Глава 7

Долго никто не появлялся, это ее беспокоило. Видимо, не только ее, потому что остальные участники шептались об этом. Единственный, кто зашел первее – перепуганный Мин Су. В воздухе повисло напряжение. Оно выросло, когда кто-то попросился выйти в туалет, но его не выпустили. Перед этим участникам выдали буквально холодное оружие, желая, чтобы они сами устранили противников. От размышлений девушку отвлекло объявление о выбывших игроках. С первых секунд перехватило дыхание, а сердце будто остановилось. Каноко пыталась вспомнить номер друга, надеясь, что всего навсего забыла или перепутала хотя-бы одну цифру. Но, к сожалению, у нее была хорошая память. С минуту сидела и смотрела в одну точку, а в голове на репите: «Выбывшие игроки: 230..». Слышит отдаленно, будто находится в другом мире, как падают деньги в копилку. Ее выворачивало изнутри – не от страха, а от осознания. Больше не существовало ничего: ни игр, ни правил. Только пустота, в которую она не знала, как не провалиться. Дверь открылась, вошли выжившие игроки. Каноко только в этот момент сумела поднять голову и посмотреть туда. Она видела, как ругаются обе стороны, но по какой-то причине не слышала. Будто оглохла, а в голове по-прежнему объявление о выбывших. Вскоре и видеть нормально она перестала. Нет, не потому что ослепла, а потому что пелена слез накрыла глаза. Девушка не издавала ни одного звука, а ни одна мышца на лице не дрогнула, но слезы катились сами по себе. Контролировать она их не могла и не пыталась, потому что даже не чувствовала, что плачет. Он больше не вернётся. Человек, который держал её. И всё, что осталось – чужие стены, игра, и бесконечное «если бы» в голове. Видела, как все выстраиваются и подводят итоги. Ей не нужно было их подводить, чтобы понять, что умер самый близкий ей человек, и что вместе с ним умерла и она. Объявили полчаса до отбоя, и девушка уже поняла, что эту ночь не переживет. Она не в силах постоять за себя, и делать этого не хочет. А остальные, кажется, вообще забыли о том, что Каноко существует. Мысль о его смерти будто каждый раз, появляясь, резала кожу самым острым ножом. Драка была ожидаема, но то, что в ней погибнет он – нет. Переплыв океан, утонул в луже. Когда Нам Гю увидел Таноса с вилкой в шее, первая мысль была о Каноко. За эти дни он успел понять, насколько эти двое близки и дорожат друг другом. Это было заметно. И парень не мог не отменить то, что Бонг смотрел на нее по-другому. За всю свою жизнь он повидал многое, и знал как различить во взгляде дружеские чувства, а как нечто иное. Войдя в общежитие, нашел взглядом девушку. Она уже знала. От ее вида больно кольнуло в груди. Вся суматоха, происходящая непродолжительное время, ее будто не касалась. Возникло ощущение, что Каноко не здесь и не с ними. Без истерики, с виду не плачет. Сидит и молчит. Даже не подошла и не спросила, что случилось. Похоже, что все намного хуже, чем он думал. Все это время парень часто поглядывал на нее, ожидая хоть какие-то признаки жизни. Желание подойти росло с каждой секундой, а когда объявили пол часа до отбоя, он подумал, что самое время. Что говорить Нам Гю не знал. Что она хочет слышать – тоже не знал. Возможно девушка даже не захочет его видеть, но попытать удачу стоило. Неожиданно в ней проснулась дикая ярость. Су Бонг же не сам себя убил. Значит это сделал кто-то, кто возможно еще жив и находится рядом с ней. Поток мыслей о его убийце отвлек подошедший, неуверенно называя ее имя. Девушка подняла пустые глаза, а перед ней стоял чуть менее измученный Нам Гю. Его одежда была пропитана кровью, как и лицо. А взгляд такой растерянный, будто ее реакции страшится. Каноко двигается, освобождая место рядом, но молчит. Ждет, когда он скажет все сам, потому что просить не хочет. Знает, что будет больно слышать, а ответственность за эту боль на парня перекидывает. Нам Гю неуверенно садится рядом, но глаз не поднимает. Оба молчат, но дискомфорта от этой тишины не ощущают. Для девушки его присутствие это утешение, но она об этом не думала. Для парня ее присутствие – расслабление. Будто рядом с Каноко он может выдохнуть и не строить из себя другого человека, а быть настоящим. Таких мыслей, как и ей, в голову не приходило. Голова была забита не этим. – Прости, – тихий шепот нарушил тишину, в которой, на самом деле, ей было комфортней. Думать о том, как ей спокойно рядом с Нам Гю, было проще, чем о том, что ее жизнь больше не жизнь уже как полчаса. – у меня бы не получилось спасти его. Он не врет, но извиниться было тяжело. Пока дрался, даже не видел, что в этот момент делал Су Бонг. Уж тем более не заметил, как его убивают. В такой обстановке было тяжело осознать произошедшее, но после увиденного от девушки отходить больше не хотелось. Хотя на самом деле эта мысль до сих пор пыталась нагнать Нам Гю, но он никак не желал ее принимать. Отвергал, но все равно подошел к ней. Все равно извинился, хотя был не виноват в его смерти. Был виноват только в том, что не дал им поговорить. Не дал объясниться Таносу за свое решение на голосовании, зная, что парень этого хочет. Признавать свою ошибку не желал. – Кто это сделал? – единственное, что интересовало ее затуманенный разум. Голос дрогнул. Нам Гю заметил это. Повернул голову, рассматривая девушку. Голова была слегка опущена, из-за этого челка закрывала глаза. Но слеза, скатившаяся по влажной щеке, заставила отвернуться. Ком в горле не давал сказать и слова. Он не мог сказать, чтоб не делать больней. Но и врать не хотел. – Мен Ги. – девушку била дрожь. Нам Гю не видел глаз, но понимал, что не от холода. От того, как капли с ее щек падали вниз, внутри все сжалось. Его больше всего удивило то, насколько бесшумно она плакала. Слезы будто сами лились, и она не держала над ними контроль. – я убью его. – Я хочу продолжить игру. – Каноко перебила его, возможно даже не услышала то, что он сказал. Хотя он сильно колебался, прежде чем это произнести. Выпалила это так резко и так уверенно, что даже парень испугался такого настроя. Наконец она подняла взгляд. В нем не было ничего кроме чистой ненависти, это его поразило. Даже не отталкивало, наоборот. Нравилось не то, что с ней делает смерть близкого и не то, что девушке плохо. Привлекла сторона, которую она только что раскрыла именно перед ним. Это стремление, неизвестно ради чего. То, насколько Каноко может быть другой. Не тем хвостиком, который вечно таскается за ними, изредка показывая свои знания и остроумие, а человеком, которого ранили. Он подумал, что никогда не хочет видеть этот взгляд снова. Взгляд, наполненный болью. Нам Гю хочет помочь от этого избавиться, прикрываясь тем, что это все ради друга. – Ради чего? – решил уточнить. Возможно правды он не получит, но стоило попытать удачу. Парень не даст ей убить Мен Ги, если она не уверена. Возможно позже, после содеянного в порыве эмоций, Каноко будет жалеть и винить себя. Испортит себе жизнь тем, что пыталась что-то доказать самой себе. – Он так хотел. – и снова взгляд в пол, но на этот раз Нам Гю видит ее глаза. Слезы и не собираются останавливаться, текут с новой силой. Она дрожит, даже не пытаясь скрыть это. Вспомнила ночь, в которую погибла ее мать. Тогда Каноко реагировала не так. Она оправдывала это тем, что обстоятельства абсолютно разные. Смерть родителя была ожидаема и девушка находилась рядом, а друг погиб так резко, что она не может осознать и принять это даже сейчас. Даже на него мертвого не посмотрит. Не поговорит и не спросит, зачем он голосовал на продолжение и почему не подошел, когда бросил виноватый взгляд на выходе из общежития. Каноко кусает губы, чувствуя вкус крови. Она хочет продолжения не только по этой причине. Такой вариант придуман специально для Нам Гю, потому что признавать правду не хотелось даже себе самой. На самом деле девушка надеется на то, что умрет на одной из игр, если выживет сегодняшней ночью. Потому что желание жить ее покинуло, а самой лишить себя этого она бы не решилась. Слишком труслива. – Он бы не хотел твоей смерти. – ее будто током ударило. Проницательности Нам Гю к ней хватает, чтобы одной фразой поменять многое в ее голове, даже не зная намерений. По какой-то причине тот факт, что они знакомы до игр, но она его не помнит, вылетел из головы. Сейчас она вспомнила про это, но до сих пор не могла разглядеть в нем кого-то из прошлого. Каноко медленно посмотрела на него, а парень заметил, как что-то меняет. Одной только фразой заставил ее задуматься о том, чего бы на самом деле желал для нее Су Бонг и о том, что снаружи ее ждет человек, ради которого девушка изначально решилась на это. Спустя некоторое время осознанной тишины он молча достал крест Су Бонга и медленно протянул его девушке, полагая, что вещь должна быть у нее. Дрожащими руками она взяла единственное, что осталось от парня и не с первой попытки раскрыла. Сначала сомневалась, Нам Гю заметил это. Хотел остановить, но Каноко протянула ему две таблетки. Желание расслабиться у зависимого человека заглушает остальные чувства, что и произошло у парня. Сама девушка взяла одну и повесила крест на свою шею, пряча под футболкой. От ощущения холодного метала на коже она вздрогнула, но не пыталась ничего с этим сделать. Колебалась, прежде чем принять наркотик, но в итоге сделала это. А он смотрел на Каноко еще пару секунд, неуверенно повторив ее действия и не прерывая зрительный контакт. Вещество действовало на их организмы заметно быстро. Слезы перестали течь, а вместо них она издала истерический смешок, проводя ладонью по лицу. – А если я умру до следующей игры? – она видела, как команда кружков совещается, очевидно желая напасть после отбоя, несмотря на недавнюю бойню. И Каноко была отличной мишенью. Чужая на двух сторонах. Таким суждено умереть, неважно от чьих рук. – Ты не умрешь. – уверенно ответил Нам Гю, очевидно понимая, о чем говорит. Он понимал, что предстоит пережить всем здесь, и сам хотел в этом участвовать. Он знал план своей команды, но и рассказывать об этом девушке не хотел. Она может рассказать все Ги Хуну, а значит всем своим, и их план не сработает, а парень будет крайним. Все уже видели, что он с ней говорил. Нам Гю отчего-то хотел обезопасить ее, но никак не ее команду. Больше никто ничего не сказал. Девушка вздохнула, глядя на уходящего парня. Объявили пять минут до отбоя. Расслабленное сознание не ощущало страха, лишь предстоящая драка вызывала эйфорию. Каноко хотела почувствовать, в каких обстоятельствах умер Су Бонг. Хотела найти 333-ого игрока и прикончить на месте. Слишком много боли причинил ей этот человек, даже ни разу с ней не заговорив. Голова опустилась на подушку, а веки тяжелели. Но она понимала, что спать нельзя. Достала вилку и спрятала в рукав кофты, прижимая к себе. Убьет и не пожалеет. Обратный отчет до отбоя, свет приглушается. На секунду она даже усомнилась в том, что кто-то будет нападать, но когда помещение окутала тьма, стало все ясно. Сейчас уже было не по себе. Каноко мало что понимала. Поэтому, когда на нее накинулись, резко ткнула вилкой в воздух. Свет начал мигать, и тогда она поняла, что попала в человека. Незнакомого ей человека, который умер в ту же секунду, заливая ее лицо кровью, потому что попала девушка в шею. Стало трудно дышать, а удерживать на себе труп еще тяжелее. Конечно, убила не того, кого планировала. В один момент стало как-то легко, а мужчина пропал. Она сначала не поняла, куда он делся, но потом увидела Нам Гю, который смотрел на нее с улыбкой. По общежитию раздавались крики и звуки ударов, а на парне была свежая кровь, но в этот момент ей было неважно. Каноко встала с кровати и провела ладонью по щеке. Да она сама вся в крови, и его это не смутило? Парень подошел ближе, с интересом разглядывая ее лицо. Опустил рукав совей кофты на руку и не спеша прикоснулся к щеке девушки, вытирая кровь с легкой ухмылкой. Все, что происходит вокруг, будто не имело ценности, пока оба не услышали шум совсем рядом. Кто-то убил крестика буквально в двух метрах, поворачиваясь к этим двоим. Увидев нашивку Каноко, незнакомый мужчина с недоумением посмотрел на Нам Гю, и ринулся в ее сторону, но был остановлен парнем. Ему будто ничего не стоило убить человека, это пугало и завораживало одновременно. Девушка смотрела на то, как он вонзает вилку в уже мертвого мужчину, как кровь брызжет во все стороны, и не двигалась с места. Пока не поняла, что никто не нависает над трупом, а она осталась тут одна. Кто-то, похоже подумал, что убийство совершила Каноко. Резкий толчок со спины и девушка падает на пол, поворачиваясь назад. Сотый игрок надвигается к ней с окровавленной вилкой в руке и гневным оскалом на лице. – Что ты там говорила, сучка? Повтори сейчас, когда твоего дружка нет рядом. – Да пошел ты. – завидев его, она повеселела. Была бы трезвой, может быть, перепугалась, но сейчас было просто смешно. Хотя ее положение оставляло желать лучшего. Ползет спиной назад, а встать не может, потому что это как зеленый свет для мужчины. Но ее слова вывели его сильнее, чем Каноко могла предположить, потому что в эту же секунду он побежал на нее, занося вилку над головой. Девушка закрыла глаза, ожидая смерти, но по какой-то причине до сих пор никто не пырнул ее. Медленно подняла веки, а дед лежал без сознания рядом. Нам Гю подал ей руку, практически поднимая на ноги и осматривая беглым взглядом на наличие ранений. Девушка не могла это не заметить. Свет перестал мигать, а двери открылись. Начали стрелять, и Каноко подумала, что стреляют по ним. Видимо Нам Гю тоже, раз схватил ее за руку и отвел в угол за кровати, садя на пол, прикрывая собой. Когда прекратили стрелять, парень неловко отодвинулся, но не собирался вставать и показываться охранникам. Оба трудно дышали, наблюдая за их действиями без особого интереса. Но когда участники напали на них, девушка поднялась с места, чтоб лучше разглядеть происходящее. Нам Гю дернул ее за руку и посадил обратно. – Не суйся, – охрана отступала, а оружие оказалось у игроков. Каноко совсем не поняла, что произошло. Но может быть и поняла бы, будь она в круге доверия Ги Хуна. На самом деле хороший план, но они что, правда уверены, что специально-обученные стрелять охранники окажутся в меньшинстве? Девушка могла смело предсказать исход: работники ценой кучи жизней отберут их оружия и продолжат игру, возможно даже без голосования. – Люди, – обратился ко всем 456-ой, расхаживая по залу с автоматом. – не надо бояться. Идите к нам, сюда. Мы не причиним вам вреда. Они собрали все оружия с трупов солдат, выстраиваясь у входа. Каноко и Нам Гю уже вышли, с интересом наблюдая за происходящим. Девушке казалось это странным. Ги Хун собрался подняться туда, где их ждет смерть, глупо полагая, что они окажутся сильнее сотни охранников. После его предложения присоединиться, девушка неосознанно схватилась за рукав кофты парня. Он повернулся, подумав, что Каноко хочет что-то сказать, но она по-прежнему смотрела на команду 456-ого и даже не глянула в сторону Нам Гю. Он поджал губы и отвернулся, а на губах появился намек на улыбку. Некоторые правда выходили и присоединялись, брали в руки оружие. Девушка скептически оглядела их, ожидая, что скорее всего, видит их в последний раз, но мысленно пожелала удачи. Когда они ушли, выдохнула и пошла к дальней кровати. Парень почувствовал, что его никто не держит и заметил, как она уходит, но догонять не стал. Решил, что ей нужно время все осмыслить, да и находиться сейчас рядом не было смысла. Каноко села в позу лотоса, снимая крест с шеи. С минуту она разглядывала вещь, вспоминая, каким трудом эти двое нашли такую редкую штуку. Они обошли все ювелирные магазины, в итоге нашли такую безделушку, подходящую под описание, которое дал Су Бонг. Ему приснилось, что он потерял товар, и во сне кто-то убедил парня, что причина этому – отсутствие крестика с тайником. Это до абсурда смешная история, вспоминая которую девушка улыбнулась. Она мысленно поблагодарила Нам Гю за то, что принес. Ее запасы в виде таблеток уже лежали на кровати, пока Каноко не сложила их в крест, вешая его на шею. Если у Ги Хуна все получится, что вряд ли, они могут выйти. Если нет, останется три игры. Ей хватит этого, даже останется. Девушка вспомнила про сотого игрока. Она точно видела, что Нам Гю не убил его. Приподнявшись на локтях, сразу увидела этого деда, важно восседающего среди своих. Если он целенаправленно искал ее, чтобы убить, значит попробует сделать это снова. Стало не по себе. Се Ми Каноко не заметила. Почему-то сразу подумала, что убил ее именно 124-ый. Он проявлял к ней ненависть, потому что девушка в открытую унижала его перед другими. Это выглядело ужасно с ее стороны. Да, он употребляет, но это не повод его осуждать. У каждого свои причины. Су Бонг всегда это понимал и никого не осуждал. Не смотря на свою популярность, он был хорошим человеком. Деньги не сделали его мудаком, и девушка видела это всегда. Все, что он делал было искренним и без корысти. По крайней мере по отношению к ней.

***

Каждый вечер одинаково заканчивался выпивкой, но сегодняшний закончится ею вдвойне. С такой мыслью Каноко покидала больницу, складывая заключение врача. Третья стадия рака. Этого не должно было случиться. Не с ней. Хотелось выпить в тишине, но это было попросту нереально в таком месте. Каждый второй обращался к девушке с разными просьбами, это безумно раздражало. Но пить в другом месте не могла – те места крышуют люди, которым она должна. Рядом садится парень, который выглядит для девушки слишком безумно. Яркая одежда, фиолетовые волосы, излишняя активность. Редко встретишь таких в их районе. Каноко надеялась, что он не заговорит с ней, но надежды быстро обрушились. – Senorita, не против познакомиться? – он облокотился о барную стойку, вглядываясь в ее лицо. Девушка перевела на него пустой взгляд, надеясь, что по ее виду парень сразу поймет, что знакомиться она не желает. – ooh, girl, что с тобой? – Слушай, я не хочу. – спокойно ответила Каноко, отпивая свой напиток. – No problem, – он резво повернулся к бармену. – запиши весь ее счет на меня. – Что? Нет, не надо! – опешила девушка, останавливая работника, но он почему-то ее не послушал. – А теперь познакомимся? Этот вечер послужил началу долгой и крепкой дружбы. Он расспросил Каноко о жизни и ей пришлось признаться, что беспокоит больше всего. После этого разговора она узнала, что оплата лечения на месяц уже поступила. Через неделю в Пентагоне удостоверилась, что это сделал Су Бонг.

***

В общежитие забежал 388-ой игрок, бегая от трупа к трупу солдат и нервно собирая магазины. Девушка села, наблюдая за ним. Парень был сильно напуган, а у нее появилось ощущение, что его потащили туда через силу. Ему помогли, после чего парень вышел за дверь, и Каноко думала, что ушел, но нет. Прибежал обратно и сел на свободную кровать, трясясь от страха. К нему так никто и не подошел. Вбежала 120-ая, сразу нашла его. Насколько поняла девушка, 388-ой просто испугался, а пошел туда чтобы кому-то что-то доказать. Девушка уже хотела выбежать, но в помещение вошла толпа солдатов, выстрелами призывая всех игроков к порядку. Все закричали и по приказу квадрата легли на пол. Каноко легла на пол, выглядывая на солдатов. Она была уверена в таком исходе, как и в том, что вся команда Ги Хуна погибла. Возможно даже то, что на такой бунт и рассчитывали организаторы. Вскоре трупы убрали, а оставшееся оружие изъяли. Они просидели в тишине и без новостей около получаса. когда двери открылись, все как в первый день с опаской оглядывали охрану. Они внесли гроб и оставили в середине помещения. Толпа сразу начала собираться там, а 120-ая решила открыть «подарок».