6 глава

Хэллоуин Холодное, сизое утро просочилось сквозь толщу озера в гостиную Слизерина. Рен сидел у окна, наблюдая, как гигантский кальмар лениво шевелит щупальцами, когда дверь распахнулась. Вместе с порывом ледяного воздуха из коридора ввалились Пэнси Паркинсон, Крэбб и Гойл. Их вид выглядел так, словно их пропустили через мясорубку и кое-как собрали обратно. Обычно безупречные волосы Пэнси были растрепаны, глаза — красными и опухшими от слёз. Но больше всего поражало выражение её лица — смесь унижения, ярости и... животного страха. Она шла, не поднимая головы, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Шёпоток за спиной — «Паркинсон? Поймали? С вазой?» — заставил её вздрогнуть, словно от удара. Она метнула в сторону Драко, сидевшего в углу с видом невинной жертвы, взгляд, полный немого обвинения: «Это всё из-за тебя!» Крэбб и Гойл выглядели потерянными и напуганными. Гойл потирал запястье — видимо, после падения на тумбу, Крэбб жевал губу, тупо уставившись в пол. Оба старались держаться подальше от Пэнси и Драко, словно боялись стать мишенью чужого гнева. От них веяло запахом пыли из кабинета Филча и страхом перед отцами, которые обязательно всё узнают. Драко Малфой сидел, старательно изображая безразличие, но бледность и тёмные круги под глазами выдавали его состояние. Он избегал взгляда Пэнси, уставившись на свою обувь с ненавистью, будто это был портрет Рена. Когда Пэнси плюхнулась на диван подальше от него, он резко вскинул голову, губы сжались в тонкую белую ниточку. В его глазах горело не только унижение — провалившийся план, опозоренные «солдаты», подстава — но и холодная, расчётливая ярость. Он знал, кто за этим стоит. Рен не проронил ни слова. Просто поднял чашку в лёгком, едва заметном жесте — тост за успех. Внутри пело удовлетворение. План сработал идеально: Пэнси унижена, Крэбб и Гойл напуганы, Драко загнан в угол и кипит злобой. Но холодок по спине напоминал: это только начало. Малфой не простит. И теперь он знает, что Рен, Теодор и Блейз — команда, способная бить его же оружием. В гостиной висело напряжение, густое, как озерная вода за стеклом. Шёпотки слизеринцев были полны сплетен: «Паркинсон опозорила факультет!», «Малфой подставил своих же!», «Блэквуд и его шавки всё подстроили!». Рен ловил взгляды — одни осуждающие, другие — с новым, настороженным уважением. Единственное, что радовало по-настоящему, — восхитительный запах запечённой тыквы, непременный атрибут Хэллоуина. Покинув напряжённую атмосферу гостиной, трио вышли в украшенный к Хэллоуину замок. За ними незаметно последовали Элиссон и Дафна.  — Ну и атмосфера там, — проронила Дафна. — Прямо хочется застрелиться. Интересненько вы, конечно, придумали.  — План получился даже лучше, чем я предполагал, — продолжил Андерсон, — но как будто бы мы не подумали о последствиях.  — По-другому бы не получилось, — убедительно сказал Блейз.  Все молча кивнули и отправились на первый урок. Рон был в паре с Гермионой, что явно не понравилось обоим, и они успели перекинуться парочкой язвительных фраз. Драко молча наблюдал и с презрением смотрел на гриффиндорцев и на трио. К концу урока у Рона было очень плохое настроение. Его уши всё ещё горели от колких замечаний Гермионы о его «полном отсутствии системного подхода». Он швырнул книги в сумку с таким видом, будто хотел проломить ими пол. Весь день в замке витало предпраздничное оживление — контрастировало с ледяной атмосферой в Слизерине. Гирлянды из тыкв-светильников качались под потолками, скелеты в шляпах лениво махали костлявыми руками, а запах засахаренных яблок и пряного сидра смешивался с вездесущим ароматом тыквы. Для Рона и его небольшой группы — трио вместе с Дафной и Элиссоном — праздник ощущался иначе. Семья Рена и Поттера не особо отмечала Хэллоуин. Родители объясняли просто:  «В этот день могло произойти кое-что безвозвратное. Всё прошло хорошо, но горький привкус и воспоминания остались».  Были лишь Хэллоуинские закуски и осенние разговоры. На Хэллоуинском пиру Великий зал преобразился. Тысячи настоящих летучих мышей носились под заколдованным потолком, изображавшим грозовое небо, а столы ломились от жутковатых яств: «Кровоточащие» пудинги, «Паучьи кексы» с мармеладными ножками, гора «Костей» из сахарной глазури. Но главным украшением были гигантские тыквы, извергавшие из резных ртов оранжевое пламя. Блейз то перекидывался шутками с пуффендуйцем через проход (обмениваясь рецептом «кровавых» кексов), то ловил восхищённые взгляды когтевранки-первокурсницы, которой на прошлой неделе помог достать редкую книгу по анимагии. Он ловко поймал летучую мышь-украшение, отпустил её со смешным свистом и получил одобрительный кивок от Чжоу Чанг, сидевшей за столом Когтеврана. Старшекурсники Слизерина смотрели на Блейза странно — презрительно, с недоверием. Компания сидела немного дальше обычного и разговаривала про учёбу, Хэллоуин и пробовала новые закуски, оценивая их вкус. Внезапно их беседу прервал громкий голос со стола Гриффиндора. Рон Уизли, лицо покрасневшее от досады (и, возможно, от глотка сидра), тыкал пальцем в Гермиону, сидевшую напротив:  — ...и вообще, неудивительно, что ее никто не выносит! — голос сорвался и прокатился по залу. — Если честно, она настоящий кошмар! Вечно лезет со своими замечаниями! Как будто она одна тут умная!  Гермиона замерла. Её широко раскрытые глаза наполнились сначала шоком, потом такой яркой и болезненной обидой, что это было видно даже с другого конца зала. Она резко встала, с грохотом отставила скамью и, не сказав ни слова, побежала прочь, прижимая к лицу учебник по Заклинаниям. Плечи её явно подрагивали. Гермиона, наверное, убежала в тот самый туалет на третьем этаже, где она всегда прячется, когда расстроена. Рон, осознав масштабы произошедшего, покраснел ещё сильнее, но нахмурился, пытаясь сохранить вид «правого гнева». Гарри пытался ему что-то сказать, но Рон лишь буркнул и налегал на «кровавый» пудинг. Рен наблюдал за сценой с ледяным интересом.  — Идиот, — констатировал он сухо, — публично унизить самого умного человека на курсе. Блейз хихикнул:  — Ну теперь у гриффиндорцев своя «Пэнси» в изгнании. Только у них хотя бы мозги есть. Слышал, Ли Джордан из Гриффиндора говорил, что она в библиотеке до ночи сидит, одна. Жалко девочку. Теодор покачал головой:  — Эмоции — всегда слабое место. Особенно когда смешаны с синдромом. Дафна вздохнула:  — Бедная девочка. Просто старается быть лучшей. Не заслужила такого. Элиссон пожал плечами:  — У каждого свои демоны. Её — перфекционизм и непонимание, его — ревность и глупость. Классика. Пир продолжался, но веселье для многих было испорчено. Гарри выглядел озадаченным и слегка виноватым, Рон — буро-красным и упёртым. За столом Слизерина Драко ловил взгляд Рена, а в глазах читалось нечто новое — холодное удовлетворение от того, что чужое унижение отвлекло внимание от его собственного. «Смотри, Блэквуд, даже твои гриффиндорские приятели умеют саморазрушаться без моей помощи», — словно говорил этот взгляд. Рен посмотрел на стол Когтеврана, где сидели Сара и девушка с азиатскими корнями из этого факультета, а рядом — слизеринка с латинской внешностью. «Удивительно!» — ахнул он, когда к ним подошёл симпатичный мальчик в пуффендуйской форме, что окончательно покорило Рена. Затем подошёл мальчик, похожий на Элиссона, но в когтевранской форме.  — Хах, помнишь моего брата? — спросил Элиссон, заметив взгляд Рена.  — Алан, помню.  — Вы давно знакомы? — спросила Гринграсс.  — Родители дружат, но из-за частых переездов мы виделись всего один раз, когда нам было по пять лет, а Саре — семь, — рассказал Элиссон. Вдруг дверь зала с грохотом распахнулась, прервав мысли Рена. Вбежал профессор Квиррелл, тюрбан съехал набок, лицо искажено ужасом. Крупные капли пота стекали по бледному лицу, оставляя влажные следы на воротнике мантии. Влетев к столу учителей, он споткнулся и, задыхаясь, выкрикнул так, что весь зал услышал:  — Тролль! В подземельях! Я думал... вы знаете... — Захлёбываясь, он смотрел на учителей. — Он сбежал! Отделение Защиты… он вырвался и... идёт вверх! Я… я не смог его остановить! Он в замке! Мгновенная тишина, затем взрыв паники. Кто-то вскрикнул, кто-то уронил бокал. Дамблдор встал, голос его, усиленный магией, мгновенно прорезал хаос:  — Тихо! Префекты! Немедленно проводите учеников в общежития! Преподаватели — ко мне! — Квиррелл, куда он направился? — спросил Дамблдор. Квиррелл, дрожа, лишь бессмысленно мотал головой. Холод подземных коридоров встретил их после тёплого, наполненного запахами пира в Зале. Он казался не просто сыростью, а дыханием настоящей опасности. Где-то в лабиринте темных камней блуждал тролль. И где-то там, возможно, Гермиона плакала в туалете, ничего не подозревая. Рен сжал рукоять палочки под мантией. Префект Слизерина, суровый семикурсник Уоррент, с лицом, напоминавшим недовольную сову, гнал их вперёд:  — Быстрее! Не толпиться! Прямо в гостиную! И не вздумайте разбегаться! — голос дрожал, выдавая страх.  Блейз споткнулся о скользкий камень.  — Тролль? Серьёзно? — прошептал он, осматриваясь. — Я думал, это шутка Фреда и Джорджа! Квиддич — это одно, но тролль?! Теодор прижимал к груди книгу по защите от тёмных искусств, схваченную машинально. Лицо было бледным, но сосредоточенным.  — Они сильные, — сказал он мрачно. — Тупее кирпича. Главное — не попадаться на глаза и не шуметь. В книгах пишут... Дафна шла рядом с Элиссоном, крепко держа его за рукав. Её глаза широко раскрылись.  — А если он ворвётся в гостиную? А если он тут рядом? — смотрела она с ужасом в тёмные коридоры. Элиссон молчал, но рука была наготове у палочки. Он не строил теорий, просто внимательно оценивал каждую тень. Рен шел в середине группы, тоже сжимал палочку, но мысли его были не о глобальных заговорах. Он представлял, как Лилит, если бы была здесь, рассмеялась бы от предвкушения приключений — но пошла бы за лидером.  «Просто тупое чудовище. Надо добраться до гостиной. Там безопасно». Группу загнали в гостиную Слизерина. Уоррент заколдовал вход мощным «Коллусом» и стал у двери, бледный, но старающийся выглядеть непоколебимым. В комнате царила паника:  — Я слышал, он дубинкой может размозжить голову!  — Говорят, в прошлом году он съел первокурсника! Ну, почти...  — А если проломит стекло озера?  — Мама! Я хочу домой! Блейз упал в кресло, проводя рукой по лицу:  — Ну отлично. Хэллоуин удался. Вместо пудинга — перспектива стать фаршем для тролля.  Теодор сел рядом, лихорадочно листая книгу.  Рен подошёл к окну. Гигантский кальмар проплыл мимо, равнодушный к их страхам.  «Где Гарри? И Рон?» — мелькнуло у него. Они исчезли из зала раньше всех. «И Гермиона... она одна где-то в туалете...» Холодный укол беспокойства пронзил его, смешавшись с общим страхом. Он не строил сложных теорий про Квиррелла. Тот был просто жалким, нервным профессором, упустившим тролля. Всё слишком просто, чтобы быть частью чего-то большего.  «Надеюсь, они в безопасности». Время тянулось мучительно медленно.  Вдруг за дверью послышались быстрые шаги и голоса. Уоррент насторожился. Через мгновение дверь распахнулась. На пороге стояли профессор Макгонагалл, Гарри Поттер, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер. Гермиона была бледна, глаза красны от слёз, волосы в беспорядке, но держалась прямо. Гарри и Рон выглядели измождёнными, у Рона порван плащ, а на лице Гарри — ссадина. — Всё в порядке, — чётко сказала Макгонагалл, — тролль обезврежен. Опасность миновала. Вы можете оставаться здесь или осторожно пройти в свои спальни. Но из гостиной — ни шагу! Слухи, что именно Поттер, Уизли и неожиданно точным заклинанием Рона спасли положение и девочку, мгновенно распространились. В гостиной смешались вздохи облегчения и возмущённые шёпоты слизеринцев:  — Пятьдесят баллов Гриффиндору?! За то, что сами же и навлекли беду?!  — Они нарушили приказ! Их надо наказать!  — Герои... тьфу! Драко фыркнул громче всех, но в глазах помимо привычной злобы читалось раздражение: «Опять Поттер в центре внимания! Опять». Позже, когда волнение улеглось и самые младшие разошлись по спальням под присмотром старшекурсников, Рон сидел у огня. Блейз дремал в кресле, Теодор продолжал листать книгу о лечении ушибов от тролльей дубины. — Тут пишут, что тролли ненавидят высокие звуки. Может, спеть? — пошутил он мрачно. Рен усмехнулся и, поговорив с Теодором о троллях, Нотт снова уткнулся в книгу. Элиссон и Дафна тихо разговаривали у окна. Рен подошёл к ним. — Что думаете по поводу Поттера и Уизли?  — Молодцы, что не оставили Гермиону. Настоящие гриффиндорцы, — с улыбкой посмотрела Дафна.  — Тоже так считаю, — согласился Рен.  Элиссон одобрительно кивнул. — Элиссон, не хочешь переехать к нам вместо Драко? Может, получится договориться со Снейпом. Думаю, и Драко будет приятнее в одной комнате с Крэббом и Гойлом, а тебе с нами, — предложил Рен.  — Нужно попробовать, — улыбнулся Андерсон. Его тёмные волосы казались переливающимися сливовым цветом. Гостиная пустела. Рен смотрел на огонь, думая о том, как легко праздник превратился в хаос и что спокойствие в Хогвартсе — лишь иллюзия. Хэллоуин действительно удался.