1. Запомните, что самим не всегда получается, нужна опора, что будет вас поддерживать

***       Меня зовут Ки Хён.       Имя моё значит «холодный ветер». Родители выбрали его с ожиданием, будто я и правда стану сдержанным, холодным, непристрастным. Тем, кто просто продолжит род, не размениваясь на чувства.       Я и вырос почти таким.       Но только почти. ***       Когда мне было семь, я узнал, как именно люди «любят» друг друга и почему создают семьи. Это разрушило всё, что я тогда думал о жизни.       Я не заплакал. Просто перестал чувствовать. Или делать вид, что не чувствую — что, по сути, одно и то же.       А потом пришла зима.       Дом был большой, однако родители скончались пару лет назад заставляя быстрее принять взрослую жизнь. Готовить он не умел, да и решил ходить и скитаться по улицами в поисках нормальной еды. А то что можно было съесть в холодильнике не готовя уже съедено, а остальное раздал, не зря же пропадать будет?       Зима с голодом, тишиной, и пустыми взглядами взрослых, видимо денег уж совсем у них не осталось.       Я бродил из деревни в деревню, ища хоть немного еды, хоть какое-то тепло, ведь дома камин и был, но я боялся к нему прикасаться.       Однажды наткнулся на дом. Он стоял чуть в стороне от остальных, как будто мир давно о нём забыл.       Там жил старик. — Кто ты такой? — спросил он, когда я постучал, больше от отчаяния, чем от надежды. — Просто прохожий, — сказал я.       Он долго смотрел. Будто видел что-то, чего не было.       А потом сказал: — Заходи. Мороз сегодня злой. ***       Я жил у него неделю.       Он почти не говорил, зато смотрел — очень внимательно. Кормив меня простым супом, укутывал старыми пледами, проверял, тёплые ли у меня руки..       Я пытался не привыкнуть. Я ведь не его семья. Я — никто.       Но на пятый день он поставил передо мной вырезанную из дерева фигурку. Девочка с косами и шапкой с ушками. — Это Мэри, — сказал он. — Моя внучка. Она погибла. Я... — на мгновение пожелой мужсчина замолчал будто обдумывая говорить или нет, но все же решился — я думаю...       Я молчал. — Ты похож на неё. Не лицом. Душой. Похож, как будто она вернулась. Только стал мальчиком. И я… — он вздохнул. — Я просто не смог тебя прогнать. Понимаешь? Будто моя внучка снова со мной ***       Он был стар.       Такой старый, что сам забывал, ел ли он сегодня. Зато каждую ночь вспоминал, как внучка смеялась, как пела во сне. Он рассказывал мне эти вещи, думая, что я не слушаю. А я слушал, ведь делать особо нечего было.       Он называл меня не Ки. Он звал меня «малыш», как звал Мэри.       Я не возражал... Потому что, это было сказано с такой любовью, что я не смог противоречить дедушке...       Я не хотел уходить. Но знал — должен. Если останусь, его сердце не выдержит. А моё — привяжется.       На восьмой день я ушёл.       Тихо, на рассвете. Не попрощался. Я ведь знал, что для него, я — просто прохожий напоминающий внучку, а не родня или нечто похожее... ***       Я вернулся много лет спустя. Надеясь увидеть знакомую улыбку или попрощаться напоследок, дома он доделал все свои дела, по этому решил проведать старичка.       Дом был опустевшим. Полуразрушенным. Но в углу, на выцветшем сундуке, стояла та самая деревянная фигурка. С запиской под ней: « Если ты вернёшься — знай, я ждал тебя каждый день, думая, вернёшься ли ты За те восемь дней что я был с тобой ты был хорошим мальчиком, я бы сказал стал мне почти как внуком.. Спасибо, что был. А я.. мое время истекло, малыш. Думаю ты и сам знаешь это, раз продолжаешь читать. Береги себя. Береги свою родную. Малышам надо жить ни смотря ни на что. Я уверен ты будешь хорошим отцом. » Я впервые за много лет заплакал. ***       Берегите стариков.       Иногда они видят в нас тех, кого потеряли. И дарят нам то, что хранили всю жизнь — даже если сами давно уже не верят, что заслуживают быть любимыми.       Берегите, пока не поздно. Потому что когда поздно, прошлое не вернуть. Спасибо за прочтение!