Скрытые намёки | Тоору Ойкава ֢⊹𐙚 (глава 2)

Глава 2: Мяч в лицо и скрытые намёки Солнце уже поднялось высоко над Карасуно, заливая спорт-зал золотистым утренним светом. Воздух был напоён свежестью, а вдалеке слышался ритмичный стук мяча о ладони — началась очередная тренировка. Волейболисты, уже в поту, перебрасывались с мячом, оттачивая подачи и блоки. Но сегодня в воздухе витало что-то необычное — едва уловимое предчувствие перемен. И тут, как всегда неожиданно, появился он. Ойкава Тоору, с привычной самоуверенной улыбкой на губах и руками в карманах формы, шагал по корту. Его взгляд, острый, как лезвие, скользнул по команде, прежде чем остановиться на тебе — ты как раз поправляла повязку на колене одного из первокурсников. — Ойкава-сан, ты опять здесь? — вздохнул Дайчи, вытирая пот со лба. — Ты что, теперь у нас тренер по моральному давлению? — А что, нельзя? — тот пожал плечами, ухмыльнувшись. — Я же сказал — пришёл полюбоваться вашим «прогрессом». Хотя, честно говоря, до сих пор не вижу особой разницы. — Он прищурился, глядя на Хинату. — Ну, разве что ты, по-прежнему, прыгаешь, как кузнечик, которого напугали. — Эй! — вспылил Хината, но Дайчи только покачал головой, взглянув на гостя с усталой улыбкой. — Ладно, Ойкава-сан, только не мешай. Мы сейчас на отработке атаки. — Конечно, конечно, — протянул Тоору, делая шаг в сторону, но глаза его всё ещё блестели от едва сдерживаемого азарта. Тем временем Кагеяма стоял у сетки, сосредоточенный, как всегда. Его пальцы сжимали мяч, мышцы напряжены, взгляд — холодный, точный. Он не любил перерывов, не любил лишних зрителей. — Готов, — бросил он, не глядя на Хинату. Мяч взмыл в воздух, вращаясь с идеальной скоростью. Кагеяма оттолкнулся, рука развернулась, как пружина, и удар — резкий, чёткий, почти беззвучный, если бы не последовавший за ним хлопок. Но мяч пошёл не туда, куда должен был. Он резко свернул в сторону — и врезался прямо в лицо Ойкаве, который как раз проходил мимо, всё ещё с ухмылкой на губах. БАМ! — ААА! — Ойкава отшатнулся, схватившись за нос обеими руками. Его лицо исказилось от боли, а глаза на мгновение наполнились слезами. — Ч-чёрт... ЧТО ЗА...?! Ты рванула вперёд. Аптечка всегда была у тебя под рукой — ты уже привыкла к подобным инцидентам. — Садись, — приказала строго, но в голосе уже слышалась забота. — И не трогай, можешь усугубить. Ойкава, стиснув зубы, опустился на скамью. Его дыхание было неровным, а лицо побледнело, хотя он всё ещё пытался сохранить маску иронии. — Ну, Тобио-чан, — просипел он, бросая взгляд на связующего, — если хотел убрать конкурента, мог бы просто вызвать на дуэль. Без мячей. Кагеяма стоял как вкопанный. Его лицо, обычно бесстрастное, вдруг напряглось. Он сделал шаг вперёд, медленно, будто боясь приблизиться. Его пальцы сжались в кулаки, а голос, когда он наконец заговорил, был низким, почти шёпотом. — ...Извини, Ойкава-сан. Я... — он сглотнул. — Я не хотел. Ты... ты стоял не там, где должен был. Но это не оправдание. Я не контролировал траекторию. Это моя ошибка. Ты подняла глаза на него. Впервые за всё время ты увидела в Кагеяме не холодного гения, а просто парня, который боится, что натворил беды. В его глазах — не раздражение, а искреннее раскаяние. — Он в порядке, — сказала ты тихо. — Но тебе стоит быть осторожнее. Кагеяма кивнул, коротко, и отошёл, сжав кулаки. Ты вернулась к пострадавшему. Аккуратно приложила пакет со льдом к его носу. Холод заставил Ойкаву вздрогнуть, но он не отстранился. — Б-больно... — пробормотал он, глядя на тебя снизу вверх. — Ты всегда такая суровая, когда лечишь? — Терпи, — ответила ты сухо, но уголки губ дрогнули. — Ты же сам сказал, что у нас «прогресс»? Вот и тренируй стойкость. Он усмехнулся, но тут же поморщился от боли. Ты наклонилась, чтобы достать бинт из аптечки, и в этот момент — едва уловимое прикосновение. Его пальцы, будто случайно, скользнули по твоей ноге, выше колена, осторожно, почти ласково. Мягкое касание, будто он проверял — заметишь ли. Ты резко выпрямилась, отпрянув, как от огня. Щёки вспыхнули, сердце забилось быстрее. Взгляд, полный упрёка, встретился с его хитрым, почти лукавым взглядом. — ...Прекрати, — выдохнула ты, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — А что я сделал? — он приподнял брови, притворяясь невинным, как ребёнок. — Просто хотел помочь. У тебя аптечка упала. — Не ври, — прошипела ты, но уже не так сердито. — Я всё видела. Он рассмеялся — тихо, тёпло, совсем не так, как обычно. И в этом смехе не было насмешки. — Ладно, ладно, — сказал он, поднимая руки в знак капитуляции. — Больше не буду. Но только если ты не будешь так близко наклоняться. Это нечестно по отношению ко мне. Ты нахмурилась, чувствуя, как румянец разливается по щекам. Но, несмотря на раздражение, продолжила перевязку. Ойкава же смотрел на тебя. Не с ухмылкой, а как то по-настоящему. Когда всё было закончено, ты отступила на шаг. — Не двигайся минут десять. Если пойдёт кровь — скажи. — А ты придёшь снова? — спросил он, и в голосе вдруг не было иронии. Только тишина. И надежда. Ты не ответила. Просто развернулась и пошла прочь, чувствуя, как его взгляд прожигает тебе спину.