+бонус

Через долгие мучения и кучу времени Ворчун всё же научился играть на этой проклятой трубе. Жизнь снова стала спокойной: он почти не брал её в руки, а если и играл, то разве что по какой-то загадочной причине — один раз в пару месяцев, и то только если Весельчак уж очень уговаривал. В один из таких спокойных дней, когда Ворчун культурно отдыхал и собирался навестить свою казу Жизель, он вдруг почувствовал пристальный взгляд. Обернулся — и, конечно же, это был Весельчак. — Тебе чего? — буркнул он. — Пошли! — радостно заявил Весельчак, мгновенно схватил Ворчуна за запястье и потащил в свою комнату с инструментами. Дойдя, плотно прикрыл дверь и включил свет. — И чего ты меня сюда притащил? — недовольно спросил Ворчун. — Хотел предложить… научиться играть на тромбоне, — с гордостью сказал Весельчак, указывая на блестящий инструмент. — Не-не-не-не-не, Весельчак! Мне и трубы хватает! С этой штукой я задохнусь и сдохну! — категорично отрезал Ворчун. — Ну, тебе же понравится! — настаивал Весельчак. — И это неплохая тренировка. Ворчун уже собирался отказаться, но вдруг, прищурившись, спросил: — А зачем ты его отполировал? — Чтобы тебе больше хотелось на нём поиграть, — невинно ответил Весельчак. Ворчун выдохнул, приложил ладонь к лицу и, почти хлопнув себя по щеке, как мученик, сказал: — …Только один урок. А потом отстанешь со своей музыкой. Мне трубы хватает. — Конечно-конечно, Ворчун. Только один урок… — заулыбался Весельчак. (Но это, конечно, будет не последний урок.). А Просточок и Скромник, услышавшие весь разговор, лишь тихонько переглянулись и лукаво улыбнулись. Они уже прекрасно догадывались, что история с тромбоном на этом не закончится, но решили сохранить этот новый секрет Ворчуна и Весельчака при себе.