Глава 61. Крайне Жаркое Лето

Летняя ночь над Северным морем была чернильно-черной, лишь изредка прорезаемой вспышками молний, предвещавших бурю. Но не природную бурю ждали заключенные Азкабана, а нечто гораздо более зловещее. В воздухе витало напряжение, предчувствие, которое заставляло даже самых отъявленных преступников сжиматься в своих камерах. Вдалеке, над бурлящими волнами, показались темные силуэты верхом на метлах. Сначала их было немного, потом все больше и больше, пока небо не заполнилось несколькими десятками летящих фигур. Впереди всех, словно хищная птица, летел сам Лорд Волдеморт. Его безносое лицо было искажено предвкушением, а красные глаза горели недобрым огнем. Он ждал этого момента, ждал возможности освободить своих верных слуг, которые томились в этой проклятой крепости, и пополнить ряды своей армии. — Абсентиа! — прошипел он выставив вперед свою волшебную палочку, и его голос, усиленный магией, разнесся над морем, достигая даже самых отдаленных камер. Мощный зеленый луч пронзил невидимый барьер перед тюрьмой, и тот с грохотом лопнул. Дементоры, стражи Азкабана, закружились над крепостью, словно стая воронов, готовых к битве, но в их движениях чувствовалась нерешительность. — Вперед! — взревел Волдеморт, поджигая ближайшего мракоборца, и его слуги ринулись к стенам Азкабана. Первые заклинания обрушились на древние камни, заставляя их крошиться и осыпаться. Защитные чары, которые воздвигали прибывшие по сигналу тревоги, мракоборцы, под натиском темной магии рушились. Несколько оборотней с волчьим воем прогрызали себе путь внутрь рядов мракоборцев. Родольфус голубым лучом попал в седого мракоборца, и того закопало под землю. — Круцио! — крикнула Беллатриса Лестрейндж, ее безумный смех эхом разнесся над морем. Она наслаждалась каждым моментом этой бойни, ее глаза горели жаждой разрушения. Стены Азкабана начали рушиться. Каменные глыбы падали в бурлящее море, поднимая фонтаны брызг. Рабастан, Долохов и Трэверс откидывая встречающиеся на своем пути препятствия, проникли внутрь тюрьмы. Внутри крепости поднялся хаос. Заключенные, которые годами не видели света, теперь слышали грохот битвы, крики и взрывы. Надежда, давно забытое чувство, начала прорастать в их измученных душах. Огромный светловолосый колдун взорвал стену, и вместе с Селвином, Бэддоком и Харпером вбежал в возникший проем. Волдеморт, не тратя времени на разрушение, пролетел сквозь созданный пролом в стене, за ним последовали его Барти Крауч, Мальсибер и Эйвери. Они двигались по коридорам, словно тени, их палочки светились. Дементоры, повисли в воздухе не мешая вошедшим темным магам. — Откройте камеры! — приказал Волдеморт. Маги начали взламывать замки, разрушать магические барьеры, которые удерживали заключенных. Двери камер с грохотом отлетали от петель, выпуская на свободу бледные, изможденные фигуры. Глаза бывших узников, привыкшие к вечной тьме, болезненно щурились от света заклинаний. Но в их взглядах, помимо боли, читалось и дикое ликование. Они были свободны. — Господа и дамы! — голос Волдеморта разнесся по коридорам, наполняя их зловещим эхом. — Ваше терпение вознаграждено! Некоторые из вас мои верные слуги, другие же присоединяйтесь ко мне, и вместе мы сокрушим тех, кто посмел заточить вас! Из камер выходили не только сторонники Волдеморта, но и другие темные волшебники, чьи имена давно были забыты миром. Их лица были покрыты грязью и шрамами, их мантии висели лохмотьями, но в их глазах горел огонь мести. Они были готовы следовать за Темным Лордом куда угодно, лишь бы отомстить за годы, проведенные в этой проклятой тюрьме. Квиррелл в тюремной робе разрезал вбежавшего в коридор мракоборца на пополам, второго, вбежавшего следом, по мановению палочки Пиритса вывернуло наизнанку. Хаос нарастал. Крики, взрывы, лязг металла – все смешалось в единую какофонию. Азкабан, который веками стоял неприступной крепостью, теперь превращался в руины. Волдеморт, окруженный своими верными последователями, вышел на центральную площадь Азкабана. Под его ногами лежали обломки стен, а над головой кружились дементоры. — Мы свободны! — проревел освобожденный Амикус Кэрроу, его голос был хриплым от долгого молчания. — Да здравствует Темный Лорд! — вторила возрастная колдунья, и ее волосы из белых, стали ярко-желтыми. Толпа подхватила его клич, и над Азкабаном разнесся зловещий хор: "Да здравствует Темный Лорд! Да здравствует Волдеморт!" Волдеморт поднял руку, призывая к тишине. Его красные глаза горели триумфом. — Это только начало, — сказал он, и его голос, усиленный магией, разнесся над морем, достигая даже самых отдаленных уголков мира. — Мир узнает, что мы сила, с которой стоит считаться, и на этот раз никто не сможет остановить нас! Раннее утро первого июля было пропитано запахом свежескошенной травы и легкой прохладой, предвещающей жаркий летний день. В Норе, как всегда, царила суета, но сегодня она была немного иной. Миссис Уизли, с привычной энергией, хлопотала на кухне, готовя завтрак для всей своей большой семьи и незваных гостей. Гарри, еще не до конца проснувшийся, сидел за столом, рассеянно помешивая ложкой в своей овсянке. Рон, Фред и Джордж, уже вооружившись шутками, пытались разбудить спящего на диване Билла. Гермиона, как всегда, погрузилась в книгу, но даже ее сосредоточенное лицо выдавало легкое беспокойство. Внезапно, в окно кухни с глухим стуком врезалась большая военно-воздушная сова. Она держала в клюве свернутую в трубку газету, перевязанную бечевкой. Сова, явно уставшая, сбросила свою ношу на стол и, не дожидаясь благодарности, взлетела обратно в небо. — О, доставка от "Ежедневного пророка", — проворчала миссис Уизли, вытирая руки о фартук. — Надеюсь, там нет ничего тревожного. Это лето и так началось неспокойно. Гарри, почувствовав легкий холодок предчувствия, протянул руку и взял газету. Он развернул ее, и слова, напечатанные крупными, жирными буквами, заставили его сердце замереть. "ГОД ВОЙНЕ С ТЕМ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ! ВТОРОЙ МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА!" Тишина, повисшая на кухне, была почти осязаемой. Рон выронил ложку, Фред и Джордж замерли с полуулыбкой на лицах, Билл, наконец, проснулся от внезапной тишины. Гермиона отложила книгу, ее глаза расширились от ужаса. — Что… что это значит? — прошептал Рон, его голос дрожал. Гарри продолжал читать, его взгляд скользил по строкам, каждая из которых была как удар молота. — Из тюрьмы сбежало 20 заключенных. Около 30 мракоборцев мертвы. Азкабан пострадал. Дементоры покинули стены тюрьмы. Миссис Уизли ахнула, прикрыв рот рукой. — Дементоры… покинули? Это… это невозможно! Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. Дементоры были стражами Азкабана, их присутствие было неотъемлемой частью тюрьмы. Их уход означал нечто ужасное. — Список сбежавших заключенных, — прочитал Гарри, его голос стал глухим. Он начал перечислять имена, и каждое новое имя вызывало новую волну страха. Квиринус Квиррелл. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Гарри почувствовал, как его охватывает холодное воспоминание о человеке, который когда-то казался безобидным профессором. Струпьяр. Оборотень, слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Гойл. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Крэбб. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Амикус и Алекто Кэрроу. Слуги Того-Кого-Нельзя-Называть. Гарри помнил их жестокость из рассказов. Флинт. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Боул. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Тарквин МакТавиш. Слуга Того-Кого-Нельзя-Называть. Муж и жена Гримэлкин. Слуги Того-Кого-Нельзя-Называть. Феликс Розье. Незаконный исследователь драконов. Патриция Рейкпик. Член организации "ЭР", разрушитель проклятий, убийца старшекурсника Когтеврана Роуана Ханны. Кадзухиро Сиратори. Японский темный маг, наёмник, убийца отряда мракоборцев в 1989 году, лично был пойман Аластором Грюмом. Верукка Бакторн-Снайд. Темная колдунья, одна из главных фигур в организации "ЭР", может менять облик по своему желанию, арестована на территории Хогвартса в 1990 году, перед заключением вызвала Адское пламя, и унесла с собой жизни 8 служителей закона. Гарри почувствовал, как его охватывает дрожь при мысли о таком разрушительном заклинании. Юстас Бёрк. Целитель, член организации "ЭР", ответственен за серию массовых приступов Смеха-вируса в больнице святого Мунго в 1988-1989 годах. Рон поморщился, вспомнив о неприятных последствиях этого вируса. Харлоу. Известный убийца маглов. Гарри сжал кулаки. Убийство маглов всегда было для него особенно отвратительным. Шарлотта Пинкстоун. Известная колдунья, нарушительница Статута Секретности. Это означало, что она могла быть где угодно, среди маглов, сея хаос. Джинджер. Известная колдунья, совершавшая преступления на протяжении 70 лет. Семидесятилетняя история преступлений говорила о невероятной живучести и опасности. Унмедав. Известный темный маг, может менять облик по своему желанию, арестован за пытки продавцов в Косом Переулке. Гарри вспомнил о рассказах Хагрида, про страх, который охватил Косой Переулок во время предыдущего правления Темного Лорда. — Это… это катастрофа, — прошептала Гермиона, ее лицо было бледным. — Двадцать самых опасных волшебников, включая тех, кто служил Тому-Кого-Нельзя-Называть, на свободе. И дементоры… они больше не охраняют Азкабан. Это значит, что они могут быть где угодно. Лорд Волдеморт, его алые глаза горели в полумраке, медленно обводил взглядом своих слуг. Северус Снейп, как всегда, был непроницаем, его черные глаза-бусинки не выдавали ни единой эмоции. Нарцисса Малфой, бледная и хрупкая, дрожала, но держалась с достоинством, присущим её роду. Мадам Забини, чья красота была столь же холодна, как и её нрав, стояла с высоко поднятой головой, хотя в её глазах читалось напряжение. — Мои верные слуги, — прошипел Волдеморт, его голос был похож на шелест сухих листьев, — Я собрал вас здесь, ибо передо мной стоит задача, требующая ваших уникальных талантов. Он сделал паузу, позволяя своим словам повиснуть в воздухе, усиливая и без того давящую атмосферу. Как вы знаете, из Азкабана вышли многие ценные кадры. Ценные, но, увы, не совсем в форме. Дементоры, как оказалось, не лучшие целители. Снейп слегка приподнял бровь, но промолчал. Нарцисса вздрогнула. Мадам Забини тихонько притворно всхлипнула. — Их состояние… оставляет желать лучшего. Некоторые на грани безумия, другие – физически истощены до предела. И мне нужны они в полной боевой готовности. Немедленно. Волдеморт медленно обвел их взглядом, его красные глаза горели зловещим огнем. — Северус, твои знания в области менталистики весьма пригодятся в данном случае. Нарцисса, твои знания в целительстве, и мадам Забини, с её зельеварением, нам помогут. Запах старого пергамента и легкий привкус пыли витали в просторном кабинете Министра Магии. Корнелиус Фадж, с его привычной суетливостью, нервно перебирал бумаги на массивном дубовом столе. Напротив него, с непроницаемым выражением лица, сидел Руфус Скримджер, глава мракоборцев, его седые волосы были взъерошены, а взгляд казался усталым, но решительным. Рядом с ними, сдержанно и собранно, расположилась Амелия Боунс, глава отдела магического правопорядка, ее строгий взгляд не упускал ни одной детали. Тишину нарушил скрип кресла, когда Фадж откинулся назад. — Руфус, Амелия, — начал он, его голос звучал напряженно, — я собрал вас здесь, потому что… потому что ситуация становится неприемлемой. Скримджер кивнул, его взгляд остановился на стопке докладов, лежащих перед ним. — Я знаю, Корнелиус. Цифры говорят сами за себя. — Цифры… да, — Фадж провел рукой по лбу. — Сначала этот… этот инцидент, чуть больше недели назад. Василиск. Сколько наших ребят погибло тогда, Руфус? Я до сих пор не могу забыть те лица. Скримджер сжал кулаки. — Пятнадцать. Пятнадцать отличных мракоборцев. Молодых, перспективных. Они были на передовой, защищая школу. Они выполнили свой долг до конца. — Его голос был глухим, в нем звучала боль, которую он редко позволял себе показывать. Амелия Боунс, которая до этого молчала, наконец заговорила. Ее голос был ровным, но в нем чувствовалась стальная решимость. — Их жертва не была напрасной, Корнелиус. Они предотвратили гораздо большую катастрофу. Но это не отменяет того факта, что мы понесли тяжелые потери. Фадж вздохнул, его взгляд метался между двумя главами отделов. — А потом… потом этот кошмар в Азкабане. Побег. Массовый побег. И снова наши мракоборцы оказались в эпицентре. Сколько их было на этот раз, Руфус? Скримджер поднял голову, его глаза встретились с глазами Фаджа. — Тридцать один. Тридцать один мракоборец погиб, пытаясь сдержать волну заключенных. Они сражались с теми, кто был освобожден, с теми, кто жаждал мести. Они стояли на страже, когда другие бежали. — Тридцать один! — Фадж вскочил со стула, его лицо покраснело. — Это… это катастрофа! Мы теряем людей быстрее, чем можем их заменить! Как мы будем поддерживать порядок, если наши лучшие бойцы… если они…? — Он не смог закончить фразу. Амелия Боунс встала, ее поза излучала спокойствие, которое контрастировало с нервозностью Фаджа. — Корнелиус, мы не можем позволить себе паниковать. Да, потери велики. Но каждый из погибших мракоборцев знал, на что идет. Они были готовы к этому риску. — Готовы к риску? — Фадж усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. — Амелия, они были готовы к риску, но не к тому, чтобы их просто… уничтожали. Мы имеем дело с врагом, который становится все сильнее и безжалостнее. И наши мракоборцы, которые должны быть нашей первой линией обороны, становятся его первыми жертвами. Скримджер медленно встал, его рост казался еще более внушительным в этот момент. — Корнелиус, я понимаю вашу обеспокоенность. И я разделяю ее. Но мы не можем позволить себе опустить руки. Мы должны продолжать. Мы должны учиться на этих потерях. Мы должны сделать все возможное, чтобы наши оставшиеся мракоборцы были лучше подготовлены, лучше оснащены. — Лучше оснащены? — Фадж махнул рукой. — У нас нет ресурсов, Руфус! Я недавно перечитывал отчёт Долорес Амбридж, у нас совершенно нет ресурсов! Скримджер вздохнул. — Мы должны работать вместе. Отдел магического правопорядка, мракоборцы, прочие отделы Министерства – мы должны быть едины. Мы должны показать, что мы не сломлены. Что мы будем бороться за этот мир, несмотря ни на что. — Хорошо, — произнес он, его голос стал тверже. — Я понимаю. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока нас не поглотят тени. Руфус, Амелия, я обещаю вам, что сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать вас. Мы должны пересмотреть бюджет, увеличить набор, возможно, даже пересмотреть тренировочные программы. Нам нужны люди, которые готовы сражаться, и нам нужно, чтобы они были готовы к этому в полной мере. Скримджер кивнул, в его глазах появилась тень надежды. — Спасибо, Корнелиус. Это именно то, что нам нужно услышать. Каждый мракоборец, который сейчас на службе, знает, что это не легкая работа. И мы не можем их подвести. — И мы не подведем, — добавила Амелия Боунс, ее голос звучал уверенно. — Мы должны быть готовы к худшему, но работать над лучшим. Это означает не только усиление наших рядов, но и укрепление нашей репутации. Люди должны знать, что Министерство и его службы работают, что мы не сдаемся перед лицом опасности. Фадж задумчиво постучал пальцами по столу. — Да, репутация… это тоже важно. После всего, что произошло, люди напуганы. Они нуждаются в уверенности. Они нуждаются в том, чтобы видеть, что мы контролируем ситуацию, даже если это не совсем так. — Контроль – это иллюзия, когда речь идет о таких силах, — возразил Скримджер. — Но мы можем контролировать нашу реакцию. Мы можем контролировать нашу готовность. И мы можем контролировать нашу решимость. Это то, что мы должны показать миру. — И мы покажем, — подтвердил Фадж, его взгляд стал более сфокусированным. — Я созову экстренное заседание Министерства. Мы обсудим все эти вопросы. Я хочу, чтобы вы оба были там. Я хочу, чтобы вы представили свои аргументы. Я хочу, чтобы мы действовали. Немедленно. Он посмотрел на часы на стене. — Время не ждет. И те, кто хочет погрузить наш мир во тьму, тоже не ждут. Мы должны быть на шаг впереди. Мы должны быть сильными. И мы должны быть едины. Скримджер и Боунс переглянулись. В их глазах читалось понимание и общая цель. Тени прошлого, безусловно, были тяжелы, но тревоги настоящего требовали немедленных действий. И в этот момент, в кабинете Министра Магии, три человека, стоящие на разных ступенях власти, почувствовали, что они готовы встретить эти вызовы вместе.