ого…

Эллиот сидел на ящике, держа в руках коробку пиццы, как святыню. Коробка была уже наполовину пустой, а он все еще умудрялся протирать кусочки салфеткой, будто они должны пройти стерильную проверку. — Ну и что мы делаем? — спросил он, закидывая кусок себе в рот. — Обычно к этому времени нас уже телепортируют в какую-то ужасную локацию, где в кустах уже шуршит кулкид. А сейчас… тишина. Шанс сидел напротив, прислонившись спиной к стене, и лениво подкидывал монетку. Он даже не смотрел, куда она летит, но она чудесным образом всегда падала обратно в его ладонь. — А мы сегодня, Эл, — протянул он с видом гуру, — в отпуске. Ну или… в забастовке. Как там это называется, когда работаешь, но не работаешь? — Лень? — предложил Эллиот, жуя. — Да. Государственный праздник Лени. Первое число каждого месяца, — серьезно кивнул Шанс, а потом улыбнулся, — хотя ты, судя по лицу, празднуешь его ежедневно. Эллиот фыркнул и, не глядя, кинул ему кусочек колбасы. Шанс поймал его зубами. — Вижу, реакция как у кота, — заметил Эл, — только усов не хватает. — Усы у меня внутри. Душевные, — отозвался Шанс. Они посидели еще пару минут в молчании, пока Шанс продолжал крутить монетку, а Эллиот жевал пиццу, как будто в этом была цель его существования. — Ну что, — протянул Шанс, внезапно приподнявшись. — Давай так: раз мы не в раунде, надо придумать что-то интересное. — Например? — Эл прищурился, предчувствуя подвох. — Например… ставки. — Мы же оба знаем, что ты всегда их выигрываешь, — пожал плечами Эл. — Вот и отлично, — довольно сказал Шанс. — Ставка такая: если Джейсон… — он ткнул пальцем в спину Эла. — …всех перебьет, то мы… — он театрально помедлил, подбрасывая монетку, — целуемся. Вон там. — Теперь он указал на самый замкнутый угол комнаты во всей хижине. Эллиот замер с открытым ртом, в котором все еще был кусок пиццы. — Чего?.. — выдавил он, покраснев. — Ну ты же любишь вызовы, — невинно развел руками Шанс. — А я люблю выигрывать. Эллиот отвернулся, уткнувшись взглядом в коробку пиццы, но потом медленно поднял голову и… кивнул. — Ладно. Только потому, что Джейсон обычно спотыкается об собственные ноги. Шанс довольно усмехнулся и снова щелкнул монеткой. — Считай, что твои губы уже в проигрыше. — Фу, — отозвался Эл. — Скажи еще так, и я возьму с тебя оплату пиццей. — И что? — усмехнулся Шанс. — Ты же все равно принесешь новую. Они оба рассмеялись. Впереди их ждал еще полный день без раунда… и одно очень странное чувство, которое уже начинало просачиваться между их шутками. Эллиот нервно покусывал корочку пиццы, будто от ее толщины зависела его судьба. Шанс же сидел расслабленно, вытянув ноги и облокотившись на стену, и продолжал подбрасывать монетку, словно сам дьявол в костюме казиношника. — Ты вообще понимаешь, что ты сказал? — наконец выдал Эл, глядя на него поверх козырька. — Ну… да, — ответил Шанс с таким видом, будто предложил просто сыграть в камень-ножницы-бумага. — Мы же не на свадьбу идём. — Но мы… — Эллиот замялся, смутившись. — Мы же друзья. — Друзья тоже иногда целуются, — невозмутимо заявил Шанс, а потом прищурился. — Ну, может, не все. Но мы-то… мы особенные. — Ты точно старше меня? — подозрительно спросил Эл. — На год-два, максимум. Зависит от того, как считать, — пожал плечами Шанс. — В любом случае, я опытнее. — В чем? — моментально подал голос Эл, уже предчувствуя ответ. — В выигранных ставках, — ухмыльнулся тот. — И… ну, не только. Эллиот фыркнул, но от легкой дрожи в животе никуда не делся. Он решил перевести разговор: — Ладно, и что мы делаем, пока ждем, как Джейсон всех перебьет? — Будем наблюдать. Ну, ты будешь молиться.  … Уже было видно, как Джейсон уже шел к группке из Дусеккара, Тафа, Гостя и Нуба. — Ну… он идет, — сообщил Эл. — Значит, готовь губы, пиццабой, — ухмыльнулся Шанс. — Могу я хотя бы пиццу доесть перед… этим? — с деланой обреченностью спросил Эл. — Конечно, — великодушно сказал Шанс, — я люблю, когда жертвы сытые. Эллиот прыснул со смеха и едва не подавился корочкой. — Ты ненормальный, — сказал он, откашлявшись. — Я? — Шанс сделал вид, что оскорбился. — Я просто человек, который знает, чего хочет. — И что ты хочешь? — спросил Эл, уже зная ответ. Шанс хищно улыбнулся: — Увидишь… вон там, в уголке. Эллиот снова отвел взгляд, на этот раз покраснев так, что даже козырек не спасал. Эллиот сидел на полу, поставив рядом коробку с пиццей, как боеприпасы наготове. Шанс устроился рядом, но как-то слишком близко — так, что локти почти касались. — Ты можешь… не сидеть на моей личной территории? — заметил Эл, слегка придвигаясь в сторону. — Территория дружбы без границ, — тут же ответил Шанс, нагло двигаясь за ним. — Знаешь, если так продолжишь, то мы поцелуемся уже не потому, что ставка, — фыркнул Эл. — О, так ты все-таки думаешь об этом? — мгновенно подцепил тот. Эллиот чуть не выронил кусок пиццы. — Я… просто говорю! — он уткнулся в коробку, будто в ней был портал для побега. Шанс довольно откинулся назад, крутя монетку. — Знаешь, Эл, в казино есть такое правило… — начал он, глядя в потолок. — Когда ставка сделана, отступать поздно. — Это казино. Тут пицца, — возразил Эл. — Это наше казино. И твоя пицца. И твои губы, — без малейшей паузы сказал Шанс. — Я сейчас брошу в тебя сыр, — предупредил Эл, но в уголках рта уже гуляла улыбка. — Главное, чтоб не горячий, — ухмыльнулся тот. Они оба рассмеялись, но тут Шанс вдруг схватил его за плечо. — Смотри! Джейсон уже вырубил половину. Эл прижал ладонь к лицу: — Господи… я реально проиграю, да? — Ты не проиграешь, — мягко сказал Шанс. — Ты просто… получишь награду. Эллиот прищурился: — Это награда? — Конечно. Я приз высшей категории. — Скорее, утешительный приз, — парировал Эл. — Ну… я тебя потом утешу, — хмыкнул Шанс. Эл не выдержал и рассмеялся, уткнувшись лбом ему в плечо. И в тот момент Шанс замер, в груди что-то странно кольнуло. Он слегка опустил руку, но так и не убрал ее с плеча Эла. — Слушай, — тихо сказал он, — а если я выиграю… ты будешь сильно смущаться? — Ну, я уже смущаюсь, так что хуже не будет, — пробормотал Эл. — Это хорошо, — кивнул Шанс, улыбаясь. — Значит, мы на верном пути. … Эллиот все еще сидел на полу, но теперь облокотился спиной на стену. Пицца почти закончилась, а значит, у него заканчивался и главный способ отвлекаться. Шанс, наоборот, выглядел так, будто весь этот день был для него тщательно спланирован. — Так, — сказал Шанс, резко хлопнув ладонями по коленям, — пора ввести развлекательную программу. — А мы разве не развлекались? — спросил Эл. — Мы ели. А теперь развлекаемся, — заявил тот, усаживаясь прямо напротив, чуть придвинувшись. Эл автоматически откатился назад, но уперся затылком в стену. — Ты что задумал? — подозрительно спросил он. — Проверку на выдержку, — произнес Шанс и, не отводя взгляда, снова подбросил монетку. — В чем суть? — Эл прищурился. — Я приближаюсь к тебе… — он подался вперед, — …и мы смотрим, кто первый отведет взгляд. Эллиот хотел возразить, но Шанс уже наклонился ближе. Сантиметр за сантиметром. — Это… это не игра, — пробормотал Эл, стараясь не отводить глаз. — Это игра, — спокойно возразил Шанс. — И, кажется, я выигрываю. — Я просто… анализирую тактику противника, — буркнул Эл, но в уголках рта у него дрожала улыбка. Шанс еще немного приблизился, и теперь между ними было буквально несколько сантиметров. — Тактика противника — смотреть в глаза и ждать, пока ты… — он чуть наклонился, — …покраснеешь. — Я не… — Эл осекся, чувствуя, как щеки уже горят. — Ага, — довольно протянул Шанс, откинувшись чуть назад, но не уходя далеко. — Дружеская победа! — Это не победа, это нарушение личного пространства, — возмутился Эл, но без злости. — У нас общее пространство, — напомнил Шанс и, как бы между делом, взял его за козырек, поправив. Эл хотел что-то сказать, но в этот момент Шанс протянул руку и аккуратно стянул с него крошку сыра с плеча. — Вот, теперь ты почти идеален, — сказал он. — Почти? — фыркнул Эл. — Осталось проверить одно, — Шанс ухмыльнулся и снова подбросил монетку. — Если выпадет орел, то мы уже сегодня тренируемся. — Тренируемся чему? — подозрительно спросил Эл. — Сам знаешь. Эллиот только мотнул головой: — Ты сумасшедший. — Да, но тебе же нравится, — отозвался Шанс и снова придвинулся, как будто это само собой разумеется. … Шанс сидел на полу, скрестив ноги, и вертел монетку так, будто от этого зависел исход войны. Эллиот, напротив, прислонился спиной к стене, как будто уже готовился к тому самому «уголку», который они выбрали для ставки. — Слушай, а если Джейсон не успеет всех перебить, — сказал Эл, — что тогда? — Тогда мы… — Шанс задумчиво подбросил монетку, поймал, посмотрел, — …все равно целуемся. — ЧТО? — Эл чуть не уронил пустую коробку из-под пиццы. — Так не честно! — А ставки — это не про честность, — спокойно ответил Шанс. — Это про результат. — Ты просто ищешь повод, — прищурился Эл. — Я? — Шанс сделал вид, что шокирован. — Нет, я просто ценю спортивный интерес. — Это не спорт, это… — Эл запнулся, — …это вообще что-то странное. — Странное - это мое второе имя, — ухмыльнулся Шанс, придвигаясь ближе. — А первое? — тут же спросил Эл. — Признавайся, ты даун или дебил? Эллиот прыснул со смеха и уткнулся в колени, чтобы скрыть покрасневшее лицо. — Ты, блять… невозможный — выдохнул он. — А ты мягкий, — парировал Шанс и, как бы случайно, коснулся его плеча, будто проверяя, не оттолкнет ли. Эл не оттолкнул. — Мы ведь… — Эл поднял голову, — …мы ведь не просто так это все, да? Шанс на мгновение перестал крутить монетку. — А ты как думаешь? — тихо спросил он, и в этот момент его ухмылка была не дерзкой, а какой-то почти теплой. — Думаю, что… — Эл смял в руках пустую коробку, — …если ты еще раз так приблизишься, то ставки не понадобятся. — Звучит как вызов, — хищно улыбнулся Шанс и подался вперед. Они замерли в каком-то нелепом напряженном моменте, когда оба уже знали, чем все закончится, но все еще притворялись, что это игра. — Ладно, — откинулся назад Шанс, — доживем до конца раунда — и посмотрим, кто победитель. Эл попытался расслабиться, но где-то внутри уже знал: победителей в этой истории … нет. … Джейсон действительно добил последнего выжившего. Эллиот сидел, прижавшись спиной к стене, и смотрел на победу убийцы так, будто пытался придумать способ отменить реальность. Шанс стоял рядом, крутил монетку и с каждым шагом приближался. — Ну что, пиццабой, — сказал он, опускаясь на корточки напротив. — У нас тут официально… выигрыш. — Я… эээ… — Эл начал пятиться, но за спиной была стена. — Может, отменим ставку? — Нельзя, — ухмыльнулся Шанс, уперев руку в стену сбоку от его головы. — Правила казино. — Это не казино, это склад с автоматом, — пробормотал Эл, но уже смущенно улыбался. — Все равно у меня есть фора, — сказал Шанс, медленно подаваясь вперед. — Ты же не хочешь, чтобы я проиграл? — Я вообще хотел пиццу поесть, — буркнул Эл, но дыхание у него чуть сбилось. Шанс остановился буквально в сантиметре от него, и теперь Эл видел свое отражение в его черных очках. — Ладно… — тихо сказал Эл, — …раз мы договаривались… Вместо ответа Шанс чуть усмехнулся, но ничего не делал. Эллиот нервно дернул его галстук, притянув к себе, и торопливо поцеловал где-то рядом с губами, будто пытался быстро отстреляться. — Это что было? — с притворным возмущением спросил Шанс. — Поцелуй. Все. Ставка закрыта!… — сказал Эл, пытаясь отодвинуться. Но Шанс не дал. Он мягко обхватил лицо Эллиота ладонями и, прежде чем тот успел что-то сказать, притянул ближе и поцеловал уже по-настоящему. В засос. Без спешки, но с каким-то упрямым «вот так это делается». Эл сначала замер, а потом… все-таки ответил. И это было странно — тепло, немного неловко и почему-то очень спокойно. Когда они наконец отстранились, у обоих горели уши, а слова куда-то испарились. — Эээ… — начал Эл, но замолчал. — Мм, — кивнул Шанс, опуская руки, — может, мы… не совсем друзья. — Может, — тихо согласился Эл. После чего Шанс, совершенно не стесняясь, просто повалился на Эллиота, устроившись у него на плече, как ни в чем не бывало. — Ты… что делаешь? — спросил Эл, все еще красный. — Отдыхаю. И праздную победу, — сказал Шанс, зевнув. И больше они в тот вечер не разговаривали, но не потому, что не хотели, а потому, что слова уже были лишними. … Следующее утро началось с того, что Эллиот проснулся в неудобной позе, то есть, сидя на полу, прислонившись к стенке, а у него на плече спал Шанс. — Шанс… — сонно пробормотал он, пытаясь пошевелиться. — Мм? — тот даже не открыл глаза. — Пять минут. — Ты на мне уже часов восемь, — буркнул Эл, но не стал его сдвигать. Шанс все же поднял голову и лениво потянулся. — Доброе утро, пиццабой, — сказал он, и на его лице мелькнула та самая ухмылка, от которой Эл снова почувствовал тепло в ушах. — Это… мы… — начал Эл, но тут же смутился. — Да, — кивнул Шанс. — И да, я считаю, что ставка была лучшей в моей жизни. Эл вздохнул, пытаясь спрятать улыбку: — Ты неисправим. — А ты… заразительный, — подмигнул Шанс. Они еще пару минут лениво переговаривались, пока разговор как-то сам собой не перешел в то, что Шанс, как будто между делом, снова притянул Эллиота за козырек ближе. — Что ты… — начал Эл, но договорить не успел — Шанс уже поцеловал его. Не так, как вчера — спокойнее, мягче, но все еще достаточно уверенно, чтобы у Эла закружилась голова. И именно в этот момент за их спинами раздалось: — …Ну ничего себе. Они оба резко обернулись. В дверном проеме стоял Гость, с кружкой кофе в руке и самым ехидным выражением лица на свете. — Я просто хотел спросить, кто у меня спер футболку… — продолжил он, хмыкнув. — Но, похоже, нашел кое-что интереснее… — Это… — начал Эл, отчаянно краснея. — Это не то, что ты думаешь! — О, я думаю именно то, — перебил его Гость. — И даже еще хуже. Шанс, вместо того чтобы оправдываться, лениво обнял Эллиота за плечи и сказал с самой невозмутимой физиономией: — Да, мы встречаемся. И да, он мой. Эл чуть не задохнулся: — Шанс! — Что? — усмехнулся тот. — Ты все равно бы меня проиграл в какой-нибудь следующей ставке. Гость просто рассмеялся и ушел, бурча что-то про «надо будет 007н7 рассказать». Эллиот уткнулся лбом в плечо Шанса: — Мы пропали. — Зато вместе, — спокойно ответил Шанс. И, к своему удивлению, Эл понял, что ему эта мысль нравится. Очень.