Пролог Ⅰ

Улица, 4 августа. Главная площадь. Твои шелковистые волосы развевались на ветру, даря хоть немного долгожданной прохлады в эту удушающую жару. В Энканто сегодня было шумно, как и всегда: смех детей, голоса торговцев, звон колокольчиков на дверях лавок. Но тебе всё это казалось глухим и далёким — сердце стучало слишком громко. Ты шла по узким улочкам, путая шаги и всё время оглядываясь, но знакомых лиц не было. Каменные дома с яркими ставнями казались чужими. Страх сковывал, и ты едва сдерживала дрожь. --- Pov Т/И: «Где я?.. Бабушка точно отругает меня… Но где она? Я что, больше никогда не увижу бабушку?.. Не-е-ет…» — Ба-бушка… любимая… я… я больше не буду убега-ать… Ба-ба… бабушка, ты где?.. — захлёбываясь слезами, прошептала ты, обнимая себя руками и прижимаясь к холодной стене. --- — Приветик! Что случилось? Почему ты плачешь? — послышался мягкий голос. Ты вздрогнула и подняла глаза. Перед тобой стояла девочка лет восьми с тёмными глазами, полными любопытства и заботы. — Почему ты тут одна? Где твои родители? — добавила она, наклоняя голову и присаживаясь рядом. — Я-я тут с бабушкой… а-а… тут така-такая красивая бабочка… я за ней… ааа… а потом смотрю — а Abuela-её нет! Я… я потерялась… Abuela… я-я не знаю где она… э-это… — слёзы с новой силой подступили к глазам, и ты заплакала, падая в уже распахнутые объятия девушки. — Ну ты чего, не переживай, всё будет хорошо. Мы найдём твою Abuelu, обязательно! Пошли со мной. Я тут с родителями за покупками пришла, мы сейчас домой пойдём, а там глядишь — и найдём твою бабушку. Обещаю. Ну что, пошли? — с нежной улыбкой сказала девушка, глядя на маленький комочек у себя на руках, который, кажется, начал успокаиваться. Ты подняла голову, наконец увидев прекрасный лик своей спасительницы. И нет, это вовсе не преувеличение — перед тобой сидела чудесная девушка с большими, тёпло-шоколадными глазами, в центре которых мягко играли золотистые искорки, словно пламя свечи. Её густые, тёмно-каштановые волосы мило завивались в кудряшки, обрамляя смуглое личико. Они были собраны в высокий пучок, перевязанный элегантной красной лентой с аккуратным бантом. Непослушные прядки мягко спадали на лоб, делая причёску лёгкой и непринуждённой. Одетая в простую, но элегантную белую рубашку с слегка растрёпанным воротником, украшенным аккуратной вышивкой, и длинную красную юбку, дополняющую ленту, она выглядела словно героиня сказки. Юбка доставала ей до щиколоток, открывая вид на белые сандалии. Уши девушки украшали золотые серёжки-капли, которые идеально гармонировали с её образом. — Пош-пошли… — немного заикаясь, произнесла ты. — А как тебя зовут? — всё ещё зачарованно, глядя на красавицу. — Меня зовут Долорес. А тебя, принцесса? — хихикнув, с тёплым взглядом спросила она, радуясь, что смогла хоть немного отвлечь тебя. — Вау… у тебя такое красивое имя! И-и ты красивая… очень-очень! А я Т/и, — уже с широкой улыбкой выпалила ты на одном дыхании. — Ой, спасибо, у тебя тоже очень красивое имя, солнце ) — слегка смущённо и лучезарно улыбнулась Долорес. Вы ещё немного поговорили: о любимых цветах, о чудесном дне, о мелочах, которые согревали ваши сердца. — О, а вот и мои mamá и papá! — сказала Долорес, указывая куда-то в даль . Ты посмотрела туда, куда показывала Долорес, и увидела красивую пару — мужчину и женщину примерно сорока лет. Женщина с тревожным взглядом обводила глазами площадь. В её зелёных глазах, с золотисто-карими прожилками, которые обрамляли зрачок словно яркие солнечные лучи, читались страх и волнение . Над её головой сгущались тучи, а лёгкий дождь уже успел намочить чудесное ярко-жёлтое платье, которое прилипло к её светлой коже, делая образ хрупким и трогательным. Рыжие кудрявые волосы, собранные в высокий пучок, из которого выбивались непослушные завитки , их обхватывал аккуратный ободок с непринуждённым бантиком того же цвета , выглядели чуть растрёпанными, и непослушные прядки мокрыми спиралями обрамляли лицо. В ушах поблёскивали милые серёжки в форме солнц, а на ногах красовались ярко-жёлтые босоножки на низком каблуке. Рядом с ней стоял мужчина крепкого телосложения, чуть ниже ростом по сравнению с женой. Он обнимал её за плечи, словно пытаясь разделить её волнение и дать опору. В его глазах цвета свежесваренного, горячего , утреннего кофе смешались беспокойство за дочь и нежность к супруге. Мужчина был одет в светло-оранжевую рубашку, словно парную к платью жены, и чёрные брюки. Его густые чёрные кудри выглядели слегка растрёпанными от ветра и дождя , но это лишь добавляло ему обаяния. Он напряжённо всматривался вдаль, пока вдруг на горизонте не заметил Долорес. Лицо смягчилось, и он с облегчением крепко обнял жену, указывая на дочь: — Смотри… Женщина вскинула взгляд и, не сдержав радостного крика, бросилась к девочке. Её голос задрожал от переживаний, слова срывались с губ одно за другим: — Долорес! Слава всем святым… Где ты была? Ты хоть понимаешь, как мы… В её глазах стоял страх, вперемешку с счастьем от того, что дочь цела. Она прижала Долорес к себе, не отпуская ни на секунду. — Мама, папа! — перебила Долорес, с волнением показывая на тебя. — Это… Это Т/и , она моя подруга ! Мы познакомились на площади. Она потерялась… Она ищет свою Abuelu. Мы можем помочь ей найти бабушку? Пожалуйста… — голос Долорес звучал умоляюще, а глаза стали ещё мягче, полные сострадания. Она чуть опустила голову, словно почувствовав, что должна объясниться за свой неожиданный поступок. — Долорес, я понимаю, ты хотела помочь, но никогда! Слышишь? Никогда больше так не делай! Мы с твоим Papá так перепугались… — сквозь слёзы говорила женщина, крепко прижимая к себе свою дочь. — Mi amor, дорогая, ты же их намочишь… — с мягкой, добродушной улыбкой проговорил мужчина, аккуратно отстраняя супругу от Долорес. — Да, прости, милая. Мы просто так испугались… Ты ни с того ни с сего рванула куда-то, и… ах, солнечно… солнечнл. Всё хорошо, солнце сияет, птички поют… — словно мантру повторяла женщина, разгоняя облака руками. — Милая, Mamа права. Больше так не делай, поняла? — обратился мужчина уже к Долорес чуть более строгим голосом, а потом шёпотом добавил: — Не заставляй маму волноваться, мы правда очень переживали. После этих слов он перевёл взгляд на тебя. — Милая, а ты как? Не сильно испугалась? — спросил он слегка взволнованным голосом. — Ни капли, — прозвучал твой звонкий голос, но по заплаканным глазам было видно обратное. Тут в разговор включилась женщина: — Какая же ты молодец. Тебя зовут Т/и, верно? Очень красивое имя, под стать такой прекрасной сеньорите. А я Пепа, а это мой муж — Феликс, — улыбнувшись, сказала она и бережно взяла тебя на руки. — Спасибо, миссис Пепа! Очень приятно познакомиться! — ты ответила с улыбкой яркой, как солнце. — Солнце ты моё… А как зовут твою бабушку? Уверена, она недалеко, мы быстро её найдём, малышка, — ласково произнесла Пепа, оглядываясь вокруг в поисках твоей abuela. — Mi Chucha… Дима Артега, — тихо сказала ты, с надеждой смотря на взрослых. — Tita Дима? Ох, как давно она к нам не заходила… Постой… так это ты, золотце? Я же тебя совсем маленькой помню. Как же быстро летит время… — с теплотой в голосе сказала Пепа, вспоминая прошлое. — Ох, так ты внучка сеньйоры Димы? И правда совсем взрослая! — подхватил её слова Феликс. Ты смотрела на них с удивлением. — А мы разве знакомы? — ошеломлённо спросила ты. — Конечно! Ты, наверное, не помнишь — слишком маленькой была. Постой… милый, мы случайно не встречали сегодня сеньйору Диму? — Да, она недавно мимо нас проходила, такая встревоженная… — слегка задумавшись, ответил мужчина и огляделся. — А вот же она! — Так чего же мы стоим? Побежали! — прокричала Долорес и рванула к твоей abuela, чуть не сбив Пепу с ног. — Долорес! Ну вот опять… — сердито пробурчала Пепа, но тут же смягчилась и поспешила за дочерью. Тем временем Долорес уже оживлённо болтала с сеньорой Димой, взяв её за руку и ведя в вашу сторону. — Т/и, солнце моё, как же я рада, что с тобой всё в порядке! Дорогая, ты так напугала меня! Спасибо вам, спасибо, дорогие! Пусть вам будут дарованы долгие годы жизни в радости и любви, — подойдя, Дима взяла тебя на руки, прижала к себе и поцеловала в щёку. Убедившись, что с тобой всё в порядке, она начала благодарить Мадригалей. Затем Дима аккуратно поставила тебя на землю и обняла сначала Пепу, потом Феликса. — Мои хорошие, как же давно мы не виделись! Спасибо вам, дорогие! Ну, не уследила я за ней… Т/и у меня такая активная, глаз да глаз нужен! Как вы? Как жизнь? Как Альма и остальные? — засыпала она пару вопросами. — Ох, да не за что. Это Долорес нашла её — ей спасибо. Мы-то толком ничего и не сделали, сеньйора… — начала Пепа, но её тут же перебила Дима чуть строгим тоном: — Пепа, я же просила — не сеньйора, а просто Дима! — Простите, Дима, — со смешком сказала Пепа, взглянув на женщину. — Ой, спасибо тебе, Долорес! Ты такая умница, не представляю, что бы я делала, если бы ты не нашла mi nietecita. Хочешь яблоко? — девочка кивнула. — Ну держи, солнце, кушай, деточка. Затем Дима снова обернулась к паре: — Ну так как вы? — У нас всё прекрасно. Дети растут, жизнь цветёт, Mamá тоже в порядке, — отвечала Пепа, когда её обняла крепкая рука Феликса. Он, казалось, о чём-то переживал и, переводя взгляд с жены на Диму , предложил: — А давайте вы зайдёте к нам на ужин? Все будут рады, особенно Mamá. И Т/и возьмите — она с Долорес уже подружилась, — указав на детей, добавил он. — Да и нам пора домой, пока кто-то не простыл… — он мягко посмотрел на Пепу, явно намекая на неё. — Ох, и правда! Чего это я… Идите, не смею вас задерживать. На ужин мы к вам обязательно придём. Пока-пока, дорогие!