Часть 2. Внеплановая пересдача

      С нагрузкой ее не обидели — чуть-чуть больше ставки, буквально часов на сорок. Распределение по семестрам тоже, в целом, равномерное. Дисциплины те же самые — правоведение и ИГПЗС. Потоки тоже те же. И пусть Марина понимала, что студенты год от года могут отличаться, «совсем дурачков» здесь не должно было быть.       — Марина, — сказала Катерина, увидев девушку в коридоре. — Зайдите ко мне.       «Началось в деревне утро», — подумала Марина и, догадываясь, что ничего хорошего обычно в таких разговорах не бывает, пошла к заведующей.       — Марина, — произнесла Катерина уже в кабинете. — Возьмите актуальные проблемы трудового права. Спецкурс для бакалавров, небольшой, ну вы помните, — на этом моменте девушка решила, что над ней издеваются, ведь как можно было не помнить прошлогодний скандал, — и цикл у магистрантов.       — С чего бы такая радость? — чуть опешила Марина.       — Елена Олеговна предпочитает преподавателей-практиков, особенно, на спецкурсы, — ответила Катерина. — Ну а вам, по ее мнению, есть, о чем рассказать из актуальных проблем.       — И что же именно? — съехидничала Марина.       — Как минимум про прогулы и пьянки на рабочем месте, — сказала Катерина.       — Предположу, что у Веры Марковны больше историй на эту тему, — ответила Марина.       — Вера Марковна работала в уголовной коллегии, — произнесла Катерина. — Поэтому у нее есть не одна занимательная история, но на другие темы.       — ГПХ, совместительство? — спросила Марина.       — ГПХ у магистрантов и совместительство у бакалавров, — ответила Катерина. — Ничего нового, — женщина задумалась. — Главное, чтобы в другом не было «ничего нового». Если я вас за руку поймаю на срыве пар, то на первый раз вероятность 99%, что без увольнения обойдемся, а вот если кто повыше поймает — я не могу за ход их мыслей отвечать. Да, вы вновь приняты на работу, все начинается как будто с нуля, но и за первый прогул разрешено увольнение.       Марина огорчилась — опять начинается все то же самое, припоминаются прошлые эпизоды.       — Мне Дарина Олеговна сказала, что вы допускаете для себя возможность принимать как Молохин, как Таисия Георгиевна — и вторую пересдачу самостоятельно, — произнесла Катерина.       — Это была идея Дарины Олеговны, — Марина решила не брать на себя лишнее.       — Так вот, — продолжила Катерина. — Не приучайте народ к ненужному. Если у Молохина все равно никто не сдавал на этих дополнительных пересдачах, то у Таисии Георгиевны раза так с седьмого все равно учили и сдавали. Вот только тратила свое время, причем бесплатно, она немало. Я же догадываюсь, что у вас на этой второй внеплановой пересдаче все всё сдадут.       — А это не от меня зависит, — ответила Марина. — А от них. Будут учить или нет.       Внеплановая пересдача, да еще и не комиссии, взбудоражила умы многих студентов. Морально подготовившись к комиссии, не все студенты пришли сдавать Марине.       — Антон где? — спросила девушка одногруппника неявившегося студента.       — Антон решил, что вам сдавать бесполезно и он будет сдавать комиссионно, — ответила девушка.       — Можно подумать, комиссия просто так за отсутствие знаний экзамен поставит, — сказала Марина. — Софья где?       — Болеет, — произнес кто-то.       «Впрочем, это уже их проблемы», — подумала Марина, разложила билеты и объявила: — Подходим по одному, берем билет, называем номер, берем бумажку для записей, садимся, думаем, идем сюда отвечать.       Минуты через три одна из девушек попыталась достать шпаргалки.       — Уберите, — сказала Марина. — Еще раз увижу — пойдете отсюда.       Парень неподалеку активно что-то писал. Чувствуя, что что-то не так, Марина увидела, что он смотрит на часы и, не до конца понимая логику, сказала:       — Часы снимите, пожалуйста, и уберите куда-нибудь.       — Зачем? — студент даже не удивился.       — А просто, — ответила Марина.       Со снятыми часами студент продолжил гораздо медленнее, а Марина подумала:       «А кто виноват, что все настолько видно?»       Тот самый парень пошел сдавать первым. Отвечал на первый вопрос неплохо, на второй кое-как сказал несколько фраз. Немного повытягивав студента, Марина отпустила его с тройкой.       Когда в аудитории осталось пять человек, никто не хотел идти следующим.       — И кто будет сейчас отвечать? — спросила Марина.       Тишина. Решив, что она может немного подождать, девушка вдруг заметила на столе той самой студентки, которая попыталась достать шпаргалки, небольшие кусочки бумаги.       «Вот дура, надо же не на стол класть, где все видно, а на бумагу, на которой пишешь!» — в глубине души выругалась Марина.       Девушка подошла, чтобы убедиться в своих подозрениях, увидела шпаргалки и сказала:       — А я вас предупреждала. Сдавать будете в следующий раз.       Студентка ушла на удивление молча. Вслед за ней собралась еще одна девушка.       — А вы куда? — спросила Марина.       — Учить, — ответила девушка. — Все равно ничего не знаю.       — А представьте, что сегодня могла быть комиссия — это уже все, отчисление, — сказала Марина.       — У меня все равно комиссии по ТГП и ИГПР — никакой разницы, — произнесла студентка.       Следующий студент отвечал на удивление отвратительно, поэтому ушел с двойкой. Девушка отвечала неплохо, а ближе к концу ответа собралась и получила четверку. Последний студент тоже остался с двойкой.       — И как успехи, Марина Исаевна? — спросила Анна, увидев Марину на кафедре.       — Две неявки, четыре двойки, тройка и четверка, — ответила Марина.       — На комиссии был бы тот же результат, — сказала Анна. — И зачем только нам слушать шесть человек, которые сдадут на неудовлетворительную оценку?       — Для успокоения души, — ответила Марина.       — Единственное, чему я рада — может, и вы как историк внесете свой вклад в отчисление тех, кто недостоин учиться, — произнесла Анна. — Как юрист — вряд ли, а как историк — вот не сомневаюсь, что на комиссии будет шесть двоек. Ну или пять. Если кто-то вдруг резко одумается и все выучит.       На кафедру вошла какая-то незнакомая девушка.       — Марина Исаевна здесь? — спросила она.       Пока Марина пыталась сообразить, что от нее может быть нужно, Анна сказала:       — Юлечка, как я рада вас видеть! Решили все-таки здесь поработать?       — Да, Анна Геннадьевна, — Юлечка явно была не против поговорить с Анной. — Со Следственным комитетом у меня не сложилось. Я к ним все лето отходила — вовремя поняла, что это не мое.       — Объем работы испугал? — спросила Анна.       — Нет, что вы, — ответила Юлечка. — Можно подумать, только у них работать надо.       — Есть места, где работают по четыре часа в день, а оставшиеся четыре часа тратят сугубо на себя, — уточнила Анна. — А что вам в СК не понравилось?       — Я даже не знаю, — сказала Юлечка. — Атмосфера, наверное. Как-то тяжело было там находиться. Атмосфера взаимного «свали на соседа». Я и о работе, и о теориях подозреваемых. Да вообще о всем.       — И хорошо, что вы вовремя поняли, что вас это не интересует — можете потом, через годик, когда диплом получите, поискать себя в другом русле, — ответила Анна.       — Да, в последний год бакалавриата работать в полную силу — не лучшее решение, нужно диплом писать, — произнесла Юлечка. — Наверное, в магистратуру я пойду по гражданско-правовому профилю — это мне ближе.       Дальше было обсуждение проблем неофициального трудоустройства в ряде юридических контор, малоперспективность работы у нотариуса, обсуждение некого Димы, который немного поработал в налоговой, а потом стал хорошим специалистом «по ту сторону баррикад», который «гребет деньги лопатой, объясняя очевидные вещи» и изредка помогает в более-менее сложных случаях.       «Надо же, Анна, которая не издевается на словах — это что-то новенькое», — подумала Марина.       — Марина Исаевна, — Юлечка обратилась больше в пустоту. — Давайте подпишем документы.       — Да, хорошо, — ответила Марина.       — Какие предметы вам доверили вести? — спросила Анна, когда Юлечка ушла.       — Актуальные проблемы уголовного права, — ответила Марина, решив попробовать не конфликтовать с Анной. — Ой, простите. Совсем задумалась. Актуальные проблемы трудового права.       — Не отличать уголовное право от трудового, — по-видимому, Анна не планировала менять вектор общения. — Как говорится, ничего нового. Все идет по плану. А что читать будете? О том, как отбрехиваться после прогулов и про то, что важно знать нормы трудового права, когда набухался на рабочем месте? О важности освидетельствования и рисках и последствиях при отказе от него?       — Можно подумать, я одна пила на рабочем месте, — не выдержала Марина.       — Пили — нет, не одна, — ответила Анна. — А вот лекцию сорвали только вы, Марина Исаевна. Ну а то, что вы намылились бы отказаться от освидетельствования — уж простите, но не тайна.       — До каких пределов? — Марина решила узнать масштаб проблемы.       — До пределов «все, что было на кафедре, остается там же», — произнесла Анна. — А вас Елена Олеговна, по-видимому, решила взять за тот самый скандальчик с проректором. Чтобы вы сделали кейс на эту тему.       Небольшой инструктаж от Елены Олеговны состоялся вскоре.       — Марина Исаевна, думаю, вам уже рассказали, что в циклах у магистрантов и спецкурсах у бакалавров я предпочитаю практикоориентированные ситуации, — начала женщина. — Поэтому, сами понимаете, здесь просто просится ваша история про двадцать третье февраля прошлого года, пары и так далее. Измените имена и город — получится отличная ситуация. Ну и, как показывает жизнь, школы и, думаю, колледжи тоже — это буквально кладезь занимательных историй на тему Трудового кодекса. Ваши, соседские, рассказанные кем-то — не столь важно. Важно, что это истории из жизни и, разумеется, очень важно уточнение, как все должно было закончиться в рамках законодательства.       — Конечно, Елена Олеговна, — ответила Марина.