Часть 8

Школа после звонка мгновенно опустела. Юна не торопясь шла по коридору, распуская волосы из тугого хвоста. Эта неделя… возможно, была самой худшей из тех, что ей пришлось пережить. На нее, вполне намерено, вылили суп, закрыли одну в кабинете на пол дня, после чего ей пришлось отчитываться учителям, где она была. Распускали слухи, и иногда били, когда она отказывалась их публично признавать, разрисовывали ей парту оскорблениями и пошлыми рисунками, и много всего прочего. Ссадины на теле все еще болели, в нос впился неприятный запах душного кабинета. Джи-ан не вмешивалась. Никто не вмешивался.  Юна потрясла головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли. Телефон оповестил ее о новом сообщении, и девушка незамедлительно разблокировала его. Ей редко кто-то писал, а если такое все же происходило, то радостного было мало. Снова неизвестный номер. От подобного не стоит ждать хороших вестей.  «Ты прошла. Сейчас, в восточном крыле. Мы тебя встретим.» Юна перечитала сообщение несколько раз. Они предполагают, что ей должно быть ясно, о чем идет речь? Прошла куда, какие были правила? Будто она подписывалась.  Пальцы крепче сжали телефон, словно это была шея того, кто ее во все это втянул. Юна выдохнула, стараясь успокоиться, и убрала телефон в сумку. Плевать, что будет. Она будет какой угодно, но трусливой – точно нет.  Ее шаги отдавались гулким эхом, пустой коридор восточного крыла выглядел весьма неуютно. Незаметная ранее, темная фигура  медленно приближалась. Вглядевшись, Юна поняла – лицо этого парня ей незнакомо.  -Туда. И это побудет со мной, пока у тебя будет… аудиенция. Парень выдернул сумку из ее рук, и кивнул головой на приоткрытую дверь. Юна хотела бы возмутиться недружелюбности проводника, но страх неизвестности затмевал все другие чувства. Как же она ненавидела страх. Именно по этому она резко распахнула дверь, не давая себе ни секунды на сомнения. Хуже уже не будет. Нам Гю сидел в кресле, лениво закинув ногу на ногу. Небольшая комната освещалась лишь светом работающих телевизоров. Его лицо омрачала тень. Юна стояла на пороге, не двигаясь. Внутри кипела живая ненависть, и она все не могла понять – к нему, или к себе?  -Закрой дверь. Девушка подчинилась, громко хлопнув дверью. Это явно не входило в ее планы, она хотела оставаться в непоколебимом спокойствии… да черт с ним. Она уже очень долго была спокойной. -Понравилось смотреть, да? Нам Гю не ответил, лишь поднялся с кресла, не отрывая от нее взгляда. Юна не шевелилась. Все ее нутро кипело негодованием. Отвратительные мысли о предательстве растекались по венам, заставляя кровь закипать. Предательство… можно ли назвать это таковым, если доверия и не было?  -Это сделал ты? -Нет. Это они. Парень указал на экран, где крутились разные записи. Суть была одна – на них, похоже, происходило то же самое, что и с Юной. Кадры менялись, и одни жестокие действия сменялись другими.  -Смотри. Стоит всего-лишь дать им повод, и вот итог. Мы не приказываем, мы – подталкиваем, и смотрим на исход.  Юна заставляла себя не опускать взгляда. На экране мелькали лица других учеников – кого-то она знала, кого-то нет. Ужас был не в самой картине, а в том, насколько обыденно это выглядело.  -Это ты писал те сообщения? И куда же я прошла? -В PRAXIS, Юна.  Нам Гю достал из кармана пачку сигарет, и, взяв одну, закурил. Выдыхая густой дым, он глядел на нее, размышляя. Его взгляд – любопытный, выискивающий что-то в ней.  -Кем же ты будешь… -В вашей секте? Никем. Парень хрипло посмеялся, и взял в руки телефон. Пару кликов по экрану, и он уже показывает ей новостную статью. На ней большими буквами выведено: «Ученик “Daewon High School” Чхве Хён У не выходит на связь больше недели. Родители и учителя обеспокоены. Ведется следствие.» -Тебе наверняка знакомо это имя? Тоже выбрал быть никем, и говорил много лишнего. Ай-ай-ай. А у него были все шансы выбиться в верхушку. Юна отшатнулась, будто ошпаренная. Желудок скрутило от отвращения и понимания величия этого… PRAXIS. Нам Гю наблюдал за ней с холодной уверенностью, словно с самого начала знал исход. Может, так оно и было.  -Я не понимаю… -Поймешь, Юна. Когда будешь держать власть в своих руках, ты все поймешь. Нам Гю подошел непозволительно близко, настолько, что она могла чувствовать каждый его вздох. Отойди было нужно, но хотелось ли? Сложно. Молчание длилось слишком долго. Казалось, даже тишина звучит до ужасного громко. Нам Гю провел подушечкой большого пальца по ее губам, спрашивая или готовясь сам? Он не знал.  Нам Гю притянул ее ближе, касаясь своими губами ее. Поцелуй, как олицетворение ненависти и прощения. Он всем телом ощущал каждый ее вздох, это сводило с ума. Поцелуй был коротким, но ощущение от него остро вонзилось куда-то глубже, чем хотелось бы. Юна слегка отстранилась, отчаянно пытаясь мыслить трезво. Но как же хотелось быть ближе. Попытки разбились вдребезги. Его шепот прозвучал прямо у нее над ухом. -Добро пожаловать домой, Юна.