Глава 35 - Заговоры, признания и предложения III

«Ох...» ​- ​она ​застонала, ​выдыхая ​воздух ​из ​легких, ​когда ​он ​опустил ​ее ​на ​себя. ​Его ​толстая, ​бугристая ​головка ​с ​непристойной ​медлительностью ​пронзила ​ее. ​Ее ​скользкие ​нижние ​губы ​растянулись ​вокруг ​него, ​ее ​чувствительное ​отверстие ​снова ​раскрылось ​для ​него, ​хотя ​ей ​все ​еще ​казалось, ​что ​он ​берет ​ее ​впервые. ​Она ​была ​влажная, ​но ​растяжение ​заставило ​её ​закатить ​глаза, ​её ​тело ​рефлекторно ​напряглось, ​как ​будто ​не ​желая ​давать ​ему ​место. ​ ​«Пожалуйста... ​будь ​осторожен...» ​- ​прошептала ​она, ​прижимаясь ​к ​нему, ​её ​тело ​съеживалось ​с ​каждым ​сантиметром, ​который ​он ​входил ​в ​неё. ​«Ты... ​ты ​мой... ​единственный ​друг...» ​ ​Уийлис ​мрачно ​хмыкнул, ​его ​член ​застрял ​в ​ее ​тисках, ​ее ​дрожащие ​стенки ​жадно ​сжимали ​его. ​ ​«Если ​бы ​кто-нибудь ​увидел ​нас ​в ​таком ​виде, ​- ​пробормотал ​он, ​продвинув ​член ​еще ​на ​долю ​сантиметра, ​- ​они ​назвали ​бы ​нас ​как ​угодно, ​только ​не ​друзьями, ​Лианна». ​ ​«Мне ​все ​равно...» ​- ​простонала ​она, ​голос ​ее ​дрожал ​от ​желания. ​«И... ​пообещай ​мне, ​что...» ​ ​Ее ​слова ​оборвались, ​когда ​его ​член ​вошел ​еще ​глубже, ​ее ​лоно ​напряглось, ​чтобы ​принять ​его. ​Она ​почувствовала, ​как ​ее ​разрывает ​пополам, ​матка ​пульсировала ​от ​сладкой ​боли. ​Он ​сдвигал ​ее ​органы, ​перемещал ​внутренности, ​используя ​только ​медленные, ​жестокие ​сантиметры ​своего ​члена. ​Ее ​влагалище ​трепетало ​и ​пульсировало ​от ​желания, ​это ​плотное ​соединение ​было ​греховным. ​«Даже ​когда ​я ​выйду ​замуж ​за ​этого… ​этого ​толстого ​олуха… ​ты ​не… ​забудешь ​меня… ​обещай ​мне…» ​ ​Я ​не ​допущу ​этого, ​поклялся ​Уийлис ​про ​себя. ​Какая ​бы ​судьба ​ни ​ждала ​его, ​он ​знал ​одно ​- ​он ​не ​отпустит ​её. ​Не ​отдаст ​Роберту. ​Никому. ​ ​Он ​снова ​поцеловал ​ее, ​страстно ​и ​быстро, ​заглушая ​ее ​стоны, ​а ​затем, ​без ​предупреждения, ​резко ​толкнул ​ее ​бедра ​вниз. ​Его ​член ​исчез ​в ​ней. ​Одним ​движением ​он ​вошел ​в ​нее ​по ​самые ​яйца. ​ ​Глубокий, ​влажный ​звук ​заполнил ​воздух, ​когда ​ее ​пизда ​приняла ​его ​полностью, ​стенки ​растянулись ​вокруг ​захватчика, ​непристойно ​пульсируя, ​краснея ​от ​боли. ​ ​Ее ​живот ​слегка ​выпячился ​от ​силы ​удара, ​он ​чувствовал ​себя ​внутри ​нее, ​чувствовал, ​как ​ее ​внутренности ​сжимают ​его ​с ​животной ​жаждой. ​Казалось, ​что ​тело ​Лианны ​было ​создано ​специально ​для ​него, ​невероятно ​удобное, ​как ​перчатка. ​Тугая, ​сжимающая, ​пульсирующая ​бархатная ​тюрьма, ​которая ​всасывала ​его. ​ ​Она ​прижалась ​к ​нему ​еще ​сильнее, ​отчаянно, ​неистово, ​ее ​губы ​дрожали, ​болтаясь ​в ​его ​мощных ​руках. ​Ее ​глаза, ​похожие ​на ​глаза ​лани, ​закрылись, ​когда ​слезы ​наполнили ​их ​от ​сильной ​напряженности. ​Ее ​руки ​блуждали ​повсюду, ​по ​его ​челюсти, ​скулам, ​толстой ​шее, ​как ​будто ​она ​пыталась ​запомнить ​его ​на ​ощупь. ​Ее ​пальцы ​запутались ​в ​его ​волосах. ​Ее ​язык ​скользнул ​в ​его ​рот, ​беспомощно ​прижавшись ​к ​его ​языку, ​как ​будто ​она ​предлагала ​себя ​ему ​всеми ​возможными ​способами. ​ ​Уийлис ​был ​в ​тумане. ​Он ​был ​пьян ​от ​ее ​запаха, ​от ​ее ​вкуса, ​от ​того, ​как ​ее ​влагалище ​доило ​его ​изнутри. ​Каждый ​сантиметр ​его ​члена ​ласкал ​ее ​шелковистый ​жар. ​Она ​была ​не ​просто ​узкой, ​она ​была ​живой ​внутри, ​ее ​стенки ​волнами ​обволакивали ​его, ​всасывая ​и ​пытаясь ​удержать ​его ​там. ​Изгибы ​ее ​влагалища ​сжимали ​его ​член ​и ​жадно ​втягивали ​его ​внутрь. ​ ​Она ​была ​словно ​раскаленная ​лава, ​обернутая ​шелком. ​И ​она ​была ​его. ​ ​«Я ​обещаю, ​Лианна...» ​- ​прошептал ​он ​хриплым ​голосом. ​«Я ​могу ​забыть ​свое ​имя, ​но ​я ​не ​забуду ​тебя. ​Ты ​тоже ​моя ​единственная ​настоящая ​подруга. ​Единственная...» ​ ​«Ааааа~», ​- ​закричала ​Лианна, ​и ​ее ​стоны ​перешли ​в ​хныканье, ​которое ​она ​пыталась ​заглушить ​еще ​одним ​поцелуем. ​Она ​прижалась ​к ​нему, ​дрожа ​как ​лист ​на ​ветру. ​Тяжелые ​меха, ​которые ​она ​носила, ​только ​усугубляли ​ситуацию, ​добавляя ​пар, ​жар, ​пот ​и ​вес, ​прижимающий ​ее ​тело ​к ​его ​члену. ​Они ​все ​еще ​были ​полуодеты, ​но ​чувствовали ​себя ​голыми ​как ​никогда ​раньше. ​Его ​член ​внутри ​нее ​казался ​острым, ​живым. ​ ​Уийлис ​наконец ​закрыл ​глаза ​и ​позволил ​себе ​обладать ​ею. ​Он ​начал ​трахать ​ее, ​как ​человек, ​у ​которого ​нет ​завтрашнего ​дня, ​поднимая ​ее ​на ​сильных ​руках, ​а ​затем ​снова ​и ​снова ​опускал ​ее ​на ​себя, ​так ​как ​она ​ему ​позволяла. ​Его ​бедра ​двигались ​в ​идеальном ​ритме. ​Он ​проникал ​в ​нее, ​подбрасывая ​ее ​вес ​на ​свой ​член, ​а ​ее ​узкая ​дырочка ​каждый ​раз ​поглощала ​его ​с ​влажным, ​восхитительным ​сопротивлением. ​ ​Пам! ​Пам! ​Пам! ​Пам! ​ ​Звуки ​были ​непристойными. ​Влажные ​хлопки ​плоти ​эхом ​разносились ​по ​комнате, ​смешиваясь ​с ​гладким, ​сосущим ​хлюпаньем ​её ​мокрой ​пизды, ​пожирающей ​его. ​ ​Её ​соки ​стекали ​по ​его ​члену ​и ​бедрам, ​смачивая ​их ​обоих. ​Её ​бедра ​ударялись ​о ​его ​таз ​каждый ​раз, ​когда ​он ​входил ​до ​конца, ​погружаясь ​до ​самого ​основания ​в ​её ​уютную, ​спазматическую ​оболочку. ​ ​Большинство ​женщин ​не ​выдержали ​бы ​этого. ​Но ​Лианна ​заставила ​себя ​выдержать. ​С ​самого ​первого ​раза ​она ​подстроилась ​под ​него. ​Она ​была ​растянута, ​измучена, ​вся ​дрожала, ​но ​чертовски ​хотела ​продолжения. ​ ​Уийлис ​чувствовал, ​как ​она ​сжимает ​его ​набухший ​член ​с ​каждым ​толчком, ​как ​будто ​ее ​киска ​знала, ​что ​это ​может ​быть ​последний ​раз, ​и ​отказывалась ​отпускать ​его. ​ ​«Г-ха… ​Еще ​немного…» ​- ​прошипел ​Уийлис ​ей ​в ​рот, ​и ​его ​предупреждение ​почти ​затерялось ​в ​их ​совместном ​дыхании. ​ ​«Нет-о-ох!» ​- ​простонала ​в ​ответ ​Лианна, ​паника ​и ​экстаз ​смешались ​в ​ее ​голосе. ​Ее ​тело ​содрогнулось ​в ​его ​объятиях. ​Ее ​попка ​дрожала ​в ​его ​больших ​руках, ​трепеща ​от ​удовольствия, ​а ​приподнятые ​бедра ​беспорядочно ​бились ​о ​его ​бока. ​Ее ​дыхание ​замерло, ​затем ​оборвалось, ​и ​вдруг… ​она ​взорвалась. ​ ​Ее ​киска ​сжалась, ​судорожно ​сокращаясь, ​выжимая ​его ​член ​отчаянными, ​неистовыми ​импульсами. ​Ее ​стенки ​затрепетали, ​покрывая ​его ​горячей, ​кремообразной ​жидкостью. ​Все ​ее ​тело ​застыло, ​спина ​выгнулась, ​глаза ​широко ​раскрылись ​и ​стали ​пустыми. ​Ее ​рот ​открылся, ​но ​сначала ​не ​издал ​ни ​звука, ​только ​дрожащий ​вздох, ​который ​перешел ​в ​сдавленный, ​мелодичный ​стон. ​ ​«Хааааа! ​Оооох... ​Я... ​я ​люблю ​тебя... ​Аааах...» ​ ​«...» ​ ​В ​этот ​момент, ​в ​шоке, ​Уийлис ​снова ​вошел ​в ​нее ​до ​конца, ​погрузив ​каждый ​сантиметр ​своего ​члена ​до ​основания, ​как ​раз ​в ​тот ​момент, ​когда ​ее ​сжимающаяся ​киска ​широко ​раскрылась, ​а ​шейка ​матки ​распустилась ​как ​раз ​настолько, ​чтобы ​принять ​его. ​И ​он ​кончил. ​ ​Его ​член ​яростно ​запульсировал, ​набухнув ​у ​основания, ​а ​затем ​выстрелил ​горячими, ​густыми ​струями ​спермы ​прямо ​в ​ее ​самые ​глубокие ​недра. ​Ее ​матка ​пропиталась ​им, ​насыщаясь, ​пока ​он ​стонал ​у ​ее ​рта, ​их ​поцелуй ​душил ​чистый ​животный ​звук, ​вырывавшийся ​из ​его ​горла. ​«Гахххх!» ​ ​Разрядка ​была ​тяжелой, ​липкой ​и ​густой, ​покрывая ​ее ​растянутую ​пизду ​густыми ​струями. ​Горячие, ​беспорядочные ​капли ​его ​спермы ​сочились ​вокруг ​его ​все ​еще ​погруженного ​члена, ​вытекая ​между ​ее ​блестящими ​складками ​жирными ​струйками.