Ямада, Харучиё, Сукэбан

Я считаю нужным встрять в эту сопливую историю, написанную униженной жизнью женщиной, что не смогла разобраться в себе, посвященную к грязному отбросу, что является третьим сортом среди людей!  Я Ямада Хигучи, вы знаете меня.  Для начала, единственная, кого жаль в этой истории — Это малышка Сенджу. Живёт сейчас со своей тётей, которая, благо, смогла встать на верный путь в отличии от своих братьев. Боюсь представить, чего она насмотрелась, живя в этой семье. Сейчас нормально всё с ней, слава богу. Я знаю, поверьте, мы с Сенджу, ну, со старшей Сенджу, в своё время были достаточно близки.  Что я могу сказать о той шаболде? Да много чего. С самого начала я испытывала к ней отвращение. И нет, не думайте что это из-за того, что она Риндо отдалась. Я давно вычеркнула его из своей жизни. Просто… она выглядела жалко?? Да, тошно и жалко.  Женщина, а ты сама определишься, чего ты хочешь? Так ты его любишь или терпеть не можешь? Он тебя топит и душит или спасает? Сначала из её уст только и льется говно в адрес Хару, через день она в нём души не чает. Что за люди, а.  Ну а больше всего я хочу рассказать о самом Харучиё. Поверьте, я столько всего о нём знаю. После их ссор он бежал к Риндо, жаловался, как последняя сплетница своей подружке. Меня в эти разговоры, кончено, не посвящали, но подслушивать никто не запрещал.  «Я если не уйду вовремя, знаю, что просто там убью её» — его прямая цитата. Смешно, на самом деле, слушать это. Особенно зная, как он в ногах у меня валялся после нашей ссоры. Да, я тоже терпела. Раз простила, два простила, может, и три. Но чтобы делать то постоянно… да это постараться надо.  Если я создала впечатление противной и заносчивой бабы, то нет, такое особое отношение у меня не к многим людям. Особенно в молодости. Я помню, как помогала Харучиё финансово. Приносила еду в школу, когда ему нечего было есть, в тайне от родителей вылезала через окно, открывая ему дверь в гараж, неся туда свою полушку с одеялом, чтобы он мог переночевать. Чуть ли не ценой жизни отстаивала его при своих родителях, а оказалось зря.  Настал момент, когда он понял: ему не нужна самодостаточная женщина, что не держится за него, вцепившись ногтями. Ему нужна та, у которой нет собственного заработка, нет крыши над головой, нет поддержки на стороне. А у меня всё это было. Не скажу, что семья идеальная. Родители достаточно строгие, но мы были обеспеченными и они делали всё, чтобы я получила образование, нашла хорошую работу и партнера на жизнь. И представляете их реакцию, когда их прилежная и послушная дочь сбегает через окно из дома, чтобы погулять с местным фриком? Вообще, момент моего становления на неверный путь начался не с него, а с моего вступления в женские шайки бандиток. Сукэбан, если знаете. Там мне было хорошо, даже нет, я начала чувствовать такую свободу, что ушла в полный отрыв. На меня не влияли ни родители, ни учителя, ни бывшие подруги.  Я красила свои волосы, кастомизировала одежду, мне делали пирсинг и наколки (партаки, точнее, пришлось перековать во взрослом возрасте). С девчонками мы часто гуляли, ходили в кино и на аттракционы.  Вы же знаете религиозные школы для девочек? И что в них происходит? Там часто практиковались однополые связи, потому что были одни только девочки. Да вот и эта компашка не стала исключением. Мой первый поцелуй забрала девушка.  В Сукэбан, а именно в моей группировке «дайтенши», я получала не только свободу, но и новый опыт, а так же защиту.  Девчонки горой друг за друга стояли. Но стоило тебе предать их, то прощения не было никакого. Меня не то, чтобы с позором выгнали, мне вырвали плоскогубцами пирсинг из губ, который сами и сделали. Выставили на порог их базы и запретили кому-либо со мной общаться.  Пошла я не к родителям, их я уже месяц не видела. Я постучалась к Харучиё, ведь из за него меня выгнали. Наша глава, которая придумала себе псевдоним «Аманда», часто конфликтовала с мужскими группировками. Считала, что они не признают ее силу. Майки отказывался с ней драться из своего принципа не бить девушек. Аманда расценивала это как унижение. Это было причиной её плохого отношения, но не было поводом. Поводом же стало то, что двое из свастики, будучи на какой-то вечеринке, надругались над одной из наших девочек. Тогда Аманда терпеть не стала. Сначала сама пошла разбираться с Майки, тот сказал, что разобрался с ними, но Аманда посчитала это недостаточным. Она просто возненавидела Майки, но в открытую воевать не стала.  Она узнала, что я учусь в одном классе с Харучиё, а другая ходит на дополнительные вместе с Кейске. Сказала нам приблизится к ним, заставить разболтать что-то о Майки. Так вот, у той девчонки это получилось быстрее, чем у меня. Она раз ра разом доносила информацию, а от меня — ничего. Но Аманда поблагодарила меня, сказала прекращать. От меня помощи уже не требуется. Я то прекратила, а Харучиё только вошел во вкус.  Он был странным человеком, вроде тихий и молчаливый, а вроде драться лез. Сам первый никого не трогал, некоторые провоцировали его словами или действиями, вот он и кидался на них. Иногда стульями. И до просьбы Аманды я ни разу с ним не разговаривала. А тут села поближе, начала на уроках подсказывать, делиться с ним своими сладостями. Он был насторожен, его интересовало то, почему я стала так резко проявлять к нему внимание. А я как начала в уши лить: «Ты сидишь без друзей, а на самом деле ты такой классный! Они тебя просто не понимают. Ты умный, красивый, а по глазам вижу, что добрый. Я бы хотела с тобой познакомиться!»  Он скривил лицо в отвращении и посмотрел на меня как на дуру. Что ж, актриса из меня плохая.  Но мы продолжили сближаться. У себя в сумке я нашла шоколадку, огляделась по сторонам, сразу поняла, её мне Харучие кинул. Не вовремя, правда, к этому моменту Аманда уже сказала мне прекращать. Но я не остановилась.  Постепенно мы начинали общаться по дороге домой, он на деле не таким уж и замкнутым был. Просто не нравился ему класс наш. Сначала рассказывал о себе. Типичные пацанские интересы: в стрелялки поиграть, потренироваться, какие-то аниме непонятные, мне это было не интересно, но я делала вид увлеченности и задавала вопросы. Потом рассказывал о делах группы. Ничего интересного, но была информация и о Майки, которая могла бы быть полезла. Но я не рассказывала. Потом я начала узнавать о его семье. Или «семье». Непонятно что творилось у них. Мама бросила, ушла. Папа работает хер пойми где, дома раз в месяц бывает. Заебанный жизнью старший брат и бешенная младшая сестра. Харучиё так ужасно о ней отзывался, а я прихожу к нему в гости, а там сидит милый белый комочек ногти красит. Но он любил её, я знаю. Это было подростковыми выебонами.  О моей принадлежности к банде он не знал. Я не принимала участия в драках, там и без меня девочек хватало. Я не носила одежду с символами банды и в целом выглядела как обычна девчонка. На базу я бегала отдохнуть. Покупала им кучу вкусняшек, они все ждали меня с пакетами. Я отдавала им свои старые вещи, все в хорошем состоянии, просто мне надоедали. Некоторым помогала с уроками. Училась так же делать пирсинг и начала колоть его девочкам. В общем, не паразитировала.  Поначалу я вела себя скрытно. Девочки из Дайтенши могли меня спалить, они бывали где угодно и в моей школе тоже. Но месяц за месяцам шел, а я так и оставалась не замеченной в паре с Харучиё. Уже и расслабилась.  Дальше конец года, переход в старшую школу и тут уже началось.  У Харучиё отказали тормоза, он вообще что захочет делал, не думая ни о чем. Его подсадили на вещества, я стала замечать это по его поведению. Деньги он у меня просил на них. Всегда возвращал, но откуда подростку 15-16-ти лет столько денег? Воровал? Нет! Он отдавался мужикам и старым женщинам! Как же я ахуела, когда услышала это.  Он поругался с Такеоми. Сбежал из дома, звонил мне ночью, просил переночевать. Я впустила его в гараж, но сказала искать жилье. Он нашел через 2 дня. В районе, откуда живым дай бог выйдешь. В квартире у него был один лишь матрас, вещи на стульях, в холодильнике кроме банок энергетиков лежала пачка корейских токпоки. Но признаться честно, было чисто. Пол и стены сверкали. Вероятно, Такеоми к порядку приучил.  У него начинались проблемы с Майки. Тосва рушилась, Майки нервничал, так ещё и Харучиё непонятно чем занимался. Участников то сажали, то убивали. И это было делом рук Аманды. Она хорошо постаралась для того, чтобы Майки пал. Но не вышло. Он стал лишь сильнее со своим Бонтеном, но это уже другая история.  А как о нас узнали? Ну, произошла финальная драка. Мы то, девочки, по природе физически слабее парней. Но это уличные драки, а в них нет правил. В общем, убили Кейске ножом в шею. Там и я была. Не дралась, просто наблюдала. Меня заметил Харучиё, подбежал и говорил уходить, какого хера я здесь. Тут приходит одна из девчонок дайтенши. Приближенная Аманды. Спрашивает какого хера харучиё от меня хочет? И они начинают спорить, а я между двух огней. Оба думают, что я поедаю их.  Драка закончилась, на сигнализацию полиции все, почти все, разбежались. Остался только лежачий Кейске, его убийца, которую забрали в участок и пара других свидетелей. Харучиё тащит меня на пустующую детскую площадку, там мы начинаем выяснять отношения. Я с ним ругаюсь, мы расходимся, он мне не верит. Но разошлись ненадолго. К этому моменту я жила на базе Дайтенши, так как из за своего внешнего вида поругалась с родителями. Я вернулась на базу, а меня привели к Аманде за руки и посадили на колени. Ей донесли о моей связи с Харучиё. Прямо там мне вырвали пирсинг из губ, выперли из здания и выкинули вещи из окна.  Угадайте куда я пошла? Не к Харучиё, бомжевать. Правда не долго. 2 дня и моя гордость испарилась. Я пошла к Харучиё. Он уже не злился на меня, когда увидел моё состояние. Отправил принять душ, поставил кипятиться чайник и заказал еду. Я спала на матрасе, он стелил себе рядом ложился на пол. Вместо подушки использовал одежду. Жили так какое-то время, деньги он то там, то тут находил. Я тоже работу искала. Но с волками жить — по волчьи выть. Он сажает меня на наркоту. Я торчу вместе с ним и ловлю передоз. Он звонит моим родителям, те приезжают и видят меня на полу в своей же блевоте. Забирают домой и сажают на арест. Контролируют каждый мой шаг.  Харучиё ходит под окнами, разговариваем с ним ночью, пока все спят. Родители недовольны. Ругаются с ним и со мной. Я защищаю его, а потом сама добровольно ухожу из дома к нему в эту коробку жить, на матрасе спать.  Он начинает становится не просто хулиганом, а настоящим преступником. Мы ругаемся с ним на этой почве, я пытаюсь его вытянуть в адекватную жизнь. Ищу нормальную работу, предлагаю найти и ему. Но все нет. Наркотики тоже свои плоды приносят. Он вернулся с очередной дозой, поставил на стол, пошел мыть руки. Я взяла и при нём смыла в унитаз. Он меня ударил по лицу. Знакомо, да? Но я в тот же момент развернулась и ушла, а он бежал за мной по лестнице, просил остановиться, послушать, сотню раз извинялся, а я остановилась только тогда, когда он упал на колени на улице прямо в грязь. Все-таки обернулась и подошла к нему. Он взял меня за руку и сказал, что любит меня. Я ответила, что тоже, но я так же люблю и себя. Вырвала руку, развернулась и ушла. С собой был только телефон и зарядка.  Шла пешком, по дороге домой плакала. Позвонила в дверь, папа открыл и впустил. Ругать не стал, мама тоже. Просто дали пройти в комнату и со следующего дня я начала жить как ни в чем не бывало. Они не стали меня искать, ждали, пока я сама одумаюсь. И по моему виду было понятно, что я все таки одумалась.  Я сдала экзамены, поступила в университет, начала свою студенческую жизнь. Гуляла с подругами, шлялись по барам. В одном из них увидела знакомое лицо. Точнее, глаза и шрамы около губ, а волосы стали розовыми. Подошла поздороваться, хотела провести небольшой приятный диалог, но меня полили дерьмом. Он делал это не со злобой, скорее, с издевкой и сожалением к тому, что тратил на меня время. Поблагодарил за опыт, а ещё добавил, что «таких тупых пёзд, как я» он еще найдет. Уже нашел. Сидела дома, не спала ждала его. Та, что после его выкидонов с моста спрыгнула.  А во время нашего разговора, к столу подошел мой будущий бывший. Риндо, правда был ещё в очках, а волосы покороче. Сел рядом, спросил, что за пассию Харучиё, ой, извините, Санзу! Что за пассию Санзу себе нашел. Мы с ним разговорились. Да разговорились так, что Харучиё это надоело и он оставил нас и ушел. Оставил так же нам счет за свои закалы, лол. Я заплатила за него, мне не впервой. Ну а так же тот день оказался рецидивом для меня, ибо я вновь встала не на ту дорожку.