Пролог

Выстрел разорвал тишину, как нож рвёт ткань. Грохот — оглушительный, внезапный, как удар грома в закрытом помещении. Пламя на мгновение вырвалось из ствола, осветив лицо стрелка. Пуля пронеслась сквозь воздух, ударила — с глухим, мерзким звуком мяса, в которое врезается металл. Тело рухнуло на пол с тяжёлым грохотом. Эхо выстрела всё ещё звучит в голове, пульсирует в висках, не даёт вдохнуть. Сердце лупит в груди, будто пытается пробиться наружу. Я пошатываюсь на ватных ногах. Каждый шаг — как сквозь вязкий воздух. Подхожу к двери. Щель. Свет изнутри рвёт темноту коридора. Я заглядываю. Он лежит на полу. Без движения. Кровь растекается по паркету тёмным пятном. Отец. Секунда — и мир замирает. Я не могу выдохнуть. Всё тело сковывает. Мгновение — и крик вырывается из горла, первобытный, рваный, как будто сам воздух рвётся: — ОТЕЕЕЦЦЦЦ!!! Сирены. Пронзительные, режущие уши. Красно-синие вспышки мечутся по стенам, как в дурном сне. Кто-то кричит, кто-то плачет. Люди говорят, суетятся, бегают. Полицейские, медики, соседи... Но я не слышу слов. Сижу на холодном полу у стены, прижав колени к груди. Губы шевелятся, но я не чувствую ни языка, ни дыхания. Всё вокруг — как сквозь воду. Приглушённое. Замедленное. Словно кто-то нажал на паузу, и только я продолжаю падать. Это не сон. Это реальность. Жестокая, рваная, кровавая. И в тот день, среди обрывков голосов, запаха крови и парализующего ужаса, я пообещал себе одно: Я найду того, кто это сделал. И он заплатит. Я отомщу за отца. Любой ценой.