Если ты уйдешь - меня не станет..

Они лежали на диване, укрытые тёплым пледом. В комнате почти не было света — только уличные фонари скользили по стенам, а дождь всё ещё мерно стучал по подоконнику. Кенчин полулежал, закинув руку за голову. Эмма устроилась рядом, уткнувшись в его грудь, слушая, как ровно и спокойно бьётся его сердце. Она молчала, но внутри всё сжималось. Он что-то рассказывал — вполголоса, про байк или Мицуи, — а она вдруг перебила, тихо: — Кенчин. Он замолчал и посмотрел на неё. Эмма подняла голову. Глаза у неё были немного блестящие — от тепла или чего-то другого. — Я хочу сказать тебе… кое-что. Он молча кивнул, будто знал — это важно. — Я люблю тебя. Он затаил дыхание. — Не просто как раньше… когда я путала любовь с влюблённостью. — Эмма села, обхватила его лицо ладонями. — Я люблю тебя так, что… если ты вдруг исчезнешь — я не смогу дышать. Не смогу просыпаться. Не смогу даже думать. — Эмма… — Нет, подожди. — Она резко его обняла, спрятав лицо у него на груди. — Я не хочу быть с кем-то ещё. Никогда. Только ты. Только Кенчин. Даже если ты всегда будешь молчать, всегда будешь хмурым, всегда будешь приходить поздно и уходить рано — я всё равно буду ждать тебя. Он провёл рукой по её спине — медленно, немного дрожащей ладонью. — Эмма… — Ты можешь не отвечать. Просто… будь. Здесь. Со мной. Он наклонился, прижал губы к её волосам. Потом медленно поцеловал висок, щёку, мягко — в губы. Как будто боялся спугнуть. — Я здесь, Эмма. И не уйду. Она крепче его обняла. И долго-долго так сидела. Словно нашла свой дом.