Глава 152 исповедь

Первым делом они заняли столик в углу небольшого кафе. — Тебе могло показаться, что вчера я была слишком грубой. Думаю, мне стоит извиниться. Услышав её искренние слова, Мику ответила: — Нет, я всё понимаю. Я знаю, что у Юно есть на меня обида, и если то, что произошло вчера, поможет ей справиться с этим, я не против. К тому же она права. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуть её доверие, но даже если нет, это цена, которую я готова платить за то, чтобы быть рядом с Рэем. — Я рада, что ты так это воспринимаешь, и вижу, что ты сожалеешь об этом. Но позволь мне быть честной: я рада, что ты совершила эту ошибку, потому что если бы не это, моя дочь не смогла бы испытать простого женского счастья, и меня бы здесь не было. — Это странно, но я рада за вас, хотя мне всё ещё непонятно, как вы всё же оказались вместе. Не думаю, что прежняя я смогла бы делиться своим мужчиной, — сказала задумчиво Мику. — Но ты это сделала. Каждая из нас любит Рэя, у каждой свои причины. Для моей дочери он был первым, кто показал, что мужчина может приносить не только боль, но и нежность и чувство безопасности. Для Юно он кто-то вроде бога. Не знаю, знаешь ли ты, что он для неё сделал, но тебе очень повезло, что тебя не убили. — Ты сказала мне о них, но что касается тебя? — с любопытством спросила Мику, внимательно слушавшая свою новую сестру. — Я знала Рэя ещё до смерти Лили. Не просто знала — я любила её. Когда-то я играла за другую команду. Когда мы познакомились, мне казалось, что Рэй её не достоин. Рядом с ней он был словно Квазимодо рядом с лебедем. Я сблизилась с ними, чтобы увезти Лили, но, наблюдая за их взаимодействием, быстро поняла, что у меня нет шансов. После того, как Лили не стало, мы не виделись много лет. А когда я увидела его снова, подумала, что должна попытаться сделать его счастливым ради Лили. Но правда в том, что эта связь была нужна нам обоим. — Пусть Рэй этого и не показывает, но, впустив тебя обратно в свою душу, он наступил на горло своим принципам. На это есть несколько причин. Главная — то, что мы трое подтолкнули тебя к нему. Вторая — то, что ему действительно было хорошо с тобой, думаю, ты смогла хоть немного залечить его душу. Третья — в том, что он собственник. Так что я надеюсь, что ты не повторишь своей ошибки. — Я жалела об этом все эти годы. Правда в том, что я была слишком молода для этих отношений, и Рэй ясно знал об этом. Я больше не предам его доверия. — Это хорошо. Правда в том, что даже если он не показывает свою обиду, она всё же есть. Когда он говорит, что не винит тебя, я уверена, что это действительно так. Я не сомневаюсь, что если ему снова придётся прыгнуть под машину, чтобы спасти тебя, он это сделает. Но ты предала его доверие. Он будет заботиться о тебе после того, что случилось вчера, но, честно говоря, я не знаю способа вернуть ваши отношения на прежний уровень. У тебя могут уйти годы, и я не уверена, что ты сможешь это сделать. — У всего есть своя цена. Рэй — из тех людей, уважение которых очень просто заслужить, но если ты его потеряешь, вернуть почти невозможно. Даже если его отношение ко мне будет предвзятым, я к этому готова. Я просто рада, что он хорошо относится к Амайе — это всё, что мне нужно, — решительно сказала Мику. — Дэя поедет учиться через пару лет. Думаю, вам стоит поторопиться с ребёнком, — сказала Кира. — У меня нет проблем с этим, — ответила Мику, — но ты уверена, что Рэй не против и у вас точно не будет с этим проблем? — Думаешь, он не знает, почему мы устроили всё это? Из нашего трио никто не может подарить ему ребёнка. Пусть он никогда нас не упрекал, мы вообще не поднимали тему детей, но по его отношению к твоей дочери ты должна понять, что он очень любит детей. Когда у вас появится ребёнок, я, Саманта и Юно будем любить его как своего. Так что не волнуйся. Я знаю, что ты уже согласилась, но мне нужно убедиться, что ты понимаешь, на что идёшь. То, что я скажу тебе сейчас, должно остаться между нами — это то, что ты должна знать. — Рэй, я, Саманта и Юно — не последние люди среди дьяволов. В последнее время там всё очень напряжённо, так что у нас с девочками много работы. Как ты понимаешь, это очень опасно. Недавно за нас принялись всерьёз. Если со мной и девочками что-то случится, ты должна быть рядом с ним. Мы зашли слишком далеко, чтобы отступать, но боюсь, что он не сможет пережить ещё одну потерю. Ты и ваш ребёнок станете для него ярким светом, если случится худшее. Услышав слова Киры, Мику обеспокоенно огляделась и сказала: — Честно говоря, я подозревала, что это так, но у меня не было уверенности. Но почему ты говоришь мне об этом здесь и сейчас? — Это место — одно из наших. Сюда приходят только люди, которые связаны с нами. Что касается того, почему я говорю тебе об этом сейчас — мне нужно было убедиться, что ты действительно его любишь, и прошлой ночью я смогла в это сделать. Правда в том, что дьяволы почти отыграли свою роль, и если всё пойдёт хорошо, основной костяк организации сможет уйти в тень через несколько лет. Но финальный этап будет самым тяжёлым. Мы воспитали несколько политических групп в разных странах. Сейчас наши люди активно пробиваются на верхушку политического Олимпа. Это очень не понравится тем элитным группам, что занимают её сейчас, так что в ближайшее время на нас бросят все силы. Выслушав слова Киры, Мику обеспокоенно сказала: — Я вижу, что вы все счастливы. Зачем заходить так далеко? — Я не могу рассказать тебе историю Юно, но расскажу нашу с Самантой. Правда в том, что официально я и Саманта погибли в автокатастрофе. Но я и моя дочь, как и многие другие, были в сексуальном рабстве. Я была вынуждена смотреть на то, как мою дочь насилуют, не в силах что-либо сделать. Те, кто вытащил нас оттуда, были именно дьяволы. Именно поэтому я готова не только делиться Рэем, но и отдать за него жизнь, если будет нужно. За время моей работы на дьяволов я поняла одну вещь: вся мировая элита прогнила до основания. Это касается не только политиков — они покупают людей для своих игр, творят с ними ужасные вещи. Среди «товаров» есть и дети обоих полов. Узнав правду, многие из нас загорелись идеей положить этому конец. На этом пути мы потеряли многих. У нас просто нет права отступить. — Я могу чем-то помочь? — решительно спросила Мику. — До того, как оказаться в коляске, Рэй нередко сам выходил в поле. На него очень давит чувство беспомощности. Думаю, это напоминает ему о том, как он потерял Лили. Ты должна всегда быть рядом, стать для него опорой. Я знала, что, узнав правду, ты, возможно, захочешь помочь, но у нас каждый делает, что может. Я тоже не хожу в поле, но мне приходится отправлять туда свою дочь. Не знаю, как я переживу, если она когда-нибудь не вернётся. Ты нужна нам рядом с ним. Твоя задача — стать его психологической опорой.