Принцесса, что станет королевой

       - Ты будешь королевой при Визерисе.        Впервые она это услышала, когда ей было без луны пять именин. Тогда она не понимала смысл слов своего деда. Тогда они были в Хайгардене. Уже два года вдали от дома.        Дедушка-король решил взять её с собой в путешествие. Сначала они побывали в красивом и богатом Утёсе Кастерли. Замок расопложенный в самом верху уходил коридорами вниз. Он был похож на подземные лабиринты. Встречал их новый лорд замка - лорд Таймонд, которому было двадцать три года. Первое, что заметила Дейна - это вычурность его нарядов. О чём она шепотом сообщила своему деду. Тот хотел смеяться, но не мог. И Дейна знала почему.        - Король должен уметь держать лицо.        Так дедушка часто говорил. Но наряд лорда Ланнистера и впрямь был слишком вычурным. Весь ярко-красный, не тот багровый оттенок, который любят в её семье. Нет, Ланнистерский красный был некрасивым красным. И много-много золотого. И других драгоценностей. Они буквально были обвешены ими. Глаза лорда Ланнистера не понравились Дейне ещё больше - хитрые-хитрые. Неприятные. Такие бывают у Деймона, когда он задумал какую-то пакость. Но он их отвел и опустился на одно колено.        - Рады приветствовать вас, Ваша Милость. Утёс Кастерли ваш.        - Поднимайтесь, мой лорд, - махнул король, и поставил Дейну на ноги. - Принцесса Дейна Таргариен. Дочь моего второго сына и самая младшая из внучек.        - Она очаровательна, Ваша Светлость, - подала голос леди Ланнистер. Она была красива. Но не настолько, как Рейнис, Эймма, тётушки Гейль или Мигелла. Леди Ланнистер имела пшеничного цвета волосы и голубые глаза. Дед во время полета рассказывал, что эта женщина была раньше Хайтауэр. Когда рассказывал о самых влиятельных домах их страны. Такие истории Дейна любила, и дедушку слушала внимательно.        - Воистину.        В честь дедушки устроили пир. Король вел беседы с многочисленными лордами, а Дейна играла с сестрами лорда Таймонда. Их всего было пять - Алесия, Мирцелла, Лианна, Лорейна и Лея. Алесия была слишком похожа на Рейнис - такая же высокомерная и дико злила. Всегда в компании своих "взрослых" подружек. А Дейна не любила, когда с ней так высокомерно разговаривали. Называли ребенком. Мирцелла и Лианна во всём следовали за старшей сестрой. И с ними тоже не было весело. Другое дело Лорейна и Лея. Вот с ними Дейна была согласна дружить. Обе востороженно играли с ней, спрашивали обо всём. И конечно же делилась историями, которые ей рассказывали дедушка или отец с Визом.        Она никогда не забудет тот год, который провела на Западе. Не забудет, каких друзей она там нашла. Дедушка всё это поощрял, как и иногда прилетающий к ним отец или дядя Эймон.        - Тебе нужны будут фрейлины, - говорили они все. Отец, когда укладывал спать, объяснил ей, что фрейлины - это подружки принцесс. Ниже её по статусу, и всегда слушающиеся принцессу. Такое Дейне нравилось. И она присматривалась ко всем. И со злорадством отмечала отсутствие фрейлин у Рейнис.        - Рейнис в подругах не нуждается, - посмеивался дядя Эймон. - Ей за глаза хватает Мелеис, Визериса и Деймона.        Вот последнее Дейну тоже очень злило. Деймон был её братом! Но Рейнис он любил больше и таскался за ней, смотрел на неё также высокомерно и это огорчало Дейну. Она иногда даже плакала. Особенно когда Деймон шутил над ней и Рейнис тихо хихикала. Только Виз был на её стороне. Всегда опекал, хотя и он смотрел Рейнис в рот и ловил каждое слово. Именно поэтому Виз и был её любимым братом.        Затем они перелетели на Простор. Дедушка рассказывал и показывал, где и как Эйгон с Рейнис и Висеньей устроили Пламенное Поле. Рассказывал про высокомерных Гарденерах. И о Тиреллах рассказал.        - Они в какой-то степени наши родичи, - сказал тогда дедушка. - Элис Аррен, старшая сестра Эйммы недавно вышла замуж за Гаррета и родила сына.        Дейна не считала их родичами, хотя деду этого не сказала. Эймме они родичи, а ей нет. Простор был большим. Там было много замков, лордов, леди и простецов. Там было много разных вкусностей, красивых тканей и нарядов, великолепных украшений. Простор сильно понравился Дейне. Особенно то, с какой учтивостью и любовью к ней обращались абсолютно все леди, которые ей встречались. Она очень охотно подружилась и с милой Бетани Рован, с прекрасной Амели Пик и воинственной Мелессой Тарли. Все они были дружелюбными и слушали её иногда даже не моргая. Только леди Блэкбар - так нагло усевшаяся на колени её деда во время очередного пира, ей пришлась не по душе. И Дейна не пожалев сил, что есть мочи ударила её вилкой по бедру. На коленях деда сидела только она - Дейна. И никто не смел забирать её место.        Но потом они оказались в Хайгардене. В светлом замке с огромными лабиринтами, окружающими его. Более красивого и изящного места Дейна в жизни не видела. с ним не сравнились бы ни Красный замок с его мрачным величием, ни Утёс - грубый и золотой. Замок будто сам излучал свет, и все залы были светлыми-светлыми. Гобелены с разными прекрасными цветами были в изобилии, а к такому Дейна не привыкла. Она выросла, окруженная гобеленами с драконами или голыми людьми на них. Или со всеми сразу.        Именно в Хайгардене их и посетила Рейнис. И все дамы удостоверились в том, что из Дейны принцесса лучше - Рейнис была нелюдимой, и её взгляд многих пугал. Дейна же прекрасная принцесса - она никогда не жалела улыбок для людей, научившись у бабушки Алисанны, что стоит людям улыбнуться, и они никогда не узнают какая ты карга на самом деле.        Именно в Хайгардене дед впервые произнес ту фразу. В тот день был очередной пир, перед которым Рейнис сообщила деду, что собирается выйти замуж за лорда Корлиса Велариона. Дед был доволен.        - Ты не могла бы найти кандидата лучше него, - сказал он старшей внучке, впервые улыбнувшись ей одобрительно. А затем, когда Рейнис удалилась готовиться к пиру, дедушка вновь посадил Дейну к себе на колени и сказал. - Ты станешь королевой при Визерисе Дейна. Веларионов я к трону точно не подпущу.        И Дейна в словах деда не сомневалась. Он всегда говорил ей правду. Только они обещали друг другу, что никому-никому этого не скажут. Это стало их общей тайной, которую никто из них не собирался говорить даже самым близким людям.

***

       - Отец, - Мигелла сначала поклонилась своему королю, а затем обняла отца. - Так рада тебя видеть.        - Я тоже, дорогая.        Материнский дом был странным местом. Только женщины с бритыми головами, которые постоянно молились, ели пресную пищу, пили только воду и ухаживали за больными. Септы Дейне не нравились. Все как одна чопорные, с безэмоциональным лицом и толкующие лишь о Семерых. В семье Дейны было неоднозначное отношение к Семерым. Дедушка говорил, что они сила, которой стоит всегда опасаться. Он рассказывал о том, сколько горя принесла его отцу и старшим брату с сестрой Вера. О том, что при всей его ненависти к предыдущему королю - дяде своему Мейгору, Джейхейрис за одно всё же был ему благодарен - за то, что тот искоренил Сынов Воина и Честных Бедняков, вырезав всех под корень, и самому Джейхейрису осталось просто упразднить церковные суда, чтобы ещё больше ограничить власть Веры.        Тем удивительнее было то, что тётю Мигеллу отправили к септам. В то, что она сама того захотела, Дейна ни разу не верила, хотя ей и было пять. Всего пять, но она понимала - так неприятно жить без пиров, музыки, танцев и родни. Дейна видела, как тётушка рада дедушке. И о матери своей та волновалась. Вряд ли она сбежала, как то случилось с тётушкой Сейрой.        - Вы как дети малые, - ворчала тетушка, всё ещё держа отца за руку. - Вы столько лет прожили бок о бок. Зачем вам эти ссоры на старости лет.        Дедушка не отвечал. Он был упрям, как любил говорить отец. Может даже Деймон и их матушка Алисса унаследовали упрямость у дедушки. Если он для себя что-то решил, то не передумает. Кажется, тётушка Мигелла это тоже знала. Она тихо вздохнула.        - Рейнис на следующий год выйдет замуж, отец. Она желает видеть на своей свадьбе всех нас. Вот тебе и причина - помирись с матушкой. Я уверена, она уже давно сменила гнев на милость. Ты ведь Миротворец, так сотвори мир и в семье нашей.        Может отец её и был Миротворцем, но Мигелла точно была хитрой. Она знала, что стоит умаслить гордыню отца, и тот поведется. Особенно в последнее время, когда годы начали давать о себе знать. Дейна поняла это лишь годы спустя. а сейчас она просто сидела и слушала разговор тетушки и деда. Ибо тут у неё подруг не было.        Но потом они отправились в обитель Хайтауэров - в Высокую башню. Удивительное сооружение. Самый странный из замков лордов. Замок в виде маяка. Белый весь, но не такой чарующий, как Хайгарден. Хайтауэр выглядел скорее надежным и крепким, чем красивым. И там им тоже устроили пир. Детей у Хайтауэров было много. Но больше всех Дейне понравились сыновья сира Отто - младшего брата лорда Хайтауэра. Мальчики были веселые и добрые, и чем-то напоминали ей её брата Визериса. Они даже пробрались в детскую комнату - к их сестре Алисенте. Ей был почти год от роду.        - Она самый красивый ребенок на свете, - завораженно глядя на свою сестру к колыбели прошептал Гвейн. Алисента пустила слюну и заагукала.        Дейна сморщилась. Неправда! Самым красивым ребенком была она - Дейна! Так сказал дедушка. А короли не врут. Что она и поспешила сообщить Гвейну и Оливеру.        - Для каждого свои родные самые очаровательные, - с умным видом вскинул подбородок Оливер, восьми лет от роду, который строил из себя своего высокомерного и мрачного отца.        Дейна на это хотела было возразить, но их поймала кормилица и выгнала из покоев. То есть мальчиков выгнала, а Дейну попросила уйти, потому что королевских особей выгонять имел права лишь сам король, так её учил дедушка.        Их пребывание в Хайтауэре длилось всего неделю, и они быстро улетели прочь - в Королевскую Гавань. Обратно домой. Встречали их всей семьей - отец первым делом, сразу после того, как поприветствовал отца, взял на руки дочь и крепко её обнял. Дейна захохотала весело, когда он закружил её в воздухе. Как бы ей весело не было, по папе и братьям она скучала. Даже по вредному Деймону.        - Мы сильно по тебе скучали, - прошептал ей на ухо Визерис, когда обнял её. Дейна ответила, что тоже сильно скучала. А ведь и правда - подружек теперь у неё много, но братьев всего двое. И так это и останется.        Дядя Эймон с тётей Джоселин приготовили большой пир в честь их возвращения. Там была и бабушка, которая к удивлению, не зыркала злобно на Дейну. Она вообще предпочитала не смотреть на внучку. Сидела рядом с дедушкой и тихо с ним о чём-то переговаривалась. Дейна грустно смотрела, как Виз о чём-то переговаривается с Рейнис. Ему целых двенадцать лет, и он теперь предпочитал делать вид, что он взрослый, которому неинтересно играть с "малышней". И Деймон, которому всего восемь, сидел рядом с ними и тоже косил под взрослого. Эймма как всегда была со своими подружками с Долины, и только тётушка Гейль была рядом с Дейной. И то лишь потому что Дейна сидела рядом с королем и королевой, а Гейль королева всегда держала рядом. Но с тётушкой Гейль не было весело. Она говорила о платьях, вышивке, нитях. Обо всём, что Дейне не было интересно.        И следующие полгода прошли в суете. Бабушка все силы вкладывала в то, чтобы сделать свадьбу старшей внучки самой красивой, самой роскошной, самой идеальной. Гейль везде бегала за матушкой, и было видно, как не привыкшая к такой активности девочка быстро устаёт. А вот Дейна могла расслабиться - септа сколько бы не жаловалась на неё, у бабушки не было времени. Отец ругать дочь не умел, чем Дейна вовсю пользовалась. Она сбегала с уроков шитья, чтобы полазить в коридорах Мейгора, на которые наткнулась, пока следила за братьями, которые в свои игры её втягивать не хотели. И в основном любила подслушивать всех и вся. Было так весело - знать о чём говорили люди, а потом шокировать их этим знанием. Дейна уже сумела запугать так парочку служанок, и теперь по замку ходили слухи, что Дейна имеет сотню глаз и умеет быть везде одновременно. Братья, когда узнали об этом, строго настрого запретили так попадаться. Сказали, что если их обнаружит множество людей, то они перестанут быть тайными и всякий может подслушивать уже за ними.        В общем, Дейна веселилась. Свадьба Рейнис прошла весело. Даже если сама кузина ей не нравилась, Дейна обязана была признать - Корлис Веларион был крут. Он обсыпал Рейнис такими богатствами, что даже Ланнистеры сдохли бы от зависти. А на саму свадьбу Рейнис прилетела на Мелеис. Деймон и Дейна надулись - оскорбленные несправедливостью того, что дракон их матери достался не им. Мелеис была воистину величественна с её алой чешуей и множеством огромных и острых шипов.        Пир длился семь дней и семь ночей. Всю эту неделю перед пиром проходили турниры. Участвовал даже отец невесты, завоевав для своей дочери венок Королевы любви и красоты. Провожать Рейнис было весело ещё и тем, что она теперь переезжала на Дрифтмарк, к своему мужу. Значит не будет бесить своим высокомерным видом и глазами, которые буквально кричали о том, что она недостойный её внимания маленький ребенок. Плохо было лишь то, что её заставили плясать с Деймоном. Деймон выглядел так, будто съел кучу лимонов, а Дейна воспользовалась случаем и вдоволь понаступала на его ноги. А нечего было ябедничать отцу о том, что она повадилась воровать с кухни пироженные.        Когда прошла свадьба, вновь вернулись скучные будни. Септа наконец докричалась до её бабушки, и та лично начала следить за тем, чтобы Дейна посещала занятия. С мейстером Элизаром было веселее. Он постоянно шутил такие шутки, от которых Дейна ухохатывалась до боли в животе, и училась у него намного быстрее. А уроки валирийского, которые им троим - ей, Деймону и Визу преподовал отец, были самыми любимыми занятиями принцессы. Отец всегда награждал её за выученные фразы и понимание их родного языка какой-нибудь сладостью или игрушкой.        В остальное время суток она всё также продолжала бывать подле дедушки на его собраниях. Только теперь не на его коленях, в силу возраста, а у подножия трона. Так незаметно подкрались восьмые её именины. Отец с утра разбудил её, напоил молоком с мёдом и разрешил не умывшись, прямо на постели съесть столько ореховых печеньюшек, сколько она хочет. Виз зашел когда она уже доедала тарелку печенек, и протянул ей свой подарок - красивое чёрное платье, усеянное черными жемчужинами. И честно признался, что это их общий с Рейнис подарок. Знали бы они, как скоро этот наряд ей понадобиться.        Но пока что не знали. И поэтому Дейна была очень рада красивому платью. Особенно удивилась, когда узнала, что Рейнис всё же поспособствовала с подарком. Следующей её поздравила Эймма - она подарила ей кружевной платок, который она сама сшила. С инициалами Дейны и множеством красивых мелких дракончиков. Дейна поблагодарила свою стеснительную кузину, которая мало когда решалась заговорить с ней и всегда держалась от них всех особняком.        Следующий подарок был - что удивительно - от бабушки. Та решила не заморачиваться и подарила ей пару сережек из серебра, с рубинами. Угадала с металлом - после Ланнистеров Дейна золото страсть как не любила. А потом её сильно удивил дедушка.        - Думаю, ты уже достаточно взрослая, чтобы стать моей чащницей, - улыбнулся он ей широко.        Дейна выпучила глаза. Это было неслыханно - он предлагал ей стать той, кто будет в курсе дел по всей стране, не входя в Совет легально. Дедушка сам давал ей уроки политики, и сейчас дал ей большую возможность в будущем стать хорошей королевой.        - Спасибо, - Дейна поспешила обнять короля. - Ты самый лучший дедушка на свете.        Бабушка, конечно, была недовольна. Но король уже принял решение.        В честь её именин устроили пир и турнир. Брат Визерис участвовать не решился, хотя и достиг пятнадцатых именин, когда разрешалось принимать участие. Зато рвался на них Деймон, но его не пустили. Только оруженосцем дяди Эймона. Который вновь завоевал корону Королевы Любви и Красоты. Только в этот раз для Дейны.        Но самый лучший подарок, по её мнению, она получила ночью. Её разбудили посреди ночи. Разбудил Деймон.        - Что ты здесь делаешь? - прошипела Дейна, которая ненавидела, когда её отрывали от сладких снов.        - Я твой подарок принес, - прошептал брат совсем тихо.        - У тебя был целый день чтобы его подарить, - прошипела в ответ Дейна, протирая глаза. Злость была уже скорее показательной. Самой ей стало очень любопытно.        - Ага. Чтобы твоя тупая септа отобрала его сразу же? Или чтобы отец потом гнался за мной с ремнем наперевес? Уволь. На, держи.        На кровать у её ног упало что-то серебристое и железное. Продолговатая форма, длиной с её предплечье. Кинжал? Нет, слишком тонкий для кинжала. Стилет!        - Хотел поначалу кинжал, но потом подумал, что ты, недотепа такая, сразу же поранишься. А так оружие. Какое-никакое. И не убьёшься сама по неосторожности.        - Спасибо! - Дейна бросилась обнимать брата, отчего тот опешил поначалу, а затем начал отталкивать сестру.        - Всё, отстань. Подарок подарил, значит моё дело закончено. Иди спать обратно.        - Спасибо, Деймон, - широкая улыбка с губ сходить не желала. Сна не было ни в одном глазу.        А потом она с расширенными глазами смотрела, как стена за одним из гобеленов в её покоях открывается, словно дверь. Она не знала, что к её покоям тоже есть скрытый коридор! И братья не удосужились ей это сказать! А если кто-то узнает о них? Как же Дейна в этот момент была рада, что братье не разрешили ей и дальше издеваться над служанками.        Роль чашницы в Малом Совете Дейне нравилась. Она могла видеть, как из этого зала эти мужчины правят королевством. Ещё больше ей нравилось видеть, как дедушка прислуживается к словам королевы, что сидела по левую руку от него. Дейна думала, что когда-нибудь, когда дедушка, дядя и отец отойдут в чертоги Балериона, они с Визерисом будут также править - бок о бок, советуясь друг с другом. Что обсудив каждый раз мужчины Совета будут также выжидательно смотреть на неё, ожидая её одобрения или возражения. Что однажды Визерис перестанет воспринимать её как маленькую вредную сестренку и начнёт смотреть на неё как на равного себе.        Такой уют в жизни принцессы длился недолго. Вскоре тревожные вести о том, что война в мире коснулась и их владений достигла Малого Совета. Было принято решение, что дядя Эймон полетит как последняя ударная сила, которая придёт в действие, если войска Штормовых Земель и флот Морского Змея не справятся. Они были уверены, что он там даже не понадобится. Так - чтобы напомнить мирийцам, кто правит Весетросом.        Дейна слишком хорошо помнит тот день. Дядя улетел на рассвете из королевской Гавани. Девятого дня четвертого месяца 92 года. Он должен был сначала остановиться на Дрифтмарке, где на данный момент находились леди Джоселин и беременная Рейнис.        А через три дня они получили черного ворона с черными вестями. Дейна прекрасно помнит тот момент. Слишком сильно запечатлелось на её памяти. То, как Великий мейстер, бледный, передал письмо своими дрожащими руками её отцу, который в эти дни выполнял обязанности дяди. Она слишком хорошо помнит, как расслабленное выражение исчезло с лица отца, как тот начал бледнеть на глазах. Как его глаза заслезились и он уронил письмо на стол. Как хмурый дед взял письмо, хмуро глянул на сына и вчитался. И как постарел прямо на её глазах на пару десятков лет. Она помнит, как дед, который никогда не плакал, уронил слёзы прямо на письмо. Как из его рук его выхватила королева, уже бледная, будто предчувствовала беду.        Крик королевы, что эхом носился по всем коридорам замка всю следующую неделю навсегда запечатлелся в сознании Дейны. Крик матери, что потеряла своё дитя. Почти достигшее сорока именин, но всё ещё её дитя. Она слышала вой своего отца. Видела, как он даже в доспехи не облачившись, буквально летел на всех порах к Драконьему логову, чтобы тут же оседлать Вхагар и отправиться в Тарт.        Вернулся отец лишь после того, как оставил тело своего брата на Драконьем Камне, куда все они должны были сейчас отправиться, чтобы похоронить владельца острова. Дейна помнит, каким разбитым казался отец, что спустился с дракона. Как кинулся в объятия матери, не понимающий будто как дальше жить.        Дейна помнит, как ком встал в её собственном горле. Тогда она не могла осознать - не хотела - что не увидит больше дядю Эймона. Дядю, который всегда держал у себя пару-тройку конфет, чтобы угостить её. Дядю, который брал её с собой на Кераксеса пару раз - чаще он брал Деймона, которого Кераксес больше любил. Дядю, который так заботился о ней, репетировал с ней иногда, когда был свободен, её валирийский - чтобы она не опозорилась перед братьями и отцом на их вечерних занятиях.        Она помнит, как Вермитор сжег тело принца, слушаясь надломленного голоса своего всадника. Помнит, как леди Джоселин, всегда такая великолепная и высокомерная, упала на колени и разрыдалась, сжимая платье в области груди. Помнит, как Рейнис потеряла сознание, упав на руки своего мужа. Помнит вонь горелой плоти и ткани. Помнит, как вцепилась руками в Деймона, и как тот обнял её, вжимая её голову в свою грудь, чтобы она могла в нём спрятаться. Помнит, как тогда впервые почувствовала, что брат её всё же любит.        Она также помнит о том, что случилось после.        Помнит, как случился скандал, разбивший их семью надвое.        - Прах моего мужа остыть не успел, а вы уже отбираете права моей дочери и ребенка в её чреве, - шипела леди Джоселин. И выглядела она грозно, с её красными глазами и тёмными кругами под ними от бессонницы.        - Совет решил, что тридцатипятилетний мужчина, воин, достоин трона больше, чем восемнадцатилетняя девица, миледи, - ответил септон Барт. Джейхейрис сестре ответить не соизволил. Обоим сестрам, ибо королева тоже восстала против его решения.        - Раз уж вы так не любите женщин у власти, мой король, то я лучше поживу в Драконьем Камне, - холодно процедила королева. - Я ведь тоже женщина, вдруг мои советы тоже ... неправильные.        В замке стало мрачно и тихо. Все фрейлины королевы ушли с ней. Джоселин отказалась иметь какую-либо связь с братом мужа и собственным братом тоже. Рейнис их в глаза видеть не хотела. Отец был хмурым теперь почти всегда. Не обрадовало его даже то, что брат Визерис оседлал Балериона год спустя.        И ровно год спустя, выйдя обворовать кухню, Дейна в скрытых коридорах столкнулась с братом своим вторым - Деймоном. И видя одежду, в которую он вырядился, его тёмный плащ, капюшон которого полностью скрывал его белые волосы и фиолетовые глаза, пока не отлетел, Дейна сразу поняла куда и зачем он направляется.        - Рейнис на тебя сильно обидится, - прошептала Дейна. Деймон нахмурился.        - Я знаю.        - И бабушка тоже.        - Плевать. Я хочу Кераксеса, - ответил он ей. - Я не буду ждать, пока кто-то другой осмелится заявить на него права. Я итак долго ждал.        - Выбор твой. Кераксес тебя любил. Думаю - примет.        - Я ... надеюсь.        Дейна впервые видела брата таким решительным и нерешительным одновременно. Она глубоко вздохнула, успокаивая сердце. Деймон вернется. Он слишком ... Таргариен, чтобы умирать так бесславно.        - Я ... Удачи.        - Спасибо.        Они разошлись. Дейна вылезла из тайных коридоров, уже без желания каких либо сладостей. У неё дрожали руки, и она сжала их в кулаки. Её саму тоже слегка потряхивало. Озноб её бил, и разжав кулаки, Дейна помассировала свои плечи и подбежав к кровати залезла под одеяло. Впервые Дейна серьёзно боялась за своего брата. Даже намного больше, чем за Визериса, который решился оседлать Балериона. Но второй, хоть и был драконом завоевателя, видевшим много битв, нрав у него был лучше, чем у Кераксеса.        Дейна сильно волновалась. И уснуть не смогла. Но ей и не пришлось - уже через пару часов, которые для Дейны равнялись бесконечности, раздался ни с чем не сравнимый рёв дракона - схожий больше с клекотом какой-нибудь птицы, хоть и грозной, но не дракона. Дейна вскочила с места и подошла к окну. Она не могла разобрать дракона в небе, но шум стражи дал ей ответ - не послышалось. Это Кераксес.        И только когда дракон взмахнул крыльями прямо под её окнами, а на его спине виднелась отчётливая беловолосая фигура, Дейна рассмеялась. От всей души. Облегченно. Она была права - Деймон слишком Таргариен, чтобы умирать от огня дракона, которого не смог оседлать.        Утром разразилась буря. Дед негодовал, отец кричал - скорее от страха за его жизнь, который он почувствовал. И за мимолетную надежду, когда услышал клекот Кераксеса. Как и ожидалось, Рейнис с ними больше не говорила.        В том же году бабушка в последний раз забралась на Среброкрылую. Тогда она жила на Драконьем Камне, и до них доходили лишь слухи и послания мейстера. Говорили, она горько заплакала, стоило ей слезть с дракона. Короля с королевой сблизило лишь их решение о свадьбе Визериса и Эйммы.        Для Дейны это был огромный удар. Она всегда верила - дедушка говорил, как и отец, - что именно она станет женой Визерису. Королевой при нем, матерью следующего короля. Но ради душевного спокойствия своей жены король решил согласиться на её предложение.        - Прости меня, Дейна, - прошептал в тот день дедушка, позвав её в свои покои. - Я сильно хотел, чтобы именно ты стала королевой. Моя любимая внучка. Вы с Визерисом стали бы хорошей парой. Дракон в твоём брате обычно спит. И ты бы всегда держала его разбуженным. Эймма не сможет этого сделать.        Дейна была обижена. На всех на свете. На бабушку, которая была так сильно против сделать её королевой. Остальных внучек она любила, так чем Дейна хуже? Что она такого сделала, чтобы королева её так невзлюбила?        Она села под чардревом в Богороще и горько заплакала. Она не знала сколько плакала. Но Деймона, который уселся рядом с ней она увидела не сразу.        - Наплакалась? - усмехнулся брат.        - Отвали, - пробурчала Дейна. Деймон из всех людей. За что её судьба так не любит?        - Так и будешь только сидеть и плакать? Ты такая слабачка. Дедушка тебя любит, могла бы и побороться, - усмехнулся брат.        - Бабушку он явно любит больше, - ответила Дейна. Слёзы накатили вновь.        - Под каблуком своей жены, - фыркнул презрительно Деймон. - Даже Визерис уже под каблуком этой Эйммы. Я вот никогда таким не буду.        - Ага, конечно, - ответила Дейна. - Дядя Эймон, который дочь сделал своей наследницей, чтобы жена больше не рожала. Папа, который ни разу больше не женился после мамы и даже отверг самую красивую свою жену. Дедушка, который каждый раз делает шаг назад, стоит бабушке обидеться. Это ваша судьба быть под каблуками ваших жен.        - Эй! Я не такой, ясно! Будь я королём, я бы ни за что не женил Виза на этой слабачке. Она сына не родит!        - Уже неважно! - рявкнула Дейна. - Она будет королевой. Она будет нами повелевать. Она рядом с Визерисом, хотя дедушка это место обещал мне!        - В том-то и разница, малявка, - фыркнул Деймон. - Бабушка знает, что ты хочешь трона. И она тебя не любит, потому и не отдаст. Не Эймма, так она бы его на Рейнис женила. А так - обе любимые внучки пристроены, и ты за бортом.        Правда из уст словно кнутом ударила Дейну. Она всхлипнула.        - Будешь показывать слабость, королева будет ликовать. Ты не можешь быть слабачкой. Ты дочь наших родителей. Станешь королевой, когда эта Эймма подохнет родами.        Дейна уставилась на брата огромными глазами. Как ... как он мог говорить такое? Она не любила Эймму, но желать ей смерти? Она оглянулась в поисках людей, которые могли бы их подслушать. Благо, никого не было. А если бы кто-то услышал? Даже отец не смог бы спасти Деймона - бабушка всыпала бы ему ударов розгами, не меньше.        - Думай прежде чем говорить, - прошипела Дейна. Она знала - даже у стен есть уши. Тем более в таком месте, как королевский двор. Тем более в такое время, когда король и королева стары и не так грозны как раньше, сломленные смертями своих детей. - Даже если она и заняла моё место, я не желаю ей смерти. Она наша кузина!        - Она не дракон! Она слабачка! Она слушается всех и вся, она и голоса поднять не может, она даже смотреть на Рейнис не могла, когда даже такая малявка как ты могла влезть с ней в спор. Уверен, она расплачется, если ты пойдешь и скажешь ей пару ласковых за кражу своего места.        Впервые в тот момент Дейна осознала, что Деймон может быть так жесток. У неё кровь от этого стыла в жилах. И по телу бежали мурашки. Но страха почему-то не было. Она поняла - он считает её драконом. Равным себе. Всех, включая Эймму он считал овцами, но её - драконом. Это подбодрило. И может ... может это правда? Может у неё всё-таки есть шанс стать королевой?

***

       Первая беременность Эйммы закончилась выкидышем. На дворе стоял девяносто шестой год. Горе настигало дом Таргариен раз за разом. Два года назад умер Балерион, в прошлом году королева упала и сломала ногу, передвигаясь теперь исключительно с помощью трости. В этом году чуть ранее богам душу отдала тётушка Мигелла - умерла от серой хвори, ужасной болезни. А теперь и выкидыш.        Дейна вошла в покои брата, где сейчас находилась лишь Эймма. В покоях стоял полумрак и тишина. Эймма лежала на кровати, зарывшись в одеяла. Её судорожное дыхание и тихие всхлипы заставили Дейну почувствовать укол жалости к кузине. Эймма обязана переживать выкидыш одна. Чуть ранее она видела, как Деймон уводил Визериса, чтобы споить его - пьянку брат Деймон считал лучшим лекарством от горя. А Эймма была одна. Брошенная даже своими лучшими подругами и сестрой Амандой, который ужасно жалели её, но не могли смотреть на её маленькую фигуру, которая уже успытала такое горе.        - Мне жаль, что так получилось, - прошептала Дейна, подойдя к изножью кровати.        - Мейстеры говорят, это из-за моего возраста, - прошептала Эймма чуть погодя. - Что нам стоило подождать.        Зная Элисара, Дейна представляла, какими словами он обозвал брата и его жену. Определенно он не чувствовал никакой жалости, особенно к брату её, Визерису.        - Я ... я правда жалею. И ... я не знаю как ... я не умею утешать, - прошептала Дейна.        - Даже если тебя выдадут замуж также рано, как и меня, - ответила Эймма отстраненным голосом, - и чтобы не говорил твой муж. И окружающие. Неважно кто. И неважно что. Никогда, слышишь? Никогда не ложись в постель с мужем так рано. Я не хочу, чтобы ты пережила то же, что и я.        Дейна заплакала. От злости на саму себя и Деймона. От стыда - она посмела надеяться, что Эймма умрет родами, как говорил Деймон. Что её потом выберут следующей королевой. Её - самую подходящую.        Она никогда ещё так не ненавидела корону. Не было времени, когда она так сильно ненавидела саму себя.        И Деймона.