Глава 2 — Запах карт, дерева и зеленой травы

День на Ватер 7 выдалось ярким, солёный ветер играл с волосами прохожих, а шум воды и голосов сливался в привычный фон живого, полного движения города. Витоника ступила на деревянный настил порта легко, как будто вообще не знала, куда именно идёт — и именно поэтому шла уверенно. В её руке был кожаный тубус с картами и документы, в сумке — аккуратно сложенные деньги и мешочки с обналиченным золотом, которые она обменяла в небольшой лавке, где знали, когда не задавать вопросов. Девушка сняла комнату в районе повыше, с видом на каналы и не слишком близко к верфям. Просторно, чисто, с балконом — так, чтобы можно было сбежать, если понадобится. Теперь на ней был короткий светлый плащ, завязанный наискосок через грудь, карта южных морей в руках и повязка на запястье с якобы печатью одной из картографических гильдий. Легенда — странствующий географ, собирающий морские карты и изучающий острова. В голосе — лёгкий смех. В походке — почти детская лёгкость. Маска была надета ловко и прочно. Она заглянула в кафе у воды, заказала бокал чего-то терпкого, холодного, с мятой. Сделала пару заметок в блокноте: «Притворство: 4/5 — Шанкс бы поверил». Потом зачеркнула. Он бы не поверил. Но сейчас не было ни Шанкса, ни его пристального взгляда. Только город, возможности, и лёгкий азарт охоты. Она ещё не знала, какой именно корабль купит, но знала точно — это будет не просто судно. Это будет её свобода. Утреннее солнце Ватер 7 отбрасывало золотистые отблески на воду, когда Витоника, в лёгком льняном платье, с расстёгнутой жилеткой и кожаным ремешком с компасом на бедре, вбежала по ступеням к зданию Компании Галлей-Ла. Ветер трепал её светлый платок, а за спиной болтался скрученный в тубус холщовый мешок с картами. — Доброе утро! — звонко крикнула она в приёмной, опираясь на стойку, — скажите, пожалуйста, а у вас тут можно купить корабль? Ну… или заказать? Но быстро, ладно? У меня маршрут по Гранд Лайн расписан по дням! Служащий моргнул, разом отбросив мысли о типичных клиентах: перед ним стояла девушка с широко распахнутыми глазами цвета мёда, вся в пыли дорог, с веснушками и солнечной улыбкой. — Вам… корабль? Один? — Ага, — она облокотилась на стойку, подмигнув, — только не смейтесь! У меня нет команды, зато есть карты, расчёты по ветрам, и целое состояние в золоте, которое я могу потратить хоть сейчас. Мне нужно что-то компактное, но с душой. Чтобы влюбиться с первого взгляда. Айсберг, привлечённый шумом, вышел из внутреннего офиса. Витоника сразу к нему повернулась, протянула руку: — Здравствуйте! Я Ника. Странствующий картограф, охотник за островами и коллекционер редких течений! Мне сказали, вы — лучший кораблестроитель этого города, так что решила не мелочиться. Айсберг улыбнулся в бороду, принял рукопожатие. — Всё верно. Если вам действительно нужен корабль без команды — дело интересное. И недешёвое. — Отлично! — рассмеялась Витоника, опуская на стойку бархатный мешок, откуда посыпались золотые монеты. — Я беру «недешёвое», если оно с окнами в каюте, библиотекой и кладовой под вино. И ещё, — она наклонилась ближе, доверительно шепнув, — пусть будет спрятанный отсек под картами. На случай штормов и всякой... морской романтики. — Вы не похожи на кого-то, кто знает, что делать в шторм. — Ну ещё бы, — вздохнула она, театрально закатив глаза, — я каждый раз просто истерично смеюсь, когда начинается буря. Особенно если чай пролился. Айсберг хмыкнул. Она его уже очаровала. — Ладно, мисс Ника. Пожалуй, у нас найдётся то, что вам подойдёт. Я лично возьму этот заказ. — Ура! — подпрыгнула она. — Знаете, я уже чувствую, как он будет выглядеть… Обязательно пусть будет окно в пол. Чтобы смотреть, как вода под ногами. — Не обещаю окно в пол, но обещаю — будет красиво. Через три дня сможете взглянуть на результат. — Идеально! — Витоника хлопнула в ладоши и пошла к выходу, насвистывая лёгкий мотив. — А теперь, пожалуй, мне нужен кофе... и булочка... и ещё — карта Ватер 7! Потому что я потеряюсь даже в собственном порту. Она ушла, оставив за собой запах лёгкого парфюма и ощущение летнего ветра. Water 7 жило своей неспешной жизнью. Каналы плескались внизу, мосты гудели от людской суеты. Витоника шла медленно, не спеша — впервые за долгое время у неё не было срочной цели, приказов или крови на кончиках пальцев. Пока корабль строили, она играла роль: «весёлая картографша», странная, но обаятельная. Город нравился ей. Он был шумным, как базар в Лонгринге, но в нём чувствовалась надежность — даже ветер здесь дул по делу. Она шла по одной из улиц, когда услышала: — Нами, смотри, какая странная карта! — Луффи, стой, не лезь ко всему, что видишь! Она обернулась. Мальчишка с соломенной шляпой — точно, как на розыске, но такой живой, странно чистый. Витоника знала, кто это. Капитан с пятидесяти миллионами на голову, но в глаза первым бросалась не угроза, а детская восторженность. Рядом — рыжеволосая девушка с хмурым взглядом и стальной хваткой. Луффи уставился на неё в упор, как будто не знал, что такое личное пространство. — Ты кто? — спросил он, словно давно знаком. — Картограф, Ника — легко сказала она. — А ты, как я понимаю, — пират? — Я будущий король пиратов! — весело заявил он, будто это было уже давно решено. — Боже, только не начинай опять… — простонала Нами. Витоника рассмеялась — коротко, искренне. Этот мальчишка, такой дурашливый, был слишком живым, чтобы не вызвать симпатию. — Ты хочешь стать королём, а не знаешь, как читать карты? — она склонила голову. — Надо срочно спасать будущее пиратства. Луффи рассмеялся — громко и чисто. Она подошла к ближайшему уличному кафе, вытащила пару монет и крикнула продавцу: — Три хот-дога, пожалуйста. Один — для будущего короля. Он схватил булку с сосиской и сразу откусил половину, даже не поблагодарив — но смотрел на неё с радостью, как будто она подарила ему не еду, а целое приключение. — Ты классная! — сказал он с набитым ртом. — А ты… странный, — с усмешкой ответила она. Нами, всё это время напряжённая, наконец чуть смягчилась. — Спасибо за угощение. Но будь осторожна. Он любит прилипать к людям. — Не волнуйся, — ответила Витоника. — Я умею держать дистанцию. Они разошлись — просто, без обещаний. Но где-то глубоко в ней шевельнулось что-то странное. Этот мальчишка… Он был слишком добр. И почему-то ей хотелось, чтобы он не разочаровался в мире. Хотя мир никогда не щадит таких, как он. Витоника сидела у окна своего номера, бокал полусухого белого вина мерцал в пальцах. За день она обошла половину Water 7, посмотрела, как продвигается строительство её корабля — Айсберг обещал уложиться в неделю. Она играла свою роль прилежно: легкая, улыбчивая, чуть-чуть сумасшедшая — женщина, влюблённая в карту мира. Когда раздался глухой взрыв, она сначала не среагировала. Подумала — строительные работы. Но потом увидела. Вдалеке полыхал огонь. Высокий столб чёрного дыма поднимался из центра верфи. Горело здание компании «Галлей-Ла». То самое, где она была утром. Где сидел Айсберг. Где было слишком много чужих лиц. Витоника поднялась резко. Никакого театра. Ни вальяжности, ни маски. В один прыжок она оказалась у стены, оттуда — на крышу соседнего дома. Сердце гулко стучало — не от страха. От ясности. Такие моменты она чувствовала кожей. Там, внутри огня, происходило что-то важное. По крышам она неслась, как призрак. Уверенно, быстро. Ни один камень под ногой не выдал её. Она остановилась только тогда, когда увидела его. — Луччи… — прошептала она сквозь зубы. Витоника узнала его даже в этой звериной форме. Тело, покрытое мехом, черты почти исчезли, но взгляд... холодный, точный. Роб Луччи, агент ЦП9. Один из самых жестоких, с кем ей доводилось работать. Он бился — нет, игрался — с Луффи. Этот идиот в соломенной шляпе снова оказался в самом центре беды. Её разум колебался меньше секунды. Это не было частью плана. Нельзя было вмешиваться. Но... Она прыгнула. С крыши — в пламя, вниз, в пролом. Перед тем, как когти Луччи вонзились бы в Луффи, Витоника оказалась между ними. В её руках был клинок, вытащенный так быстро, что пламя даже не отразилось в лезвии. — Беги, мальчишка, — бросила она хрипло, не оборачиваясь. — Собери своих и убирайтесь отсюда. Луффи, ошарашенный, смотрел на неё. — Ты… кто ты?! — Позже, — рявкнула она, парируя удар. Сзади — Нами, Зоро, Чоппер. Все готовы врубиться в бой. Но она, резким движением, отбросила их взглядом. — Идите. Луччи молчал. Он смотрел на неё — не как на противника. Как на загадку, которую он не может прочитать. — Ты... — выдохнул он, — кто? Улыбка коснулась её губ. — Растерял нюх, зверёк. И в тот же миг ударила. Вспышка металла, прыжок — с целью не победить, а выиграть время. Под прикрытием её манёвра команда Луффи выскочила сквозь дым и жар. Она осталась. На мгновение. Задержала Луччи. Настолько, чтобы они ушли. А потом — исчезла. Когда пепел осел, её уже не было. Ночь выдалась тяжёлой. Вернувшись в отель, Витоника впервые за долгое время не сняла сапоги. Просто села на край кровати, глядя в трещины на потолке, не в силах пошевелиться. Вещи пахли гарью. Волосы — дымом. Под ногтями — копоть. Она держалась прямо, но внутри... что-то было не так. — Зачем? — прошептала она в тишину. — Зачем я это сделала? Ведь у неё не было ни приказа, ни причины. Ни выгоды. Ни выгоды. Она — та, кто веками служила хищником. Та, кто оставляла людей умирать ради приказа. Не потому что хотела — потому что нужно. А сейчас... она прыгнула в огонь. Чтобы прикрыть мальчишку, с которым ела хот-дог. Её губы дёрнулись в горькой усмешке. — Прекрасно, Витоника. Ты начинаешь стареть. На следующее утро она снова надела свою маску — жизнерадостной картографки. Светлая блуза, аккуратно собранные волосы, улыбка. Но глаза — холодные, внимательные. Те, кто смотрел достаточно внимательно, могли бы понять: перед ними кто угодно, но не простая девушка. Витоника нашла Айсберга в городской больнице. Палата охранялась, но её пустили без лишних слов — она ведь была той самой заказчицей с безграничным кошельком. Он лежал, перебинтованный, но с ясным взглядом. Один глаз подбит, на щеке — шов. — Вы уцелели, — тихо сказала она, садясь рядом. Айсберг слабо усмехнулся. — Почти. Половина моей команды оказалась агентами. Надо было догадаться. Я знал, что что-то не так... но не думал, что так глубоко. Она посмотрела в окно. — Жаль. Строители, говорите? Приятно, когда у шпионов такие золотые руки. И когда же мне ждать корабль? Он чуть приподнялся, болезненно скривившись. — Через три дня. Один из старших плотников остался верен мне. Ваш заказ — особенный, его никто не рискнёт тронуть. — Только бы не взорвали, — пробормотала она себе под нос, затем вскинула взгляд. — Вы сильный человек, Айсберг. Если выживете, может быть, ещё увидимся. Она улыбнулась — искренне, как бы в первый раз. — Но, между прочим, я очень жду свой корабль. И ушла. Шаги по больничному коридору были лёгкими, почти танцующими. Но внутри неё всё ещё звенел вопрос: почему? Почему она снова пошла в огонь? Витоника — с новым мешком карт, пакетами булочек и вином под мышкой — весело перепрыгивала через лужи в узких улицах Ватер 7. Солнце жгло, вода поблёскивала, всё пахло солью, выпечкой и жизнью. — Так, — бормотала она себе под нос, крутясь на месте, — я точно была здесь полчаса назад… или это был совсем другой мост? Тут до её уха долетели громкие голоса — смех, возня, хлопки. Она подняла взгляд — и чуть не уронила пакет с пирожками. Недалеко, у прибрежного склада, громко обсуждали что-то знакомые рожи: паренёк с соломенной шляпой, длинноногая рыжая красавица, кудрявый стрелок с шапкой… И — в самом центре — сияющий, сверкающий новенький корабль с головой льва. — ...Вот ты где! — донеслось с набережной. Луффи — точно он, без сомнений — внезапно заметил Витонику, помахал руками и метнулся к ней. — Эй! Ты же та, которая нас тогда прикрыла! Я сразу узнал! Она, не меняясь в лице, вскинула бровь. — Я? Что? Где? Кто кого прикрывал? — Ну, в том здании, которое горело! — Луффи стоял в шаге от неё и светился от восторга. — Ты! В самом огне! Бац — и стоишь между нами и этим котом с когтями! Витоника улыбнулась неловко, покрутила прядь волос. — Ох, это было… импульсивно. Наверное, адреналин. И жара. Я иногда совершаю странные поступки. Например, покупаю пять булочек, когда хотела одну. Вот, хотите? — она протянула Луффи одну. — Конечно! — с радостью взял тот. — А ты кто? Мы так и не спросили! — Ника. Профессия — теряюсь в незнакомых городах. Иногда рисую карты. Иногда нахожу приключения вместо улицы. — Пойдём с нами! — Луффи схватил её за руку и уже тащил к своей команде. — Эй, постой, я только за вином шла! — рассмеялась она, но не вырывалась. — И вообще, я не умею работать в команде! Я — катастрофа в мультиплеере! Вскоре они уже сидели на веранде временного дома, где собрались Мугивары. — …и ты правда рисуешь карты? — с интересом спросила Нами. — Ага, только не показываю никому. Потому что вдруг я ошибусь, и вы уедете не туда, а потом будете меня винить, — пожала плечами Витоника. — Я предпочитаю рисовать — и забывать, где была. Санжи тут же принёс ей бокал вина, делая драматичный поклон. — Для прекрасной леди, способной укротить огонь… и наше внимание. — О-о, вы явно кого-то путаете. Я не укротительница — я просто паникёр с лицом туристки! Она весело хохотала, налегала на пирожки, но иногда чувствовала на себе тихий взгляд. Мечник. Зелёные волосы, три меча — и молчание. Он почти не говорил, но смотрел. Пристально. Спокойно. Словно что-то понимал. Витоника бросала ему ответный взгляд, с прищуром и полуулыбкой. — Ты — точно не из тех, кто покупает пять булочек, да? — спросила она, наклоняясь ближе к нему. — Не люблю сладкое, — коротко ответил Зоро. — Ужасно. Значит, всё достанется мне. А ты… кстати, ты молчишь подозрительно. Я привыкла, что молчащие — либо влюбляются, либо подозревают. — Или просто не любят говорить зря. — Звучит скучно, но… привлекательно. Она снова вернулась к булочкам и винному бокалу, на этот раз немного медленнее. Команда Мугивар явно ничего не подозревала. Они видели в ней просто странную, яркую, забавную путницу. Но мечник всё ещё молчал. Солнце клонилось к закату, вода лениво накатывала на камни у подножия мостов, а Витоника шагала по Ватер 7 с деревянным мечом в руках и шоколадом на губах. Настроение было отличным — она была сытой, нераскрытой, и по плану оставалось только чуть-чуть развлечься. На одном из мостов, полузаброшенных и пустых, стоял Зоро. В футболке и позе полной сосредоточенности. Его движения были такими точными, будто он разрезал не воздух, а саму ткань реальности. Витоника застыла, потом со смешком крикнула: — Эй, учитель мечей! У меня срочный вопрос жизни и смерти! Зоро даже не обернулся: — Что на этот раз? — Мне срочно надо научиться драться! — Она выставила вперёд деревянный меч. — А то вдруг по пути домой на меня нападут какие-нибудь пираты... или повар с длинными ногами! Он вздохнул, вытер лоб. — Ты же сказала, что путешествуешь одна. Как выжила? — Хитростью и пирожками. Но ты сам сказал — это даже не оружие, а сувенир. Так научи меня! Ну хоть немного! Пожалуйста-а-а... Он бросил на неё взгляд: почти безэмоциональный, но всё-таки с долей интереса. — Ладно. Один раз. Два удара. Не более. — Ура! — Она подпрыгнула, размахивая мечом как тряпкой. — Смотри, у меня уже есть стиль — стиль отчаянной принцессы! — У тебя стиль «бесполезного хаоса». Он встал рядом, выправил её стойку, коснулся запястья. — Смотри. Держи вот так. Руки ближе. Плечи — вниз. Локти — не зажимай. — А если я нечаянно махну и тебя задену? — Тогда я тебе отвечу. Сильно. — Запишу: «Учитель с агрессией». Очень дисциплинирует. Она склонила голову, повторяя движение. Он поправил её локоть, затем провёл рукой по линии её плеча, корректируя стойку. — Ты зажата. — Может, потому что к моему плечу сейчас прикасается живой шестикубиковый пресс? — Ты хочешь учиться — слушай. — Окей-окей. Она сделала неловкий выпад вперёд, ударив воздух с треском. Зоро спокойно парировал её движение своим мечом. — Ты дерёшься как будто хочешь пригласить противника на свидание. — Ну я же леди. — Она стиснула зубы, потом рассмеялась. — Хотя идея хорошая. Надо попробовать. — Давай попробуем спарринг. Только легко. Без фанатизма. — Спарринг? С тобой? — Она изобразила испуг. — Ты же можешь убить одним взглядом! — Не убью. А ты не попадёшь. — Всё, обиделась! Я сейчас покажу! Она шагнула вперёд, он — чуть назад. Клинки скрестились с глухим стуком. Потом ещё раз. Она попыталась нанести удар сбоку — он легко парировал, заставив её отступить. — Ты слишком читаема. — А ты слишком красивый. Это нечестно! Он приподнял бровь. — Это твой боевой стиль? — Да. «Флирт и бегство». Они снова столкнулись. Она засмеялась, закружилась на месте, едва не оступилась. — Осторожнее. Мост скользкий, — буркнул он. — Это я скользкая! — Она подмигнула и сделала ещё один выпад. Но именно в этот момент мощная волна накатила под мост, вода захлестнула край, и камни пошли под ногами. Витоника резко потеряла равновесие. Поскользнулась. Зоро рванулся было поймать её, но сам споткнулся на мокром камне. — Чёрт! — Ай! Они вместе полетели с края моста в воду. Громкий всплеск. Когда они вынырнули, фыркая и отплёвываясь, Витоника зацепилась рукой за балку под мостом, вторая удерживала меч. — Я вся мокрая! — воскликнула она. — Даже нижнее бельё! Это ужас! Зоро молча подтянулся на доску, вода стекала с него рекой. Его белая футболка прилипла к телу, словно вторая кожа, подчёркивая каждый рельеф. Витоника, цепляясь за балку, прищурилась. — Ну… почему бы и нет, — пробормотала она себе под нос. — Такой мечник… и ещё и с таким телом… может, даже и не тупой. Интересно. Она усмехнулась, а потом театрально закашлялась: — Ты спас мою жизнь, Зоро. Я обязана тебе ужином! Или… хотя бы вином. Есть у меня парочка бутылок. Он фыркнул: — Только если ты не будешь готовить сама. — Ты думаешь, я умею? — Она закатила глаза. — Милашка, ты явно меня переоцениваешь. Вечер опустился на Ватер 7, окрасив канал розовато-золотым светом. С улиц потянуло жареным мясом, цитрусовыми и солью. Витоника, уже в сухом, но всё ещё с мокроватыми концами волос, вышла из одной из лавок с бутылкой вина в руке и довольной улыбкой на лице. Она шла легко, с видом человека, который никуда не спешит, но всё равно прибыл вовремя. У бара на углу, полузакрытого, но с лампами, светящимися как светлячки, стоял он. Зоро. Опёрся на стену, руки скрестил на груди. Весь такой — невозмутимый, уже сухой, с повязкой на руке и тем самым вечно настороженным взглядом, как будто весь мир пытается его обмануть. — Ого, — сказала она, подойдя. — Мечник всё ещё на ногах. Не утонул. Не испарился. И даже не сбился с дороги. Я впечатлена. Он посмотрел на неё искоса: — Ты шла позади меня. Я просто... свернул не туда. — Конечно. Уверена, это была улица «Ясамнашёлтебяздесьсовершеннослучайно», верно? Он не ответил. Она кивнула в сторону бара. — Пошли выпьем. Ты заслужил бокал — за то, что не выронил меня в канал. Почти. — Я не пью с незнакомками. — Прекрасно. Я буду Эстель. Торговка вином. Временная безработная. Искательница удовольствий. И полная дура, если честно, — она расплылась в улыбке. — Ну же. Один бокал. Он всё же оттолкнулся от стены, но проговорил: — Один. И только если не начнёшь играть в поединки посреди бара. — Только с теми, кто заслуживает, — хихикнула она. Они вошли. Бар оказался уютным, с деревянными балками, бочками по углам и тремя завсегдатаями у стойки, не обращающими внимания ни на кого. Музыка — лёгкая и ленивая — доносилась из граммофона в углу. Витоника устроилась за столиком у окна, заказала два бокала вина — красного, терпкого, «как взгляд у очень уставшего пирата» — и подперла подбородок рукой. — Ну и что ты за человек, Ророноа Зоро? — начала она. — Мечник. — Потрясающе информативно. А кроме? — Член пиратов, которым ты помогла. — Звучит почти как «благодарю», — подмигнула она. — Я ещё не решил, стоит ли благодарить. Она засмеялась. — Боюсь, я тебе вообще не по душе. Он пожал плечами. — Не уверен. Ты странная. И говоришь слишком много. — А ты — не говоришь почти ничего. И всё равно смотришь на меня. — Она наклонилась ближе. — Почему? Он не ответил. Сделал глоток. Поставил бокал. — Ты что-то скрываешь. И это раздражает. Витоника почти сияла от удовольствия. — Ну наконец-то! Хоть какая-то эмоция. Скучный ты всё-таки, Зоро. — А ты… — Он снова посмотрел. — …слишком весёлая. — Подожди, ты же не собираешься считать это оскорблением? — Это... настораживает. — Всё настораживает, если ты параноик. Он выдохнул носом, почти усмехнулся. Витоника почувствовала: это победа. Маленькая, но очень приятная. Она снова сделала глоток и облокотилась на стол, небрежно, словно сидела здесь каждую ночь. — Слушай, если я начну говорить тебе правду, ты ведь сразу убежишь? — Не факт. — А если скажу, что в действительности я принцесса, сбежавшая из дворца? — Тогда попрошу не валяться в каналах, ваше высочество. — Ах, ирония! Какой роскошный напиток. Ты уверен, что не хочешь ещё один бокал? Он не ответил. Только снова сделал глоток и продолжал наблюдать. Она чуть подалась вперёд и провела пальцем по краю бокала. — Знаешь, ты не только сильный, но ещё и красивый. Это редкое сочетание. Обычно либо тупые и сильные, либо умные и жалкие. А ты — прямо как вино: плотный, сдержанный и с послевкусием загадки. Зоро только прищурился. — Сравнивать людей с вином — это у тебя профессиональное? — Только самых вкусных, — мурлыкнула она. Он нахмурился. — Я не собираюсь быть ни твоим вином, ни трофеем. Она рассмеялась, искренне, легко. — Расслабься. Я просто флиртую. Разве это преступление? — Если да, то я не стражник. Она сделала глоток, наблюдая за ним из-за края бокала. Челюсть напряжена. Веки чуть опущены. Он явно чувствует себя не в своей тарелке — но не уходит. Это её забавляло. — Ты правда не понимаешь, что я намекаю на постель, или просто делаешь вид? Он повернул к ней голову и, кажется, на долю секунды задумался. — Ты странная. — Это уже было. Придумай что-нибудь новенькое. Например: «ты красивая, но я слишком честный, чтобы…» — она подалась вперёд, глаза искрились. — Или скажи, что ты хочешь, но не можешь, потому что ты из всех сил стараешься быть благородным и правильным. — Я не благородный. Я просто не играю в игры, — отрезал он, но без злости. Она улыбнулась шире, словно он только что признался в чём-то интимном. — Ох, Ророноа Зоро… Ты даже не понимаешь, насколько это возбуждает. Он замер, глаза чуть расширились. — Что? — Ничего, ничего, — она сделала вид, что делает очередной глоток. — Просто мысли вслух. Не обращай внимания. Он снова замолчал. Глотнул. Смотрел в стол, словно пытаясь вспомнить, как оказался здесь. А она, опершись на локоть, спокойно наблюдала за ним, щурясь от удовольствия. — Ты ведь даже не заметил, как я тобой любуюсь, да? — сказала она. — Заметил. Просто не понял зачем. — Это мило. И... немного грустно. Он пожал плечами, всё так же сдержанно. — Я не из тех, кто подходит для… развлечений. — А я не ищу подходящих, Зоро. Я просто живу. Вот и всё. А сейчас захотела выпить с красивым мечником. Завтра, может, захочу спать в одиночку в гамаке на корабле. Кто знает. Он наконец перевёл на неё взгляд, прямо, серьёзно. — Ты флиртуешь слишком открыто. Это… непривычно. — А ты реагируешь так, будто я попросила тебя жениться. Она подмигнула, и он, на её удивление, усмехнулся. Не широко. Но уголки губ приподнялись. И этого было достаточно. — Слушай, — проговорила она тихо, — я не настаиваю. Просто... ты интересный. А я — свободная. Вот и всё. Он ничего не ответил. Но бокал не отодвинул. Они выпили молча, уже без слов, но с тем самым странным напряжением, которое возникает между двумя, кто ни к чему не обязывает друг друга, но и не может не чувствовать притяжения. Бар постепенно пустел. Теплый свет ламп отбрасывал мягкие тени на стены, скрип деревянных половиц тонул в негромком гуле далёких голосов. Витоника потягивала вино, наблюдая, как Зоро поднимается из-за стола. Он медленно надел куртку и коротко кивнул: — Спасибо за выпивку. — И за флирт, надеюсь, тоже? — лениво усмехнулась она, откинувшись на спинку стула. Он на секунду замер. Глянул на неё исподлобья, как будто размышлял — пошутить в ответ или просто уйти. — Передам от тебя привет Луффи… и остальным. — Не забудь добавить, что я была очаровательна, — произнесла она на выдохе, не сдержав улыбку. — Они и без меня это заметят, — бросил он и, не оглядываясь, направился к выходу. Тихо хлопнула дверь. Осталась только тишина и лёгкое послевкусие горького вина. Витоника ещё пару секунд сидела неподвижно, глядя на его пустое место, потом встала и подошла к окну. Внизу Зоро неторопливо шёл по улице, не оглядываясь, руки в карманах, плечи чуть напряжены. — Мечник Зоро… — пробормотала она. — Не поддался. Она взяла бутылку, плеснула остаток в бокал и одним движением осушила его. Склонила голову набок, разглядывая собственное отражение в мутном стекле окна. На губах играла тонкая полуулыбка — немного колкая, немного уставшая. — Неужели я теряю хватку… или просто он действительно не из тех, кто поддаётся? И всё же внутри — лёгкий азарт. Интерес. Любопытство. Ни досады, ни злости. Просто факт: этот не лёг. Не расплавился от прикосновений, не поддался играм. И, возможно, именно поэтому — стал чуть более интересен, чем остальные. Она повернулась к выходу, поправила плащ и тихо выдохнула: — Ну что ж. В следующий раз попробуем по-другому. Утром день выдался солнечным и почти слишком ярким. Небо было чистым, ветер свежим, а порт — как всегда, гудел жизнью: удары молотов, запах смолы, крики рабочих и чайки над водой. Витоника появилась у верфи в тёмных очках и лёгком пальто, с шелестящим конвертом в руках. Айсберг, всё ещё слегка хромая после нападения CP9, вышел ей навстречу с лёгкой усмешкой: — Ты, должно быть, единственная клиентка, что приходит так рано и с таким… — он бросил взгляд на конверт, — энтузиазмом. — На тебе же половина лучших кораблей Гранд Лайна, — усмехнулась она, протягивая оплату. — А у меня нет времени на лишние церемонии. Он взвесил конверт в руке, кивнул, потом махнул одному из плотников. Со стороны одного из ангаров откатили массивные ворота, и изнутри появился её корабль — элегантный, чёрно-белый, с узким носом, приспособленным к скорости и манёвренности, с минималистичной надстройкой. Без флагов. Без имени. — Всё по спецификации. Прочный корпус, тайники, усиленные мачты, даже твоя «скользящая» система управления рулём — пришлось попотеть. — Идеально! — отозвалась Витоника, обводя судно взглядом. — Спасибо, Айсберг. С тобой приятно иметь дело. — Хочешь назвать корабль? — Нет, — резко. — Пусть будет без имени. Так... безопаснее. Они обменялись короткими взглядами — Айсберг не стал задавать лишних вопросов. У каждого в этом мире были свои призраки. Через полчаса её корабль вышел из дока и заскользил по волнам, набирая скорость. С берега, закинув руки за голову, Луффи щурился ей вслед. — Она уплыла и даже не попрощалась! — Она интересная, — заметила Нами. — Она опасная, — буркнул Зоро, стоя чуть в стороне. Но в его голосе не было тревоги. Только осторожность. В каюте Витоника скинула плащ, достала карту и указала пальцем: — Сабаоди. Слово прозвучало как приговор. Она прикусила губу и отвернулась к окну, где плескалась вода. — Ненавижу это место. Перед глазами вспыхнули знакомые мраморные колонны, белые пальцы на шее рабыни, мерзкий смех Тенрюбито. Мари Джоа... грязь, спрятанная под золотом. А теперь снова туда — пусть и рядом. Пусть и под чужим именем. — Но придётся, — пробормотала она, крепче сжав штурвал. — Это часть пути. Ветер подхватил паруса. Корабль развернулся к Сабаоди.