шэгги передал Семёну свою гитару. —Давай, урод, играй! —Приколись! Аккорды звучали глухо, стихотворение было не большое : — « Tomorrow will be boringly and ridiculously It doesn't painfully — just yesterday was day Tomorrow will be everlastingly and sinfuly It doesn't importantly — importantly just color of grass Salt poured on the palm She Scattered on the palmed... ...Mousetrap It slammed shut-t-t!» Это короткое стихотворение подействовало как колыбельная. Все чудесным образом уснули. Не спал только Фред за рулём . Семён, тоже, долго не мог заснуть. «Я уехал из лагеря?» Конец