ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: Шизофрения на двоих

Влада вытирает пот со лба и крепче перехватывает лямку изношенной спортивной сумки, в которой лежат сменные вещи. Рядом с ней идёт брат, несущий на спине два туго свёрнутых спальника, а в руках — палатку, аккуратно сложенную в круглом чехле. Влада смахнула надоедливую челку с глаз и ускорила шаг, поравнявшись с Владленом, который шёл чуть впереди. — Ты не устала, Владка? — Брат, не замедляя шага, слегка обернулся к Владе и приподнял уголки губ в добродушной ухмылке, больше напоминающей оскал. Дружелюбие совершенно не сочеталось с лицом брата, и многие дети, видя, по мнению Владлена, нежную улыбку, получали психологическую травму и начинали плакать. Владлен прекрасно осознавал это и активно использовал, став главным врагом Питерских мамочек. - Нормально, - выдыхает Влада и морщится от сухого и пыльного питерского воздуха, неприятно забившего в нос. Это ничуть не портило настроение Влады после самоорганизованного похода, который устроил Владлен, провернув какие-то невероятные махинации и убедил деда в том, что их взяли в детскую (совершенно бесплатную) экскурсию. На деле же Владлен просто взял Владу в охапку и умотал вместе с ней за город, где они четыре дня жили в палатке возле реки. Это лето прошло по принципу «придумай гениальный план — свали из города» под предводительством брата, у которого размер шила в одном месте превышал количество ай-кью. Их родной двор встретил палящим солнцем, соседками, оккупировавшими лавочки, и Анжелой Царёвой, раскачивающейся на качелях, вместе со своей подругой Полиной, которая казалась лишь тенью на фоне Анжелы. Влада мельком взглянула на Владлена. Тот безмятежно улыбнулся, деля шоколадный батончик на две половинки. Большую половинку он всегда отдавал Владе, а себе забирал оставшееся. Влада и Владлен были так похожи, что их родство не вызывало сомнений. Оба бледные, худощавые, с вытянутыми лицами, темноволосые и с одинаковыми синяками под глазами. Отличия между Владой и Владленом были незначительными, но всё же заметными. Пол и оттенок волос — вот что их различало. У Влады волосы отливали фиолетовым, зеленым и синим, а у Владлена они были тёмными. Кроме того, отличались и глаза. У Влады они были серыми, а у брата — такими чёрными, что радужка практически сливалась со зрачками. Жили они в маленькой квартире вместе с дедом. В квартире было две жилые комнаты: та, которую занимал Вандер Францевич, и та, которую занимали брат и сестра, поставив на середину ширму, отделяющую одну половину комнаты от другой. Откуда взялась ширма с взлетающим журавлем на фоне красного солнца, Влада от брата так и не добилась. Зайдя на свою половину и кинув надоевшую сумку на пол, Влада мельком кинула взгляд в сторону выцветшей фотографии матери в самодельной рамочке на столе, поблескивающей под солнечными лучами. Ольга Огнева, мама Влады и Владлена, исчезла из дома навсегда, уничтожив все фотографии и дав малышам созвучные имена. Владлен и Влада порой осторожно пробирались в комнату деда, выуживая из выдвижного ящика старого стола фотографию Ольги. Не ту школьную, где лицо мамы теряется среди множества лиц, а ту, где Ольга стоит в полный рост, загадочно улыбаясь фотографу. Влада не могла предположить, почему Ольга сбежала, оставив двоих детей на попечении деда, хотя Владлен объяснил всё кратко и лаконично: послеродовая депрессия и непринятие своих детей, отрицание реальности и всё в этом духе. Влада нехотя мирилась с этим, так как это походило на правду. Да и стал бы врать старший (предположительно, на пять минут) брат? Влада очень в этом сомневалась. Деда дома не было. Скорей всего, ушёл в магазин. Недавняя черная полоса их жизни, когда денег почти не было, прошла, стоило Владлену устроиться на подработку. Коммунальные счета оплачивались регулярно, и холодильник не пустовал, даже хватило на пакетик сладостей. Где брат нашел подработку в тринадцать лет без согласия на труд от деда, Влада не знала, но не задавала брату таких вопросов. Он бы только загадочно улыбнулся, уводя внимание Влады нас сторонние темы. Поужинав и дождавшись деда из магазина (разумеется, с очередной банкой кофе), Владлен потянул Владу на вечернюю улицу. - Ну а чё дома сидеть? - беззаботно фыркнул брат, придерживая перед Владой дверь. - Вот это правильно, - вторил ему дед, появляясь возле входа. В это же время на лестничной площадке, когда Влада и Владлен спустились чуть ниже, дверь квартиры номер двенадцать распахнулась. Оттуда появился отец Анжелы, Лев Михайлович Царев, ведущий за поводок ротвейлера. Увидев Царёва старшего, Владлен скривился так, что Влада испугалась, как бы его не стошнило. Правда, лицо брата вновь стало добрым и приветливым, как у каннибала. - Лев Михайлович, здравствуйте, - мило поздоровался Владлен, переводя взгляд на пса, - собачку гуляете? Ротвейлер зарычал, глядя злобными глазками на брата и сестру. Видимо, не понравилось ему быть собачкой. Но стоило Владлену зыркнуть в сторону пса, то тот пристыженно заскулил и попятился назад. Лев Михайлович не удосужил парня ответом. - Где ваш дедуля? Поговорить надо, - пробасил Лев. Влада встревоженно посмотрела на брата. Тот и бровью не повёл. - Спит, - вежливо выплюнул Владлен, потянув сестру на выход. - Зайдите завтра, пока-пока! Не став слушать, что там скажет разозлённый Царев, двойняшки выбежали на улицу, идя на спортплощадку к футбольному полю, где проходил футбольный матч дворовых пацанов. Владлен традиционно не участвовал, так как считал, что суматошно бегать по полю и пинать мяч — занятия дегенератов. На трибунах, оставив свой пост на качелях, восседала Анжела. Стоило Владе и Владлену приземлиться рядом, она отодвинулась и забормотала что-то не слишком лестное. Анжела не делала Владе колких замечаний и не пыталась унизить. Трогать Владу — себе дороже. Влада, в отличие от Владлена, была способна принять мелкие обиды. Однако тот не прощал никому, кто осмеливался причинять ей вред или говорить о ней плохо. Владлен методично заносил таких людей в свой список, который он тщательно вел. И это было еще не самое страшное. Так, например, мальчик с параллели, обливший Владу противным столовым какао, был найден хнычущим в туалете со сломанными руками и собственными трусами во рту, пропитанными мочой. Рот парня был любезно заклеен скотчем. Парень так и не сказал, кто это сделал. Или девочки, распускающие слухи о том, что Влада моет голову бензином, с криком и голышом выбегали из раздевалки, пока за ними летели разъярённые пчёлы, кусая за все открытые места. Позже в раздевалке нашли улей. Анжела тоже получила по заслугам. Влада, не выдержав её постоянных издевательств и насмешек, в порыве эмоций рассказала обо всём Владлену. Владлен лишь улыбнулся, а на следующий день подкараулил Анжелу. Влада стояла рядом, скрестив руки на груди, и слушала, как Анжела, заливаясь слезами, извиняется перед ней, стоя на коленях. Владлен, намотав длинные волосы Анжелы себе на кулак, требовал, чтобы она извинялась как следует. Неожиданно для Влады Владлен достал из сумки машинку для бритья и сбрил роскошные локоны Анжелы под ноль, включая брови. Владка никогда не слышала, чтобы Анжела так громко и отчаянно рыдала. - Кому скажешь, - дружелюбно улыбнулся Владлен, закончив дело, - и я вырву твои ногти. Поняла? Сколько бы потом ни выяснили и ни искали виновника, Анжела так и не рассказала. К Владе с тех пор никто не приставал. Виновник, конечно, найден не был, но все красной линией тянулись к дружелюбному старшему брату Влады, у которого были спилены тормоза, совесть тихо умирала где-то на коре головного мозга, а мораль давно сдохла. Владлен считает, что некоторые люди понимают только через побои и никак больше. Влада порицала брата за чрезмерную жестокость. Но в глубине души она испытывала мрачное удовольствие оттого, что теперь никто не смел даже косо взглянуть на неё без серьёзных последствий. Влада пришла в себя, когда перед её лицом оказалась тыльная сторона ладони брата. Мяч, летящий в её лицо, наткнулся на преграду в виде руки Владлена и, изменив траекторию, откатился от трибун. - Эй, ребят, мяч-то верните! - К ним приближался красивый мальчишка лет пятнадцати в чёрной футболке с пауком. Парень почему-то носил тёмные очки. - Конечно, друже, - Владлен дружелюбно улыбнулся и пошёл за мячом. Анжелика с интересом смотрела на незнакомца, явно заинтересовавшись в нём. - Ты чуть в нас не попал! - фыркнула Анжела, заправляя за ухо короткую прядь волос. Влада мстительно отметила, что выглядело это менее эффектно, каре Царёвой совершенно не шло. - «Чуть» не считается, - лаконично заметил парень, - бил бы специально, попал бы обязательно. Особенно в тебя. Парень посмотрел на Владу сквозь тёмные очки, и ей показалось, что за их стёклами что-то сверкнуло. - В другой раз поосторожнее, - ответила Влада, чувствуя, как щеки предательски розовеют. - Волосы интересные, никого таких не видел, - парень взял прядку её волос, пропуская сквозь пальцы. Анжелика недовольно фыркнула, а сердце Влады бешено колотилось от смущения и раздражения. Да кто этот парень такой, что позволяет себе такое? Влада зарделась и откинула руку нахала, собираясь высказать всё, что о нём думает. Внезапно мяч с огромной силой ударил парня прямо в лоб. Голова его резко откинулась назад, и на мгновение Владе показалось, что он сломал шею. К счастью, обошлось. Парень с недоумением схватился за пострадавшее место. Удар был неожиданным. Его очки чудом остались на месте. Влада заметила, как Владлен направляется к ним с совершенно невинным видом. — Сорри, дружище, думал, поймаешь, — Владлен виновато улыбнулся. Влада едва удержалась от закатывания глаз. Очевидно, брат сделал это нарочно. — Да ничего страшного, — глаза парня под очками странно сверкнули, — отвлёкся, бывает. — Ну-ну, не вини себя, — Владлен приобнял Владу за плечо, — стоматолог, конечно, недёшево, но я уверен, ты справишься. Владлен ободряюще поднял большой палец вверх и повел домой. Влада обернулась. Красивый незнакомец как-то странно смотрел им в след. *** - Ну и что это? - я скучающе смотрел, как по крыше дома полз какой-то полурак-полухуй. Увидеть такое ночью — это прям вышка в шизойдной степени. - Может, кажется? - Владка нервно смотрела на ползущую фигуру. - Сразу двоим? - я зевнул и потянулся, пока моя любимая спинка не хрустнула. - Ну, - Владка качнула головой, - мы же двойняшки, ментальная связь, все дела. - Ага, один шизоид, другой нормис, - поддакиваю, - все, давай спать. - А это?.. - Владка неопределённо махнула в сторону ползущего вампирчика. - А это пусть ползёт на хуй, - прокомментировал я, задергивая шторку и сгоняя паука с подушки, - спокойной ночи. - Ночи, - вяло отозвалась Владка, и мы окончательно легли спать.