Всё бывает впервые

      Я никому не рассказал о том, что случилось, даже своим родителям. Я не хотел никому об этом рассказывать, потому что знал: если Дракула узнает, он придёт в ярость.       На следующий день моя мама зашла в мою комнату, чтобы собрать белье. Она нашла окровавленную одежду, спрятанную под кроватью. Она была в шоке и сразу же пошла искать меня. Я даже успел забыть о том, что произошло, и проводил время с жителями замка в библиотеке, пока Дракула делился со мной, Аси и Адрианом своими знаниями. Мой отец, как обычно, сидел за горой книг, пытаясь хоть где–то найти происхождение сил Розенбергов. Лиза от него не отставала и читала  медицинскую книгу, пока нас не отвлекла моя мать, переступившая порог помещения.       – Прошу прощения, что прерываю, – вежливо перепросила она.       – Что–то случилось? – спросил у неё Дракула.       Моя мать тихо вздохнула и посмотрела на меня. Я увидел в её руках свою одежду, и нервно сглотнул, понимая, что она всё знает.       – Рудольф, что случилось? – она смотрит на меня с сочетанием шока и тревоги.       Я пытаюсь придумать оправдание, но понимаю, что это не сработает.       – Что там такое? – спрашивает мой отец, подняв голову.       – Рудольф, я нашла это, спрятанное под твоей кроватью. Там были куски ткани, смешанные с твоим бельем. Это выглядело как ткань от османской униформы. Рудольф, ты кого-то убил? – спрашивает она.       Её взгляд пронизывающий, и мне кажется, что она видит меня насквозь. Я поддаюсь её давлению и медленно киваю.       – Что? – Дракула ошеломлённый подошёл к моей матери и понял, что она не врёт, заметив ткань одежды янычар. – Рудольф… – он перевёл на меня взгляд.       Моё сердце замирает, когда я осознаю, что Дракула узнал правду. Его глаза сужаются, когда он смотрит на меня, его выражение лица меняется с любопытства на шок, а затем на гнев.       – Рудольф, – тихо говорит он, его голос полон разочарования и гнева. – Что ты наделал?       Мой отец поднимает взгляд от своей книги, чувствуя напряжение в комнате.       – Что там такое? – он подходит ближе к нам.       Аси и Адриан останавливают свой урок и с любопытством смотрят на нас. Лиза закрывает свою книгу и с тревогой подходит к нам.       – Что случилось? – она замечает мою окровавленную одежду а после смотрит на меня.       Моя мать кладет руку мне на плечо, безмолвно умоляя объясниться. Я тяжело сглатываю, ощущая на себе вес взглядов всех присутствующих.       – Я... Я защищался, – бормочу я, мой голос едва слышен, как шёпот.       Выражение Дракулы немного смягчается, но его тон остается строгим.       – От кого ты защищаешься, Рудольф? – спрашивает он.       – От янычар, – отвечаю я, мой голос теперь звучит уверенно. – Я вчера был в Сигишоаре, хотел немного развеяться и пообщаться с людьми. Видимо, кто–то подумал, что я что–то замышляю и сделал на меня донос. Когда я вышел на главную площадь, заметил, что меня преследуют несколько янычар. Когда они подошли ближе, что–то спросили на турецком. Там точно не было ничего хорошего, я это ощутил… Ну, и потом случилось…       Когда я говорю, я чувствую, как на мне лежит вес каждого взгляда в комнате. Адриан останавливает чтение, а перо Аси замирает на полпути. Руки моей матери дрожат, когда она держит запятнанную кровью рубашку. Выражение Дракулы меняется с гнева на любопытство, когда я рассказываю о падении каждого янычара.       – Рудольф, ты что издеваешься? Ты не мог обойтись без этого? – сердито спрашивает у меня отец.       Он ходит взад и вперёд, его длинная мантия шуршит о каменный пол.       – Я не начинал это, – отвечаю я, мой голос звучит уверенно.       – Но ты мог просто уйти, – говорит он, его голос поднимается.       Лицо моего отца искажается от гнева, но он молчит.       Голос Дракулы разрывает напряжение, спокойный и властный.       – Хватит, Фриц, – говорит он, его взгляд прикован к моему отцу. – Я бы в его возрасте поступил также, если бы был свободен. Но, Рудольф, в следующий раз будь осторожнее. Твои действия могут поставить тебя под угрозу. Всё–таки, среди них могут быть и те, кто тоже знает магию. Которая, может быть сильнее твоей… Ладно, возвращайтесь к обучению, – закончил он, взглянув на меня, Аси и Адриана.       – Ладно, – вздохнул мой отец. – Но в следующий раз подумай, прежде чем действовать.       – Угу… – тихо отвечаю я.       – Что «угу»? – отец скрестил руки на груди.       – В следующий раз я буду думать, прежде чем действовать, – тихо отвечаю я, ощущая его недовольство.       – Фриц, пойдём, поможешь мне с одним делом, – проговорил повелитель, взглянув на моего отца.       Дракула ведет моего отца в подвал, где находятся механизмы, позволяющие замку двигаться. Он заговорил первым, его голос отразился от каменных стен.       – Слушай, может, это не моё дело, но будет лучше, если ты перестанешь винить своего мальчика за этот поступок. Тебе же не хотелось, чтобы он попал в турецкий плен, как я когда–то? – спрашивает он, приподняв одну бровь.       Мой отец на мгновение замер, прежде чем неохотно кивнуть.       – Да, ты прав, – говорит он, его голос полон сожаления. – Я просто беспокоюсь о нём. Он всё ещё молод и импульсивен.       – Я знаю. Но он также силен и смел. Он научится на своих ошибках, – Дракула кивает в знак понимания.       Глаза моего отца расширяются, когда он охватывает взглядом увиденное в подземном помещении.       – Боже мой! Ты всё это построил сам? – спрашивает он, осматривая всё.       Дракула кивает, в его голосе слышен легкий налет гордости.       – Да, я сделал это. Мне понадобилось много лет, чтобы довести дизайн до совершенства.       Мой отец подходит к одному из устройств и проводит пальцами по шестеренкам и рычагам.       – Это невероятно, – говорит он, его голос полон восхищения. – Я никогда не видел ничего подобного. Дальше Дахау никуда не уходил…       – Зря ты так… – вздохнул повелитель. – Это сочетание магии и науки. – объясняет он. – Магия позволяет замку двигаться, в то время как наука обеспечивает его плавное и эффективное движение.       Дракула указывает на большое устройство в центре комнаты.       – Это главный механизм, который управляет движением замка, – объясняет он. – Это самая важная часть среди механизмов в этом помещении.       Мой отец кивает, его лицо серьезно.       – Понимаю, – говорит он. – Я прослежу за этим.       Мой отец внимательно изучает устройство, задавая вопросы о том, как оно работает. Дракула терпеливо отвечает, подробно объясняя каждую деталь. Он явно очарован изобретениями Дракулы и наслаждается их разговором.       Я чувствовал свою вину за то, что произошло, и в тот вечер старался больше не попадаться отцу на глаза. Он сидел в своей комнате и держал в руках одежду, которую я запачкал кровью янычар. Он глубоко вздыхает, проводя пальцами по ткани. Я наблюдаю из дверного проема, как он качает головой, бормоча себе под нос о том, как опасно мне быть на улице. Он встаёт и начинает ходить по комнате, время от времени бросая взгляд на одежду. Я вижу, как тревога запечатлелась на его лице. Он подходит к камину и бросает одежду в пламя. Огонь трещит, когда ткань начинает гореть, а мой отец с тяжёлым сердцем наблюдает за тем, как она сгорает.