Глава 19. «На глазах у всех»

Особняк Удзумаки был подсвечен со всех сторон — будто гигантский световой маяк. Гостей встречали официанты в чёрной форме с золотыми значками, фонтаны бурлили, словно их заправили шампанским, а в воздухе витал сладковатый запах дорогих сигар, духов и удовольствия. Золотая молодёжь страны собралась почти в полном составе. Все знали — такие вечера редкость. Это не просто тусовка. Это — событие. Ивент. Манифест. --- Когда Каваки и Сумирэ вошли, в зале будто звук убавился. Не буквально, а на уровне ощущений. Он — в классике: чёрный приталенный пиджак, открытая шея, взгляд хищника. От него веяло уверенностью, спокойной агрессией. Она — в платье, которое по-хорошему стоило бы цензурить: плотная, дорогая ткань, подчёркивающая всё, что стоит подчёркивать. Спина открыта, волосы собраны высоко, а на шее — тонкая нитка чёрного жемчуга. Дышать от её вида было сложно. Даже девушкам. — Бля, они вместе? — прошипела Чоучо, уставившись на вход. — Да ну нахрен, — ответила Йодо, крутя бокал. — Мне одной кажется, что между ними химия просто ядерная? — Ага, — подтвердила Химавари. — Он на неё смотрит так, будто собирается вые… — она прикусила губу, но было поздно — все рассмеялись. — Ну, если они сегодня не тра…ся, я не Сай, — добавил Иноджин, усмехаясь. — Это что-то новенькое. Он же обычно такой ледяной, а теперь как будто не может оторваться. Шикадай просто кивнул и тихо бросил: — Слишком спокойно вокруг них. Это всегда признак чего-то опасного. --- Они подошли к бару. Каваки сдержанно махнул бармену: — Два как всегда. — Да вы же даже не из этого города, — хмыкнул бармен. — Но ты уже понял, что мы теперь здесь как дома, да? — Глянь, — Сарада ткнула Боруто локтем, — они даже в шутках уже как пара. — Да это пи…ц. Они смотрятся как сцена из дорогой рекламы: он — тёмный лорд с банковским счётом, она — его королева с гранатовым взглядом. — «Золотая кровь» прямо-таки пульсирует, — добавил Мицуки, проходя мимо. — У нас тут новое ядро тусовки, поздравляю. --- На террасе Каваки держал бокал двумя пальцами, глядя на Сумирэ, будто всё ещё не верил, что она — рядом. — Ты понимаешь, что теперь нас обсуждают больше, чем победителя выборов в парламент? — сказал он, склонившись к ней. — Конечно. Нам только оркестр не хватает, чтобы драму завершить, — усмехнулась она. — Но зато у тебя теперь есть повод спасти кого-то кроме себя. — Мм, — он посмотрел на её губы, потом в глаза. — А у тебя — повод остаться. — Сказал, как будто я не собиралась, — мягко бросила она. И коснулась его пальцами — совсем чуть-чуть, по ребру. И этого касания хватило, чтобы он выдохнул неровно. --- Позже, когда пары расселись, вечер постепенно набирал обороты: Чоучо и Мицуки сидели рядом, и он, не отрываясь, смотрел, как она смеётся. Химавари и Иноджин танцевали под медленный бит, переглядываясь. Шикадай держал Йодо за талию — она явно не из тусовки, но держалась так, будто всё контролирует. Шинки появился с девушкой, у которой даже имени никто не знал — и это всех раздражало. Ещё и были они слишком… спокойными. Как будто могли уничтожить всех без звука. Сарада и Боруто на миг отошли в сторону. — Думаешь, стоит сказать всем? — спросила она. — Нет, — он покачал головой. — Я не хочу, чтобы об этом сразу начали сплетничать. Давай ещё немного для себя. — Хорошо, — она кивнула. — Только маме не проболтайся. — С ней и говорить страшно, — хмыкнул он. --- И в этот вечер, под музыку, под взглядами, под ту самую атмосферу, где шутки гремели как тосты, а тосты звучали как вызов судьбе — Кавасуми стали не просто парой. Они стали фактом. Явлением. Громом над столицей, подтве рждением того, что даже лед и огонь, при правильной температуре, могут слиться в одно.