Глава 9. Символ перемен 2.

Ён Хён А никогда не была в заперти, в заключении, если быть точнее. Но сейчас собственная комната кажется ей тюрьмой, из которой нельзя выбраться. Под потолком больше не висит светодиодная лента, а над кроватью нет коллажа, который девочки пытались собирать из общих фоток, но все не получалось. Стол опустел, каждая полочка покрылась лёгким слоем пыли. На тумбочке около кровати теперь покоится лишь её рюкзак. Точнее, ручная кладь. На полу раскрыт чемодан. У брюнетки нет ни малейшего желания продолжать, хоть у нее и нет выбора. Когда она вернулась домой, их мама объявила, что завтра утром они уезжают. Уже. И это вызвало новую волну эмоций у девушки, а у её брата апатию. Ши Ын.. С того момента, как они пришли она не смотрела на него. Оба сидят по своим комнатам и пытаются хотя бы сделать вид, что они собирают вещи. Хотя нет сил. У них теперь появились друзья, люди, которые готовые им помочь. В точности, как Сухо. Хён А позволила спустя год наконец-то кому-то попасть в её сердце, но все вновь рушится. Рушиться из-за неё, из-за её ошибок. Говорят людям свойственно ошибаться, все даётся методом проб и ошибок. Это был ее главный девиз. Ключевое слово был. В прошлом году за свою ошибку, невнимательность или что-то подобное, она бы наказала себя. Заставила бы себя бежать ещё один круг на физкультуре, отказалась бы от ужина, от "подгонов" Сухо, училась бы пол ночи. Но разве сейчас это чем-то поможет? Разве слезы, головная боль и пустой желудок помогут ей? Отменят самолёт, отговорят их мать, вытащат Хумина из проблем? Нет. Она лишь сделает себя ещё более беспомощной. В гостиной слышаться шуршащие и торопливые шаги, мама собирает верхнюю одежду и обувь. В грудной полости стало тяжело, глубокий вздох давался с трудом, прерывистый, и отдающий болью. Чемодан за последние 40 минут не наполнился ни на одну вещь. Там все ещё лежали какие-то кофты и носки, которые при переезде брюнетка не вытащила. Тогда ей было лень, новое место, новые знакомства, новая жизнь. Все новое. Но теперь просто рука не поднимается. Увозить всё, что здесь стало родным, уезжать от людей, без которых она уже не представляет свою дальнейшую школьную жизнь и жизнь в целом. Может быть она не озвучит это ещё раз, не найдет в себе сил, но она всегда будет ценить их. Ценить и любить. Любить.. В левой части груди закололо. Телефон уже давно молчал, ни СМС, ни звонка. Может быть он решил, что такая девушка ему и не нужна? С комплексами, проблемами с агрессией, да и просто Хён А. Может он просто развлекался с ней? Может хотел затащить в постель и бросить, как обычно делают парни? Вопросы, много вопросов. Но его глаза рядом с ней говорят об обратном. Они светились, каждый раз, когда он был рядом, они светились. Он улыбался, она не могла не улыбнуться в ответ, он искреннее показывал свои чувства, ну, разве такой человек как он может совершить подобное? Нет. Хумин просто опаздывает. Она сказала, что у него есть час. Час, чтобы добраться до нее. А ведь он может быть и на другом конце города, оттуда минимум ехать полтора часа. Час.. Всего лишь жалкий час. Осталось 5 минут до конца этого времени, но брюнетка будет ждать его. Будет ждать даже если понадобятся все 7 часов до посадки на самолёт. Кровать издала тихий скрип, в руках появился лёгкий тремор, который начал перерастать в крупную дрожь тела. Кончики пальцев начинают леденеть, хотя в комнате и не холодно, а дыхание сбилось. Нет. Нет, нет.. Вдох. Один.. Два.. Три.. Четыре.. Пять.. Выдох. Снова. Вдох. Один.. Два.. Три.. Вибрация. Резко распахнув глаза, Хён А мгновенно бросилась к телефону. Ей не могло показаться. Нет, неужели он здесь? Да.. На экране мобильного телефона с приглушённым светом высветилось одно единственное сообщение: Идиот: Выйди. Пожалуйста.. Сердце застучало как сумасшедшее от одного лишь никнейма. Она ведь так его и не переписала с того момента, как он стал ей писать "Привет! Как дела?", которые она так усердно игнорировала. Теперь она жалеет.. Жалеет, что раньше была дурой, которая закрывала глаза на все это. Она слишком активно игнорировала его своеобразные ухаживания, знаки внимания и чувства. Его искренние чувства. Резко очнувшись, Хён А бросилась к окну. Незашторенные окна сразу открыли вид на темную улицу, где и стоял парень. Тревожный взгляд не открывался от окна девушки, а когда появилась она сама, Пак и вовсе выпрямился и стал поправлять кофту. Эту кофту она видела на нем всего пару раз, но Го Так успел ей сказать, что она его любимая. Сейчас, как и тогда, она не понимает для чего он это упомянул. Понимая, что она уже долго так стоит, парень занервничал и стал слегка махать рукой. Вдруг не выйдет? Тогда это будет огромная катастрофа.. Еле отрываясь от окна Ён почти бежит к двери, уже позднее понимая, что выйти тихо почти невозможно. В комнате брат сидит над документами и где-то в гостиной мечется мама. Один из надзирателей точно заметит пытающуюся сбежать Рапунцель. Аккуратно открывая дверь, она не замечает никого, что идёт ей на руку. Проскальзывая мимо приоткрытых дверей, единственная мысль брюнетки была о том, как бы Хумин не ушел. Тонкая ткань майки не защищает даже от лёгкой прохлады подъезда. Руки и ключицы открыты, от чего девушка ведёт плечами, а кожа покрывается мурашками. Ей удалось. Она смогла тихо и наспех надеть свои кросовки и еле слышно открыть дверь. Перед ней почти мрак, изредка где-то далеко в коридоре моргает лампочка с приглушённым светом. Брюнетка бросается в лёгкий бег, лишь бы успеть. Но когда видит шатена, то просто замирает. Застывает будто увидела призрака, а тот в свою очередь словно даже не дышит. Какое-то неимоверно теплое чувство начинает разливаться где-то в груди, вызывая табун мурашек. Они смотрят друг другу в глаза и создаётся чувство лёгкого покоя. Даже смотря на весь шум и холод улиц, Хён А становится тепло от одного взгляда на Хумина. Он живой.. Живой и до сих пор сложный. Сердце не перестает колотиться, как бешеное, а в голове только одна мысль. А что ему сказать? Сейчас он стоит перед ней, настоящий и уставший, до сих пор под впечатлением. Он опоздал, думал, что Хён А уже не выйдет, но она ждала и выбежала, как только увидела. Её вид напоминал ему борзого котенка, который изо всех сил старается не дрожать на холоде и показать, что он сильный. Но все равно тянется к теплу и ласке. Кстати об этом. – Надень, – он подошёл и сразу накинул на хрупкие плечи девушки свою кофту. Он не произнес больше ничего, лишь застегнул молнию и встал напротив, словно ища какой-то ответ в глазах цвета темного шоколада. – А ты? – лёгкая дрожь вновь прошлась по телу, теперь брюнет стоит в лёгком лонсливе и смотря на него Ён становится ещё холоднее. – Не тростинка, не улечу – он ухмыляется и подходит ближе, заслоняя от еле ощутимого порыва ветра. – У меня то хоть руки прикрыты, а ты почти голая выскочила. Я, конечно, понимаю, что я прекрасен, но могла бы свое худи надеть хотя бы. Девушка улыбнулась и даже позволила себе выпустить смешок. – Слушай, Хумин.. – Хён А, – их руки столкнулись и оба засмущались. – Говори ты, а я.. Потом добавлю. Пак слегка отстранился и кивнул с полной готовностью. Ён Хён давно не видела его таким серьезным, последний раз был в первую их встречу, потому уже начинала немного нервничать. Длинные рукава позволяют спрятать ладошки в них и укрыть от хозяина вещи её неуверенные действия. Она мнет края и сжимает ручки в кулаки, но стоит почти не шклохнувшись. – Хумин, я.. Кхм, завтра мы улетаем, – чуть вспотевшик ладошки расслабились и руки опустились вдоль туловища, ей срочно нужно успокоиться. Выражение лица парня даёт ей понять, что он уже обо всем знает и для него это уже не новость. Точнее, новость, которая огорчает, вызывает слишком много противоречивых чувств. – Вообще, я хотела извиниться перед тобой. Я накричала, хотя не имела права, да и в принципе расстроила тебя.. – Если бы ты улетела, ничего не сказав, то я бы расстроился ещё больше. Поэтому не надо себя винить, я.. Я хотел прийти ещё вчера, как только узнал об этом от Го Така, но, мм.. Планы сложилось не совсем так, – спокойный голос обволакивает и дарит чувство лёгкого блаженства, он не сердится на неё. Это было одно из самых желаемых признаний, которые она хотела услышать. – Давай пойдем отсюда? А то боюсь, твои надзиратели увидят, как наглый дракон ворует принцессу из замка, – теплая рука нежно обхватила девичью и слегка потянула. Хумин ведёт брюнетку в сторону школы, что очень сильно напрягает Хён А. Но сомнения развееваются, ровно в тот момент, когда они оказываются на баскетбольной площадке. Это место его спокойствия. И именно здесь она вчера накричала на него.. – Слушай, Хумин, почему мы пришли сюда? – Ён сильнее кутается в его кофту, натягивая ворот все выше и выше. Приятный запах заполняет все лёгкие, от чего кареглазая готова застонать в голос. – Ты как-то сказала, что хотела бы научиться получше играть.. – в его руках появляется баскетбольный мяч, а на лице начинают играть краски. – Так что, я подумал, что перед твоим.. Отъездом, мы бы могли провести время здесь. Его глаза беспокойно бегают от лица собеседницы до всей площадки, словно переживает о чём-то, но старается держаться. Всегда так делает. – Тем более.. Я хотел, признаться и поговорить о нас, – он сделал бросок, безошибочно попадая в кольцо, и повернулся к ней полностью. – Чувствую себя идиотом, за то, что признался и пропал, я не.. – Хумин, я не знаю, что у тебя произошло и происходит сейчас. Но.. Но я не держу на тебя зла, просто беспокоилась, – мяч покатился к её ноге и Ён перевела на него взгляд. Шарообразный предмет веял холодом, но когда Хён А взяла его в руки, то почувствовала быстро уходящие капли того самого тепла. Уже родного и до жути приятного. – Сам ведь знаешь, что было, в прошлом году. – На самом деле не совсем знаком с этим, – Хумин начал медленно подходить закусывая губу. Он никогда не лез в это дело, ведь если она захочет, то расскажет сама. Он уже говорил ей это. – Кхм, так.. Что же у вас произошло? За мгновение в парня прилетел мяч с немалой силой, Хён А каждый раз злиться при упоминании событий прошлого года. Но все же ей нужно научится сдерживать себя. Мяч отскочил от земли с большой силой, и если бы Пак не поймал его, то он бы прилетел ему в лицо. Он удручающее вздохнул и уже успел было подумать, что его пошлют куда подальше, но Ён подошла к нему. Вновь натягивая рукова, нервничая и переживая о реакции шатена. – Ты ведь знаешь, что наш друг сейчас находиться.. В коме? – в ответ ей послужил короткий и плавный кивок, Баку пытается не напугать её, чтобы она не останавливалась. Но стучащее сердце это вряд-ли остановит. – И если говорить коротко, то это наша вина.. Точнее, моя. После этих слов взгляд Пака изменился, он не мог поверить. Ангел.. Его ангелочек, который максимум ответит обидчикам и сможет убежать, привела в кому.. Своего друга?? Противоречивые чувства заселились внутри, они потихоньку начинаю съедать его, оставляя за собой не очень приятные мысли и догадки. Подмечая перемену в мимике своего собеседника, Хён А кивает в сторону трибун и садится туда сама. Как только баскетболист опускается рядом с ней, брюнетка начинает рассказывать. С самого начала. Ничего не утаивая. Он должен знать правду. Он достоин этого. Она рассказывала ещё с того дня, как их только начал замечать Ёнбин. Как они стали его мишенью для насмешек, как он подкинул им сильный наркотик. И всё, всё, всё. Она смогла даже обмолвиться словом о связи с Сухо, все таки он должен знать это. Даже если будет ревновать, хоть уже и не к кому. Пак Хумин слушает внимательно, вникает в каждое слово, словно пропустит хоть одно и умрет. Он хочет, нет. Он жаждет узнать, что же так поменяло его ангелочка, раз она перестала улыбаться, закрыла свое сердце и теперь боится ошибаться. – О Бом Сок. Его отец был депутатом, соответственно он имел деньги и связи, которых не было у нас. Он связался с этим Ёнбином и.. И начал винить меня в разрушении их дружбы, – на карих глазах цвета темного шоколада появляется соленая жидкость, а голос становится слегка сиплым. – Он нашел блогера, Кан Уёна, если слышал. И из-за своего чувства мести, оба сначала избили моего брата, используя Кана, а после и Сухо. Но второй полез уже сам и между ними возник новый конфликт, в ходе которого я узнала, что они давние знакомые. В горле образуется комок и говорить становится проблематично, голос сипит и срывается, но девушка держится. Или старается по крайней мере. – Я до сих пор помню эти чёртовы прикосновения, взгляд Уёна, его слова и как упал Сухо.. – из её рта вырвался первый всхлип и она позволила себе смелость уткнуться в плеча Пака. Может станет легче. И легче становится, Ён приостановила свой рассказ. Хумин в тот же момент приобнял её, иногда действия и присутствие нужного человека рядом, гораздо лучше любых слов. Ты ощущаешь себя дома. Чувства безопасности, свободы слов и эмоций делают свое дело. И этим домом для брюнетки стал Он. – Прости, я не знаю, что на меня нашло.. – Все в порядке, Хён А, все нормально. Главное, чтобы тебе стало легче, – его рука сжимает девичью ладошку в знак поддержки и намекает мол, если хочешь то продолжай, если нет, то мне и этого будет достаточно. – Я буду здесь, пока сама не прогонишь. – Они держали меня, я пыталась вырваться, но Бом Сок приказал этим долбоклюям держать меня. В тот вечер я увидела даже синяки на руках. Я помню все, будто сама была на ринге. Сухо сначала побеждал, но после его словно что-то преклинило. И этим что-то был мой крик, Бом Сок в тот момент подошёл ко мне и начал говорить, что я разрушитель их дружбы. Он ответил мне пощёчину и после этого Сухо повалили, – ком в горле кажется слишком большим, проглотишь и задохнешься. Но найдя в себе силы, она продолжает. – После этого он больше не вставал.. Его запинали, и если Уён принял свою победу после падения, как полагается. То Бом Сок в свою очередь нет. Он стоял и добивал нас, физически он бил только Сухо, но боль проходилась и по моим конечностям. Закончив свой рассказ, она посмотрела на собеседника, но тот лишь грустно улыбнулся и вытер слезы с ее личика. Он не сказал ни слова, ни через минуту, ни через пять. Он просто сидел и обдумывал все. Как? Как какая-то тварь поспела тронуть его неприкосновенного и невинного ангела? – Если ты посчитаешь меня трусихой и слабачкой, я пойму и.. – теплые пальцы перебивали поток нервных слов, они слегка коснулись нежных розовых губ и почти сразу отстранились, но обжигающее чувство осталось на долго. – Ён Хён А, ты не слабачка, ты почти смогла противостоять целой банде, ты вынесла все свои чувства внутри и даже ни с кем не делилась. Я давно не видел таких сильных как ты, – его лицо слегка приблизилось и вот их носы уже соприкасаются, обжигая и успокаивая. – Я знал, что среди сильных людей, полно женщин. Но сейчас убедился в этом ещё раз. Он неуверенно и медленно начинает тянутся к ней, его лицо с каждой секундой приближается. Глаза прикрыты, а дыхание сбилось, Ён Хён А не знает, что ей делать. Её точно так же тянет к нему, но как бы сейчас ей не хотелось прикоснутся к его губам и упасть в его объятия, она не может. Что-то останавливает её, сейчас не подходящий момент. – Прости.. – девушка отстраняется и чувствует себя виноватой. Но сейчас нет, она просто физически не может. Боится. Чувство неправильности этого действия переполняет и она ничего не может с этим сделать. – Мгм, ладно.. – шатен точно так же отстраняется и пытается придать себе непринуждённый вид. Его попытки оказались удручающими, но тут он подхватил мяч в руки. – Сыграем? – Хумин встал и стал перебрасывать баскетбольный мяч из руки в руку. Раз не получается успокоить девушку действиями, то он попытается не отвлечь от всего рассказа. Лениво поднимаясь со скамьи, брюнетка медленно начала подходить к парню. И оказавшись уже рядом, она резко выхватила мяч и забросила его в кольцо. – Сыграем. 1:0, – в глазах напротив спортсмен увидел огонек азарта и веселья, который с каждым шагом все больше и больше разгорался. – Вызов принят, ангелочек! Они играли около часа. Точнее около часа Хумин гонял по полю девушку, раз захотела поиграть, значит и играть будут они по честному. Ну, почти по честному. Ён Хён выхватывала мяч и резко бежала к кольцу, но ей не удавалось забросить. В такие моменты Хумин поднимал её и она могла достать до корзины. Она радовалась, а он был счастлив просто от её улыбки. В это мгновение они счастливы и никто из пары не вспоминал о полёте, о скором прощании, которое настигнет через несколько часов. Они счастливы, окружены теплом не смотря на холод, ветер пробирающийся даже под теплую кофту. После игра превратилась в простое ребячество, они дразнили друг друга, просто бегали и резвились. Фраза жить здесь и сейчас приобретает новый смысл, когда эмоции зашкаливают и хочется навсегда оставаться в одном и том же моменте. – Ну все, я устала, Хумин! – парень подхватил ее на плечо и слегка закружил, пока девушка пыталась ухватиться за него и не повалить обоих. – Хумин, я тяжёлая отпусти!! – Ты как пушинка, ангел, не выдумывай, – но несмотря на свои слова, он слова аккуратно опустил брюнетку и поправил кофту, накидывая капюшон на голову. – Уже пол третьего, тебя не теряли? И правда. Взглянув на экран телефона время оказалось далеко за полночь, они уже два с половиной часа здесь находятся. А единственное, что её останавливает, чтобы не соваться ещё на час — непрочитанное сообщение от брата. Брат: Когда будешь около подъезда напиши. Передай Баку, что минимум в 4.00 ты должна быть дома. – Черт, мне в 4 дома надо быть.. Ши Ын видел как я ушла, – недавняя радость и лёгкость ушли, будто бы их и не было. Хумин снова улыбался и в его голове созрел план. – Надо будет поспешить.. – Да, минут через 30.. Или 40.. – он хочет расставаться, только-только его чувства приняли, они смогли обсудить все, а главное она доверила ему свое прошлое. Для него это как доверить свою жизнь. – Ты уедешь почти навсегда, давай ещё хотя бы полчаса посидим вместе. Здесь, под звёздами. И правда. На небе ни единой тучки и оно все усыпано яркими точками, словно поле усыпанное миллионом ромашек с росой. Она всегда любила звёзды, они вроде бы одиноки среди миллионов точно таких же звёзд, но в то же время у них полно друзей. Ведь они складываются в созвездия. – Ты прав, – после этих слов Хён А кивнула и позволила утянуть себя к трибунам. Облакотившись на сиденья они стали рассматривать небо, даже если ничего и не понимают. Рядом с друг другом тепло, не смотря на ветер и низкую температуру, а голова сама падает на крепкое плечо рядом. На душе спокойно, она улетит, оставив всех в прошлом, но сейчас ей хорошо, даже слишком. Они не требуют, не просят, просто сидят и наслаждаются друг другом. Оставшимся вечным теплым чувством. – Ты.. Не забывай нас. Меня. Я буду писать тебе, звонить, не игнорируй, пожалуйста, – от тихого и такого сломленног голоса по спине пробежали мурашки, а глаза сразу же переместились на обеспокоенное лицо парня. – Я не буду, ты.. Ты только правда пиши и девочками это скажи, и Хён Таку с Джун Тэ, – при упоминании друзей, улыбка и всякие эмоции пропали с лица Пака, а он сам закусил внутреннюю сторону щеки. – Напишу. Своему ангелу я буду писать даже, когда буду умирать, – сердце беспокойно дрогнуло и застучало как бешеное. Что он сейчас сказал? Губы раскрылись, чтобы сказать хоть что-то, но Ён не смогла. Она молчала и даже не знала, что её удивляет больше: его своеобразное предложение быть его девушкой или упоминание смерти. – Хумин.. – глаза брюнетки забегали по его напряжённому лицу, он пытается улыбнуться или создать хотя бы тень той улыбки, что приносит счастье девушке. Его девушке. – Да, ангелочек? – лёгкое чувство радости, что девушка не отвергла его расплывается в груди, но осознание сложности ситуации ухудшает все и вместо нормальной улыбки он выдавливает что-то на подобии кривой ухмылки. Но вместо слов она просто прикоснулась своим губами к его искусанным. Мягкое и обжигающее прикосновение отрезвляет и позволяет понимать суть происходящего. Никаких рук и языка, простой и чувственный поцелуй, передающий невысказанные чувства и грусть будущего расставания. Они целовали так, будто от этого зависят их жизни, будто губы друг друга единственное, что удерживает обоих на этой планете. Поцелуй углублялся, становясь всё более отчаянным. Губы Хумина, ещё недавно искусанные, теперь нежно ласкали губы Ён Хён А, пробуждая в ней бурю эмоций. Она чувствовала, как его тело дрожит, словно от холода, хотя воздух вокруг них давно уже стал густым и тёплым. Этот поцелуй был мостом между ними, сотканным из нежности, страха и предчувствия неизбежного. Хён А чувствовала, как по щекам текут слёзы, но не могла отстраниться. Эти слёзы были не от горя, а от переполняющей её любви и боли от осознания, что это может быть их последний поцелуй. Она прижималась к нему сильнее, пытаясь запомнить каждое ощущение: тепло его тела, лёгкий запах дождя, смешанный с едва уловимым ароматом его кожи, трепет его губ. Хумин, отвечая на прикосновение, обнял её крепче. Его пальцы нежно скользнули по щеке, смахивая слезы. В этом молчаливом жесте было больше слов, чем могла бы произнести любая речь. Он чувствовал её страх, её любовь, её отчаяние. И она отвечала ему тем же, вкладывая в этот поцелуй всю свою силу, всю свою нежность, всё, что могла дать в этот момент. Время замерло. Казалось, весь мир сжался до этого маленького пространства, где существовали только они двое, их сердца, бьющиеся в унисон, и этот прощальный, но полный надежды поцелуй. Они целовались так, будто хотели выжечь этот момент в своей памяти навсегда, как талисман, который поможет им пережить грядущую разлуку. Когда они наконец отстранились друг от друга, воздух между ними всё ещё вибрировал от невысказанных слов и глубоких чувств. Губы горели, а сердце колотилось в груди, словно птица, пытающаяся вырваться на свободу. Она смотрела на Хумина, в его глазах, полных тоски и нежности, отражалась её собственная боль. – Я должна идти, – прошептала она, и эти слова прозвучали как приговор. Хумин кивнул, но не мог оторвать от неё взгляда. Он осторожно коснулся девичьей щеки, проводя большим пальцем по влажной от слёз коже. – Я вернусь, – пообещал она, и в его голосе была такая уверенность, которая могла бы успокоить кого угодно, но не её. Ён Хён А лишь крепче сжала его руку. Она знала, что обещания в этом мире часто оказываются хрупкими, как стекло. Но она также знала, что этот поцелуй, этот момент, был их маленькой победой над страхом и неизвестностью. Это была их клятва, их связь, которая, как она надеялась, выдержит любые испытания. Она сделал шаг назад, потом ещё один. Каждый шаг отдалял его, но их связь, казалось, становилась только сильнее. Он смотрел, как её силуэт растворяется в предрассветных сумерках, и чувствовал, как в его душе одновременно зарождаются грусть расставания и хрупкая надежда на встречу. Поцелуй оставил на его губах привкус горечи и сладкой нежности, напоминание о том, что даже в самые сложные времена есть место любви, которая способна преодолеть всё.