Глава 2. “Мой лучший враг”

“Her eyes look sharp and steady into the empty parts of me” В Токийском магическом колледже практически ничего не поменялось. А даже если бы и поменялось, Юити Коматсу никогда бы не заметила. Она могла лишь молча стоять и рассматривать знакомое здание, методично вдыхая и выдыхая сигаретный дым. Огромное количество деревьев, высокое старинное здание в центре и куча мелких по краям. Потом ее взгляд зацепило спортивное поле – на месте склада, который она однажды подорвала четыре года назад во время программы обмена, теперь красовалось какое-то новое помещение. Равнодушно пожав плечами, она вернулась к мыслям о том, как бы донести до старейшин предложение сходить им всем дружно нахер со своей гениальной идеей назначить ее на совместную миссию с Гето. Больше всего в нем она ненавидела глаза – две абсолютно пустые бездны, лишенные всякой жизни. Когда она увидела это в первый раз, ей захотелось проткнуть их пальцами насквозь. Для Юити Коматсу, каждый день сражающуюся за возможность выжить, такое безразличие было личным оскорблением. Во-вторых, она ненавидела то, как он сражается – рефлекторно, автоматически, будто делает всему миру одолжение. В нем не было воли к жизни, в его движениях было слишком много ошибок и открытых для удара мест. А Юити ненавидела слабаков, потому что у нее никогда не было возможности позволить себе такую роскошь. Поэтому когда ее кулак прилетел в его челюсть тогда на перроне, она смотрела ему в глаза. И ничего там не увидела. Когда во время программы обмена чуть не перерезала ему сонную артерию на шее – он даже не дрогнул, просто смотрел в пустоту с ухмылкой. А когда его любимые проклятия дезинтегрировало от взрывов после ее ударов, когда ее собственные кости трещали, грозясь вот-вот сломаться – он лишь молча наблюдал, не отводя от нее взгляда. Какой-то щуплый офисный клерк помахал ладонью перед ее лицом. – Сделаешь так еще раз, останешься без руки, – равнодушно, беспардонно, четко. Выдох – и окурок улетел куда-то в кусты. Юити размяла шею, хрустнув пару раз для приличия, параллельно проверяя время на телефоне. 8:56. Опоздать не получилось. Бедный клерк лишь шарахнулся. Сугуру Гето, наблюдавший за этой картиной из окна, хрустнул пальцами на руках. За время программы обмена с Киотской школой Юити Коматсу пытались отстранить трижды. Первый раз был во время дружеских спаррингов, на которые изначально она плевать хотела с высокой колокольни. Но лишь до момента, пока она не увидела силуэт Сугуру Гето на стадионе. Следующее, что помнят очевидцы – вспышку, взрыв и ударную волну, откинувшую всех далеко за пределы стадиона. Первокурсники того года – Нанами Кенто и Хайбара Юу, наблюдая за истекающими кровью Гето и Коматсу, часами пытающихся свернуть друг другу шею, впервые поставили под сомнение свое решение пойти в маги. Победителя тогда не было – у Сугуру закончились проклятья, а Юити настолько часто пользовалась проклятой техникой, что раздробила себе почти все кости. Однако у нее все равно получилось сломать Гето нос, из последних сил вломив по нему ногой. Оба отрубились от перенапряжения. Оба со злобной улыбкой. *** Офисный клерк на трясущихся ногах сопровождал Юити до конференц-зала. Хоть она и так прекрасно знала, куда идти – потому что за все эти годы она изучила его настолько хорошо, что смогла бы найти Сугуру Гето по следам его проклятой энергии даже на другом конце Японии. И чем ближе они подходили к залу, тем кровожаднее выглядела Юити. К моменту, когда двери в нужную комнату были открыты с прочного пинка, бедный клерк уже мысленно писал увольнительную. Их взгляды пересеклись впервые за год. Все присутствующие приготовились (кто молиться, кто уворачиваться). Возникшую тишину прерывало только слабое тиканье часов. Шаг. Слабый стук подошвы ботинка по деревянному, местами уже чуть подгнившему полу. Еще шаг. Директор Яга встал со своего места, безрезультатно пытаясь переключить внимание на себя. А в-третьих, Юити Коматсу ненавидела, что Гето был выше нее. Поэтому когда она смотрела ему в ненавистные глаза, он всегда слегка склонял голову. Ей хотелось склонить ублюдка целиком. – Коматсу, – кивок. Не приветствие, приглашение. Шаг. Ей хватило одного взгляда, чтобы все понять. – Гето, – сквозь зубы. Приглашение принято. И их растащили по противоположным углам. Директор, тяжело вздохнув, начал брифинг. Они не переставали прожигать друг друга взглядом весь час. Во второй раз Юити Коматсу хотели отстранить за нарушение комендантского часа. Взрыв в восточном крыле прогремел в 3 часа ночи, чудом не задев отдыхавших там студентов из Киото. Никто, кроме директора Яги, даже и не подумал выходить на проверку – к тому дню все и так было понятно. Почти бездыханную Юити, успевшую порвать легкое в двух местах за время дуэли, смогли оттащить от Сугуру прежде, чем она успела его придушить. На следующий день все смотрели только на следы ожогов от пальцев Коматсу на шее Гето. *** Цель миссии была ясна как день – поехать в забытый богом город на севере префектуры Гумма, найти нужный старейшинам проклятый артефакт, не сдохнуть в процессе. “В вашем случае, – уточнил на всякий случай директор, – не прибить друг друга”. На единственный вопрос Юити – на кой хер для этого нужно два мага особого уровня – ответа так и не последовало. Когда Гето попытался спросить, почему именно их кандидатуры – директор Яга только тяжело вздохнул и приказал им выметаться. Коматсу летела по коридору со скоростью самой разрушительной кометы на свете. Гето плавной тенью плелся за ней, отмечая про себя каждый новый шрам, который оставил не он. Где-то на половине их гонки к выходу на пути материализовался Годзе. – Коматсу, Сугуру! Она пролетела мимо, еле удержавшись от того, чтобы разок не приложить его хорошенько об стену. – Сатору, не сейчас, – пробормотал Гето, проходя мимо него. И продолжил преследовать Коматсу к выходу. Позже, когда Годзе встретит Секо, он обиженно расскажет ей, что у Сугуру с Юити сегодня было свидание, на которое его не позвали. *** Юити Коматсу вылетела во двор Токийского колледжа в 10:06. Сугуру Гето поймал ее кулак рукой в 10:08. На третий раз ее все же смогли отстранить – потому что она сама это позволила. Причина – угрожающее жизни другого студента поведение. Их застукала Секо, которая пришла в библиотеку в поисках Нанами. На то время с момента знакомства Юити Коматсу и Сугуру Гето прошла одна неделя. И теперь они пытались убить друг друга в полной тишине. Иэйри обнаружила их в дальнем углу, зажатыми между полупустыми пыльными стеллажами. Коматсу прижимала Гето к полкам одной рукой, а второй приставляла нож к его сонной артерии. Пальцы Сугуру были крепко обмотаны вокруг ее шеи. Оба смотрели друг другу в глаза с нечитаемым выражением лица. Когда Юити заметила Секо, приближающуюся к ним, она отпустила Гето, молча развернулась и направилась к выходу из библиотеки. Но то было почти 4 года назад. Сейчас она уже не пытается найти что-то новое в его взгляде. Она знает рецепт наизусть – холод, отстраненность, ненависть. Юити ухмыльнулась. Гето оскалился. – Коматсу, все никак не успокоишься? – медленно, выговаривая каждый слог ее фамилии спросил он, отпуская ее кулак. – Завались. Она закинула в рот сигарету. Он, не спрашивая, взял одну из ее пачки. Юити прикурила обе сигареты пальцем, безрезультатно попытавшись поджечь еще и выпавшую из-за уха наклонившегося Гето бесячую прядь. Сперва они курили молча. Спустя пару минут Гето сделал колкую ремарку о новом большом шраме вдоль ее запястья – “попытка самоубиться? не ожидал от тебя”, после чего получил локтем под ребро. Еще через минуту она сделала последнюю затяжку, кинула окурок себе под ноги и заговорила. – Если нас отправляют туда на месяц, значит сукины сыны что-то скрывают. Юити Коматсу хорошо разбиралась в трех вещах: в холодном оружии, в проклятом холодном оружии (с ее слов, между ними большая разница) и своей работе. Так что, если у нее есть, что сказать после брифинга – значит, дело дрянь. – Или сами не знают, – дополнил Гето, выдыхая дым в холодный утренний воздух. Юити посмотрела на него так, будто готова была содрать кожу живьем. – Такого не бывает, Гето, – она развернулась, готовясь уходить, – Не опоздай на поезд, а то натравлю на тебя твои же проклятия. И ушла. Без ударов, криков и попыток перерезать ему глотку. Сугуру молча докурил сигарету. И ухмыльнулся, бросив окурок рядом с ее. К моменту, когда закончилась программа обмена между двумя колледжами, у Сугуру Гето подсчитали около 3 новых шрамов и 5 царапин (Юити свои посчитать не дала, пригрозив поотрывать всем спрашивающим руки. Она могла. Никто не стал настаивать). Но Гето знал, что где-то на ее теле красуется 2 глубоких шрама от его проклятий и 1, оставленный уже им самим, от проклятого оружия. Когда поезд с киотскими студентами тронулся, Гето снова начал слышать хлопки.