Глава 15: Всё или ничего.

Глава 15: Всё или ничего *** Солнце клонилось к горизонту, заливая студию медно-золотым светом. Внутри царила суета — кто-то разучивал связки, кто-то тянулся, кто-то болтал. Эбби стоял у зеркала, просматривая на планшете черновик номера, когда услышал знакомый голос Миры — смех, звонкий и легкий, как у девушки, у которой всё хорошо. Он обернулся. И застыл. Она разговаривала с Чанмином — одним из новых участников. Парень был улыбчив, слишком уверенный в себе и, что самое раздражающее, стоял слишком близко. Он наклонился, что-то шепнул, а Мира рассмеялась, едва не коснувшись его плечом. У Эбби внутри что-то болезненно дрогнуло. Он молча подошёл. Встал рядом. — Весело, да? — его голос был холоднее обычного. Чанмин моргнул, переглянулся с Мирой и, будто почувствовав что-то, отступил. — Мы просто обсуждали хорео для второй части, — объяснила Мира, с легкой улыбкой, всё ещё не осознавая надвигающегося шторма. — Хорео, да? — Эбби посмотрел на неё. — Или ты просто ищешь себе нового партнёра? — Что? — Ты же прекрасно знаешь, как он на тебя смотрит, — в его голосе появилось что-то ядовитое. — Ты смеёшься, флиртуешь, как будто между нами вообще ничего нет. Мира сдвинула брови. — Подожди, ты что, ревнуешь? — А ты хочешь, чтобы я не ревновал? Она сделала шаг назад. — Мы с Чанмином просто коллеги! Это даже не обсуждается! — А мы кто? — резко бросил он. — Мы с тобой кто, Мира? Она замерла. Слова прозвучали громко. Слишком громко. Несколько человек у стены обернулись, но тут же отвернулись, сделав вид, что ничего не слышали. — Я… — начала она, потом вдруг вспыхнула. — Знаешь, я даже не знаю, что именно между нами! Тишина. Хлопок. Кто-то уронил бутылку воды. Эбби на секунду потерял дар речи. Его глаза потемнели — не от злости, а от боли, которую он не смог бы скрыть, даже если бы хотел. Он подошёл ближе. — Повтори, — тихо сказал он. — Не заставляй меня… — прошептала она, но не отступила. Он подошёл ещё ближе. Её спина коснулась стены. Теперь между ними было всего ничего. Дыхание. Тепло. Напряжение, в котором исчезало всё остальное. — Я не игрушка, — его голос дрожал, но он продолжал. — Я не временный танцевальный партнёр. Не эпизод в твоей жизни. Он взял её за руку — крепко, но бережно. — Я мужчина, который тебя любит, Мира. Сильно. По-настоящему. С самого первого дня. Он провёл пальцем по её щеке. — Ты довела меня до безумия, но именно этим и спасла. — Я ни к кому так не чувствовал. Никогда. Ни к одной. Мира замерла. Его глаза — горящие, честные — не отрывались от неё. — Поэтому я не хочу больше тишины между нами. Никаких «не знаю». — Я тебя люблю. И прошу — будь со мной. По-настоящему. Официально. Без «если». Без «может». Он прижал её ладонь к своей груди. — Скажи, что хочешь быть со мной. Не как постановка. Не как идея. А как мы. Она смотрела в него, не дыша. Всё, что они пережили — аэропорт, зал, первый поцелуй, ссоры, взлёты — вспыхнуло в голове. И расплавилось в одном единственном чувстве, которое она больше не могла отрицать. — Я хочу, — выдохнула она. Эбби усмехнулся сквозь облегчение и… слёзы. Настоящие. Он обнял её, вжимая в себя с такой силой, будто боялся потерять снова. — Я не отпущу, — прошептал он, целуя её волосы, лицо, губы. — Никогда. И все вокруг поняли: это не очередная сцена. Это не хореография. Это — любовь. Настоящая.