1. Су Бон

— Хм… — Выворачивает пустые карманы своих несоразмерных джинс, — А переводы принимаешь? — Вы можете расплатиться своим телом, Господин, — Скользит ухмылка на лице. — Чё сказал? Звонко раздаётся удар, заставив юношу отшатнуться. — Дядь, ты охренел?! — Оборачивается с огромными удивлёнными глазами, а после замахивается, — Может тебе башню снести? — Одна пощёчина стоит 100.000 вон, — Спокойно скрещивает руки за спиной, не испугавшись нависающего кулака. — А? Ах, вот так значит? Это чё ещё за новый сраный маркетинговый ход, м? — Харкает в сторону и ерошит свои крашенные волосы, настраиваясь на серьёзную игру, словно сейчас — всё или ничего, — Давай ещё! Су Бон поднимает свою синюю такджи и расправляет плечи, прикладывает её сначала к кресту, потом к губам и с резким разворотом ударяет об оригами противника. Парень успел проиграть 300.000 вон и выиграть позже 700.000, отчего уверился в своём долгожданном успехе. Будто ничего не даётся просто так, а терпеливых всегда ждёт вознаграждение. Как раз образ незнакомца в костюме и с чемоданом полным наличных особенно подкрепил эту идею для юноши, что готов был уже расстаться с собственной жизнью. Должно быть, это знак, благословение небесное, а не подоспевший рекрутер, чья команда следила за бывшим артистом и его сомнительными активностями в соцсетях, где тот не скрывал свои порывы и суицидальные наклонности. Терпеливо выжидать, следить и внимательно подмечать детали, чтобы нанести удар как нельзя вовремя в уязвимом состоянии и под самый дых — тактика вербования бедолаг, коим нужен шанс на исправление и наконец очнуться, прийти к такой ужасной и трагичной мысли, что их жизнь ничего не стоит, отчего те готовы расстаться с ней взамен на желанные купюры, что, в общем, и перечеркнули их существование и низвели до грязи и отбросов общества. Чтобы те, ослеплённые и сбегающие от реальности, признали своё поражение. Хотя, даже приезжая на остров, некоторые уверены в том, что стали жертвами: кредиторов, подставивших коллег, несправедливого рынка, плохих советов семьи и так далее. Такие, обычно, и благодатнее принимают «помощь». Что уж говорить об эгоистах, летящих с высоток или мостов. — Чёрт, дядь, — Довольный пересчитывает банкноты с опухшим лицом, — Откуда ты вообще взялся? — Так можно ещё много заработать, если поиграть несколько дней, — Намеренно игнорирует, закидывая удочку. — А что за хрень с пощёчиной, скажи, а? Fucking prank? Где-то меня снимает скрытая камера? — Тычет вдруг в зажим для галстука у незнакомца, — Знаешь кто я? От вас, сталкеров, не скрыться. — Господин Чхве Су Бон, — Поднимается с бетонного ограждения. Позади мужчины постепенно солнце тонет в глади воды, где лучи заката смешиваются с отражением ярких огней большого протяженного моста. Шумят проезжающие мимо автомобили, но это нисколько не мешало сокровенности игры и неожиданной встречи, дарующей мнимую надежду, — Нет ни одного аспекта вашей жизни, который вы не выставили на показ в интернете, однако всё равно и СМИ не в курсе истинной правды по поводу вашего долга, насчитывающего 1,19 млрд вон. Су Бон медленно поднимается с места, прожигая взглядом «сталкера». Несчастное бедное детство, пьющий отец и больная мать, погибшая сестра, болезненные расставания, козни конкурентов, тяжесть публичной жизни, а, в последствии, и зависимость — большая история жизни, которую артист никогда не скрывал ни в своих треках, ни в слезливых постах в Твиттере. Удивить его и напугать раскопанной личной информацией не получилось бы и, кажется, не нужно вовсе. То, что он согласился на игру, буквально в шаге над пропастью — знак того, что игрок готов перейти к следующему раунду. — Вы не потеряли надежду, — Бросает косой взгляд себе через плечо, — Воспользуйтесь шансом. Всё в ваших руках. Позвоните мне, если захотите сыграть. Протягивает визитку. Су Бон ещё долго таращился на неё, вдыхая запах речного ила и водорослей, пока высокая фигура исчезла также таинственно, как и появилась. Невольно парень сжал крест, чувствуя новый прилив сил от потрясения, которое ему помогает пережить и раскрасить пара цветных таблеток.