Часть 20

Ресторанный бизнес оказался не так прост, как Ася представляла в своих фантазиях. Нужно было найти хороших поваров, официантов, администратора, поставщиков и ещё кучу персонала, о котором Ася не догадывалась. Без помощи Виктора она бы свихнулась и сдалась ещё до открытия. Муж помогал во всём. От подбора персонала, до ведения бухгалтерии, выражаясь его языком, "подогнав" хорошего специалиста. Асю мучал лишь один вопрос — причина, по которой муж не хотел переписывать ресторан на неё. Аргумент о безопасности звучал довольно убедительно, но что-то было не чисто. Или, может, она так привыкла ко лжи Виктора, что перестала верить правде. В том, что формально ресторан остался собственностью Виктора плюсы были, но минусов Ася насчитывала больше. Не то чтобы ей не нравилось проводить с ним больше времени, но он ведь шага не давал ступить самостоятельно. Асе казалось, муж видит в ней маленького ребёнка, которому папа купил дорогую игрушку и теперь очень боиться, что ребёнок игрушку сломает или хоть немного повредит. Надеялась, в ресторане сможет найти отдушину, это станет её местом. Собственным местом. Виктор, вручая подарок, тоже говорил что-то о самостоятельности, о желании дать ей свободу. Но в очередной раз Ася видела, насколько его слова разнятся с поступками. Не испытывала уже ни боли, ни разочарования. Знала, что всё будет именно так. Муж упорно добивался её прощения, стал почти идеальным, но стоило Асе его простить, всё вернулось на круги своя. Снова начались ссоры, недопонимания, а вся идеальность Виктора разбилась вдребезги. Он снова днями пропадал в офисе, решал бесконечные вопросы, запираясь вечерами в кабинете, учил её жизни, заявляясь на обед в ресторан. И ладно бы его уроки несли хоть какую-то ценность, но он вновь внушал Асе с умным видом то, что она знала сама. Ася устало подпёрла подбородок рукой, наблюдая за мельтешением официантов. Зал постепенно наполнялся посетителями, предвещая вечернюю суету. Она старалась не показывать виду, но ужин с мужем, который по её плану должен был стать мостом между ними, только сильнее отдалял их друг от друга. Смотреть на его недовольное лицо было настолько невыносимо, что Ася уже мечтала побыстрее скормить ему этот несчастный луковый суп и поехать домой. Думала, лучше бы она провела лишний час с дочкой. Она, в отличие от своего отца, выражала недовольство плачем и легко успокаивалась от ласковых воркований. Хотелось закричать при виде того, как Виктор оценивающе оглядывает всё вокруг. Будто пришёл не насладиться ужином с женой, а инспектировать её работу. Хотелось, чтобы он ослабил хватку, отпустил, дал ей самой решать и управлять. Но Ася не могла сказать и слова. Цензурных слов не находила, а брань из её уст он не любил. Да и провоцировать очередную ссору желания не имела. В конце концов Виктор выкрутит ситуацию в свою пользу и подаст всё под соусом заботы. Ася чувствовала себя нерадивым сотрудником, отчитывающимся перед строгим начальником, а не женой, пытающейся реализовать свою мечту. -Может, рванём с тобой в Ленинград на выходные? Мелкую родителям оставим, здесь твоё постоянное присутствие не нужно. Отдохнём. Предложение Виктора прозвучало неожиданно. Ася подняла на него глаза, пытаясь понять, что скрывается за этой внезапной щедростью. Ему наверняка нужно решить какой-то неотложный вопрос или в Питере ей придётся торговать лицом перед его "партнёрами". Снова чувствовала себя куклой в руках кукловода. Виктор снова управлял её жизнью, а она могла только согласно кивать, изображая покорность. -Это рабочая поездка или ты правда хочешь побыть со мной вдвоём? - Ася прищурилась, изучая лицо мужа. Казалось, он искренен, но за время в браке она научилась читать между строк, видеть скрытые мотивы. Но вместо негодования от того, что она нащупала истинную природу предложения, лицо Виктора исказилось гримасой болезненной усталости - Вить, что происходит? Ты сутками пропадаешь в офисе, дома запираешься в кабинете, к Вике почти не подходишь, ко мне придираешься и... не прикасаешься. Ты перестал ко мне прикасаться. У тебя кто-то есть? Другая женщина? Виктор отложил ложку, сцепил руки в замок и положил их на стол. Взгляд его стал тяжёлым, но не тем, которым он смотрел перед началом ссоры. Это было нечто между обидой на вопрос, показавшийся ему глупым, и нежеланием оправдываться. -Я... Я веду себя так, потому что есть причины. И они не в тебе, не в Вике, не в ресторане и точно не в другой женщине. Мне не нужна другая. -Тогда в чём проблема? Что-то с бизнесом? Ася ждала ответа, затаив дыхание. В голове проносились десятки вариантов, ни один из которых не казался радужным. От долгов до проблем с законом или, того хуже, братвой. Ася знала за кем замужем, знала о том, что Виктор плотно завязан с криминалом. Знала, что он — бандит и такие люди, из его круга, не щадят никого, если им перейти дорогу. -Помнишь, я говорил про важную поставку? Что если всё получится, купим дом больше или машину, которую ты хотела - Ася кивнула, вспоминая обрывки фраз мужа. Он редко делился с ней своими "проектами", ещё реже посвящал в подробности бизнеса. Знала лишь то, что они торгуют наркотиками, металлами и прикрываются перед законом фондом реставрации архитектурного наследия - Мы с пацанами влезли в одну историю. Сейчас идёт война, ты знаешь. Мы поставляли оружие в Чечню. Не нашим. Последний груз... Мы потеряли десять мультов. Ася раскрыла рот в изумлении. Всегда знала, что их бизнес не ограничивается легальными сделками, но никогда не думала, что всё настолько серьёзно и суммы настолько крупные. -И сколько ты в это вложил? -Своего? Почти ничего. У меня после покупки ресторана оставалось не много денег, пришлось... влезть в кредит. Ася почувствовала, как холодок пробежал по спине. Кредит… Это слово звучало угрожающе в контексте их жизни, где переплелись большие деньги и опасные связи. Это не займ в банке. Последний раз, когда она слышала слово "кредит", отец отдал её замуж за своего кредитора, за него. У таких людей методы взыскания долгов далеки от цивилизованных. -Как ты собираешься расплачиваться? Процент капает ежедневно и не маленький, поправь если я не права - Сарказм в голосе Аси был очевиден. Виктор лишь виновато опустил голову. -Я хотел сделать всё аккуратно. Чтобы ты не узнала. Поездка в Питер — просто способ ненадолго убежать от этого пиздеца. Ася молчала, переваривая услышанное. Ресторан, который она считала своим личным пространством, глотком свободы, оказался построен на фундаменте долгов и криминальных махинаций. Её мечты меркли, растворяясь в липком страхе за будущее. -Давай продадим ресторан. Сколько тебе нужно? -Нет, ресторан я продавать не буду. Это твоё место. Я не могу так поступить. Ася усмехнулась. Цинизм ситуации зашкаливал. Он готов рисковать их жизнью, её жизнью и жизнью дочери, но продать ресторан, видите ли, не может. Это казалось вселенской глупостью. Была готова отдать ему и ресторан, и всё что имела сама, лишь бы помочь. -Ладно, не хочешь ресторан продавать, я продам дом. Он же на меня оформлен, имею право распоряжаться как хочу. В голубых глазах мелькнула неприкрытая злость. Ася понимала, что задела его за живое, ущемила гордость. Виктор привык быть сильным, решающим все проблемы в одиночку, а тут она предлагает помощь, указывая этим на провал. И ведь не попросишь его быть благоразумным. Гордость окажется сильнее здравого смысла. Она чувствовала, как беспомощность душит. -Я сам разберусь. Не лезь. -Пока ты будешь разбираться, нас убьют. У нас только один вариант — продать дом. Переедем в квартиру, не страшно. -Нет. Дом я покупал тебе, ресторан тоже. Ничего твоего продавать не буду. Не лезь. Ася не узнавала Виктора. В его голосе, взгляде — во всём сквозила обречённость, словно он уже смирился с худшим. Раньше, в любой сложной ситуации, он находил выход, пусть даже жестокий и несправедливый. Сейчас же он просто опустил руки, предпочитая гордо тонуть в пучине проблем, нежели принять её помощь. -Не смотри на меня так. Я не хочу, чтобы ты чем-то жертвовала. Ты хотела новый дом с гостевой, своей ванной и гардеробной больше, а я тебя обратно в квартиру запихну? Там даже детской нет. Это не обсуждается, такого не будет. Ася смотрела на мужа с отчаянием. Его упрямство граничило с безумием. В его словах сквозила не забота, а эгоизм. Он словно боялся потерять лицо, признать, что нуждается в помощи. Асе казалось, будто она говорит с глухим, не слышащим ни доводов разума, ни мольбы сердца. -Вить, очнись. Какая нахер разница, есть в квартире детская или нет? Я не хочу ни гардеробную, ни гостевую спальню. Я жить хочу. Со своей дочкой и мужем. Желательно, с живым. Виктор молчал, упрямо отводя взгляд. Ася чувствовала, как внутри неё нарастает истерика. Понимала, что этот разговор ни к чему не приведёт. Он не услышит её, пока не станет слишком поздно. -Делай что хочешь - Процедила Ася сквозь зубы, готовясь подняться из-за стола - Я забираю Вику и переезжаю к маме. Ты умом тронулся. Когда решишь, что тебе важнее — семья или твоё эго, позвони. Ася резко встала, опрокинув стул. Грохот эхом разнёсся по залу, привлекая внимание нескольких посетителей. Ей было плевать. Внутри всё кипело от ярости и бессилия. Схватив сумочку, она быстрым шагом направилась к выходу, чувствуя, как слёзы жгут глаза. Слёзы горькой обиды на мужа за его детскую гордость. Не понимала, почему ему так сложно принять помощь. Ладно бы, она предложила свои собственные накопления, но ведь дом и ресторан куплены исключительно на его средства. Не хотела оставлять Виктора одного наедине с проблемами, но не могла поступить иначе. Если бы их было двое, Ася бы не раздумывая осталась с ним, наплевав на собственную безопасность. Но у них есть ребёнок, за которого нужно брать ответственность. Вика не выбирала родиться в семье бандита и она, как мать, должна защитить дочь от жестокого мира её отца. Лишать Виктора возможности видеть дочь — бессердечно, Ася и сама это понимала. Кем бы не был, сколько боли бы не причинил ей, Вику он обожал. Их дочь была его сбывшейся мечтой. Виктор окружал малышку такой любовью и заботой, что она невольно завидовала собственной дочери. Не ревновала мужа, не соревновалась за его внимание. Лишь тихо завидовала тому, сколько отцовского тепла получает четырёхмесячная малышка. Её отец предпочитал выражать свою любовь деньгами. И теперь она вынуждена лишить свою девочку той чистой, безусловной любви. Добравшись до дома, Ася влетела туда, сшибая двери. Пробежав мимо матери, качающей Вику в гостиной, бросилась в гардеробную. В сумки летело всё, что попадалось под руку. Не планировала собирать все вещи. Надеялась, Виктор быстро одумается и они с дочкой скоро вернуться домой или начнут паковать коробки для переезда в квартиру. -Настён, что случилось? Что-то с Витей? - Алла Юрьевна обеспокоенно покачала головой, подойдя к небольшой комнатушке с ребёнком на руках. -С Витей - Согласно заключила, бросив в сумку стопку с ползунками - Он влез в долги. Хрен с ними с долгами, он отказывается принимать от меня помощь. Я предложила продать дом, а он... Витя сказал не вмешиваться. Как будто не понимает, что пока он будет решать проблемы сам, мы можем пострадать. -Куда ты собралась с ребёнком? Витюша-то хоть знает? – Алла Юрьевна нахмурилась, качая Вику из стороны в сторону. Девочка загукала в ответ, будто высказывая негодование по поводу переезда от отца. -Знает. Поживём у тебя, пока этот упёртый баран не поймёт, что семья важнее дурацких принципов - Ася вытерла тыльной стороной ладони слёзы и продолжила складывать вещи. -Бежишь с тонущего коробля, как крыса. Так нельзя. Это твой муж и если ты любишь его, то должна быть рядом. Выпрямившись, Ася посмотрела на мать испепеляющим взглядом. Знала, что она права. Но пора становиться серьёзнее, ответственнее. Сама была готова тонуть с ним до конца, но Вика... -У нас ребёнок, мам. Мне нужно думать о ней, а не о своей любви. За себя я не боюсь. Я боюсь за Вику. Её нельзя оставлять здесь, потому что... Потому что Витя из-за гордости ставит под угрозу наши жизни и жизнь своей дочери в том числе. -Ты права. Я столько лет ставила свою любовь выше детей и к чему это привело? Кирилл с отцом почти не общался, тебя насильно выдали замуж. Ты права. -Вот и решили. Сядешь за руль? Мне что-то не хорошо. Я возьму Вику. Алла Юрьевна кивнула, забирая сумку из рук дочери. Ася осторожно взяла Вику на руки, прижимая к себе. Малышка, будто чувствуя её волнение, захныкала. Времени успокаивать ребёнка не было. Им нужно было уехать раньше, чем Виктор вернётся домой. Всё ещё не питала к дочери этого вспепоглащающего чувства безусловной любви, но сердце разрывалось от переживаний за неё. Хотелось верить, что это лишь страшный сон, что сейчас проснётся, муж будет рядом, обнимет и скажет, что всё это глупый розыгрыш. Но реальность была жестокой и беспощадной. Ася остановилась на крыльце, заметив Виктора возле своей машины. Сквозь тонированное стекло видела, что мама уже сидит в машине и о чём-то говорит с зятем. Страх того, что он может их не отпустить моментально овладел телом, пригвоздив девушку к земле. Вика радостно заверещала, глядя на подходящего ближе отца. Ася стиснула Вику крепче, словно защищая от опасности. Сердце бешено колотилось в груди, когда Виктор подошёл к ним. В голубых глазах отражалось столько печали, что она была готова развернуться и остаться с ним. -Вить, я прошу тебя, дай нам уйти. Я очень боюсь. За тебя, за Вику. Ей опасно оставаться здесь. -Вот поэтому я не хотел, чтобы ты знала - Виктор улыбнулся уголком губ, протягивая руки к дочери - Дай мне её подержать. Ася передала дочь мужу и Виктор прижал Вику к себе, целуя в лоб. В его движениях сквозила нежность, заставляющая сердце Аси сжиматься от боли. Она не сможет. Не сможет отнять у него возможность видеть дочь. Это будет слишком жестоко. -Иди ко мне - Мужчина перебросил малышку в одну руку, а вторую протянул к ней. Не раздумывая, Ася шагнула в его объятия, обвив руками торс. Виктор поцеловал её в висок. Несколько раз. Так нежно, что из серых глаз вновь хлынули слёзы - Я постараюсь решить всё быстро и заберу вас домой. Мои девочки. Всё будет хорошо, веришь? -Верю. Ты сможешь видеть Вику, когда захочешь. Просто... Подумай ещё раз о продаже дома - Ася чувствовала, как он напряжён. Знала наверняка, борьба в его душе достигла апогея. Для человека живущего по принципам и понятиям сложно принять помощь хоть от кого-то, уж тем более от женщины, от жены. -Хорошо, я подумаю. Обещаю. Но сейчас уезжай к маме. Буду звонить каждый день. И приезжать - Виктор зарылся лицом в её волосы, жадно вбирая носом запах сладких духов - Давай, милая. Долгие прощания — лишние слёзы. Не плачь. Всё нормально будет. Я вас люблю. -И я тебя люблю - Забрав из рук мужа дочь, Ася быстро коснулась его губ. Приехав к матери, Ася почувствовала небольшое облегчение. Огромный дом после смерти отца сменился на небольшую трёшку ближе к Москве. Вика, почувствовав себя в безопасности, уснула на руках у бабушки. Ася, оставив их в гостиной, прошла в комнату, которую Алла Юрьевна обустроила как гостевую спальню на случай приезда детей, и рухнула на кровать. Слёзы снова хлынули из глаз, обжигая кожу. Она знала, что поступила правильно, забрав дочь из опасного места. Но сердцем чувствовала, что оставила часть себя там, в том доме, рядом с человеком, которого любит больше жизни. Она надеялась, что Виктор одумается, поймёт, что их семья важнее всего на свете, и сделает правильный выбор. Но пока ей оставалось лишь ждать и молиться, чтобы он уберёг их от беды.