Глава 26. “Твоё место — здесь”

Хайб, поздний вечер. Юнги сидел в углу студии, уставившись на экран. Его пальцы привычно перебирали клавиши, но музыка не рождалась. Звук был — чувства не было. Дверь приоткрылась. — Можно? — Т/И осторожно заглянула внутрь. — Всегда, — отозвался он без колебаний. Она вошла, сжимая в руках блокнот. Села рядом, ближе, чем обычно. Между ними была тишина, но не та, что давит — та, в которой живут ответы. — Я думала, что всё будет проще, — тихо произнесла она. — Что когда всё станет официально… мне станет легче. Юнги повернулся к ней: — Стало хуже? — Нет. Просто... настоящим. А это страшнее. Потому что теперь всё на виду. Нас видят. Слушают. Судят. Не как айдолов. Как людей. Он кивнул. — И всё равно хочешь? — Да, — твёрдо. — Потому что если не здесь, то где? Он протянул руку, дотронулся до её щеки. — Тогда давай. Вместе. Шаг за шагом. Тишину нарушил её телефон. Сообщение. От Намджуна. "Зайди ко мне. Сейчас." Она показала экран Юнги. — Думаешь, что-то случилось? — Он твой брат. У него постоянно "что-то случилось". Иди. А я доделаю куплет. — Ты — как пульт от кондиционера, — усмехнулась она, вставая. — Сначала холодный, потом включаешь тепло. — А ты — как Wi-Fi. Если не работает, я начинаю нервничать. Она рассмеялась и ушла. ** Кабинет Намджуна. Он ходил из угла в угол. В руках — документы. На лице — гроза. — Ну? — он не повернулся. — Как тебе жить в доме, полном мужчин с бешеной энергетикой? — Весело, — пожала плечами Т/И. — Пока никто не начал бороться за ванну. Он повернулся. Его взгляд стал мягче. — Ты счастлива? — Я... в процессе. Но рядом с ними мне спокойно. — А с ним? — Очень. Он кивнул. — Тогда живи. Но если хоть раз он тебя ранит, если я увижу хоть одно настоящее “больно” в твоих глазах… Я сделаю так, чтобы Юнги забыл, как играть ноты. — Намджун… — Я не шучу. Он подошёл ближе, обнял её за плечи. — Просто пообещай мне — если станет тяжело, не молчи. Говори. Не держи в себе. Она кивнула. — Обещаю. ** Позже. На кухне. Тэхён держал в руках венчик и кружку, в которую явно не лезло то, что он пытался туда засунуть. — Ты что готовишь? — с подозрением спросила Т/И. — Энергетический суп из кофе, яйца и банана. Хосок сказал, что это “зарядка для настоящих”. — Хосок ненавидит бананы. — Вот почему он улыбался, когда говорил это… Она рассмеялась. В этот момент в кухню вошёл Юнги, закинув на плечо наушники. — Все живы? — спросил он, глядя на содержимое венчика. — Почти, — кивнула она. Юнги встал за ней, обнял со спины. — Ты всё сказала брату? — Да. — И? — Если ты ещё раз причинишь мне боль — он сотрёт тебе память о музыке. Юнги вздохнул: — Справедливо. Она посмотрела ему в глаза: — Но ты не причиняешь. Не сейчас. И, надеюсь, никогда. Он коснулся её лба губами. — У нас впереди много песен. Ни одна — про боль.