Глава 2.

***

      — «Разве, этот «Бог», вообще существует?» Ло’ак раскинул руки в стороны, явно не понимая всей сути их разговора и задавая свой окончательный вопрос, желая понять, шутят ли учёные, или же вовсе всё было правдой? Скептическая и сложная натура юноши, не позволяет ему верить во все красивые слова и с каждой секундой дольше тянулось время, когда он с подозрением прожигал своего собеседника.       — «Конечно существует. Но не здесь.» Мужчина с потрепанным видом, что вовсе не свойственно серьёзному, образованному человеку, делает глоток терпкого кофе из керамической кружки с эмблемой компании, на которую он некогда работал. Удивительно, но оставались ещё вещи, что с годами не ломались и напоминали о прошлом и тех людях, которые уже навсегда стали простым воспоминанием.       — «Видишь ли, на земле всё устроено не как здесь, на Пандоре.» Норм оперся рукой об стол позади него, слегка присаживаясь на край. Он собирался донести до представителя На’ви, суть духовного бытия людей, что было неизвестно и чуждо для тех, чья кожа отдавала синим цветом.       — «Мы не видим, не чувствуем никакой связи с тем, кто или что, создало нас. Вы верите в Эйву, ведь она по настоящему существует и этому есть весомые доказательства. Вы можете просить у неё что-то, стараться найти ответ на свой вопрос, или просто благодарите за прошедший день. А мы, люди, верим лишь в то, что придумали очень давно и, что принято считаться реальность. Наш Бог — это ваша Эйва, только не имеющий особого вида, а лишь представление, как-то или иное божество могло бы выглядеть. Мы точно также молимся Богу и хотим найти утешение в трудный момент жизни, только не всегда получаем то, что мы просим.» Всё это время видеозаписывающая камера личного дневника запечатляла каждое слово, каждое действие, что происходило в лаборатории. Кажется, получилось довольно необычное начало новой архивной записи. Впрочем, каждый день в этом месте был достаточно необычным, чтобы запомнить его на всю жизнь.       — «Боже, опять вы тут. Я же просила не занимать кабинет на это время!» Женский голосок с удивлением и долей гнева обратился к рассуждающим над жизнью мужчинам, которых, как казалось, ни капли не смущал красный огонёк на камере, что оповещала об давным давно начато записи.       — «К слову говоря, «Господи» и «Боже», это тоже самое когда вы говорите что-то наподобие «О Эйва!». Просто эта вариация предполагает обращение к нашему богу.» Пояснил Норм, находя лишь нечто забавное в реакции девушки, хоть он и впрямь обещал ей, что не будет мешать в этот час, заниматься своими делами. Но так вышло, что у него появилась возможность отдохнуть, а Ло’ак пришёл о чем-то поговорить, или же просто проходил мимо и решил зайти, но задержался из-за их дедукции.       — «Ой, ну ты как всегда. И что мне теперь делать, заново начинать запись? Такими темпами я сегодня вообще не начну.» Глаза закатились за веки, с немного уставшим видом и интонацией голоса девушки, когда уселась в офисном кресле на колёсиках. Несколько дней подряд она не пополняла записи личного дневника, что было не особо позволительным, но сил попросту не хватало даже на самые простые вещи.       — «А, так ты уже начала. Оставь так, это никуда потом не пойдёт. Но всё же. Привет я из будущего!» Мужчина улыбнулся и помахал в камеру, а вслед за ним и Ло’ак, что после залился громким смехом. Девушка лишь цокнула на их выходку, но после также улыбнулась, не в силах сдерживаться, когда они так легко могли поднять ей настроение.       — «Дураки. Кхм. День 1355, меня зовут доктор Карен Андервуд и по всей видимости, на этой планете не существует личного пространства. За моей спиной находятся два примата разных видов, в неестественной среде их обитания, что может указывать на странные повадки в поведении. Но я склоняюсь к тому, что самцы всех видов такие.» Последнее предложение она практически прошептала, прикрывая рот с обеих стороной руками, словно так человек и На’ви за ней, не смогут разобрать, что она про них сказала. Но её надежды не оправдались и сказанные слова не остались пустым звуком для двоих на заднем плане.       — «Я Карен Андервуд и я очень сильно люблю Ло’ака. Если бы не он, не знаю, зачем бы я жила!» Ло’ак очень плохо пародировал женский голос, но его задача посмеяться и подколоть девушку в ответ — явно удалась. Карен истерично прыснула от смеха, в то время, как Норм уже во всю хвалил парня за шутку, что очень ему понравилась. По крайней мере, это не было одним из плохих дней пребывания на Пандоре и после таких моментов, как сейчас, на будущее оставалось, что вспомнить.       — «Как я и говорил, Бог не всегда делает то, что мы хотим.» Норм не успевает сделать ещё глоток своего кофе, после сказанной усмешки, как тут же ощущает небольшой толчок женской руки себе в грудь, что было совершенно неожиданным, учитывая, что та ещё секунду назад сидела перед камерой.       — «А ну оба вышли отсюда, живо! Нашлись мне тут, гении.» Карен буквально выпихнула обоих за дверь кабинета лаборатории, лишь бы они больше не смешили её и дали спокойно закончить запись дневника, что без лишних слов и действий, заняла бы от силы минут семь. Но вместе с кем-то ещё. Это могло затянуться на долгие часы.       — «Там. Там Нетейам тебя искал. Приходи к нам вечером. Я скажу, чтобы он никуда не уходил!» Парень наконец смог сказать то, зачем изначально пришёл в лабораторию к их друзьям. Его старший брат ещё до начала охоты вместе со своим отцом, утром, хотел заглянуть к учёной, но так и несумел найти её, отчего после поделился своей печалью с братом. Ло’ак помнит какая улыбка появилась на губах Нетейама, когда он сказал, что найдёт девушку и передаст ей его слова. Правда он решил поступить ещё лучше для всех и просто позвал Карен к ним, чтобы брат смог сам поговорить с ней, а не просто получить переданый «привет».       — «Хорошо, спасибо.» Дверь захлопнулась и больше не было слышно мужских голос, а лишь звуки тихих шагов девушки, что с широкой улыбкой вернулась на свой стул напротив стола с камерой. Хоть и обязанность вести дневник была создана лишь для запечатления самого важного в процессе изучения жизни на Пандоре, как её обычных обитателей, так и людей, которых было значительно меньше. Ну и конечно, чтобы не сойти с ума. Многие учёные забывали свои прежнии жизни, переезжая на Пандору и могли вспомнить лишь по своим же рассказам, пересматривая архивные записи. Личный дневник Карен посмотрит лишь Норман, если вдруг забудет что-то из того, что она ему уже рассказывала, ведь важные научные открытия или события на определённый день, она всегда проговаривала. Но её коллега был не единственным, кто пересматривал архив, а был ещё тот, что среди всех файлов с часовыми лекциями о науке внешней среды, охотился лишь на записи дневника Карен.       — «Поскорее закончу со всем, а то не хочется рушить планы.» Она опустила взгляд чуть ниже камеры, где рядом с пустой, после ночного кофе кружкой, стояла рамка с фотографией. К сожалению, на ней уместились далеко не всё, с кем она была знакомы, но зато были самые важные из всех живущих на свете. Её коллеги и На’ви, что стали родными для её сердца, а она в свою очередь — нечто близким для них. Среди них был и Нетейам, что на самой фотографии стоял рядом с ней, приобнимая за плечи и также улыбаясь, как и всегда при виде неё.       — «Ох. Я, в любом случае рада, что оказалась тут. У меня нет никого кроме них и даже когда они ведут себя, как болваны. Я люблю их.» Сердце смотрящего эту давнишнюю запись, забилось в тысячи раз сильнее. Взгляд опустился ниже с монитора, на котором проигрывалась запись с Карен, на ту самую фотографию и теперь понимал, насколько сильно он желал видеть её, слышать её и ощущать нежную кожу рук с своих ладонях.       — «И всё же, Норм не прав. Бог делает то, что нам больше всего хочется.» Это были последнии её слова, ведь именно на этом моменте запись остановилась, оставляя на экране лишь её лицо с мягкой улыбкой, а внутри Нетейама запорхало миллиарды бабочек. Он так хотел сейчас знать, что с ней всё будет в порядке, что она всё также будет улыбаться ему при встречах и обнимет так сильно, насколько позволит её человеческое тело. Но сейчас, Карен была безсознания уже который день, что заставляло лишь больше бояться за её жизнь. — Я тоже люблю тебя. Прошептал Нетейам, протирая пальцами свои глаза от неприятных ощущений в них и стараясь сдерживать свои эмоции. Тихий щелчок и компьютер выключается, а лицо парня закрывают его же ладони, когда он вздыхает с чувством обречения внутри себя. Она будет жить, пусть и не в прежнем теле.