Часть 14

Всё чаще Ася ловила себя на мысли о том, что съёмки и показы перестали приносить то былое удовольствие. Конечно, ей по-прежнему нравилось работать, но что-то неумолимо тянуло в Москву. Уже через пару дней вне дома она была готова взвыть. И причину таким изменениям Ася знала. Видела, как эта причина, стоит по середине аэропорта с букетом в руках. Широко улыбаясь, вперёд побежала, совсем забыв о катившемся рядом чемодане. Ася со всего размаху врезалась в объятия встречающего. Крепкие руки тут же обвились вокруг талии девушки. Стоило лишь вдохнуть родной запах парфюма мужа, ощутила, как накопившаяся усталость сваливается с плеч и улетает обратно в Милан уже без неё. Всего месяц не видела любимые голубые глаза, но ей казалось, будто прошла вечность. Тёплые слёзы радости по щекам катились, растворяясь в его чёрной рубашке. -Что ж ты плачешь всё время, малыш? – Виктор с мягкой улыбкой мокрые дорожки с её лица стирал. -Соскучилась - Прошептала, сильнее прижимаясь к мужу. -Так бросай свою работу, найду тебе занятие дома. Языком цокнув, Ася глаза закатила и в грудь его в пол силы стукнула. Знала, о каком занятии он говорит. После того, как они чуть не развелись, Виктор перестал требовать прибавления в семье здесь и сейчас, но иногда бросал намёки. Часто в последнее время задумывалась, что для полного счастья им действительно не хватает только ребёнка, хоть мужу и продолжала доказывать свою категоричную позицию. Сама не понимала в чём именно проблема. В нежелании бросать успешную карьеру, в слишком юном возрасте или в словах брата о том, что когда-то Виктор её всё же продавит и заставит родить ребёнка, которого она не хочет. -Потерпи, ладно? Почему тебе так важно сделать это быстрее? Наслаждайся жизнью, мной красивой в конце концов – Ася обильно жестикулировала, направляясь к выходу из аэропорта с рукой мужа на плече. -Наслаждаюсь. Просто у меня жизнь может быть очень короткой и как-то хочется успеть хотя-бы сделать этого ребёнка, не говоря уже о том, чтобы вырастить. -А, по-моему, твоя любовь к детям, не понятно откуда взявшаяся, здесь не причём. Ты просто хочешь, чтобы я перестала работать и остаток твоей короткой жизни сидела дома рядом с тобой. -Не без этого – Усмехнувшись, согласился мужчина, открывая перед ней пассажирскую дверь машины. Ася залезла в салон, надув губы. Этот разговор всегда заканчивался одинаково — взаимным недовольством и тихим раздражением. Виктор излишне давил, а она излишне сопротивлялась. И ведь любила его безмерно, и знала, что его слова о скоротечности жизни далеко не пустой звук. Не меньше него переживала за то, что однажды он может не вернуться домой. Криминальный мир жесток, Ася понимала, за каким человеком замужем и, возможно, хотела бы исполнить это его желание, но страх потерять себя, раствориться в быте и детских пелёнках был сильнее. -Куда мы едем? – Спросила, когда заметила, что Виктор съезжает со МКАДа и ведёт машину в город. -В офис заедем на часок. Подождёшь меня? – Ася слышала в тоне мужа, что вопрос является риторическим и от её ответа ничего не будет зависеть. -А у меня есть выбор? -Нет. В офисе компании, которой муж владел вместе с друзьями, всегда царила деловая суета. Люди сновали туда-сюда с папками и телефонами, обмениваясь короткими фразами и взглядами, полными напряжения. Ася чувствовала себя здесь чужой, словно попала в другой мир. Ненавидела приезжать сюда даже на пять минут. Дома ей как-то удавалось забыть о том, чем занимается Виктор, пускай на его поясе и висела кобура, но в этом месте она словно чувствовала себя соучастницей всех преступлений. Была уверена, что рэкет, разбой, убийства и торговля наркотиками лишь верхушка айсберга. Ни разу не была в личном кабинете мужа, оставаясь в свои редкие визиты в приёмной с приглянувшейся ей секретаршей Людочкой, но сегодня у неё был выходной, а сидеть в одиночестве не хотелось. К двери в конце длинного коридора подойдя, смотрела за тем, как мужчина ковыряется ключом в замке. Ася на золотистую табличку взор бросила и хохотом залилась. -Финансовый директор? А почему не министр? Или сразу президент? -Буду министром, не переживай – В той же язвительной манере ответив, Виктор вперёд себя её внутрь пропустил. -Да я-то не переживаю. Это государство должно трястись. В стране и так пиздец творится, а с таким министром вместо больниц и школ деньги будут выделять только на казино и бордели. -Во-первых, не матерись. Сколько раз говорить? – Подойдя ближе, он ладошкой легонько Асю по губам хлопнул, отчего та в притворном возмущении рот открыла – А, во-вторых, в задницу иди со своими шутками. Виктор прошёл к своему огромному столу из тёмного дерева, заваленному бумагами и дисковыми телефонами, а Ася, показав язык ему в спину, принялась рассматривать кабинет. На полках красовались дорогие алкогольные напитки, на стене висела огромная карта страны с какими-то пометками. Голову отвернула, скривившись от подступившей к горлу тошноты. Воротило буквально от понимая, что все эти стрелки и точки — пути торговли наркотиками. -Грязь – Под нос себе выплюнула, отходя к окну. -Ась, давай не будем опять одну и ту же шарманку заводить. Ты живёшь на эти деньги и живёшь не плохо. Чё-то не замечал, чтобы ты плакала, когда бабки отсчитываешь за очередные туфли. Ася отвернулась к окну, скрестив руки на груди. Вид на вечернюю Москву, конечно, впечатлял, но сейчас не вызывал ничего, кроме раздражения. Знала, что Виктор прав и её лицемерное негодование выглядит жалко. Она любила красивые вещи, путешествия, украшения и это ей обеспечивал муж. Глупо стоять с ног до головы в Versace, с бриллиантами в ушах и на пальцах, но возмущаться происхождению денег, на которые всё куплено. -Иди ко мне, стоишь там, как не родная - Виктор откинулся на спинку кресла и поманил пальцем. Ася нехотя подошла, чувствуя себя загнанной в угол. Он обхватил её за талию и притянул ближе, усаживая к себе на колено - Думаешь, мне нравится каждый день рисковать жизнью, обманывать, калечить? Если бы был другой выход, я бы давно им воспользовался. Но сейчас, к сожалению, это единственный способ обеспечить нам достойную жизнь. -Я понимаю. Виктор всматривался в её лицо, словно пытаясь прочитать мысли. Ей было сложно признать, что он прав. Сложно признать, что их комфорт и беззаботность куплены ценой чужих жизней и сломанных судеб. Молча сидела на коленях мужа, пока он читал какие-то бумаги, изредка отвлекаясь на то, чтобы поцеловать плечико, выглядывающее из платья со спущенными рукавами. Ася чувствовала себя куклой на коленях у хозяина. Красивой, дорогой, но всё же куклой. В голове роились мысли, перебивая друг друга. С одной стороны, после того, как они признались в своих чувствах дышать стало проще, но ощущение, что рука Виктора до сих пор держит её за горло, не покидало. Словно их брак так и остался договорным, где она лишь товар, а он покупатель, купивший её у отца в качестве трофея. Бесспорно, свалившаяся на них любовь изменила ситуацию, но что-то не давало покоя. Ася жила с чувством будто муж не дал ей свободу, а лишь ослабил хватку и в любой момент может снова выкинуть нечто ужасное. А возможно, Света права и дурные мысли посещают светлую голову от безделья. -Может, и правда родить… - Бросила задумчивым шёпотом, буравя взглядом карту на стене. Ася поняла, что озвучила мысль вслух, только когда мужчина повернул лицо на себя, обхватив подбородок пальцами. Медленно провёл большим пальцем по её губам, словно проверяя, не показалось ли ему и она действительно произнесла то, что он так долго хотел услышать. -С чего такая смена курса? Ты сегодня только говорила, что не хочешь детей. -Я не сказала "всё, рожаем". Я сказала "может". Просто предположение. -Нет, лапуль. Предположения мне в уши лить не надо. Предложения с удовольствием послушаю. -Какое же ты быдло всё-таки – Ася сдавленно рассмеялась, откидываясь спиной на подлокотник кресла – Знаешь, как говорят: "Можно вывести человека из деревни, а деревню из человека - никогда". -Это с каких пор у нас Бирюлёво деревней стало? Или у тебя всё, что дальше Пресни и Третьяковки деревня? Вот ты в деревне родилась. Жуковка твоя, хоть и для богатых, но деревня - Виктор захохотал, крепче сжимая её талию в своих руках. -Ой как завёлся, обидела мальчика. Завидуй молча, Витенька – Мурашки по коже пробежали, когда муж игриво прикусил мочку её уха. Знала, как ему не нравятся подобные шуточки в адрес их разного социального статуса, а ей вот казалось, будто это лишь хорошее напоминание о том, что он смог выбиться "из грязи в князи". -Думаешь, я смогу стать мягче, когда появится ребёнок? -Не знаю. Хуже уже точно не будет - Ася задумалась. Это был сложный вопрос. Она знала, что Виктор не идеален. Но любила его таким, какой он есть, со всеми его недостатками и достоинствами – Но, если, когда я буду рожать, ты будешь ласты тянуть в Бутырке, пеняй на себя. Я не такая добрая, как Оля. Придушу и глазом не моргну. Виктор расхохотался, отпуская её и запрокидывая голову на спинку кресла. Его смех, глубокий и искренний, заполнил кабинет, будто вытесняя собой спёртый воздух лжи и опасности. Ася невольно улыбнулась, глядя на мужа. В такие моменты он казался обычным мужчиной, влюблённым и, возможно, немного напуганным перспективой отцовства. -Учту - Пообещал Виктор, перехватывая её руку и целуя кончики пальцев. - Буду самым законопослушным гражданином на свете, пока ты рожаешь. А потом…посмотрим. Фыркнула, не веря ни единому его слову, но в глубине души стало теплее. Возможно, он действительно изменится. Возможно, ребёнок станет тем самым якорем, который удержит его от бездны. Но эта мысль одновременно и радовала, и пугала. Слишком много "возможно". В тишине сидели, нарушаемой лишь шорохом бумаг и приглушенным гулом вечерней Москвы за окном. Ася чувствовала, как усталость постепенно покидает тело, растворяясь в тепле, исходящем от мужа. Запах его парфюма, кожаной обивки кресла и табака успокаивал, возвращая чувство защищённости и дома. Даже в этом мрачном кабинете, пропитанном душком кровавых денег и власти, она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Настолько, что не заметила, как заснула, сидя у него на коленях, уткнувшись носом в шею. Ася проснулась ощутив, как голова ударилась о что-то твёрдое. По сторонам оглядывалась словно котёнок, только раскрывший глаза. Картинка отказывалась совмещаться с последним воспоминанием. Засыпала в кабинете Виктора на его коленях, а проснулась у него на руках уже возле дома. Неужели спала настолько долго и даже не почувствовала все перемещения. Ася сонно потёрла глаза и попыталась высвободиться из объятий мужа, но Виктор лишь крепче прижал её к себе. -Тише, соня. Уроню же - Прошептал он на ухо, отчего тело вновь расслабилось до состояния полудрёмы. Почувствовав под спиной нечто мягкое, глаза вновь открыла. Спальня встретила мягким светом торшера и тишиной, нарушаемой лишь тиканьем часов. Ася наблюдала, как муж расстёгивает кобуру и оставляет её на своей прикроватной тумбочке. Этот жест, всегда пугавший, сегодня почему-то показался обыденным. Будто кобура — лишь необходимый аксессуар, вроде галстука или часов. Виктор присел рядом на край кровати и провёл рукой по её растрепавшимся волосам. В голубых глазах читалась нежность, смешанная с тревогой. -С тобой всё нормально? Обычно от любого шороха просыпаешься, а тут, как убитая, спала. -Всё хорошо, просто устала. У тебя ещё так душно в кабинете. И карта эта…как увидела, аж затошнило – Ася зевнула, прикрывая рот длинными изящными пальчиками. С интересом смотрела за тем, как муж, вперившись взглядом в узор на ковре, нахмурил брови и зачем-то загнул несколько пальцев – Что считаешь? -Да, по работе там, не бери в голову. Голодная? Пока моешься, могу приготовить что-нибудь – Рассмеялись тому, как её желудок сразу после этих слов издал звук, походивший на пение китов. -Я бы сейчас слона съела. Или курицы жаренной в духовке, или бутерброд с красной рыбой, или селёдку с картошкой варёной, или пельмени. Во, пельмени хочу. Там мама твоя передавала домашние, должны быть в морозилке. -Ты же не ешь мамины пельмени. Там в мясе лука много. -Мясо ты съешь, а я тесто хочу варёное. -Ладно, будут тебе пельмени. Иди мойся, а я пока воду поставлю - Виктор усмехнулся, качая головой. Знал, что если ей чего-то захотелось, переубедить будет невозможно. Поднявшись с кровати, потянулся и направился к двери, на ходу закатав рукава рубашки. Горячая вода в ванной быстро смыла остатки усталости и напряжения. Подставив лицо под струи из душа, Ася закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. В отношениях царила почти идиллия, но что-то внутри не давало покоя. Чувство будто всё происходящее лишь иллюзия, созданная вокруг неё с тщательно выверенной до мелких деталек дотошностью. Пыталась найти трещину в этой безупречной картине, но каждый раз усилия разбивались о гармонию вокруг. Дурная привычка ждать от мужа подвоха не испарилась после его признания в чувствах, а лишь усугубила ситуацию. Ася постоянно ждала, что её идеальный мир рухнет. Выйдя из ванной, Ася завернулась в шёлковый халат, пропитанный ароматом любимого геля с нотками ванили. Волосы, ещё влажные, падали на плечи тяжёлыми прядями. Кухня встретила её уютным светом лампы над столом и аппетитным запахом варёных пельменей. Виктор стоял у плиты, помешивая что-то в кастрюле, и выглядел таким домашним, что на миг показалось, будто это обычный вечер в квартире среднестатистической семьи, а не в их доме, купленном на тёмные деньги. Ася села на стул, подперев подбородок рукой, и наблюдала, как мужчина ловко раскладывает пельмени по тарелкам, добавляя сметану и зелень. Аппетит отступил сразу, стоило тарелке оказаться на столе. Запах уже не казался таким манящим, а вызывал лишь острое желание вымыть рот с мылом после каждого съеденного кусочка теста, которого ей так хотелось пятнадцать минут назад. Положив вилку в тарелку, Ася отвернулась к окну. Рот рукой прикрыла, будто это хоть немного могло сдержать подкатившую тошноту. -Всё хорошо? – Виктор обеспокоенно протянул руку через стол и накрыл её ладонь, лежащую на столе. -Да, витаминов, наверное, не хватает. С этой работой совсем на здоровье забила. Надо будет кровь сдать завтра. Пускай посмотрят, что пропить нужно - В горле стоял ком, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть. -Может, к врачу сейчас съездим? В нашу больничку. Бледная какая-то. -Недосып. Недосып, нехватка витаминов, диеты. Это нормально - Ася чувствовала на себе пристальный, рентгеновский взгляд мужа и старалась казаться как можно более непринуждённой. Сделала глубокий вдох, словно готовясь к марафону, и выдавила из себя слабую улыбку - Всё правда в порядке. Просто устала. Давай лучше поедим, пока пельмени не остыли и пойдём спать. Ася снова взяла вилку и попыталась проглотить кусочек теста, но он камнем застрял в горле. Тошнота подступила с новой силой, заставляя её схватиться за край стола. Картинка перед глазами начала расплываться. Вздрогнула, ощутив, как в лицо прилетели капли воды, которые муж распылил на неё изо рта. -Не плюйся. Дурак что-ли? -Это вода, а не слюни – Виктор перед ней на корточки опустился, сжав трясущиеся руки в своих – Давно так коматозит? -Пару дней. -Может… -Не может – На корню грубо пресекла его мысль – Если забыл, то я пью таблетки. Мы это уже обсуждали сотню раз. -Таблетки… - Протянул Виктор задумчиво, отпуская её руки и вытягиваясь в полный рост. Подошёл к окну и замер, уставившись в темноту двора дома. Ася видела, как напряжены его плечи, как сжаты в кулаки руки. В воздухе повисла тишина, такая густая и давящая, что казалось, её можно потрогать - А ты уверена, что они помогают? -Если я до сих пор не залетела, значит, помогают. -Залетают кошки – Через плечо бросил раздражённо. Ася похолодела. Этот тон, эта фраза, вырвавшаяся словно случайно, вернули её в недавнюю реальность. В ту реальность, где она не любимая жена, а собственность. В ту реальность, где её мнение ничего не значит, а её тело лишь красивая оболочка, которую он может использовать как и когда хочет. Но ведь сейчас всё изменилось. Они любят друг друга и всё это лишь призраки прошлого, которые никак не хотят отпускать в счастливое настоящее. -Просто подумай хотя-бы. Предположи. А что, если? Ну, знаешь…всякое бывает. Забыла выпить, таблетка упала, срок годности истёк. -Это исключено. Я не хочу даже задумываться об этом. -Ладно, не хочешь и не надо. Вздрогнула невольно от того, как быстро лицо мужа из непроницаемо холодного, стало таким ясным и улыбчивым. Ася почувствовала, как внутри всё съёжилось. Он слишком быстро сдался. Слишком легко согласился с отказом. Будто заранее знал ответ и просто проверял реакцию. Или же, что ещё хуже, у него уже был готов план, как обойти её "не хочу". Головой мотнула, прогоняя подальше свою паранойю. Поднявшись, Ася подошла к мужу и прижалась к его груди в отчаянной попытке забыться. Крепкие руки тут же обвились вокруг тонкой талии, как забор, через который не проходила ни одна дурная мысль. -Ты ведь знаешь, что я тебя люблю, да? - Прошептал Виктор, прижимаясь губами к её виску. -Знаю. И я тебя люблю. -Мой маленький ангел. Никогда тебя не отпущу. Нежный, хриплый голос словно погружал в непроницаемую вакуумную оболочку. В тот маленький безупречный мир, где любовь это нечто прекрасное и кроме них двоих ничего не существует. Ася закрыла глаза, пытаясь удержаться в том тепле, которое Виктор так щедро дарил. Но сквозь тонкую дверцу в комнату полную любви и доверия просачивался ледяной сквозняк сомнений. Слова мужа, произнесённые с такой искренностью, звучали как идеальная клятва в вечной любви, но в то же время как угроза. -Растопишь камин? Я тут пока уберу всё – Мужчина в лоб, кивающую Асю поцеловал, отчего у неё на лице появилась широкая улыбка. Ася, освободившись из объятий мужа, направилась в гостиную. Дрова, сложенные горкой, ждали своего часа. Усмехнулась, вспоминая, что именно в таком порядке поленья лежали месяц назад перед отлётом. Неужели он ни разу не зажигал камин в её отсутствие. Чиркнув спичкой, Ася поднесла огонь к бересте, и языки пламени жадно лизнули сухие поленья. Тепло, исходящее от камина, приятно согревало кожу, но не могло растопить лёд в душе. Она чувствовала, как сомнения с каждой минутой крепнут. Отмахнувшись от глупых мыслей, Ася подхватила с кресла-качалки их чёрную кошку и разместилась на диване. Шанель тут же принялась вылизывать руки хозяйки, лезла в лицо, вставала на задние лапы, как собака и укладывала мордочку ей на грудь, пока не успокоилась и не свернулась калачиком у неё на животе. Ася гладила мягкую шёрстку, прислушиваясь к тихому мурлыканью, но даже тепло кошачьего тельца не могло отогнать тревогу. В голове роились обрывки фраз, взгляды, мимолётные жесты Виктора. Каждая мелочь, казавшаяся прежде незначительной, теперь обретала зловещий оттенок. Она словно собирала пазл из разрозненных кусочков, боясь увидеть, какую картину они образуют. Дурное предчувствие не давало покоя. Вскоре Виктор вошёл в гостиную с подносом, на котором стояли две чашки какао и небольшая конфетница. Поставив поднос на журнальный стол, мужчина сел рядом с ней на диван. Одну руку забросил на плечи, прижимая блондинку к своей груди, а вторую потянул туда, где лежала кошка. Стоило ему опустить ладонь на живот, Шанель приподняла свою маленькую мордочку и зашипела, глядя на него сверкающими в полумраке глазами. -Бешеная – Виктор отдёрнул руку, удивлённо посмотрев на кошку. Шанель, не спуская с него взгляда, зарычала, демонстрируя острые зубы – Ты забыла, кто тебя кормил месяц, пока твоя хозяйка по Милану ходила? -Наверное, просто не в настроении – Ася осторожно согнала с себя пушистый клубок шерсти, пожимая плечами. Недолго поразмыслив, перебросила ногу через мужа и села к нему на колени. Размашистые ладони легли на её ягодицы, сжав кожу через ткань короткого халатика. Языком провела по напряжённой шеи, поднимаясь к уху – Я очень соскучилась. Виктор подался навстречу, увлекая в страстный поцелуй. Губы жадно впились в её губы, руки скользнули под халат, обжигая кожу горячими прикосновениями. Ася ответила на поцелуй, пытаясь заглушить тревогу нахлынувшей волной желания. Все мысли улетучились, когда муж очертил языком ореол на выскользнувшей из халата груди и прикусил затвердевший сосок, поглаживая пальцами её намокшую кожу через трусики. -Моя куколка. Ася вздрогнула так, словно он ударил её хлыстом. Слово, произнесённое с придыханием, вырвало из объятий страсти, вернув в брачную ночь, когда впервые услышала это от него. В ночь насилия и отсутствия воли. Когда она была лишь игрушкой в его руках. Когда её чувства и желания не значили ничего. Когда она была вынуждена подчиняться каждому его слову. -Всё в порядке? – Поправив на ней халат, Виктор взял дрожащие руки в свои – Ась, что с тобой? Ты очень странная сегодня. -Всё хорошо. Просто… - Девушка сползла с его колен обратно на диван и обвив руками шею, уткнулась в плечо – Я очень люблю тебя. Очень сильно. Настолько, что с ума начинаю сходить. У нас всё слишком хорошо последнее время, мне кажется, так не бывает. Я жду какого-то подвоха постоянно. Виктор отстранился, заглядывая в серые глаза. В его взгляде плескалось искреннее недоумение, граничащее с обидой. -Ась, ну что за глупости? Какой подвох? Я понимаю, было много всякого дерьма, но сейчас же всё хорошо. Перестань искать плохое там, где его нет. Дурью маешься от безделья – Тихо произнёс, проведя пальцем по родинке на её щеке. -Ладно, ты прав. Может, вино откроем? -Нет – Подпрыгнула немного от того, насколько резко прозвучал ответ мужа на безобидное предложение. Виктор, словно почувствовав её замешательство, смягчил тон – Ты же кровь завтра сдавать собиралась на витаминки. Забыла? Ну какой алкоголь? -Да, точно. Память ни к чёрту стала – Ася настолько пристально следила за каждой морщинкой на лице мужа, что от неё не скрылось, как уголок его губ невольно дёрнулся в еле заметной улыбке после этих слов – Почему ты улыбаешься? -Я не улыбаюсь. -Улыбался только что. Почему? -Нужен какой-то весомый повод для улыбки? Просто рад, что ты наконец-то дома – Мужчина попытался протянуть к ней руку, но Ася отстранилась, не спуская взгляда с его в миг сощурившихся голубых глаз. -Что ты сделал? - Ася чувствовала, как ледяная волна страха окатывает её с головы до ног. Интуиция кричала о надвигающейся катастрофе, заставляя сердце бешено колотиться - Я чувствую, что что-то не так. Ты какой-то слишком…заботливый. Слишком понимающий. -Малыш, ты сама сказала, что ждёшь подвоха. Вот и ищешь его во всём. Я просто хочу быть хорошим мужем. Ты разве не этого хотела? В чём проблема? -В том, что ты не такой. Где "ты" и где "хороший муж"? Ты не из тех людей, которые с ничего вдруг становятся хорошими. -У тебя крыша едет. Иди попей водички и пойдём спать. Проспишься и завтра поговорим. Чё-то тебя нести начинает. Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди. Каждый жест, каждое слово казались подозрительными и двусмысленными. Вопреки всему Ася прижалась губами к гладко выбритой щеке мужа. -Ладно, прости. Правда бредить начала. Поднявшись с дивана, Ася пошла на кухню, чувствуя спиной прожигающий взор мужа. Он всего лишь волновался о ней, а она придумывала себе небылицы и безумные теории, будто с ума сходила от своей безусловной любви к нему. Набрав стакан воды, блондинка раскрутила банку со своими противозачаточными, которые после того, как муж узнал о них, стала оставлять на кухне. Языком цокнула, глядя на последнюю таблетку в банке. Достав из чемодана в коридоре початую баночку, открыла её, чтобы пересыпать содержимое. Ася часто заморгала, пытаясь развидеть очевидное. Они отличались. В упаковке, которую пила дома, таблетки были в пол тона ярче. В банке, открытой в Милане, они были такими же жёлтыми, но чуть тусклее. Выдохнув, принялась сверять номера партий. Совпадало всё, но азница в цвете была очевидна даже при тусклом свете кухонной лампы. Паника нарастала с каждой секундой. В горле пересохло. Мысли метались, сталкиваясь друг с другом, словно войны на поле боя. Ася провела ладонью по животу и теперь всё стало очевидно. Проблемы с памятью, сонливость и тошнота вовсе не от усталости. В голове всплыл момент, как муж что-то считал, загибая пальцы, когда она сказала о тошноте. Он отсчитывал недели беременности, а не очередные цифры по бизнесу. Слёзы катились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Как могла поверить в то, что человек, купивший её отца, способен на любовь. Он с самого начала показывал своё лицо, но любовь застилала ей глаза. -Ась? Ты чего там зависла? - На голос мужа обернулась, продолжая сжимать в руке горсть таблеток. Разных таблеток. Столкнувшись с его глазами, Ася разжала пальцы и маленькие жёлтые кругляшки посыпались на пол. Видела, как он меняется в лице. Как бледнеет, как сжимает челюсть, как холодный взгляд становится похож на взгляд нагадившего котёнка, над которым стоят с тапком. -Как же я теперь тебя прощу? - Тихо прошептала, бегая глазами по комнате. За их весьма непродолжительный брак, простила мужу огромную кучу ошибок, гнилых поступков по отношению к себе, но это переходило грань. Простила то, что они с отцом принудили её к браку. Простила изнасилование в первую брачную ночь. Простила измены. Простила миллион неуважительных поступков. Ася словно бредила, ища ему оправдания в голове. Ей хотелось снова простить. Хотелось любить его так же сильно, как раньше. Отчаянно искала внутри себя хоть что-то похожее на любовь, но не находила. Звенящая пустота. Словно всё время, пока она искренне любила, он пытался её надломить и сейчас у него получилось. Он сломал её окончательно. -Малыш, послушай меня, пожалуйста. Выслушай - Подойдя ближе, Виктор обхватил её щёки своими руками - Я очень люблю тебя. Очень. Просто хотел, чтобы ты была рядом. Чтобы не улетала никуда больше. Чтобы была со мной. Ты мне очень нужна. Я дышать без тебя не могу, понимаешь? У меня не было других вариантов, удержать тебя дома. -Если бы ты просто запретил мне работать, я бы поняла. Пообижалась бы, но в итоге простила. А это... Ты всю мою жизнь перечеркнул. Ты знал, что я не хочу детей и всё равно пошёл на это, чтобы просто удержать меня? Дурак, я же так тебя любила. А теперь... Как мне теперь тебя любить? - Полное опустошение ощущала и от этого было в сто раз хуже, чем от самого факта предательства. Будто без любви к нему её не существует. -Обычно. Также как и раньше – Мужчина с силой сжал её запястье. В ужасе смотрела на Виктора, пытаясь прочесть в его глазах хоть каплю раскаяния, но видела лишь злость от разоблачения. Лишь холодный, расчётливый взгляд – Я хочу, чтобы ты была со мной всегда. Другого варианта тебя удержать не было. Мне нужно, чтобы ты была рядом. И плевать любишь ты меня или нет. Лучше, конечно, любить. Так будет проще. Единственный вариант уйти от меня — сдохнуть. Но если попытаешься сделать что-то с собой или ребёнком, достану с того света и вот тогда тебе точно жизнь мёдом не покажется. Ася смотрела на своего мужа, как на незнакомца. Все чувства, которые она испытывала к нему, словно испарились, оставив лишь пустоту и страх. В его глазах она видела не любовь, а собственничество и эгоизм. То, что было в самом начале их брака. Ничего с тех пор не изменилось. Запугивания и шантаж — его способ жить и любовь, о которой она мечтала, сделала только хуже. -Ты — чудовище. Я с тобой разведусь – Ася скривилась от боли, пронзившей горло, в которое Виктор вцепился рукой – Отпусти. -Ты забыла за кем замужем? Со мной нельзя развестись. Милая, я столько людей в своей жизни убил, если попытаешься уйти, замочу твою семейку и не поморщусь – Задыхалась от того, насколько крепко муж сжимал её шею, прижимая дрожащее тело к стене – Ты будешь со мной, пока я этого хочу. Виктор отпустил тонкую шею, и Ася сползла по стене на пол, жадно хватая ртом воздух. Смотрела на него, как на змею, готовую в любой момент нанести смертельный удар. Он стоял, тяжело дыша. В голубых глазах отражалась неприкрытая ярость, смешанная с тем чувством, которое теперь казалось ей сумасшедшим. Сглатывая слёзы, горько усмехнулась тому, насколько была слепа, выделяя в его "безумно люблю" совсем не то слово. Ася поднялась на дрожащие ноги, стараясь держаться подальше от Виктора. Она больше не видела в нём человека, которого любила. Перед ней стоял монстр, готовый на всё ради достижения своих целей. В её взгляде больше не было ни страха, ни любви, лишь холодная решимость. Она больше никогда не позволит ему увидеть свою слабость. -Ты пожалеешь об этом – Тихо произнесла Ася, и в её голосе не было ни единого намёка на эмоции. Только констатация факта – Клянусь, ты каждый ебучий день будешь жалеть об этом. Я всё сделаю, чтобы ты сам захотел меня отпустить. Превращу твою жалкую жизнь в ад.